— Ну что, Сергеич, — прошептал я, глядя на комплекс пейнтбольного клуба. — Теперь настала твоя очередь для душевного разговора.

Пейнтбольный клуб ночью выглядел совсем не так, как на сайте и даже днём. У въезда висела всё та же вывеска с бодрым названием и нарисованной кляксой краски. Под ней стояла будка охраны, рядом облезший и выгоревший на солнце шлагбаум, а за ним парковка на десяток машин, практически пустая. На сетке вокруг поля висели старые пятна краски, засохшие потёки тянулись вниз. Где-то в глубине хлопнули маркеры — я слышал их отчётливо через чуть опущенное стекло такси.

Таксист притормозил у ворот. Я расплатился и вышел. Машина развернулась, фары скользнули по сетке и ушли обратно к дороге. У будки сидел охранник в тёмной куртке и с недовольной физиономией. Он посмотрел на меня через окно, в руке у него была кружка.

— Вы к кому? — спросил он.

— На тренировку. Запись на Романа Михайловича.

— Один? Просто у нас обычно группами.

— Начинаю с малого.

Охранник посмотрел список на планшете, нашёл мою запись, ткнул пальцем в сторону административного здания.

— Туда, — буркнул он.

Я прошёл через ворота. Под ногами хрустел гравий. Справа тянулась высокая сетка, за ней виднелась часть поля: деревянные щиты, бочки, покрышки, низкие баррикады и старый кузов микроавтобуса. Это были иные препятствия… совсем не те, которые мы с пацанами опробовали накануне.

Прожекторы били сверху резким белым светом, оставляя между укрытиями густые тени. На дальнем участке двигались люди в масках. Их было четверо или пятеро, с маркерами, в тёмной форме. Они шли короткими перебежками между укрытиями.

— Левый держи кому говорю! Не стой увальнем! Работаем угол! — слышались команды инструктора.

Мужики явно тренировались, и я был практически уверен, что тренировались они перед завтрашним мероприятием.

Я остановился на секунду у сетки. Один игрок выскочил из-за бочки, получил два попадания в грудь и тут же поднял руку. Второй ушёл вбок, под прикрытием.

— Стоп! Назад!

Инструктором, скорее всего, и был тот самый Николай Сергеевич. Стало понятно, почему записи на сегодня у него не было.

Я подошёл к администратору — молодому мужчине с усталым лицом и надеждой скоро закрыть смену. Администратор был уже другой. Перед ним стоял монитор, рядом лежали распечатанные договоры, ручки, терминал оплаты и чашка с надписью «Лучший стрелок бухгалтерии». Чашка вызывала уважение. Бухгалтерия — страшный род войск.

— Роман Михайлович? — спросил он.

— Он самый.

Администратор задержал на мне взгляд на пару секунд. Видно было, что он мысленно сверяет мой внешний вид с привычным типом ночного клиента. Корпоративщик после банкета — нет. Подросток с деньгами родителей — тоже нет. Фанат военной игры — не очень. Уставший психолог с лицом человека, которого уже пытались купить и бить за один вечер, в их базе, кажется, проходил редко.

— Хорошо, — сказал он. — Сейчас оформим. Паспорт с собой?

— В наличии.

Я передал документ. Он быстро внёс данные, распечатал бумагу и развернул ко мне.

— Здесь договор и техника безопасности. Основное: маску на поле не снимать, маркер за пределами игровой зоны на предохранитель, ствол держите вниз, в людей вне игры не целиться. И да — команды инструктора выполнять сразу. При травмах, плохом самочувствии, проблемах со снаряжением сразу сообщать мне.

Я, конечно, послушал мужика вполуха и, не глядя, подписал всё, что ему было надо. Пока администратор проверял мою оплату, я внимательно посмотрел за его спину. На стене там висели фотографии инструкторов и командные снимки с турниров. Мужики в камуфляже, масках, с вычурными кубками и маркерами. На одном фото трое мужчин с важным видом стояли у деревянного форта. На другом разместилась судейская бригада в ярких жилетах. Под каждым снимком были подписи: имя, опыт, турниры.

Я поискал глазами Николая Сергеевича.

Нашёл.

Сергеичем оказался мужик лет сорока с небольшим. Судя по всему, администратор поймал мой взгляд. Он помнил, что я хотел записаться именно к этому инструктору.

— К Николаю Сергеевичу вообще сложно попасть, да? — спросил я так, будто просто поддерживал разговор.

Администратор пожал плечами.

— Ну есть такое дело, у него расписание обычно плотное. Турнирщики, корпоративы посложнее, судейство… Завтра с утра большое мероприятие, он тоже занят. Так что ваш инструктор сегодня Антон. Он сейчас подойдёт, тоже толковый парень, между прочим.

Ждать долго не пришлось. Дверь сбоку открылась, и в помещение вошёл мой инструктор. Антон оказался молодым, спортивным и уставшим. Лет двадцать пять, может, чуть больше. Короткие волосы, тёмная форма с пятнами краски, на рукаве виднелась нашивка клуба. В руке он держал маску, маркер висел на плече.

Он посмотрел на меня, потом на администратора.

— Это ночная персоналка? — спросил Антон.

— Да, — сказал администратор. — Роман Михайлович на один час.

Антон снова посмотрел на меня. В его глазах мелькнул вопрос, который он ввиду вежливости не произнёс: «Что с вами случилось, раз вы один приехали ночью стрелять краской?» Но профессионализм таки победил любопытство.

— Добрый вечер, — сказал он, приторно улыбаясь. — Раньше играли?

— Давненько было дело.

Антон помолчал, потом кивнул.

— Понял. Пойдемте, выдам вам форму, защиту, маску и маркер.

Мы прошли в комнату выдачи снаряжения. Там стояли металлические шкафы, вешалки с комбинезонами, корзины с масками, полки с перчатками и защитными жилетами.

Антон подобрал мне комбинезон, перчатки, защиту на шею и маску.

— Размер примерно ваш. Надевайте поверх одежды. На поле маску не снимаете вообще. Запотела, неудобно, попали или захотелось поговорить — всё равно не снимаете. Поднимаете руку, отходите в безопасную зону, только там можете снять.

— Понял, — заверил я.

Он повторил мне ещё какие-то нормы по ТБ, но я слушал вполуха.

Антон застегнул ремешок на баллоне, проверил маркер и протянул мне. Я взял маркер. Вес лёг в руки приятно. Игрушка, конечно. Спортивный инвентарь, да и только.

— Целиться умеете? — уточнил инструктор.

— Смотря куда надо попасть, — ответил я.

— В пейнтболе желательно в игрока соперника.

Мы вышли из комнаты выдачи в коридор, потом через боковую дверь под козырёк. Поле за сеткой стало ближе. Хлопки маркеров на дальнем участке уже стихли, зато слышались голоса. Один голос был особенно уверенным.

— Ещё раз с левого старта! Ты не видишь центр!

Антон кивнул в ту сторону.

— Николай Сергеевич гоняет продвинутых. Нам туда не надо.

Мы подошли к учебной зоне — небольшой площадке с тремя щитами, двумя бочками и линией старта. Прожектор сверху светил на укрытия, от которых падали тени. Сетка отделяла нас от основного поля, но при этом через неё было видно вполне достаточно. Там располагалось хорошее место для игры. И прекрасное место, чтобы загнать неопытную команду в бутылочное горлышко, грамотно снять с фланга, а потом объяснить, что пацаны попросту сами потеряли управление.

Ничего личного, просто бизнес, как говорится.

Антон встал рядом. Инструктор показал мне хват, работу из-за укрытия. Я старательно повторял. Тело слушалось не идеально, но, пожалуй, лучше, чем могло бы. Чужое тело вообще любило подкидывать сюрпризы, но за последние дни мы с ним начали более-менее договариваться.

— Не высовывайтесь всем телом, — сказал Антон. — Только сектор, короткий выход, выстрел и сразу уход обратно. Многие новички встают красиво и получают красиво.

Он поставил меня за щит и показал, как смотреть угол. Я повторил. Из соседней зоны снова донёсся голос Николая Сергеевича.

— Стоп! Ты зачем пошёл один?

Антон заметил, что я весь там.

— Не отвлекайтесь.

Антон показал, как снимать предохранитель и целиться по мишени. Первые выстрелы ушли чуть выше. Хлопок маркера оказался сухим и коротким. Шар ударил в щит, разбился ярким пятном. Я поправил хват, сделал второй подход, а потом и третий. Антон кивал, иногда поправлял локоть.

— У вас хорошо получается для новичка, — отметил он.

Я посмотрел на дальнее поле, где «продвинутые» снова начали движение. Голос Николая Сергеевича отрезал команды.

— Продолжим? — спросил Антон.

— Продолжим.

Антон махнул рукой, и тренировка пошла дальше. Я двигался между щитом и бочкой, стрелял по мишени, уходил обратно, менял уровень, слушал команды и одновременно косился на соседнее поле.

— Антон, а Антон, мне тут всё понятно, — я окинул взглядом наш полигон. — Может, что-то поинтереснее придумаем?

— Ну я-то думал, что вы новичок, а вы… быстро учитесь.

Антон повёл меня через калитку в сетке, и мы оказались на основной площадке.

— Сюда, — сказал Антон. — У нас это место называют «город». Укрытий много, новичкам нравится. Тем более Сергеич сегодня укрытия чуть иначе переставил.

Он показал рукой на ближний край.

То, что это иное игровое поле, не то, на каком играли мы с пацанами ранее, мне стало понятно сразу. Но теперь у меня появлялся отличный шанс рассмотреть эту локацию внимательнее.

— Вот стартовая зона, — сказал Антон.

Я посмотрел туда, куда он показывал. Старт находился ниже по площадке. Не в буквальном смысле, большой горы там не было, но грунт уходил с лёгким уклоном, и обзор из этой точки получался хуже. Перед стартом стояли два щита и бочка. На первый взгляд хватало. На второй щиты закрывали только первые шаги, а дальше команда сама вываливалась в простреливаемую полосу.

— Обзор отсюда так себе, — сказал я.

— Новичкам хватает, — ответил Антон. — Они всё равно первые тридцать секунд видят только свою маску и чужие спины.

Я двинулся вдоль стартовой зоны, будто просто рассматривал поле. Центральное укрытие, к которому любой нормальный пацан рванул бы первым, стояло ближе к позиции противника. Ненамного. Ровно настолько, чтобы соперники успели занять угол раньше и встретить на подходе моих пацанов.

Дальше тянулись два узких прохода между щитами, которые выглядели как подарок. Прямой маршрут, укрытия с обеих сторон, короткая перебежка к покрышкам. Только оба прохода простреливались с двух углов: от форта слева и от автобуса справа.

Новичок увидел бы тут свободную дорогу. А вот опытный игрок уже увидел бы конкретный такой капкан.

Справа здесь стояло вроде бы вполне удобное укрытие. Широкий деревянный щит с бочкой перед ним. За ним можно было отлично спрятаться, перевести дыхание и даже сделать пару выстрелов. Только вот дальше уходить было некуда. Тупик, прикрытый так, чтобы игрок сам считал себя защищённым.

Бочки тоже стояли отнюдь не случайно. Они создавали ложный путь, по которому неопытная команда игроков сама выстраивалась в очередь на расстрел.

Поле не выглядело нечестным с первого взгляда. Оно выглядело обычным. В этом и крылась мерзость.

Голос Николая Сергеевича шёл с площадки за фортом. Антон как раз повернулся ко мне и поднял маркер.

Я поправил ремешок и взял маркер. Антон поставил меня за ближний щит и сам встал напротив, чуть боком. В маске его голос стал глуше, но команды звучали понятно.

С соседней зоны снова послышался хлопок, потом ещё один. Я краем глаза видел через сетку тени, быстрое движение и силуэты в масках. Один игрок перебегал, второй держал угол.

Мы перешли к бочкам. Антон показал, как менять позицию. Я повторял.

Голос Николая Сергеевича звучал всё ближе. Его тренировка шла полным ходом. Теперь я видел их компанию лучше. Четверо молодых парней, возраста первых курсов института. Возраст такой удобный, что при желании их можно было подать как участников программы. Хотя в бумаге люди вообще чудесно молодеют или, наоборот, взрослеют в зависимости от стоящих перед ними задач.

Николай Сергеевич стоял у боковой линии. Теперь я видел его вживую. Тренировка у этих ребят, судя по всему, подходила к концу.

Один из парней снял маску в безопасной зоне, вытер лицо полотенцем. Высокий, светлый, нос с небольшой горбинкой. Второй, коренастый, с чёрной повязкой на руке, пил воду мелкими глотками. Третий был худой, с очень спокойными глазами. Четвёртый возился с креплением на маркере.

— Вы их знаете? — наконец спросил Антон, видя, что я то и дело смотрю в ту сторону.

Мне нужно было подойти ещё ближе к зоне Николая Сергеевича. Просто уйти от Антона было нельзя. Это сразу выглядело бы как ночная тренировка ради чужих разговоров.

Поэтому я указал маркером на узкий проход между двумя рядами щитов ближе к соседней сетке.

— А вот тот проход можно отработать?

Антон посмотрел туда.

— Какой именно?

— Вон там, через щиты.

Антон вздохнул.

— Ладно. Только аккуратно. Там грязь и угол плохой.

Мы перешли ещё ближе. Теперь между нами и соседней тренировкой оставалась сетка, ряд бочек и несколько метров земли. Николай Сергеевич стоял к нам боком и говорил одному из парней, коренастому с чёрной повязкой:

— Завтра ваша задача — быстро забрать центр и отсечь правый фланг. Сделали дело — закрепились и ждёте команды.

Парень охотно кивнул.

Я почувствовал, как внутри у меня неприятно похолодело. Внутри синих, похоже, будет отдельная ударная группа, которая играет по своему плану.

Мы с Антоном сделали несколько упражнений. Потом Антон проверил маркер и посмотрел на меня.

— Хотите ещё маршрут? Можно пройти от старта до центра.

— Очень хочу.

Мы пошли к старту. На соседней площадке тренировка уже подходила к концу. Я видел, как парни собираются у сетки, слушают Николая Сергеевича, кивают.

Антон поставил меня у стартового щита. Показал движения. Я повторил движение.

И в этот момент с соседней зоны прозвучал резкий свисток. Николай Сергеевич поднял руку, и его группа замерла почти одновременно.

— Всё, — сказал он.

Один из парней снял маску и провёл рукой по мокрым волосам.

— А если мелкие начнут тупить?

— Мелкие пусть тупят, — сказал Николай Сергеевич. — Вы главное делайте своё дело.

Парни начали снимать маски и выходить через боковую калитку.

Николай Сергеевич снял маску последним.

— Антон, — крикнул он в нашу сторону. — Ты ещё долго?

— Минут тридцать и заканчиваем, — ответил Антон.

— До закрытия успей сдать маркеры.

— Успею.

Сергеич кивнул и пошёл к раздевалке вслед за своими.

Я посмотрел на выход к раздевалкам. Момент был практически идеальный. Если Сергеич уйдёт в служебную часть или сядет в машину, второй возможности ночью может не быть.

Антон повернулся ко мне.

— Работаем? У нас осталось время. Можем добить маршрут и стрельбу из-за автобуса.

Антон улыбнулся, но я уже смотрел на Сергеича, который дошёл до калитки и остановился, чтобы что-то сказать одному из своих ученичков. Ещё минута — и они уйдут в раздевалку.

— Давайте последнее упражнение, — сказал я.

— Последнее? У нас ещё двадцать минут есть.

Антон поставил три мишени: одна за щитом, вторая между бочками, третья у низкой покрышки. Потом показал маршрут от укрытия к укрытию. В этом упражнении надо было пройти короткий отрезок, сделать по два выстрела с каждой точки и уйти обратно, не подставляясь.

— Старт по хлопку, — пояснил инструктор.

Он хлопнул.

Я рванул вперёд. На этот раз я уже не играл в новичка. Два выстрела, оба легли аккурат в щит рядом с центром. Николай Сергеевич и парни уже как раз зашли внутрь раздевалки. Времени оставалось мало.

Закончив, я подошёл к совершенно ошарашенному Антону.

— Спасибо, мне на сегодня хватит. Считайте, что остаток времени я пожертвовал на развитие клуба.

— Быстро вы учитесь… — растеряно ответил он.

Я поставил маркер на предохранитель, проверил ствол вниз и пошёл в раздевалку.

За спиной Антон собирал мишени и что-то невнятно бурчал под нос про ночных клиентов в моём лице. Пусть себе бурчит на здоровье, мне-то что.

Я подошёл к раздевалке, толкнул дверь и вошёл. После поля здесь было слишком светло и слишком бытово. Вокруг белые стены, ряд пластиковых стульев у стены, кулер с водой.

Из раздевалки отдалённо слышались голоса. Парни Сергеича разговаривали вполголоса. Заходить внутрь я не спешил.

Я остановился у кулера и нажал кнопку с синей полоской. Холодная вода тотчас пошла тонкой струйкой в пластиковый стаканчик. Пить мне особо не хотелось, но стаканчик давал лишний повод постоять в коридоре. Антон в этот момент прошёл мимо, кивнул мне и скрылся за дверью инвентарной.

Дверь раздевалки наконец распахнулась, и первым вышел высокий светлый. На плече у него висела сумка, волосы были мокрые, на переносице краснела полоса от маски. За ним вышел худой, переодетый в тёмную толстовку. Он скользнул по мне взглядом и сразу отвёл глаза. Следом вышли ещё двое.

Я медленно отпил воду, потом стиснул стаканчик и двинулся в раздевалку.

В раздевалке всё ещё был Николай Сергеевич. Он уже переоделся в спортивные штаны и футболку. Вживую он оказался шире, чем казался на фото. Он увидел меня и на долю секунды поднял взгляд.

Не узнал, естественно. Сергеич оценил меня быстро и решил, что максимум я могу попросить совет по экипировке или пожаловаться, что маркер стреляет криво.

— Вам что-то подсказать? — спросил он, чуть напрягшись — я-то продолжал на него смотреть.

Я бросил смятый стаканчик в мусорное ведро.

— Да. Но лучше без свидетелей.

Сергеич чуть нахмурился.

— Не понял. Мужчина, если у вас претензии к тренировке, это пожалуйста через администратора.

Я взялся за ручку двери и медленно прикрыл её и широко улыбнулся.

— Претензии у меня к завтрашней игре.