Сергеич замер на миг. Явно не ожидал такого поворота разговора. У него дрогнул взгляд, сам он чуть заметно напрягся, а маска в руке повернулась ремешком наружу. Однако через мгновение лицо у мужика снова стало обычным. Уставший инструктор, поздний клиент… ну всякое бывает, мало ли.

— Я не знаю, о чём вы, — спокойно сказал он.

— Сейчас обязательно вспомните, — заверил я.

Инструктор медленно положил защиту на лавку. Весь сразу подобрался и сосредоточился. Мужик он был явно опытный, я это видел сразу. А юлить такие вот опытные дяди умеют как на раз-два.

— Послушайте, — изображая лютую усталость, сказал Сергеич. — Время уже позднее. У меня смена уже закончилась. Все вопросы по завтрашнему мероприятию решаются через администратора, заказчика и старшего группы.

— Через Кирилла? — уточнил я.

Пауза на этот раз стала ещё длиннее. Кажется, до него начало доходить — мой вопрос отнюдь не случайный.

— Вы кто? — спросил инструктор.

— Роман Михайлович. Завтра сопровождаю своих пацанов — красных.

— А-а, — протянул Сергеич и хмыкнул. — Тот самый. Наслышан.

— Уже приятно.

— Мне сказали, что вы сложный сопровождающий.

— Мне про вас сказали то же самое. Так что у нас уже даже основа для дружбы есть.

Инструктор в ответ не улыбнулся. Прекрасно понимал, что я сюда не юморить пришёл. Вот и не смешно было.

— Если вы приехали ночью качать права, то вы зря потратили свои деньги, — сказал инструктор. — Поле сертифицировано, правила одинаковые для всех, и я могу расценить такие ваши попытки как угрозу. За этим последуют соответствующие реакции…

— Красиво говорите, — перебил я.

— А вы что хотели услышать?

— Что завтра на поле выйдут подготовленные ребята, которые сегодня отрабатывали центр, правый фланг и отсечение основной группы. Чистосердечное признание хотел,

Сергеич помолчал. В раздевалке гудела вентиляция.

— Вы подслушивали, что я говорил на тренировке, — сказал инструктор.

Уж не знаю, что он себе там надумал, но мужик резко поднялся и подошёл ближе ко мне. Если бы он захотел выкинуть меня из раздевалки, процесс занял бы у него немного времени. По крайней мере, думал он именно так, глядя на мой внешний вид. Но пока Сергеич все же выбирал разговор. Так-то я сразу понял, что мозги у него работают как надо. Вот и посмотрим, что он надумает в итоге.

— Роман Михайлович, — сказал он чуточку тише. — Вы приехали в клуб ночью, записались на персоналку, прошлись по полю, теперь пришли ко мне и рассказываете, как я должен проводить игру. Это выглядит как минимум странно.

— Согласен, — подтвердил я.

— Так может, тогда мы вернёмся к здравому смыслу?

— Давайте. Завтра у красных плохой старт. Центральный коридор собран так, что неопытные полезут туда сами. Правый фланг можно закрыть за минуту. Внутри синих будут ребята, которым полигон как мать родная в отличие от моих пацанов. По итогу все, кому надо, получат не самую лицеприятную картинку. И потом эта картинка пойдёт в отчёт. Это вы называете здравомыслием?

Сергеич долго смотрел на меня, ничего не говоря. В «нормальной» жизни ночной клиент, который пришёл в раздевалку с теорией заговора, заслуживал как минимум вызова охранника. Но вызывать инструктор никого не спешил.

— Вы в лагере психолог, да? — спросил Сергеич.

— Что-то вроде того. Потому мне бы не хотелось, чтобы ваши действия нанесли моим пацанам психологическую травму.

— Вы понимаете, что обвиняете клуб в нечестной организации игры?

— Клуб пока нет, не обвиняю, — я медленно покачал головой. — Вас — тоже пока нет.

Мужик выдохнул через нос. Ох как Сергеичу не нравился наш ночной разговор. Его буквально корежило.

— Тогда что вам нужно? — спросил он.

— Узнать, вы в схеме или вас используют, — прямо ответил я.

Маска в его руке едва заметно качнулась. На лице же появилась уже настоящая злость на мои слова.

— Аккуратнее со словами, молодой человек. Вы сейчас говорите вещи, за которые люди потом извиняются.

Инструктор медленно подошёл к шкафчику, убрал маску внутрь, закрыл дверцу. Щелчок его замка прозвучал как точка, но вот только я точку ставить пока что не собирался. Сергеич это понял и также медленно повернулся ко мне.

— Завтра у нас игра. У нас есть правила, судьи и техника безопасности. Кто играет лучше, тот и выигрывает. Остальное — ваши лагерные войны и какие-то совершенно нелепые догадки. Замечу — догадки оскорбительные.

Инструктор всячески прощупывал мое слабое место, чтобы потом в него ударить побольнее.

— Если бы всё было так, я бы сейчас просто спал.

Сергеич тяжело смотрел на меня. Ну и, видимо, решив сворачивать разговор, задал прямой вопрос:

— У вас есть доказательства? — процедил инструктор.

Я широко улыбнулся.

Инструктор шагнул ко мне вплотную, сжав кулаки. Я прям чувствовал, как мужику хочется пустить их в ход,

— Вы опасный тип, Роман Михайлович. Я могу сейчас открыть дверь, позвать администратора и попросить вас уйти.

— Но вы этого не делаете.

Сергеич посмотрел на дверь за моей спиной.

— Вы много на себя берёте, — прошептал он.

Инструктор, похоже, решил, что я всё-таки блефую.

— Отойдите, — отрезал он.

— Разговор не закончен.

— Для меня закончен.

Он положил руку мне на плечо, собираясь просто сдвинуть в сторону, убрать препятствие. Вот это и было ошибкой мужика.

Я перехватил его руку у запястья, развернул внутрь, шагнул сбоку и подал его плечом в шкафчик. Тот едва слышно звякнул, с верхней полки свалилась маска и ударилась о лавку. Сергеич сразу выдохнул, явно не ожидав такого поворота.

Но разговаривать тут было уже не о чем. У меня сохранялась призрачная попытка договориться по-хорошему, но теперь от неё не осталось и следа.

Я удержал инструктора у шкафчика. Мужик предсказуемо оказался сильным, и это чувствовалось сразу. Если дать ему развернуться, ничем хорошим бы это не закончилось по определению. Значит, давать было нельзя.

— Ты что творишь? — сипло спросил он.

— Возвращаю нас к честному разговору. Через администратора так быстро не получилось бы.

— Ты больной?

Инструктор напрягся, пытаясь проверить прочность моего захвата. Но я чуть усилил давление и прижал его жёстче. Шкафчик снова звякнул. За дверью никто не появился.

— Слушай сюда, Сергеич, — процедил я.

— Убери руку… а ну убрал, сука, быстро!

Что ж, вторая попытка выйти на конструктивный диалог тоже не увенчалась особым успехом. Пришлось импровизировать, да и вообще, как известно, бог любит троицу.

Я схватил его маркер, всё ещё лежащий на скамейке рядом. Маркер стоял на предохранителе, и я взял его свободной рукой.

Сергеич почувствовал движение и напрягся.

— Даже не думай, — сказал он.

Я ничего не ответил, вместо этого резко развернул его спиной к шкафчику и одновременно приставил маркер, наведя ствол на причинное место. Сергеич аж побелел, когда я снял маркер с предохранителя. Отчётливо услышал этот едва слышный щелчок. Но едва слышный при других обстоятельствах, конечно.

— Сейчас ты хорошо подумаешь, — заговорил я. — Потому что если палец у меня вдруг дрогнет, завтра судить будет другой инструктор. А ты будешь сидеть дома на пакете замороженного горошка и размышлять об объективности.

Сергеич застыл как вкопанный. Я видел, как по его вискам начал стекать пот.

— Убери маркер…

Я чуть сильнее прижал его к шкафчику. Он выдохнул сквозь зубы.

— Ты понимаешь, чем рискуешь? — не отступал инструктор.

— Понимаю. Карьерой, здоровьем, свободой, — я озвучил список. — Но это в теории. А вот ты рискуешь своими яйцами, которые я превращу в смятку. И это уже на практике.

Сергеич больше не ёрничал. Он медленно дышал и громко сглотнул, проталкивая вставший поперёк горла ком.

— Ко мне подходили, — признался он. — Разговор был. Ничего особенного. Потому что мы не договорились!

— Особенное начинается тогда, когда человек добавляет «ничего особенного». Кто подходил?

— Мужчина. В костюме такой, уверенный…

И далее инструктор выдал мне описание, практически под фоторобот, того самого урода, который попытался меня сегодня прессануть. Наш пострел везде поспел, значит…

— Что он хотел? — спросил я.

Инструктор молчал. Собственно, мне и без его чистосердечных признаний было всё предельно понятно.

— Это не взятка, — прошептал инструктор. — Мне оплатили дополнительные часы подготовки, — сказал он. — Официально через клуб…

— Ясно, — снова перебил я, не давая ему увезти разговор в сторону. — Какая тебе роль отведена на завтра?

— Я судья, — признался он. — Я слежу за безопасностью и правилами.

— Препятствия кто переставлял? — снова перебил я.

— Мы всегда переставляем перед мероприятиями…

Он быстро посмотрел на меня, мелькнул глазами по маркеру. Память о замороженном горошке оказалась ещё свежей.

Мне же всё стало понятно. Этот товарищ подготовил препятствия и собирался судить завтрашнюю игру. Он прекрасно знал тонкости пейнтбола и сделал всё так, чтобы комар носа не подточил.

Не скажу, что инструктор производил на меня впечатление конченого урода, нет. Скорее к нему обратились с той настойчивостью, от которой невозможно было отказаться при всём желании. Ну и до кучи этот Сергеич готовил новых членов команды синих.

Собственно, что и требовалось доказать.

Я отпустил его, убрал маркер и отступил на шаг. Дальше держать его у шкафчика было уже ни к чему. Он сказал достаточно, чтобы понять — в схеме он не главный архитектор. Но если продолжать сравнение, Сергеич вполне подходил под «несущую балку» всей этой отвратительной конструкции.

Инструктор медленно потёр плечо.

— Те ребята, которых ты сегодня натаскивал, выйдут на поле завтра? — спросил я.

Он молчал слишком долго. Вентиляция все также гудела, время закрытия подползало ближе.

В этот момент у меня в кармане завибрировал телефон. Я достал его, не отводя взгляда от Сергеича. Сообщение пришло от Элеоноры. Ночью… полюбопытствуем.

«У меня список участников на завтра от синих. Ром, к ним добавили каких-то новых пацанов. Это странно. Перешлю скрин».

Ниже пришёл скрин. Таблица, дата, команда синих и да — четыре новые фамилии внизу. Понятно… ну, что и требовалось доказать.

Я убрал телефон в карман.

— Значит, так, Сергеич. Что делать будем?

Инструктор молчал. Потом медленно сел на лавку передо мной и схватился руками за голову.

— Вы понимаете, что если я завтра просто сниму этих четверых, заказчик поднимет шум? — прошептал он.

— Понимаю.

— Если я переставлю поле, спросят почему.

— Спросят обязательно, — я не стал отрицать очевидного. — Но проблемы индейцев шерифа не волнуют.

— Не волнуют, но если я оставлю всё как есть, то вы устроите пожар…

Сергеич на этот раз запнулся сам.

Я поставил маркер на предохранитель и положил игрушку на лавку. Сергеич проводил маркер взглядом и выдохнул с явным облегчением.

— Выдыхай, Николай Сергеевич, всё правильно, — хмыкнул я.

— Пошёл ты, — выдавил он.

Голос у него сел с перепугу. Нервы они такие.

— Завтра ты делаешь четыре вещи, — сказал я.

Сергеич поднял голову.

— Ты мне ещё задачи будешь ставить?

— Буду. Список короткий на самом деле. Даже инструктор после ночной смены справится. Первое, — продолжил я, загибая палец. — Судишь завтра честно. Не в мою пользу, а именно честно. Разницу чувствуешь?

Сергеич молчал.

— Если красные нарушают — ты это фиксируешь. Если синие нарушают — фиксируешь тоже. Попал — значит попал.

Инструктор слушал.

— Второе, — я загнул второй палец. — Перед игрой проговариваешь правила вслух и при всех.

Сергеич смотрел на меня. Возражений не было, а значит, он был согласен.

— Третье. Перед стартом называешь составы команд. С фамилиями новых игроков синих. И, наконец, четвёртое. Если после игры тебя попросят написать характеристику поведения красных, пишешь только то, что видел.

Сергеич усмехнулся.

— И что, ты даже не будешь требовать от меня переставить препятствия или исключить новеньких?

Я медленно покачал головой.

— Ты так уверен в своих пацанах?

Я не ответил.

Сергеич долго смотрел на меня.

— Ну? — он развёл руками. — Давай уже до конца. Ты же пришёл подготовленным. У тебя наверняка там тайная запись, скрины, свидетели, ещё какая-нибудь дрянь. Или ты рассчитываешь, что я после твоего цирка проникся нравственностью?

Я достал телефон. Сергеич сразу напрягся.

— Я сразу понял, что ты сообразительный, — я показал ему экран мобильника, на котором шла запись нашего диалога. — У меня есть запись твоего чистосердечного признания. На секунду подумай, что произойдёт, если эта запись попадёт в руки отцов моих ребят? Подумал? Не дай бог, что будет.

Сергеич аж вздрогнул, видимо, представив последствия. Он уставился на меня. Лицо стало каменным.

— Вы шантажируете меня.

— Скажем так, — поправил я. — я просто предлагаю тебе выбрать нормальную роль в завтрашнем спектакле.

Он выругался себе под нос. Долго, с чувством. Я не перебивал, инструктору надо было сбросить пар.

Я хлопнул его по плечу, развернулся и вышел в коридор. Администратор сидел за стойкой и делал вид, что изучает монитор.

— Всё хорошо? — спросил он.

— Великолепно, — ответил я. — Николай Сергеевич дал мне пару советов.

Администратор посмотрел на закрытую дверь раздевалки.

— Он обычно после смены советы даёт редко.

— Доброй ночи, — бросил я и двинулся к выходу.

Там у парковки стояла машина с включёнными габаритами. Рядом собрались те самые четверо. Я пошёл мимо них в сторону выхода. Гравий снова противно захрустел под подошвами, и все четверо увидели меня сразу. Я остановился рядом с машиной на секунду.

— До завтра, спортсмены.

Светлый застыл, держа руку на водительской двери.

— Мы знакомы? — спросил он.

— Завтра и познакомимся поближе, — пообещал я.

Я пошёл дальше. За спиной вмиг стало тихо. Машина ещё стояла некоторое время, двери хлопнули только через несколько секунд. Номер я отметил между делом. Конечно, не ради великой операции «Госавтоинспекция наносит ответный удар». Просто лишний факт карман не тянет. Особенно когда завтра кто-нибудь начнёт объяснять, что четверо подготовленных игроков появились случайно, как грибок в душевой.

Охранник у будки проводил меня взглядом.

— Закончили? — спросил он.

— На сегодня да.

— У вас тренировка короткая получилась.

— И так бывает, — я пожал плечами.

Я вышел за шлагбаум и остановился у дороги. Такси ещё надо было вызвать.

Поле за спиной потемнело — рабочий день клуба подошёл к концу.

Завтра на этом поле попытаются сделать мою аккуратную бумажную казнь…

От автора:

Лето 1942-го. Немцы рвутся к Воронежу и Дону. Их надо задержать. Молодой политрук с опытом из прошлой жизни сделает для этого все. Ведь он защищает свою Родину — https://author.today/reader/605990