Как приятно оказаться вновь на драконе, а не маслать на своих двоих, утопая ногами в песке. Ози была права, он забился вообще везде, где только можно, что неимоверно бесит. И первое, что я сделаю, едва мы вернёмся — искупаюсь. Ну как только представлю своего нового товарища по ремеслу.

Кстати, Вольфган наслаждался полётом не меньше, чем я. Сидит, шлем снял, глаза прикрыл, разве что не улыбается, но это на его лице выглядело бы очень странно, я так скажу. Его рожа просто не предполагает такой непонятной мимики, как улыбка.

Караван мы заметили издалека. Он ещё не успел дойти до озера и, словно червяк, полз по пустыне, оставляя за собой длинный след. Завидев нас, что забавно, он точно так же свернулся в клубок, сбившись в кучу, и теперь напряжённо ожидал дальнейших наших действий. И лишь когда мы подлетели поближе, самая глазастая, а именно Ози, как небесная всадника, вышла вперёд, подняв руку в приветсвии.

Я сел поодаль, чтобы не было никаких эксцессов.

— Это твои друзья? — прогудел Вольфган, нацепив обратно шлем.

— Не все. Только двое. Они небесные всадницы, — ответил я и спрыгнул на песок, не отпуская контроля над драконом. — Только я сначала их подготовлю к такой новости, хорошо?

— Это которые? — спрыгнул он следом.

— Вон та агадарка и ещё одна, которая с повязкой на глазах.

— Серая? Ладно… — протянул Вольфган, явно для себя что-то решив.

Ну да, отчасти понимаю его реакцию. Я вон, восемь лет отсутствовал, и заметил, как мир изменился, а его целую вечность не было. Наверняка при Вольфгане всё было иначе, учитывая, что у них Драгондайн — это говночист, а все татуированные не иначе, как проститутки. Уверен, мы ещё какую-нибудь херню узнаем от него.

— Привет. Я вернулся, — улыбнулся я, когда мы с Ози сблизились где-то посередине между драконом и их караваном.

— Да я вижу, что вернулся, — она недобрым взглядом прищурилась, глядя мне за спину. — А это что за голем за твоей спиной?

— Он? — обернулся я, — Это Вольфган. Нашёл его в гнезде драконов, запертом в одном артефакте.

Она прищурилась ещё больше.

— Вольфган из артефакта? А что твой Вольфган из артефакта пялится на меня так?

— Да? — я обернулся.

Не знаю, как она поняла, что он на неё палится, потому что я его глаз сквозь смотровые щели забрала не вижу. Хотя не буду отрицать, что определённое внимание с его стороны всё же чувствуется.

— Да, я физически ощущаю внимание этой кастрюли на себе.

— Может быть ты ему очень понравилась, — хмыкнул я. — К тому же у Вольфгана очень долгая и интересная история…

— Звучит так, будто вы уже подружились, Самсик. Он какой-то мутный, ты этого не заметил?

— Заметил, — кивнул я. — И, возможно, это потому, что у нашего нового товарища с нами много общего, и он… угадай кто?

— Умственно отсталый?

— Чего? Это с чего вдруг? — немного охренел я такому внезапному врыву. — Это ты кого из нас умственно отсталым считаешь, а?

— Он маньяк?

— Да почему маньяк-то⁈

— Он девственник?

— Как будто что-то плохое!

— Он левша?

— А чем левши-то тебе не угодили⁈ Блин, Ози, твою мать, он небесный всадник, понятно тебе? — я уже просто не выдержал. И кстати, я правша, а значит она не про меня говорила. А про умственно отсталого Глиста, наверное, собственные комплексы описывает. Как раз на её лице сейчас возникло именно такое выражение лица, ещё слюны капающей не хватает.

Несколько секунд она смотрела на меня с открытым ртом, после чего вытерла губы и переспросила:

— Он не умственно отсталый?

— Да чего ты прицепилась к умственно отсталым-то⁈ Небесный всадник он! Как и мы! Как я! Небесный всадник! Блин, Ози, тебе башку напекло?

— Но… только женщины могут быть небесными всадницами… — пробормотала она.

— А я по-твоему тогда кто? — развёл я руками.

— Эм… — она опять посмотрела на Вольфгана. — То есть он… небесный всадник?

— Да.

— Мужчина!

— Да!

— Как и ты?

— Ты издеваешься? Тебе на каком языке сказать, кто он, Ози? — у меня уже глаз дёргается. Я же ясно всё объяснил.

Да, она, конечно, не чета своим старшим сёстрам. Те меня как увидели, сразу поняли что к чему и едва не спеленали. Здесь же какое-то эпическое тугодумие. Она точно про себя говорила, когда умственно отсталых вспоминала.

О, а вон и Тефея слепо крадётся к нам, вытянув руки вперёд.

— С возвращением, Самсон, — кивнула она куда-то в пустыню, подойдя ближе.

— Я левее, Тефея. Спасибо. Я к нам, кстати, гостя привёл.

— Я слышала, ты что-то возмущался по поводу него, да. Кто-то из выживших?

— Да я не по поводу него возмущался, а из-за…

— Самсик говорит, тот мужчина — небесный всадник, — тут же произнесла Тефея.

Опять пауза, которая потребовалась Тефее, чтобы обработать информацию. И справилась она заметно быстрее Ози, потому что голос её стал сразу деловым, да и перешла она сразу к сути.

— Ты уверен, Самсон? — тихо, даже как-то сипло, сглотнув, переспросила она.

— Проверил мечом.

— А он… нарианец или…

— Наш. Нарианец. По крайней мере, не похож ни на агадарок, ни на веелинок.

Я знаю, что хотел бы сказать в этот момент Тефея по тому, как она повернула голову к Ози. А той явно напекло голову, потому что она совсем ничего не понимала и не ловила ситуацию.

— Где ты его нашёл?

— Пространственный артефакт в гнезде драконов. Там и нашёл.

— Он адекватен? — спросила Тефея, не моргнув глазом…

Потому что глаз у неё пока не было. Но если отставить чёрный умор, её вопрос был слегка не уместен и чисто в её духе. С другой стороны, он был прямо в точку, учитывая, что ей надо было понять, кто перед ней за человек, когда зрения нормального нет.

— Ну вроде как адекватен. Я с ним так поговорил, вполне себе нормальный мужик. Суровый прямолинейный, прям чем-то Каталину напоминает по общению. А собственно, чего я рассказываю, пусть сам расскажем вам всё, если захочет, — я обернулся и махнул рукой, зовя его к себе.

Приближение Вольфгана можно было буквально услышать, тяжёлый шаг по песку, который поскрипывал под его металлическими сапогами. Тефея внимательно поворачивала голову на медленно приближающиеся шаги в то время, как Ози большими глазами смотрела на его, будто не могла поверить в существование такой махины.

Остановившись рядом со мной, он медленно снял шлем.

— Приветствую, сёстры, — прогудел он, по большей части глядя именно на Тефею. — Я Вольфган, Тяжёлый Шаг.

— Тефея Шмисс, — сделала наша слепышка книксен. — Приятно познакомиться с тобой.

— А я Озидрисс Дарзснейк, — поспешила вставить Ози. — Рада встречи.

Ого, даже рада встречи, ну нифига себе.

Вольфган кивнул. По Ози он лишь скользнул взглядом, а вот Тефею разглядывал куда более внимательно. Будто пытался что-то разглядеть и никак не получалось.

— Значит вы — Небесные всадницы? — почему-то уточнил он.

— А что, не похоже? — тут же огрызнулась Ози.

— Нет, не похоже, — ответил тот со всей своей суровой невозмутимостью.

— Я не знаю, откуда ты, Вольфган, и не знаю, какими были твои сёстры, но да, мы — небесные всадницы.

Он секунду другую смотрел на Тефею, после чего осторожно вытащил свой меч. Честно говоря, в этот момент я даже напрягся. Ози так и вовсе схватилась за свой клинок, чуть вытащив его из ножен — лезвие блеснуло в свете звёздного неба.

— Я не хочу обижать, сестра, однако мы с твоим братом уже обменялись мечами, чтобы подтвердить то, кем мы являемся. Подтверди и ты, будь добра.

Он протянул ей меч эфесом вперёд.

— Он тяжёлый, — предупредил Вольфган, когда её пальцы коснулись черенка.

— Я учту, — произнесла Тефея и спокойно подняла его одной рукой.

Ну как спокойно, слегка покачнулась, но удержала его. Тот откликнулся лёгким голубым свечением, растёкшимся от гарды до самого кончика клинка. Глядя на него, Вольфган удовлетворённо кивнул.

— Я не сомневался, лишь хотел убедиться, — произнёс он, осторожно забирая меч и пряча его в ножны.

— Я так понимаю, ты ожидал увидеть совершенно других небесных всадниц.

— Если быть честным, то да. Покрупнее.

— А меня проверить? — спросила Ози.

— Не за чем, — бросил он, даже не скользнув по ней взглядом.

— Это с чего вдруг не за чем? — тут же встрепенулась она. — Её проверил, а меня нет? Это ты на что намекаешь, я не поняла⁈

— Так, Ози, убавь громкость, — решил я вмешаться, пока она срач не устроила, а эта бестия могла, я знаю. — Никто никому ничего доказывать не собирается. Мы тут все небесные всадники и будем относить друг к другу с уважением, верно?

— Абсолютно, — кивнула Тефея. — Мы все равны и уважаем друг друга. Иного отношения мы не приемлем.

— Как скажете, — только и ответил Вольфган.

Думаю, у нас ещё будут сложности с ним. Не знаю, от чего такая мысль возникла, но Вольфган не выглядел тем, кто может уступить или промолчать. Ничего плохого не хочу сказать про него, но такие обычно гнут свою линию и делают так, как считают нужным наперекор всем. Кто-то скажет, что так и нужно, а я скажу, что это верный путь к проблемам. Но опять же, поживём — увидим.

— Давайте сейчас сосредоточимся на более насущных вещах. Задачи у нас сейчас такие, — хлопнул я в ладоши. — Надо довести людей до озера и позвать веелинцев, чтобы те уже сами решали проблему со своими людьми. У вас как воды там?

— Было нормально, — отозвалась недовольно Ози. — Хватит до озера, но не всем.

— Можно ускорить процесс, — предложила Тефея. — Загрузим людей в сани и так в несколько заходов перенесём. А дракон одним своим видом убедит то племя у оазиса, что связываться с нами себе дороже. Мы подождём там, а ты сразу через пустыню и к землям веелинцев.

— Звучит как план, — кивнул я.

— Тогда надо подготовиться, — ответила Тефея. — Вольфган, мне потребуется твоя помощь, раз ты пока с нами.

— Я помогу, — кивнул он. По лицу было сложно сказать, доволен он этим или нет. Да по его лицу вообще что-либо было сложно понять.

Зато Ози была красноречива, и не только по лиц, но и на словах. Едва Тефея увела его, как она тут же поймала меня за локоть и оттащила подальше, чтобы никто ничего не слышал. Её глаза недобро блестели.

— И этот вот упырь небесный всадник? — прошипела она.

— Да, а что?

— Он мне не нравится.

— И? — поинтересовался я.

— Что значит, и? — изогнула Ози бровь.

— Ну ты говоришь, что он тебе не нравится. И что дальше? Не нравится и не нравится. Тебе же с ним не под алтарь идти и не работать вместе.

— Я чую, что он ещё принесёт нам бед, Самсик, — бросила она косой взгляд на Вольфгана.

— Это потому что он не стал прогибаться и всем видом показал, что если ему что-то не нравится или не хочется, он этого делать не будет? — улыбнулся я.

— Это потому что он ведёт себя как мудак.

Так и запишем: любой, кто не прогибается, ведёт себя как мудак. Кстати, а ведь, если так подумать, то это нихрена и не шутка…

— Да он ещё пока себя никак не вёл, — ответил я. — Если ты не заметила, он так-то нарианец и хрен знает, какие в то время отношения были между ними и вами. Это первое. Второе — он застал времена, когда небесных всадников было столько же, сколько и всадниц, и хрен знает, какие там порядки были. Может вы в то время были аленькими ящерками.

— Это с хрена ли мы были маленькими ящерками⁈

— Ты похожа на ящерку, — улыбнулся я. — Только злобную, что звиздец.

— Тебе бы нос отгрызть, Самсон, да зубов на твою рожу жалко, — включила она недовольство. — А твой новый дружок так и вовсе мутный какой-то. Прямо смотрю и чувствую, что от него беды жди.

— Естественно жди беды от того, кто не хочет прогибаться под тебя.

И здесь меня переубедить было сложно, да и, собственно, не требовалось, потому что у нас было и без того головной боли полно.

Из саней, которые обычно караванщики тащили за собой как повозки, мы выгрузили всё, что можно было, загрузили людей, после чего я на драконе перевёз их к озеру. Высадил, отправился за новой партией и так по кругу, пока в последней ходке мы не перевезли грузы. После этого было решено отправиться на драконе на север к веелинцам. Ну как решено, я сам вызвался.

А ещё вызвался Вольфган.

— Извини, но тебе придётся остаться, — покачал я головой. — Им может потребоваться защита, и ты тут вне конкуренции.

Тот бросил косой взгляд на людей. Неудовольствие на его лице читалось невооружённым взглядом.

— Ты прав… — протянул он, — придётся приглядеть за ними, чтобы не случилось беды, пусть это и веелинцы.

— Не любишь другие расы?

— Предпочитаю защищать своих в первую очередь. Веелинцы неплохой народ, умный. Правда сильны у них были именно Хранительницы, не Защитники.

— Небесные всадницы? — уточнил я.

— Именно. А у агадарцев наоборот, хорошими навыками славились именно защитники. А вот хранительницы…

— А что с ними не так?

— Если я скажу, что они считались вторым сортом, это сильно тебя обидит? — посмотрел Вольфган мне в глаза.

— Так-то ты уже это мне сказал в глаза, — заметил я.

— Тем не менее у меня нет цели обидеть тебя или твою подругу. Хранительницы агадарцев всегда были неуклюжими, никчёмными созданиями, негожими для всего, кроме создания новых Небесных Всадников, для чего их и использовали. Не только они, все агадарки. И твоя подруга заносчива ровно в той степени, в которой хочет доказать остальным, что чего-то стоит. Не удивлюсь, если все остальные подобны ей.

— Они хорошие бойцы. Многое изменилось с того времени, как ты исчез, Вольфган.

— Буду надеяться, в лучшую сторону, — ответил он и надел шлем обратно на голову.

Агадарки были вторым сортом… Услышь они сейчас это, развязали бы здесь бойню. С другой стороны, в этом есть своя ирония теперь, учитывая, какой теперь у агадарцев строй.

Я взлетел с первыми лучами солнца, взяв направление на север. Спать времени не было, как и возможности: если отключусь, потеряю контроль над драконом, а там чёрт знает, что будет. Может он улетит. А может решить немного покушать, раз тут шведский стол перед ним раскрыт. Поэтому только на север и прямо сейчас, несмотря на усталость.

И всё же вновь оказаться в воздухе было кайфово. Здесь уже не так мучала жара и жажда, не драл рожу песок и не настолько сильно слепило, что странно, солнце. Правда, чтобы добраться до северных границ пустыни, чуть ли не сутки лёта, однако я справился. С горем пополам, но справился с задачей, с каким-то облегчением заметив впереди пусть и пожухлую, пусть и жёлтую, но траву, что-то живое, на грёбанный песок.

И, естественно, я не отказал себе в удовольствии спешиться и немного её потрогать. А потом потрогать чуть дальше уже и зелёную траву, где луга достаточно быстро переходили в бескрайние леса, укрывавшие кронами многие сотни километров впереди.

После пустыни, честно скажу, было очень непривычно видеть зелень. Было непривычно видеть такие яркие не выжженные солнцем полные сочные цвета. Аж смотришь, и душа радуется.

Хотя отдельной задачей ещё было выйти на веелинцев и сообщить им о произошедшем. И первым делом я нашёл пост, и уже оттуда солдаты отправили весточку, после которой прилетела небесные всадницы, которым я вкратце описал ситуацию. Ничего интересного, сугубо деловой разговор с конкретными координатами и указаниями, где кого искать.

Ещё одной задачкой было найти своих драконов, но тут я справился без чужой помощи. Почти без чужой — узнал, где стоял до этого город, прилетел туда и увидел наших драконов, которые невозмутимо продолжали сидеть там, где их оставили и ждать нас. Ну не сволочи ли? Мы там жопу рвём, чтобы выжить, а они здесь прохлаждаются!

— Что, жирный, не скучал? — похлопал я Бегемота по боку, когда подошёл к его большой толстой туше. — А вот я скучал по тебе, дружище. Даже не представляешь, как мне тебя не хватало…

Тот обернулся на меня и громко фыркнул, обдав влажным воздухом, после чего подставил крыло, предлагая забраться в седло.

Как говорится, с удовольствием.

А вот дикого я отправил восвояси. Просто отдал приказ лететь обратно, как это делал раньше, и тот упорхнул нахрен. Я же, в свою очередь, подхватив под ментальны контроль и дракона Тефеи, взял направление обратно в пустыню. Не поленился бросить взгляд на место, где стоял город — теперь там виднелся пустырь: прямо видно, что земля по цвету отличалась от остальной и имела почти идеальную форму круга.

В воздухе я смог отдохнуть. Бегемота, да и дракона Тефеи не требовалось постоянно держать в узде под ментальным контролем, они вполне себе и сами неплохо справлялись с задачей держать направление и спокойно лететь, а потому я несколько раз отключался по пути, просто проваливаясь в сон и выныривая, когда мы летели уже в другом месте.

Хотя тут такая пустыня, что лети не лети, а кажется, что ты на месте стоишь, нихрена не меняется в округе.

Так понемногу за полтора суток мы и прилетели к озеру, где уже вовсю хозяйничали веелинки. Причём хозяйничали они жёстко, попросту прогнав племя, которое до этого занимало поросшее леском побережье. Как я понимаю, они даже пожгли кого-то, потому что среди зелёной полосы вдоль берега я видел и места пожаров.

— Чтоб я ещё раз сунулся в эту проклятую пустыню… — пробормотал я, когда спустился к своим товарищам по несчастью. — Еле нашёл наших драконов…

— Спасибо, Самсон, — кивнула Тефея, изобразив на лице улыбку, что было для неё редкостью. — А можешь помочь мне…

— Конечно.

И я помог подойти ей к дракону, который тут же узнал свою хозяйку. Что касается Вольфгана, тот наблюдал за нами со стороны, не сильно отсвечивая перед веелинками.

— А у тебя какой был дракон? — спросил я, подойдя к нему.

— У каждого уважающего себя защитника был красный дракон, — прогудел он в ответ. — Хранительницы же выбирали синего.

— Почему?

— Им было легче защищать или зачищать что-либо в то время, как огнём можно было сжечь округу. К сожалению, если верить твоим словам и словам юной Тефеи мой дракон давно умер и придётся искать нового, а это дело иногда отнюдь не простое.

— И жили они у вас так же в замке? В баше?

— Да. Ещё при мне, в мою молодость эта башня строилась, как наблюдательный пункт, откуда будет проще взлетать на перехват. В замке же мы жили. Хранительницы заботились о драконах, мы его защищали.

— И ни слуг, никого?

— Слуги были, естественно. Кто-то должен был готовить и убираться, однако, думаю, ты знаешь, какой нюанс был у подбора наших слуг.

Короче, сейчас всё было иначе. Даже интересно, что именно изменилось с его исчезновения? Понятно, что города не было, а насчёт шпиля и дворца что?

Ну это у нас был шанс выяснить, так как мы собирались возвращаться, подкинув по пути домой Ози. Я не забыл и про свою пленницу, которую под её истошные крики и мольбы (думала, я её скормить пытаюсь) запихал в пасть Бегемоту. Я взял на борт Ози. Тефея же разделила место с Вольфганом, которого, кстати говоря, дракон принял. И после этого мы оставили это место.

Веелинки ещё продолжали собирать своих граждан, а мы уже поднялись в воздух навстречу голубому небу и солнцу. Было решено лететь без остановки до самого края пустыни, чтобы не останавливаться в этих гиблых местах больше, чем необходимо. К тому же все (кроме меня) были отдохнувшие, и это не должно было отнять много сил.

И лишь к следующему утру мы наконец достигли первых деревьев, в ветвях которых можно было справиться.

— Тебя где высадить, Ози? — спросил я, когда мы сели.

— В любом крупном городе, — спрыгнула она на землю и потянулась. — Наконец-то смогу помыться и отлежаться, а то всё тело щиплет и чешется. А что насчёт твоей пленницы? Решил, куда её денешь?

— Да, наверное, в замок себе отправлю, там всегда рабочие руки нужны, — отозвался я. — Но сейчас рано об этом думать. Сейчас Вольфган такой переполох вызовет, что всем мал не покажется. Второй небесный всадник за десятилетие — это не хухры-мухры.

— Мир сходит с ума… — вздохнула Ози с уставшей улыбкой.

— А когда он сходит с ума, это ничем хорошим не заканчивается, — согласился я.

— С другой стороны, за такого кадра я точно драться не буду, — бросила она взгляд на приземлившегося рядом дракона.

— Да ладно, даже попытки не сделаешь?

— Да нахрен надо. Я свободная и счастливая. Не нужно мне всяких подобных.

Кстати, Тефея вроде как его приняла нормально, пусть и с осторожностью. Поэтому мне было очень интересно, как его примут другие всадницы, от Серафины до Аэль. Так же, как Ози, с какой-то антипатией, или лёгкой настороженностью, как Тефея? Благо через несколько суток я смогу это выяснить лично, не придётся от любопытства умирать.