— Да чтоб вас всех!

Стараясь не задевать сочащуюся сукровицу, я осторожно почесал свой обрубок руки. Ну сил больше нет терпеть!

Нейронка тут же отреагировала и бросила на меня недовольный взгляд с экрана виджета.

«Алекс, не трогай рану, — строго сказала она. — Ты можешь занести инфекцию. Советую тебе отвлечься на что-нибудь».

— Отвлечься? Легко тебе говорить! У тебя же никогда ничего не чесалось. Это невыносимо просто! Я спать не могу из-за этой жуткой чесотки!

«Профессор сказал, что это естественный процесс».

Я хмыкнул. Естественный или сверхъестественный. Как будто мне от этого легче.

— И ты туда же, Мия, — прошипел я. — Неужели нельзя было подобрать хоть какой-то препарат?

«Профессор говорит, что это негативно скажется на процессе регенерации. Неужели ты не хочешь побыстрее вернуть себе руку?»

Вернуть руку хотелось. Прям до коликов в животе. Но этот выносящий мозг зуд…

— Профессор то, профессор сё, — проворчал я, продолжая шкрябать ногтями бледную кожу. — Ты лучше скажи, сколько ещё мне мучиться?

«Уже в десятый раз спрашиваешь, — Мия театрально закатила глаза, но всё же вывела на виджет информацию. — Осталось два дня».

— Два дня, четыре часа, семнадцать минут и долбанных пятнадцать секунд!

«Как всегда, зришь в корень, Алекс, — улыбнулась Мия. — Но это почти на десять минут меньше предыдущего прогноза».

— Серьёзно? Хочешь сказать, что ты ошиблась в расчётах?

«Нет, Алекс. Ты же знаешь, что я не ошибаюсь. Просто делаю корректировку согласно твоим указаниям…»

Раздражение, владевшее мной последние сутки, на секунду отступило, давая просочиться крамольной мысли.

— А ну-ка, выведи динамику по синхронизации!

«Готово, Алекс! — Махнула рукой Мия, обновляя информацию на виджете. — Прирост синхронизации регенеративных генов за последние двое суток почти полпроцента. Отсюда и корректировка данных».

С жадностью медоеда я вцепился в статистику и последние данные по корреляции. Интересно…

Объект: Алекс

Статус адаптивности генома:

Устойчивость модификации: + 14,1%

Предел развития: 2+

Белок стабилизации: отсутствует

Импринтированные генные кластеры:

Ветка регенерации: 7,99 % синхронизации

градиент мутации — 29

устойчивость модификации: + 12%

сила способности — 231%

Ветка энергии: 11,08 % синхронизации

градиент мутации — 9

устойчивость модификации: + 16%

сила способности — 99%

Статус трансформации ДНК: 24,27%

центр физической активности — 31,28%

центр нервной системы — 31,65%

центр ментальной активности — 8,89%

Со времени расставания с Мией, данные сильно изменились. Но, кроме банальных выводов о росте способностей после их использования, опереться было не на что. Несмотря на то что сила мутагенеза ветки регенерации была намного выше, синхронизация почему-то шла гораздо медленнее. Да и сила способностей, выведенная эмпирическим путём, не в полной мере отражала нужные мне данные.

Чёрт! Как же мне не хватает знаний о работе нейровируса. Инфа, которую удалось нарыть в исследовательском центре, нам очень помогла, но не отвечала на самые важные системные вопросы. Оставалась большая надежда, что удалось стащить что-то стоящее с серверов Адама, но мощностей у моей помощницы для быстрого решения вопроса явно не хватало.

— Мия, как там дела по данным с базы NAVY?

«Процесс займёт ещё пару дней, — подтвердила мои опасения нейронка. — И это при восьмидесятипроцентной загрузке моих мощностей».

— Вот дерьмо! — Зацепив ногтем кусочек мягкой плоти, я зашипел от боли и зло зыркнул на Мию. — Долго!

«А ты попроси доступ к серверам лаборатории, Алекс, — ехидно улыбнулась нейронка. — Там делов-то на пятнадцать минут».

И это я её такому научил?

Я вздохнул и в десятый раз задумался. Слова Мии были вроде правильными, но вшитое в подкорку недоверие ко всем корпоративным структурам заставляло держать дистанцию. Хотя, если честно, я не знал, что скрывать. Полковник Гарин лишь немного пожурил меня за проделки. А в остальном его речь была полна комплиментов и благодарностей в мой адрес. За Вику, за профессора, за информацию о нейровирусе. За ту же Таисию. И соблазнительных предложений военный насыпал кучу. Дескать, оставайся мальчик с нами, будешь нашим королём.

Даже мою первую просьбу после того, как я немного пришёл в себя, выполнили без лишних вопросов: выделили вертолёт и целую группу спецназа, чтобы я смог без проблем забрать Мию, припрятанную в той заброшенной лаборатории NAVY. Но всё равно, что-то во мне противилось терять свободу выбора. Пусть даже мнимую.

— А что, если в этих данных будет информация о работе правительства с NAVY? — продолжал я гнуть свою линию.

«Ты, правда, всё ещё в это веришь?» — удивлённо вздёрнула носик Мия.

— Да кто его знает, — раздражённо буркнул я. — Но не проверишь, не узнаешь.

«Тогда нужно подождать ещё пару дней», — улыбнулась нейронка. Снова ехидно.

Ждать решительно не хотелось. Но и вываливать всю информацию, даже не зная о чём она, тоже казалось плохим решением. А если они сочтут её секретной и вообще закроют доступ? Ведь, как говорил профессор, часть информации об исследованиях и так уже находится под особым грифом. И на уточняющие вопросы отказался отвечать. Лишь добавил: подпиши, Алекс, контракт, и всё узнаешь.

Подпиши, как же. После его прочтения единственной мыслью было послать всех подальше и свалить в неизвестном направлении. Особенно после того, как я увидел условие не покидать лабораторный комплекс в течение всего времени контракта. Который был бессрочным. В общем, ситуация на данный момент сложилась патовая. Работать по специализации они меня заставить не могут. Ведь доступ к секретным сведениям жёстко регламентирован и требует кучи формуляров, которые я подписывать не намерен. А учитывая мои знания и квалификацию, мобилизовать меня по законам военного времени, как выразился сам полковник, просто дурость.

Радовало только одно — я ещё пять дней на заслуженном больничном. С отдельными апартаментами, душем, трёхразовым питанием и ежедневными сеансами связи с полковником. В которых он каждый раз испытывал мои принципы на прочность новыми плюшками.

А вот и он! Лёгок на помине. Принимая вызов, я гадал, о чём пойдёт речь на этот раз.

— Как самочувствие, Алекс? — начал он с уже надоевшей мне фразы.

— Контракт подписывать не буду, — с ходу напомнил я о своей позиции.

Он скривился, будто раскусил незрелый лимон и покачал головой.

— Ну что же так сразу. Даже не желаешь выслушать моё предложение?

— Всё равно не буду, — упёрся я.

— Ладно, ладно, — усмехнулся полковник. — Тогда, может, просто захочешь нам немного помочь?

— Если только совсем немного. И после того, как полностью узнаю весь расклад.

— Это само собой. — Гад расцвёл улыбкой и сразу перешёл к делу. — Вика говорила, что у тебя есть интересная программа оцифровки способностей. Я думаю, тебя не затруднит скинуть исходный код и дать нам пару примеров обработанных данных?

— Хотите оцифровать всех своих бойцов? — понимающе кивнул я и замер от пришедшей в голову мысли. — Э-э-э, не вопрос, полковник. Я вам, если честно, тоже многим обязан, так что без проблем.

— Что, так сразу и без условий? — Похоже, он искренне удивился.

— Ну конечно. Мы же теперь друзья, — я скопировал лучезарную улыбку Мии. — Только на ваших серверах я работать не буду. Принесите мне самый мощный спейсер, что у вас есть, и закиньте туда данные десятка ваших суперов. А завтра вечером заберёте со всеми исходниками.

Он изучающе посмотрел на меня, словно пытаясь понять, где тут подвох, но через пару секунд игры в гляделки, медленно кивнул.

— Через десять минут у тебя будет всё необходимое.

* * *

Конечно, спейсер понадобился мне совсем не для оцифровки бойцов военных. Первым делом я дал Мие задачу разобраться с данными, украденными с базы NAVY. А уж потом начал возиться с программой для Гарина.

«Алекс, информация от NAVY каталогизирована, с чего начать?» — отвлекла меня нейронка.

— Подожди, Мия, через пять минут освобожусь и приступим к разбору. А пока подготовь к изучению кластеры с информацией по тегам «грейды» и «матрицы».

Отдав команду, я скрупулёзно продолжал вносить правки в свою программу. Десять новых референсов выявили несколько недочётов, чему я даже обрадовался. Совершенство кода было моим излюбленным фетишем.

Удовлетворённый полученным результатом, я поставил десять моделей на новый прогон и перевёл взгляд на виджет с Мией.

— Давай выкладывай!

«Вот, смотри, — тут же оживилась нейронка. — Здесь восемьсот семьдесят четыре упоминания о грейдах и матрицах. Более шестисот из них относятся к описанию профилей мутантов. Там такие мутации, Алекс…»

— Мутации, Мия, — перебил я её, усмехнувшись, — это когда у тебя на заднице рука выросла.

«О, тут как раз есть подобные, вот посмотри!» — притворно радостно отозвалась нейронка.

— Да чтоб тебя! — я едва сдержал рвотный позыв. — Убери эту хрень с глаз долой!

«Как скажешь, босс», — улыбнулась Мия, довольная своей выходкой.

Обижаться на Мию, это примерно то же самое, что обижаться на себя самого. Немного отойдя от увиденного, я попросил помощницу убрать подобных уродов из списка для анализа. И даже после этого карточек с профилями мутантов осталось больше трёх сотен. Замучаешься всех анализировать.

— Мия, дай справку о количествах грейдов и принципов их присваивания. И выведи для начала карточки объектов с первым грейдом.

«Уже, босс!»

На этом этапе работа Мии была закончена. Сейчас предстояло самому ознакомиться с информацией, чтобы понять, в какую сторону копать дальше. Итак, что там у нас?

* * *

Через три часа я поднялся с кресла, чтобы размять затёкшие ноги и успокоить метавшиеся в беспорядке мысли. И были они совсем не о классификации мутаций и их разнообразии. И даже не о сожалениях, что информации о структуре нейровируса в украденных файлах не нашлось.

Перерождение…

Одно из ключевых понятий в структуре исследований NAVY. Да, пусть та лаборатория занималась лишь подготовкой объектов для этапа перерождения, но суть я ухватил точно. И эта суть пугала меня до усрачки.

Сверхспособности, о которых соловьём заливался Адам. Ха! Это лишь верхушка айсберга. Откровение для простофиль. По достижении девяноста процентов трансформации ДНК, человек перерождался в нечто иное, и в большинстве случаев это вызывало омерзение.

Вот дерьмо! Уроды, которых недавно предъявила мне Мия, и рядом не стояли с теми ужасными тварями из отчётов по экспериментам.

По коже снова пробежали колючие мурашки, от чего культя зачесалась ещё сильнее.

Ладно, сейчас нужно выдохнуть и собраться. Выдохнуть и собраться…

Через некоторое время аутотренинг дал свои результаты и помог вернуть мысли в нужное русло. Итак, что мы имеем? Огромную задницу на горизонте — перспективу стать одним из тех жутких уродов, и ма-а-аленький шанс избежать такой участи. А всё благодаря украденным данным. Одно это стоило всех злоключений, свалившихся на мою голову за последнее время. Осталось разобраться, как это сделать.

— Мия, проанализируй досье на все образцы и выведи основные закономерности. Сделай это пока без аналитики. Просто структурируй.

«Уровень детализации?»

— Тип перерождения, набор матриц, влияние грейдов мутаций.

«Готово, — отчиталась нейронка. — Что-то ещё?»

— Да. Наложи на них мою программу оцифровки.

«Это невозможно сделать, Алекс. Тут только отчёты, без генетических данных».

Я вздохнул и на секунду задумался. В списках ведь была карточка Таисии. Эти уроды из NAVY успели и её внести в базу.

— Ориентируйся на карточку Таисии. Попробуй поймать корреляцию на основе её данных.

«Этого слишком мало, Алекс».

— Знаю, но мне нужно выявить принцип, а не импринтировать гены. Действуй давай!

Мия мгновенно замолчала, почувствовав мой настрой. И это знак, что я теряю контроль над собой. А сейчас он мне нужен как никогда.

Я выдохнул и прикрыл было глаза, но тут же вздрогнул. В темноте под веками как будто отпечатались образы мерзких тварей.

Чёрт!

«Готово, Алекс».

Впившись глазами в потоки данных, я искал суть. Не решение, а смысл. То, что даст мне точку опоры. Логичнее всего было начать с образцов, сохранивших человеческий вид, но я пошёл от обратного. Искал закономерности в самых провальных экспериментах. И через некоторое время картина начала проясняться.

— Мия, выведи мои данные по центрам активности.

Статус трансформации ДНК: 24,27%

центр физической активности — 31,28%

центр нервной системы — 31,65%

центр ментальной активности — 8,89%

Да, так и есть. Во-первых, моя ошибка заключалась в том, что я усреднял статус трансформации ДНК, исходя из активности центров. Преображение начинало работать при достижении девяноста процентов любого центра, а значит, у меня ещё меньше времени, чем я думал. И это, учитывая собственную прогрессию мутагенеза, которая медленно, но верно вела к итогу трансформации. Десятая доля процента в неделю, но сути это не меняло. Отсидеться в любом случае не получится.

Во-вторых, перекос в развитии центров критически влиял на итоговый результат. А если кто-то ловил специфическую мутацию, завязанную только на один из центров, то от него и вовсе на выходе от человека оставалось лишь воспоминание. Внимание зацепилось за одну из карточек мутантов, где фигурировал объект, похожий на здоровенную человекозмею. Бледно-синий, покрытый чешуёй с мутными глазами без век и огромным, завитым в кольца хвостом вместо ног. Руки у него оставались, но тонкие, в два раза короче человеческих, с длинными когтистыми пальцами. Человек-змея имел потрясающую реакцию, суперпрочную чешую и был крайне ядовитым. В нагрузку шли неконтролируемая агрессия, дисбаланс между фазами сна и активности, снижение IQ почти в три раза и прочие подобные прелести.

Объект: U15/3472 (Гарри Литманен)

Импринтированные матрицы 4 грейда:

Пестицидам R134

Ядовитая железа T234

Импринтированные матрицы 3 грейда:

Змеиная кожа Т451

Параметры перерождения:

Матрица развития — С177

Потенциал трансформации — 16%

Статус трансформации ДНК: 90%

центр физической активности — 90%

центр нервной системы — (30–40)%

центр ментальной активности — (10–20)%

— Н-да, не повезло тебе Гарри, — не удержался я от вздоха и сосредоточился на изучении последней графы статуса.

Эта графа была припиской от Мии и давала большой разброс в данных, но как я говорил, мне нужна была суть. И я её нашёл. Человеком, или более-менее на него похожим, оставались образцы, где все три центра на момент перерождения были развиты примерно одинаково. Прогнав данные через наскоро написанную утилиту, я понял, что диапазон отставания от основной ветки должен быть не более двадцати процентов. Понятно, что второпях добиться точных результатов невозможно, но сейчас этого было более чем достаточно.

— Мия, что думаешь? Основные тезисы.

Я указал на открытую карточку твари, некогда бывшей Гарри Литманеном.

«Первое, что бросается в глаза, — тут же включилась в разговор нейронка, — это подбор матриц, импринтированных объекту. Создаётся ощущение, что результат на выходе — не ошибка, а результат тщательной селекции. Обрати внимание на порядковые номера геномов».

— Хочешь сказать, что у них только матриц змеиной кожи более четырёхсот?

«Очень похоже на то».

— Так если помножить все вероятности, то им даже оставшихся в живых людей не хватит, — засомневался я.

«Вряд ли они действуют так топорно, скорее всего, мы видим модификации уже прошедшие определённый отбор».

В словах Мии был резон, но сейчас хотелось поговорить немного о другом.

— А что ты думаешь о моей, хм-м… «сборке»? Во что я по итогу превращусь?

«Сам же видел, что мутаций, подобных твоим, в этой подборке нет. Но если пофантазировать, то вполне может получиться какой-нибудь живучий электрический угорь. Если, конечно, срочно не привьёшь себе третий паттерн генов. Или матрицу».

Мысль эта была настолько очевидной, что даже спорить не хотелось. Как и фантазировать. Угорь… бр-р-р…

Потихоньку смакуя эту мысль, я понимал, что рисковать и ждать, что получится по итогу, нет никакого смысла. Даже если мои мутации не завязаны ни на какую хрень с рогами и копытами. А значит, нужно подобрать мутацию, — тьфу, матрицу! — относящуюся к центру ментальной активности, и догнать её развитие до уровня остальных центров.

«Плохо будет обычным людям с первым пределом развития. А если и матрица так себе, то вообще пиши пропало».

Слова Мии, сказанные вскользь, заставили сердце тревожно сжаться. Инга, Вика, Таиска и сотни тысяч простых людей лишь выиграли первый этап лотереи. О том, что их ждёт дальше, даже думать не хотелось.

Я устало откинулся в кресле. Нет, такого допустить нельзя. Пусть я сам и не способен это изменить, но за мной стоит вся мощь государственной машины. Подумал об этом и горько усмехнулся. Докатился, Алекс.

— Мия, соедини меня с полковником Гариным.

«Сейчас ночь, Алекс. А ваша встреча запланирована на завтра после обеда».

— Мне кажется, новости заставят его изменить график. Вызывай!