Любой здравомыслящий человек, узнав, что он мёртв, обязательно бы расстроился. Ну или как минимум начал переживать. С Марго всё было иначе. Осознав своё текущее состояние, девушка моментально преодолела шок и растянула губы в ехидной ухмылке. Она даже поковыряла пальцем в раневом канале и попыталась вправить осколок ребра, который отвратительно торчал наружу.

— Охуеть! — воскликнула она. — Это я чё, теперь бессмертная типа⁈

— Или дохлая, — резонно подметил цыган.

— Да ну на хуй! — выпучил глаза Грек. — Хочешь сказать, я только что на труп дрочил? Да иди ты на хуй!

— Да я, блядь, бог! — взвизгнула Марго.

— Вообще-то, ты зомбячка, — пробормотал Шуко и задумчиво ткнул пальцем в рваную дыру в рёбрах девушки.

— Э, клешни на хуй убрал! — оттолкнула его руку Марго. — Это моя дырочка.

— Вот и я думаю, — хмыкнул цыган. — Тебя теперь в неё ебать можно.

— Пиписька не выросла, — усмехнулась девушка.

— Бля, у меня опять встал, — оповестил присутствующих Грек.

— Я так понимаю, с банькой у нас какая-то хуйня. — Марго спрыгнула с полка. Проходя мимо Квадрата, который смотрел на боевую подругу с нескрываемым опасением, девушка подняла с пола свои грязные шмотки и швырнула их в таз с мыльной водой. — Слышь, чушок, шлифани-ка тряпки. И чтоб я не волновалась.

— А ты не прихуела часом⁈ — тут же набычился здоровяк.

— Чё⁈ — Марго угрожающе сузила глаза. — Давно по ебальничку не получал?

— В очко меня лизни, — буркнул Квадрат и, выловив вещи подруги, швырнул их в угол. — Тебе надо — ты и стирай.

— Хватит! — рявкнул Игорь, который молча наблюдал за происходящим. — Марго, на выход.

— С хуя ли? — тут же возмутилась она.

— Потому что я так сказал, — нахмурился Кочетков.

Девушка замерла на пороге и с эдаким прищуром посмотрела на Квадрата, а затем подвела два пальца к своим глазам и потом направила их на здоровяка. Грек, видевший всё это, хрюкнул от смеха.

Шуко даже не улыбнулся, продолжая смотреть на Марго оценивающим, задумчивым взглядом. Ему всё меньше и меньше нравилось то, что происходило в их небольшой команде. Больше всего он боялся стать таким, как Марго, и одновременно хотел этого. Что как раз и смущало, заставляя работать мозг на пределе.

В отличие от него, Игорь уже всё решил. Ведь он не полагался на эмоции, опираясь лишь на холодный расчёт. Если он всё правильно понимал, то их небольшая армия отныне становилась непобедимой. Впрочем, пуля в голове всё же могла помешать реализации любых планов. Но Кочетков видел, как двигается Долбоёб. Стрелок должен обладать нечеловеческими способностями для того, чтобы просто в него попасть. Про выстрел в голову даже речь не идёт. И если Игорь и его банда станут такими, они смогут пройти даже сквозь до зубов вооружённую армию, словно раскалённый нож через тёплое масло.

Кочетков наконец сложил мозаику, которая не давалась ему последние месяцы. Теперь он знает, что предложить местной банде. Нет, совсем не бессмертие и не возможность стать такими, как Долбоёб. Страх. Вот что заставляет людей подчиняться. И он им его обеспечит. Нужно лишь слегка подкачаться. Развиться хотя бы до нынешнего состояния Марго.

— Забирай. — Игорь подтолкнул девушку к Долбоёбу.

— Э, в смысле⁈ — опешила от такого поворота событий Марго. — Какого хуя⁈

— Ебальник захлопни. — Кочетков зло посмотрел на неё. — Теперь ты принадлежишь ему.

— Да с хуя ли баня подгорела⁈ Иди вы на хуй, оба! Я, блядь, бог! Мне всё похуй!

— Как и мне, — хмыкнул Кочетков и посмотрел в глаза мёртвого приятеля. — Мы договорились?

— Да, — прошипел Долбоёб. — Всё сделаю.

— Для начала выбей эту сраную дверь, я хочу повеселиться на прощание.

Мертвяк отшвырнул в сторону обглоданную кость и лениво поднялся. Даже в этом состоянии в нём ощущалась хищная грация и мощь. Игорь всегда невольно ему завидовал, но сегодня всё изменилось. Он наконец увидел путь и знал, как по нему пройти.

Долбоёб замер у железной двери, ведущей в подвал поселкового храма, и некоторое время к чему-то принюхивался. А затем ударил в створку. И этот, казалось бы, ленивый, короткий тычок без размаха оставил на створке огромную вмятину.

Второй удар оказался ещё более сокрушительным, и теперь дверь выгнулась внутрь всем полотном.

Из подвала донёсся пронзительный визг, полный страха. Что-то посыпалось внутри, раздался противный скрежет, и третий пинок окончательно превратил кованую дверь в груду металлолома.

Створка согнулась. Её края отступили от притвора, и Долбоёб смог просунуть пальцы в образовавшуюся щель. Теперь он тянул её на себя. Противный скрежет металла и визг женских голосов ударили по ушам.

А в следующую секунду дверь наконец-то сдалась. Что-то грохнуло и звякнуло о каменный пол, и полотно с визгом петель отошло в сторону.

Внутри уже не кричали. Нестройный вой, полный первобытного ужаса, наполнял мрачное помещение. Игорь впитывал его всеми клетками тела, и на его лице, невольно проявилась кровожадная улыбка.

Марго знала это его состояние. И как только Кочетков нырнул в проём, девушка тут же поспешила ретироваться.

Кочет стоял посреди просторного подвального помещения с арочными сводами потолка и рассматривал свою добычу. Он не спешил, тщательно выбирая себе жертву. Какая-то женщина лет пятидесяти испуганно жалась в тёмном углу. Рядом с ней, стараясь казаться невидимой, свернулась калачиком девчонка лет десяти.

Игорь задержал на них взгляд всего на мгновение. Всё это было не то.

Он мог выпотрошить их, но вряд ли получил бы то, ради чего всё это делал. Да, какая-то часть напряжения точно бы ушла, но Игорю хотелось как следует попрощаться с собой старым. Эдакий прощальный этюд, который он сможет смаковать ещё долгое время, попросту вызывая детали в памяти. А потому жертва должна быть особенной.

И тут его взгляд зацепился за девушку возрастом лет двадцати, может, чуть старше. В отличие от всех остальных, она не показывала страха. Он в ней был, Игорь ощущал его, однако вместе с ним в девушке чувствовался стержень, не позволяющей ей прогнуться перед обстоятельствами.

И это было именно то, что нужно. Кочетков наконец ощутил тот самый азарт, захотел сломать её, как трухлявую ветку об колено.

— Её, — указал он на девушку, и Долбоёб шагнул вперёд.

Она не сдвинулась с места до самого последнего момента. Мертвяк неспешной походкой подошёл к ней и коротким ударом, без замаха, отправил девушку в глубокий нокаут. Закинув обмякшее тело на плечо, он выволок его на улицу, и тут Кочетков заметил ещё кое-что. Один из пленных рванулся. Естественно, будучи связанным по рукам и ногам, поэтому ничего из этого не вышло. Он даже не представлял, что в этот самый момент подписал себе смертный приговор.

— И этого тоже, — указал на пленника Кочетков. — Отнеси их в тот дом, я присмотрю за ними. И остальных позови.

Долбоёб кивнул и, подхватив связанного мужика словно пушинку, закинул его на второе свободное плечо. Через несколько минут он покинул дом и отправился к бане. Вскоре у церкви собралась вся банда.

— Этих запереть, — указал Игорь на женщин, оставшихся в подвале. — Распределите смены, чтоб ни одна падла не убежала. Они нам ещё пригодятся. Где Марго?

— Она сказала «ну на хуй этого очкарика» и свалила в лес, — доложил Грек.

— Хуй с ней, — отмахнулся Игорь. — Меня не беспокоить.

— Да никто и не собирался, — пожал плечами цыган.

Кочетков кивнул и скрылся в доме.

Прежде чем перейти к экзекуции, он внимательно осмотрел помещение. Нужно как следует подготовиться, чтобы получился максимальный эффект. А для этого обе жертвы должны видеть друг друга.

Девушку Игорь решил пока не трогать и начать с более тяжёлого мужика. Пленный извивался, когда Кочетков пыхтел, заваливая его на кровать. Да, он мог бы попросить о помощи Долбоёба, и мертвяк справился бы с задачей играючи, но Игорь хотел всё сделать правильно. Он не знал, сможет ли сохранить в себе возможность чувствовать, после того как умрёт и возродится. Сейчас он ещё хоть как-то получал наслаждение. Да, вот в такие редкие моменты, но главное — мог. Но что будет после обращения?

Игорь завис, гоняя в мозгу эту мысль, а затем резко, без предупреждения, ударил пленника по голове. Мужик поплыл, но не отключился, и Кочетков повторил. На этот раз глаза жертвы закатились, и он отключился. Кочет тут же приступил к делу, стараясь не терять драгоценного времени.

Он развязал его, но не для того, чтобы освободить. Ему нужно было закрепить тело на кровати. Протянув верёвку через железную дужку, он туго притянул к ней запястье. То же самое проделал с другой рукой и на всякий случай дважды обвязал тело, фиксируя его к корпусу. Затем занялся ногами, точно так же, намертво фиксируя их к железной спинке. Закончив, Игорь немного отступил, осматривая дело своих рук, и удовлетворённо крякнул.

— Долбоёб! — окликнул мертвяка он.

То, что предстояло сделать дальше, было выше его физических возможностей. Когда мёртвый товарищ вошёл в дом, Кочет попросил его поднять кровать таким образом, чтобы жертва могла видеть всё, что будет происходить в комнате. Абсолютно вертикальное положение здесь не подходило. Мужик обязательно будет дёргаться и всё испортит. Поэтому импровизированную дыбу попросту прислонили к стене под небольшим углом.

Оставив мертвяка присматривать за жертвами, Игорь вышел из дома и направился в сарай, где подхватил нужные инструменты. Затем отпустил Долбоёба и принялся фиксировать кровать таким образом, чтобы она гарантированно не завалилась в самый ответственный момент. Он прикрутил несколько брусков вокруг ножек, что упирались в пол. То же самое сделал с ножками на стене и даже попытался расшевелить получившуюся конструкцию. Кровать держалась жёстко, как и мужик, который был к ней привязан.

Закончив с первой частью приготовлений, он наконец перевёл взгляд на девушку. Она смотрела на Игоря, с нескрываемым презрением, чем лишь сильнее подстегнула его аппетит. Кочета натурально затрясло от предвкушения, и это не ускользнуло от жертвы. В её глазах наконец-то проскользнул страх. Да, всё ещё прикрытый волей, но он точно там был.

Игорь подхватил брыкающееся тело и завалил его на стол. Некоторое время он думал, стоит ли вырубать её, и в последний момент отказался. Вместо этого он сунул девушке кулаком в нос, и как только она поплыла, быстро разрезал верёвку, стягивающую её руки, и принялся вязать их к ножкам стола. Пришлось ещё дважды бить её, чтобы разобраться с ногами, которыми она лягалась так, словно от этого зависела её жизнь.

Хотя на самом деле так и было.

Кочетков дважды получил пяткой в грудь, но это сопротивление лишь ещё сильнее распалило его больное вожделение. Когда всё было закончено, он развернул стол с привязанной к нему девушкой так, чтобы она видела дыбу. И только завершив обустраивать декорации, наконец вытянул кляпы.

— Пидор! — тут же взвизгнула девушка. — А ну отпустил меня, мудила!

— Я придумал кое-что получше, — сладким голосом пропел он ей в самое ухо.

С этими словами Игорь принялся приводить в чувство мужика. Растёр ему ладонями уши, постучал по щекам и с удовольствием отметил, как дёрнулись у того веки. Пора было начинать представление.

— Мразь! — снов завизжала девчонка. — Не трогай его, тварь! Я убью тебя, слышишь, гнида! Я вскрою твою вонючую глотку!

— Я убью тебя! — визгливым голосом передразнил девушку Кочетков и грохнул от смеха. — Ха-ха-ха!

И было в этом хохоте что-то такое, от чего девушка мгновенно заткнулась. Она уже поняла, что обречена и ничто в этом мире её уже не спасёт. А ещё до неё дошло, что её смерть не будет быстрой. И единственный способ поскорее уйти в иной мир — не давать желаемое этому чудовищу, что сейчас пожирает её безжизненными, водянистыми глазами.

— Та-дам, — развёл руки в стороны Кочетков. — Добро пожаловать на моё шоу «Умри или сдохни», ха-ха-ха. Кто вы друг другу? — Игорь не спеша переводил взгляд с мужика на девушку. — Нет, вы не любовники, это точно. Тогда кто? Брат и сестра? Не-е-ет, — игриво отмахнулся он. — Дочь и отец, — с гордостью резюмировал он.

Лица жертв моментально отразили все эмоции, что сейчас царили у них внутри. Игорь впитывал из каждой клеточкой, наслаждаясь собственным всесилием. Сейчас он чувствовал себя на вершине мира, словно бог, от настроения которого будет зависеть дальнейшая судьба этих грязных кусков мяса. О да, они были полностью в его власти, и он мог делать с ними всё, что захочется.

— Я, блядь, не слышу ответа! — рявкнул он. — Ну хорошо… Значит, будем наказывать.

Игорь неспешно вытянул нож и подошёл к девушке. Мужик тут же заворочался, но пока не проронил ни звука. Упёртый, это хорошо. Сломать двоих вместо одной — это даже лучше, чем рассчитывал Кочетков.

Он аккуратно подсунул лезвие ножа под одежду и принялся не спеша её срезать. Кофточка полетела в угол, а следом за ней устремился лифчик. Девушка не двигалась, что немало раздражало Игоря. Её отец продолжал буравить мучителя тяжёлым взглядом, но тоже молчал.

И тогда Кочетков взялся за джинсы.

С ними пришлось повозиться. Нож неохотно резал прочную ткань, к тому же необходимо было аккуратно срезать ткань, плотно прилегающую к телу и при этом не задеть верёвку. Но Игорь не спешил, его всё устраивало. И он тщательно распарывал обе штанины, пока девушка не осталась в одних трусиках.

— Оставь её! — наконец не выдержал отец. — Убей меня. Делай со мной всё что хочешь, только отпусти её.

— Отпустить? — Игорь сделал вид, что задумался. — А что мне за это будет?

— Всё что захочешь.

— Я хочу стать императором мира! — воскликнул Кочетков и снова расхохотался. — Ха-ха-ха. Что, не по силам тебе такое желание? — И вдруг заорал: — Я жду ответа, мрази! Кто вы друг другу⁈

— Она моя дочь. Ты прав! Отпусти её, прошу!

— Хуёво просишь. — Кочетков постучал по губам кончиком ножа. — А готов ли ты заглотить мой член ради жизни этой суки?

— Чего? — растерялся мужик, уставившись на Игоря, непонимающим взглядом.

— Ха-ха-ха, — взорвался Кочет. — Ох ебать! Ты бы видел сейчас свой ебальник! Ха-ха-ха! А ты чё притихла, сучка⁈ — Игорь смачно шлёпнул девушку по ягодице.

Девушка лишь сильнее закусила губу, стараясь стерпеть все унижения и не дать этому чудовищу то, что он хочет. Внутри она уже решила, что даже если он будет её насиловать, она не проронит ни звука. Обломает ему весь кайф. И тем самым разозлит его и заставит убить.

Игорь задумчиво смотрел, как на мягкой «булочке» наливается розовое пятно от шлепка ладонью. И не удержался, шлёпнул ещё раз, но уже сильнее. А затем ещё… и ещё…

— Хватит! — взревел мужик. — Не трогай её! Я тебе кишки выпущу, гнида! Слышишь меня, уёбок, я вскрою твоё вонючее брюхо и вздёрну тебя на твоих же кишках!

— Какое интересное предложение, — ощерился Кочетков.

Он наконец срезал с девушки последнюю одежду, которая, впрочем, почти ничего не прикрывала. Затем подошёл к её голове и резко поднял её за волосы.

— Смотри, сучка! Я хочу, чтобы ты смотрела!

И чтобы она не опускала голову, Игорь подставил ей под подбородок спинку стула. Но эта упёртая девка просто закрыла глаза.

— Хочешь поиграть? — Кочетков натянул на лицо кровожадную ухмылку. — Ну давай поиграем.

Он аккуратно и очень крепко схватил её за веко. Девушка наконец вскрикнула и попыталась вырваться, мотая головой. Тонкая кожица выскочила из пальцев, отчего Кочетков раззадорился только сильнее. Теперь он пустил в ход пассатижи и сжал веко девушки так, что она завизжала во всю мощь своих лёгких.

Но на этом её страдания только начались. Точным движением Игорь срезал ей веко, а затем нагнулся и, схватив за подбородок, завизжал вместе с жертвой в унисон, после чего расхохотался, будто в него вселился сам дьявол.

— Теперь ты будешь смотреть, мразь! — проревел девушке прямо в лицо Кочетков.

С первой кровью его эмоции вышли практически на пиковый уровень. И он отступил, давая им возможность улечься.

Чтобы немного остыть, он перешёл к отцу и принялся методично, не спеша, срезать одежду с его тела. Мужик рыдал от собственного бессилия. Когда Игорь срезал веки с его дочери, он рвался с такой силой, что едва не опрокинул кровать. Но она всё же выдержала. Но самое главное, что Игорю наконец удалось надломить отца. И теперь он очень хотел сделать то же самое с его дочерью.

* * *

— Блядь, какого хуя он там делает? — нахмурив брови, спросил Грек. — Чё она там так орёт?

— Уж точно не ебёт, — резонно заметил цыган. — К утру там останется окровавленный кусок мяса.

— Два, — добавил Грек. — Он туда ещё мужика зачем-то потащил.

— Заткнитесь, — буркнул Квадрат. — Это не вашего ума дело.

— Да не, — пожал плечами Грек, — я как бы не против. Просто интересно.

— Нет там ни хуя интересного, — буркнул Шуко. — Обычный маньяк.

В этот момент из дома донёсся мужской рёв, и в нём было столько боли, что цыган невольно поёжился.

— Не обычный, — покачал головой Квадрат. — Он первый понял, к чему всё идёт.

— И к чему же? — заинтересовался Грек.

— Не знаю, — ответил здоровяк. — Но он знает.

— Ебать ты тупой, — вздохнула Марго, которая уже вернулась и сейчас спокойно сидела в садовых качелях, стоявших под навесом дома напротив пыточной.

— Да шла б ты на хуй, — беззлобно огрызнулся здоровяк.

— А ты, кстати, чего съебалась-то? — поинтересовался Грек.

— Да ну его на хуй, — отмахнулась Марго. — Он когда кого-нибудь режет, у меня после этого очко рвётся.

— А на хуя тогда вернулась? — приподнялся на локте цыган, который валялся в травке возле веранды.

— Моя теперь, — вместо Марго ответил Долбоёб, ударив себя кулаком в грудь. — Никто не тронет.

— Это блядь чё, шутка такая? — покосился на мертвяка Грек.

Однако Долбоёб посмотрел на него так, что тот поспешил отвести взгляд. Связываться с этой тварью Греку хотелось меньше всего.

— Долб, — оживилась Марго, — а у тебя хуй-то есть вообще? Я же девочка, меня ебать нужно.

Мертвяк запыхтел, но ничего не ответил. А ночную тишину вновь озарил душераздирающий крик из дома напротив.

— Нам чё, эту хуйню теперь всю ночь слушать? — поморщился Шуко.

— Боюсь тебя расстроить, — хмыкнула Марго, — но что-то мне подсказывает, сегодняшняя экзекуция одной ночью не ограничится.

— Почему ты так решила?

— Потому что сегодня он не спешит. Но это даже хорошо.

— Чем? — оживился Грек.

— Долго будет в хорошем настроении, — ответила Марго.

— Это да-а, — вздохнул Квадрат. — А он ничего по поводу пленных не говорил?

— В смысле? — нахмурилась девушка. — Охранять их велел.

— Это понятно, — согласился здоровяк. — Я о том, можно их трогать или нет?

— Ага, — ощерилась девушка. — Тебе что, та жирная бабка понравилась? Да ей же лет сто уже!

— Нормальная женщина, — нахмурился Квадрат. — И совсем не старая даже. Лет пятьдесят, может, чуть больше.

— Мне там, кстати, тоже одна приглянулась, — мечтательно произнёс Грек. — Худенькая такая, как тростиночка. А губки пухленькие, так и просятся на хуй.

— Я первый, — подскочил Квадрат и направился к сараю, в котором заперли пленных.

Через пару минут оттуда донеслись крики, звук ударов, а затем появился и виновник торжества. Он тащил за волосы упирающуюся женщину, о которой только что говорила Марго. Не доведя её и до середины двора, здоровяк сунул ей кулаком по зубам. Женщина упала, и он тут же завалился на неё сверху.

— Помогите! — зачем-то закричала она.

— Да не ссы, мать, — хохотнула Марго. — Может, он и сам справится.

— Ы-ы-ы, — ощерился Грек, отреагировав на шутку. — Может, я пока тоже это… А?

— Сиди на жопе ровно, — нахмурилась Марго. — Соблюдай очередь.

— Не, — вздохнул Шуко. — Насилие — это не по мне. Я люблю, когда женщина сама хочет. Вот тогда оно в удовольствие. А это всё хуйня. Ладно, вы тут сидите, а я пойду мертвячку отъебу.

— Не, ну заебись! — возмутился Грек. — А почему ему можно?

— Потому что он к женщинам с уважением относится, — назидательным тоном произнесла Марго. — Не то, что вы, упыри еба́ные.

Она хотела ещё что-то сказать, но в этот момент из дома напротив раздался очередной оглушительный визг, полный боли и обречённости.