Капсула раскрылась, и Вика увидела худые руки мастера Ли, ровно лежащие на груди. Грудь поднималась и опускалась в такт дыханию. Но вот, ресницы дрогнули, а вокруг глаз собрались знакомые морщинки. Прежде чем открыть глаза, Хань Ли улыбнулся.

— Может быть, отложим допрос до завтрашнего утра? Он ведь только что очнулся! — Вику встревожило решительное лицо Гарина. Этот не остановится перед тем, что человек стар и слаб. Для него все мутанты, даже свои бойцы, не более чем расходный материал. Отец, впрочем, не лучше. Заинтересованность на его лице проступала настолько, что было ясно: сейчас он не видит в мастере Ли человека, только новый подопытный образец.

— Допрос, конечно, отложим, — согласился Гарин. — Мы сейчас просто немного побеседуем и проводим вашего учителя в его комнату.

Вику аж передёрнуло. Она вспомнила, какой допрос ей учинили сразу после прибытия из центра NAVY. А мастер Ли уже в возрасте. Разве можно так с ним?

— Да успокойтесь уже, не съедим мы его. Нужно ведь понимать, кого привезли на базу, — проговорил Гарин с миролюбивой улыбкой. Но по его взгляду Вика поняла, что дальше шутить и возиться с ней полковник не будет. Это его последний намёк на то, что надо уступить дело с миром. А иначе её просто выпрут.

И Вика уступила.

Мастер Ли уже сел и смотрел на всех дружелюбно, с лёгкой улыбкой. Выглядел он посвежее, чем в квартире. Если сосредоточиться и посмотреть на него «вторым», псионическим зрением, то его сигнатура светилась куда ярче остальных. Хорошо, значит, и правда восстановился. Вика отметила про себя, что на виджете этого не заметно. Стоило переписать программу, чтобы она выдавала характеристики сигнатур. Алекс быстро бы сделал, но его рядом не было. Внутри больно кольнуло.

— Вика, — она вздрогнула и поняла, что мастер Ли смотрит на неё. Да и все смотрят. — Я должен извиниться, что использовал свою силу, чтобы убедить тебя забрать меня. Не вините девочку ни в чём. Это всё я.

Вика покраснела. Ну вот зачем он.

— А как вы получили эту силу? — тут же влез с вопросом полковник Гарин.

— Это… странная история, — тихо произнёс Хань Ли. — Мне придётся рассказать вам всё с самого начала, чтобы мы с вами могли подумать, почему так случилось. Но до того можно попросить у вас воды? В горле пересохло.

— Конечно, — отец тут же махнул рукой стоявшему за спиной ассистенту и обратился уже к Гарину: — Валентин Михайлович, мы могли бы переместиться куда-то в более располагающую к беседе обстановку?

Мастер Ли обвёл всех взглядом. И одного этого взгляда и тихой улыбки учителя на душе у Вики стало теплее. Полковник Гарин, похоже, тоже что-то почувствовал. Видимо, поэтому в переговорную, куда все переместились, пригласили и Волкова. Выглядел тот посвежее, чем сразу после пробуждения в капсуле, но всё равно устало. Сел в дальнее кресло. Мастер Ли доброжелательно кивнул ему, как старому знакомому.

В переговорную принесли чай и печенье. От ужина мастер Ли отказался. Вика вспомнила, что он почти не принимал пищу во второй половине дня.

— Когда всё случилось, — начал мастер Ли свой рассказ, — я был дома, утром выходного дня занятия в центре начинаются позже. И я, как обычно, в это время, занимался духовными практиками. В двух словах поясню суть, которая нам пригодится позже: наше тело и наш мир, это лишь видимая часть целого. Есть ещё энергетическая часть. Как у человека, так и у мира. И внезапно моя практика была нарушена, потоки энергии как будто взбесились и стали хаотичными, неправильными. Я думал, что дело во мне. Знаете, когда что-то вовне кажется враждебным или уродливым, нужно сначала проверить своё восприятие. Как правило, причина в тебе самом, — мастер Ли снова чуть улыбнулся, затем черты его лица заострились, взгляд наполнился грустью. — Но в этот раз что-то действительно случилось с внешним миром. Как будто его раздирала на части сила невероятной мощи, искажённая сила, неправильная. Я прервал свою практику и подошёл к окну. Наверное, я пропустил самое начало, потому что пытался продолжать медитировать. Трупы, обезумевшие люди, и даже те, кого людьми назвать уже было нельзя. На улицах царили хаос и смерть. Это было настолько шокирующе и невозможно, что я в какой-то момент решил, что выжил из ума. Я не смог связаться ни со старшими учениками, ни с моими кураторами в Центре развития. Связи не было.

Я даже собирался выйти и добраться до центра пешком. Тут недалеко же. Специально снимал квартиру рядом. Но стоило мне выйти в подъезд, я понял, там что-то было. Не человек. Оно шипело и клацало чем-то по ступеням. И распространяло вокруг себя энергию хаоса. Я оказался заперт в квартире. И не решился выйти, когда вы собирали выживших.

Мастер Ли посмотрел на полковника Гарина.

— Но благодаря вам я победил отчаяние. Кто-то выжил и пытается создать точку опоры среди всеобщего хаоса. Значит, есть надежда. А ночью появилась новая волна злой разрушительной силы. Какие-то хищные твари, которые сметали всё на своём пути. Я опасался подойти к окну. Мне было страшно за своих учеников. За всех, кого я любил. И я понял, что здесь людям противостоит то, с чем они справиться не в силах. Уж простите за такую оценку ваших возможностей.

Мастер Ли снова взглянул на Гарина.

Тот сидел с лицом, выражающим крайнее участие и, был не готов к такому повороту разговора. Не успел сменить маску и лишь сосредоточенно кивнул. Мол, продолжайте. Хань Ли продолжил.

— Тогда я снова пошёл туда, где всегда находил поддержку и покой. В медитацию. Задвинул шторы, сел спиной к окну и ушёл. Надолго ушёл.

Вика вспомнила, что, бегло глянув в медицинский отчёт, отметила: медики указали ослабленность и даже некоторое истощение организма, плюс обезвоживание. То есть получается, он что, всё это время сидел в медитации?

— Там, в каждом из нас, есть внутреннее море осознания. Попасть туда нетрудно, — продолжал мастер Ли. — За этим морем есть уже внешнее… пространство. И вот оно изменилось. Нет, оно не было поражено той разрушительной энергией, которая изменила наш мир. Но его покой был нарушен, оно стало активным. Его мягкость, незыблемость, то, что мы считали его неотъемлемыми свойствами, утратились. И оно изменило меня. Я не могу описать словами этот опыт взаимодействия с ним, но там я понял, что могу чувствовать людей, которые способны откликнуться. И даже показать им это пространство. Я стал искать учеников, но нашёл только Вику. И как я почувствовал, она осталась единственной из всех. Что мне сейчас особенно горько осознавать, — мастер Ли тяжело вздохнул и сделал глоток чая. — Но мой зов привлёк ещё одно создание. Я видел, что эта девочка поражена той самой скверной, но видел также, что могу помочь ей. И открыл дверь. Но… помочь мне не дали. Я сам чуть не погиб и чуть не погубил вас всех. За что снова прошу прощения.

На секунду повисло молчание, а потом полковник задал свои вопросы:

— Вы сказали, кто способен откликнуться. Здесь ещё есть такие, кроме Вики?

— Есть, — кивнул мастер Ли и посмотрел на Волкова. — Вот этот молодой человек, например.

— Ясно, псионики, — отметил для себя Гарин. — А что значит, помочь?

— Я мог бы перестроить потоки энергии так, чтобы успокоить их. И они перестали бы быть разрушительными, — ответил мастер. — Для этого мне нужно снова войти в то пространство, и действовать уже там.

Гарин скептически хмыкнул и посмотрел на отца:

— То, что нельзя пощупать и проверить. Как вам такое, профессор, смогли бы исследовать?

— Ну, помимо субъективного опыта есть ещё физиологические показатели, — нашёлся отец. — Я мог бы снять параметры мозговой активности, проанализировать гормоны крови. Возможно, это мало бы что прояснило по поводу мутации, но надо с чего-то начинать.

Но ответил ему мастер Ли:

— Я не могу вам объяснить, как это произошло, но мог бы взять с собой туда вашего человека, если хотите.

И он кивнул на Волкова.

— Допустим, — задумался Гарин. — Пусть это не раскроет нам технологию, но, как тут сказали, надо с чего-то начинать.

— Только не сегодня, — не выдержала Вика. — Мастер Ли ещё не восстановился, да и мы все устали.

— А вы что же, планируете участвовать? — поинтересовался полковник.

— Конечно, я не оставлю мастера Ли без поддержки.

— Хорошо, — кивнул Гарин. — Три подопытных лучше, чем два, правда, профессор? Тогда завтра утром и начнём. Например, через час после завтрака? Как вам, Хань Ли?

— Хорошо, — мастер Ли согласно кивнул.

Было видно, что долгий разговор утомил его. И полковник не стал затягивать беседу. Два бойца увели мастера Ли в его комнату. Вика не сомневалась, что они останутся караулить его дверь ночью.

— Ну что, господа псионики, — Гарин посмотрел на Волкова, затем на Вику. — Вы тоже — марш спать. Чтобы потом не было разговоров, что кто-то устал.

Волков сразу же, подчиняясь приказу, поднялся с кресла. Вика вопросительно посмотрела на отца.

— А мы с Виктором Александровичем останемся. Обсудить китайскую философию, так сказать, — Гарин чуть улыбнулся Вике и тут же твёрдым голосом добавил: — Вы свободны.

Вика думала, что не сможет уснуть. В голове крутились мысли про необычную мутацию мастера Ли, предстоящий эксперимент. А ещё никуда не делось переживание об Алексе. Что, если NAVY уже разобрали его по косточкам для исследований? А Таисия? Неужели она стала подопытным образцом? Они же нелюди, эти NAVY, и не звери, хуже зверей. Страшно представить, что они могут сделать с пленными!

Но, вдруг, прервав эти мысли, перед внутренним взглядом Вики возникло лицо мастера Ли. Он смотрел на неё с доброй полуулыбкой. «Спи», — чуть слышно шевельнулись его губы, и Вика тут же забылась глубоким сном без сновидений.

Утром в лаборатории кипела работа. Отец запрограммировал три капсулы, в которые должны были лечь подопытные. Помимо встроенных датчиков, лаборанты лепили на них ещё дополнительные. А для мастера Ли приволокли ту самую капсулу-Франкенштейна, которую отец не так давно показывал Вике.

— Будешь искать магнитный сигнал, вроде т-скрипта? — поинтересовалась она.

— Конечно, раз у нас тут лженаука в полный рост, почему бы и нет, — усмехнулся отец. — О, вот и контроль пожаловал.

Гарин появился на пороге с зеленоватым цветом лица и тёмными кругами под глазами. Правда, что ли, китайскую философию ночью изучал?

— Готовы? Хань Ли, — он в качестве приветствия кивнул мастеру Ли и похлопал Волкова по плечу. — Виктория, вы — учёный, наша большая надежда в этом эксперименте. Будете исследовать этот феномен изнутри.

Вика не поняла, насколько серьёзно он говорит, и на всякий случай кивнула, прежде чем забраться в капсулу.

Мастер Ли говорил, что нужно просто сосредоточиться на дыхании. Дальше он сделает всё сам. С Волковым они успели потренироваться утром, Вика сомневалась, что боец что-то знал о медитации до этого момента. Остаётся надеяться, что решающее значение тут имеют псионические способности.

Не успела Вика сделать и пары глубоких входов-выдохов, как ощущение тела потерялось. Её куда-то несло каким-то быстрым потоком, голова кружилась. А потом перед глазами возникла картинка: молочно-белые облака с танцующими на их поверхности яркими всполохами.

— Осознай свой образ, — прозвучал рядом тихий голос.

И Вика вытянула перед собой руки, представляя, как увидит их здесь. И они появились. Сначала бледные и тонкие, пальцы постепенно набрали цвет и стали как настоящие.

— Молодец, в этот раз сама справилась! — похвалил мастер Ли.

Его образ собрался мгновенно, высокий и худой в белом одеянии даоса, как на тренировках, на тонкой пергаментной коже видно каждую морщинку. Только сияющие глаза напоминали о том, что тело здесь — лишь проекция.

— А нашему парню нужно помочь, — Хань ли взмахнул рукой, и из облака рядом сгустился силуэт человека, который постепенно наполнился красками и обрёл чёткость. Волков стоял здесь в полной боевой броне. Хотя Вика вспомнила, что ложился он в капсулу в лёгкой армейской униформе. Она взглянула на себя: медицинский костюм.

— Всё верно, ты учёный, а он воин, — улыбнулся мастер Ли. — Подсознание достраивает образ согласно внутреннему состоянию.

— Где мы? — медленно произнёс Волков и протянул руку. Его голос звучал тихо и сдавленно.

Рука легко прошла сквозь облако тумана. Золотые искры затрещали.

— Внешнее море осознания, — произнёс мастер Ли. — Это уже не внутренний мир каждого из нас, но ещё и не соединение с высшим разумом.

— А что, есть и такой? — хмыкнул Волков.

— Конечно, — ничуть не смутился мастер Ли. — Но мы в переходном месте, там, где могут встречаться сознания.

— Здесь вам передали мутацию? — уточнил Волков. — Кто?

Вот ведь неугомонный! Прямо как Гарин, этот бы тоже с такими же вопросами лез. Вика не сомневалась.

— Нет, не совсем здесь, и не кто, — мастер покачал головой. — Это довольно сложно объяснить, тогда я ушёл довольно далеко, так далеко, как проводить вас не в силах. И тогда оно само указало мне путь.

Волков недовольно дёрнул плечом, огляделся.

— А здесь действительно можно связаться с кем-то, кого знаешь? — Вика задала вопрос и замерла: её голос раздался неожиданно звонко и эхом разнёсся вокруг.

— Я вижу в тебе стремление и возможность, — улыбнулся мастер Ли. — Попробуй почувствовать того, кого ищешь. Если он откликнется, я помогу тебе связаться с ним.

— Алекс! — внутри Вики всё подпрыгнуло. А вдруг получится?

Только надо представить Алекса… Лицо с едва уловимыми азиатскими чертами, чуть насмешливый взгляд… Или, может быть, нужно не внешность, а ощущение, когда он перевязывал её раненную в центре NAVY, сосредоточенное лицо, быстрые движения рук. Нет, не то… Может быть, когда они спорили по поводу генома Кеши? А, он же тогда вообще убежал! Когда поставил капсулу Кеши в режим трансформации. Кеша…

Вика вспомнила лысый тёплый комочек на коленях. Мурчание и подрагивающие длинные усы, когти, игриво пробующие хозяйку на прочность.

— Котик? Как неожиданно, — раздался за спиной мягкий голос, и Вика тут же поняла, что не просто представляет, она чувствует его! Кешу! Как будто он рядом.

— Сосредоточься, не отпускай образ, погрузись в ощущения, — тихий голос мастера Ли вливался в сознание.

Белые облака перед Викой рассеялись, из цветовых пятен начала собираться картинка. Какие-то люди в броне, совсем не похожей на броню спецназа. Холод железа, тряска, шум, голоса, один знакомый, кажется, Алекса. «Всё будет хорошо, милая…» Тонкая детская рука совсем близко, как будто хочет потрогать, но не может. Таиска! Всё тонет в диком скрежете. И сама картинка как сквозь мутное полотно, и только её фрагменты — круглые пятна на тёмном фоне.

— Алекс! Алекс там! Я его почувствовала! — Вика едва расслышала свой голос. — Но как понять где они⁈

— Попробуй почувствовать других псиоников, — к ней пробился голос Волкова. — Они там есть? Ты можешь?

Вика настроилась как при обычном поиске сигнатур. Образы, яркие вспышки. Сложно. Как же сложно. Ещё эта пелена. В один момент ей показалось, что она уловила нечто такое, яркое и светящееся, как Кеша. Но этот разум был холодным, враждебным. На миг появилась картинка: широкий простор неба, озеро и густой сосновый лес за ним. Куполы раскрытых парашютов на фоне утреннего солнца. Но тут чужая холодная воля как будто толкнула её, и всё померкло.

— Нет! Стой! — Вика дёрнулась и стукнулась головой прямо о стенку капсулы. — Нет! Я должна понять, где они. Мастер Ли, верните меня обратно!

Но капсула раскрылась, и её схватили сильные руки. Перед глазами возникло лицо отца:

— Не дёргайся, все датчики поломаешь. Дай отсоединить!

— Мы не закончили, надо вернуться! — Вика попробовала высвободиться, но вторая пара рук, лаборанта, стала шустро отсоединять от висков электроды. — Мастер Ли! Папа, я почувствовала Алекса! Таиска с ним! Надо понять, где они.

— Да не переживай ты, — спокойный голос раздался совсем рядом. Уже не такой глухой, как в облачном пространстве. — Я понял, где это.

И совсем другим тоном Волков добавил:

— Полковник, у нас есть шанс захватить группу NAVY, они терпят крушение на северной широте. С ними та девчонка с редкой мутацией и программист Марьин. Только действовать нужно максимально быстро!