«Приветствую, Алекс. Маркер К-17 обнаружен. Запускаю скрипты».

Бесстрастное лицо Кена, скупой отчёт о выполнении команд — всё это происходило под бешеный грохот сердца. Словно поршни сложной машины решили пойти вразнос в самый ответственный момент.

Соберись, Алекс! Другого шанса у тебя не будет.

«Кен, переводи управление на меня при получении доступа к внутреннему ядру системы».

«Семь секунд до полной синхронизации», — отозвался цифровой ассистент.

Я повернулся к Таисии и выдавил из себя улыбку.

— Всё будет хорошо, милая.

Она неуверенно кивнула, но в глубине её глаз плескался страх.

Трей разродился сонмом команд, и я отвернулся, запирая в сердце нехорошее предчувствие. Отбросил сомнения. Доступ к центральному серверу не будет длиться вечно. Мои алгоритмы вскрыли систему, но резервные охранные контуры быстро ликвидируют эту брешь. Счёт пошёл на секунды.

«Кен, запуск систем пожаротушения в секторе В и технических помещений лётного отсека. Блокировка всех систем контроля доступа до уровня С. Перевод систем вентиляции в аварийный режим».

«Готово, Алекс. — Через пять секунд поступил первый отчёт нейронки. — Сервер запустил синюю тревогу, активирован протокол „Щит“. Инженерная сеть переведена на ручное управление».

Прекрасно. Я представил, как металлические переборки опускаются, разделяя базу на изолированные сектора. Как персонал несётся к своим постам согласно инструкциям. И панику операторов, потерявших контроль над происходящим. Через пару минут они, конечно, разберутся в чём дело, проведут диагностику, переключат систему на резервный контур автоматики, но будет уже поздно. К тому времени защита базы данных центрального сервера уже будет разрушена.

«Кен, найди узел управления полётами и переключай контроль на меня».

Посеять хаос в логове NAVY, конечно, здорово, но не это было основной целью. Да и канал связи не вечен.

«Готово, Алекс».

«Отлично, — выдохнул я, завершая битву с ядром системы и переключаясь на новый виджет. — Кен, потроши базу данных! Всё до чего сможешь дотянуться. У тебя тридцать секунд».

Так, что тут у нас?

Ангар гудел, как растревоженный улей. Сигнальные огни взлётных полос мигали, приглашая тягачи с тяжёлыми глайдерами к стартовым точкам. А пара коптеров, раскручивая винты, уже готовилась рвануть в небо.

Нет, ребята. Не в мою смену.

Несколько команд, и огромный ангар погрузился в кромешную тьму. Крики и визг колёс разрубили грохот рухнувших вниз гермостворок и вой пожарных сирен. И взвесь распылённой воды систем пожаротушения как последний аккорд в эту симфонию безумства.

Убедившись, что посеянный хаос набрал достаточную концентрацию, я перевёл внимание на блок навигации. Единственная точка в пятидесяти километрах от базы исключала возможность любой ошибки.

«Шэдоу Раннер-5, экстренный вызов, протокол „Щит“. Подтвердите приём» — отправил я первое сообщение.

«Приём подтверждаю»

Отлично. Птичка заглотила приманку.

«Новые инструкции. Гриф „Астра“. Подтвердите получение пакета».

Новая серия команд и подтверждение о получении'. Я перевёл дыхание, ожидая ответа.

«Пакет получен. Приступаю к выполнению. База, что-то не так… база…»

«Хорошего полёта, Шэдоу Раннер-5».

Есть! Обрубив все каналы связи, я вернулся в реальность и открыл глаза. Посмотрел на девчонку.

— Держись, Таиска. Всё будет хорошо.

Словно опровергая мои слова, летательный аппарат дёрнулся, будто подсечённый небесным гарпуном. Рывок вперёд заставил мои челюсти громко клацнуть. Чёртов доспех не помог: грудь сжало так, что не вдохнуть. Верх и низ поменялись местами. И обратно. Освещение сошло с ума, превращая реальность в сломанный стробоскоп. А затем, словно устав, и вовсе исчезло.

Снова рывок, и желудок подскочил вверх, вызывая тошноту и нотку паники. В глазах потемнело. Я не мог сосредоточиться на виджете.

Чёрт! Что-то явно пошло не по плану.

— Код «Зиро-7». Эвакуация! — заорало в наушниках.

Что-то с треском порвалось, и в следующую секунду неведомая сила выдернула меня из креплений кресла. Рёбра сдавило почти до хруста, запирая неродившийся крик боли. Тщетная попытка уцепиться за что-то руками, удар по голове, выбивший искры из глаз. Когда я уже потерял всякую надежду, меня пронзило внезапное чувство лёгкости.

— Не дёргайся! — прогремело в наушниках. — Всё под контролем.

Голос был сухой и спокойный. С ноткой раздражения. Это одновременно и выбило из колеи, и позволило взять себя в руки. Пытаясь вернуть контроль над ощущениями, я внезапно понял, что лечу. И если бы не боль в сдавленных рёбрах, то можно было сказать, что чувствую себя вполне сносно.

Беспокоила мутная пелена перед глазами, но, покрутив головой, я собрался и начал складывать в уме картинку произошедшего.

Похоже, я чего-то не учёл, и вместо перехвата управления над кораблём произошёл системный сбой, который чуть не отправил всех нас в лучший мир. А парень, который мёртвой хваткой сжимал мои рёбра — один из двух спецназовцев, приставленных ко мне и Таисии. То-то их доспехи с самого начала показались мне необычным и слегка громоздкими. Теперь я понимал почему.

После трансформации двухметровые крылья превращали боевой костюм в некое подобие планера. А муть перед глазами — это, скорее всего, облака.

— Как Таисия? — Я решил использовать единственный доступный мне канал связи. — С ней всё в порядке?

— Я же сказал всё под контролем, — бросил в ответ боец. — Не дёргайся.

Осознав ситуацию, я решил, как и советовали, не дёргаться. Тем более, после того, как пелена внезапно исчезла, открыв оперативный простор. Не то чтобы я боялся высоты, но когда до земли пара километров, внутренности невольно съёживаются.

Не успел я насладиться видом, как мой пилот заложил дикий вираж, резко сменив курс.

— Да твою ж мать! — просипел я, судорожно вцепившись в его руки. — Какого хрена⁈

— Борт частично восстановил контроль над системами. Сбор у места аварийной посадки.

Если честно, я не ожидал ответа. И тем более не такого. Чёрт, похоже мой план пошёл псу под хвост! Скоро весь спецназ соберётся вместе, на базе восстановят порядок, а потом быстро разберутся, кто во всём виноват.

Словно вторя моим мыслям, чуть впереди промелькнула громадина летающей тарелки. Лишённый маскировки летающий монстр стремительно пикировал вниз, оставляя за собой шлейф чёрного дыма. Вот почему с самого начала его конструкция показалась странной. Но всё равно, я не ожидал увидеть образ из детских комиксов.

Да хрен с ним, Алекс! Хоть бублик с дыркой. Сейчас тебя должно волновать совсем другое. Невзирая на опасность сорваться вниз, я извернулся, стараясь обхватить взглядом всё окружающее пространство. И даже хруст ребра, не сбил с мелькнувшей в голове мысли.

«Кен, построй трёхмерную карту местности. Затем сделай анализ зрительного виджета с момента выхода из облаков. Зафиксируй все объекты, попавшие в поле зрения и не имеющие отношения к ландшафту. Нанеси их на карту, выдай по каждому первичную аналитику».

К сожалению, Кен не Мия. Она бы поняла меня с первого слова. А тут приходится все задачи ставить предельно формально. Следя за проявляющимися маркерами, я пытался самостоятельно собрать картинку воедино.

Траектория летающей тарелки. Предполагаемая точка и время посадки. Скорость моего пилота. Маркеры пяти парашютистов за спиной. Рельеф местности.

Цифры мелькали перед глазами, выстраиваясь в векторы и временные зависимости. И когда мой пилот начал «выруливать на посадку», целя в проплешину леса рядом с тарелкой, все вероятности были подсчитаны.

Земля стремительно приближалась, и я вновь вцепился в обхватившие меня руки. Чёрт, а как он думает приземляться?

Чёрт, нет!!!

Пропахав мягкий дерн и кувыркнувшись несколько раз, я замер в позе расчленённого кузнечика. Правое плечо пульсировало тупой болью, отвлекая внимание от десятка более мелких ушибов. Вот ублюдок!

Проклиная своего «спасителя», я собрался с силами и, шипя от боли, сумел встать на четвереньки. Я и раньше не испытывал нежности к псам NAVY, но сейчас ненависть с удвоенной силой завладела сознанием. Стоило больших усилий не сорваться и не зарядить молнией в спину стоявшего рядом баклана. Ещё не время, Алекс!

«Кен, время подлёта второй птички?»

«Семь секунд, Алекс».

Я закрыл глаза, восстанавливая дыхание. Сейчас нет права на ошибку. У меня максимум двадцать минут, пока остальной отряд спецназа под руководством чугунного Златана не прибудет к точке сбора. Как завести летающий бублик, который на треть завяз в небольшом болоте, подумаем позже. А пока надо быстро разобраться с этими двумя и не поранить Таисию. Да где же ты?

Семь секунд прошло, а небо оставалось чистым. Мой «пилот» продолжал неподвижно стоять спиной ко мне и смотреть в одну точку. Крылья его уже сложились, возвращая бойцу привычный вид. Не знаю, решил ли Адам, что я смирился, или просто не было времени модифицировать доспех, но защиты от молний у «пилотов» не было. Это я уже научился чувствовать на автомате.

Напряжение внутри нарастало, собираясь на кончиках пальцев. Стоп! Перчатка на руке ослабит заряд. А может, и вовсе сведёт его на нет. Медленно, стараясь не шуметь, я нащупал выемку для деактивации наруча. Главное — сделать это тихо.

Лёгкий свист за спиной заставил вздрогнуть. Тело на автомате развернулось, позволяя засечь краем глаза «металлическую птицу» с добычей в руках. Таисия! Рука инстинктивно отщёлкнула наруч, и он с предательским лязгом упал на землю. Чёрт! Холод кривыми коготками вонзился в спину и устремился вверх по позвоночнику. Судорожно дёрнувшись, я обернулся и выхватил взглядом безликое забрало шлема, уставившееся прямо на меня. Как в замедленной съёмке увидел руку, поднимающее оружие.

Разряд!

Запах паленой плоти вернул мир к привычному темпу. А удар почти обезглавленного тела о землю ускорил его в несколько раз. Чёрт, не ожидал я от себя такого! Но треск веток где-то справа сместил фокус внимания с убитого.

«Кен, точка приземления!»

Виджет бросил в глаза проекцию, и я рванул к летающей посудине. Второй боец приземлился метрах в двадцати по другую сторону корабля. И вряд ли собирается вести переговоры. Боевая нейронка отряда спецназа уже во всех красках передала гибель бойца и окрасила мой маркер в красный цвет.

Да я же у них как на ладони! Мысль предательски ударила в голову и заставила ещё плотнее прижаться к холодному металлу корабля. В мой боевой костюм вшиты все средства идентификации, какие только можно. А снимать его сейчас — всё равно что подписать себе смертный приговор.

Что будет делать боец по ту сторону баррикады? Я не сомневался, что он уже получил приказ уничтожить меня. Но с ним Таисия — самое важное в их миссии. Велика вероятность, что он просто отступит в лес и дождётся прибытия основной группы. Ведь деваться мне некуда.

С каждым рваным вздохом будущее представлялось мне всё более мрачным. И весьма недолгим. Часики тикали, отмеряя восемнадцатую минуту до прибытия кавалерии. И это, если Кен ничего не напортачил в расчётах. В любом случае стоять здесь, надеясь, что боец NAVY подставится, не имело никакого смысла.

Да пошло оно всё! Главное — ударить первым. Хотя бы на долю секунды. Пережить ответный выстрел я смогу с высоким процентом вероятности. Адреналиновый кураж поколачивал, заставляя руки дрожать. Пора! Иначе я тут сдохну за просто так.

Не успел я сделать шаг, как чувство опасности взвыло на самой высокой ноте.

— Алекс!

Крик Таисии слился с тёмной тенью, пикирующей сверху. Разряд! Падая, я ударил наугад, ориентируясь только на ощущения. И тут же заорал от дикой боли в руке, разорвавшей сознание на части. К ней примешался запах озона и крови. Фоном пошли удар по голове и треск челюсти.

— Лежи смирно, ублюдок!

Казалось, на грудь положили бетонную плиту. Рёбра затрещали, но доспех выдержал. Два вдоха, сделанные с неимоверным усилием, согнали красную пелену с глаз, но не смогли унять дрожь покалеченного тела. Боец NAVY навис надо мной словно скала, а тяжёлый ботинок его доспеха продолжал ломать мне грудную клетку. Но даже это не могло отвлечь от адской боли в руке.

«Вот дерьмо, — подумал я, скосив глаза вправо и тут же закрыв их. — Добегался Алекс. Как ты теперь будешь без руки?»

Пусть боль и утратила убийственную остроту, но сопротивляться сил не было. Их не было даже на то, чтобы изрыгнуть ругательство и плюнуть псу в морду.

— Ты жив, кусок дерьма, — сквозь мутную пелену просачивался голос навского утырка. — Лишь благодаря девчонке. Но поверь, это не на…

Тяжесть с груди внезапно исчезла, и лёгкие рефлекторно схватили свежую порцию воздуха. И ещё одну.

«Как хорошо просто дышать, — пробилась нелепая мысль. — Как хорошо…»

— Вставай, Алекс! Какой же ты тяжёлый!

Я почувствовал, как чьи-то руки пытаются поднять меня с земли. Да и голос казался знакомым. По ходу галлюцинации…

— Да соберись, ты!

Нехотя я открыл глаза и увидел Андрея, в рваной робе, помятого, со ссадиной на виске. Он яростно тер забрало моего шлема. Видимо, пытался стереть грязь, но эффект был прямо противоположный.

— Андрей… — прохрипел я.

— Он самый, — выдавил улыбку мой спаситель. — Только рука или ещё где-то зацепило?

Я помотал головой и взглянул на культю. С удивлением заметил, что она уже перестала кровоточить, прямо на глазах покрываясь рубцовой тканью. Да и боль перешла из разряда «продирающей насквозь» в категорию «можно потерпеть».

Мысли начали приобретать некое подобие упорядоченности, и когда исчадие ада запрыгнуло ко мне на грудь и принялось яростно мяукать, я и вовсе улыбнулся.

— Алекс! — запыхавшаяся Таисия вынырнула откуда-то сбоку и с размаху плюхнулась на колени рядом со мной.

Я обнял её целой рукой, прижал к груди и почувствовал, как она всхлипывает.

— Ну всё, всё… перестань. На мне как на собаке всё заживает. Скоро буду как новенький.

Андрей нервно хохотнул, Кеша мяукнул, а Таисия вновь всхлипнула.

— Алекс, надо уходить, — сказала она, утирая рукавом слезы.

— В корень зришь, малявка, — кивнул я, возвращаясь мыслями в мир, где нам осталось жить от силы минут пятнадцать.

Опираясь на руку Андрея, я поднялся и внимательно посмотрел на него. Он бросил злой взгляд на поверженного бойца NAVY и повернулся к Таиске. Тут же лицо его дрогнуло и маска ненависти исчезла. В глазах мелькнул страх. Я понял: не за себя, за девчонку.

— Спасибо, дружище.

— Тебе спасибо, что не бросил, — мрачно кивнул он. — Я этих тварей и так ненавидел, а теперь буду просто мочить без разбора.

С этими словами он развернулся и всадил небольшой разряд во всё ещё дымящийся труп урода, который откромсал мне руку.

— Не трать силы, — остановил я его. — Они нам ещё пригодятся. А пока дай мне минуту, чтобы обмозговать ситуацию.

Он вновь кивнул, а я вызвал виджет с нейронкой.

«Кен, время до подхода основной группы?»

«Ориентировочно четырнадцать минут».

«Связь с модулем взлома, что в боевом корабле?»

«Отсутствует!»

«Чёрт! Нет! Выведи на виджет интерфейс!»

«Ядро системы объекта перешло в закрытый режим. Восстановить контакт можно только мастер-ключом».

Просматривая данные, я скрипнул зубами, понимая, что нейронка права на все сто. Спасение было лишь иллюзией. Скоро прибудет основная стая, а если и этого не хватит, то чуть позже здесь окажутся все штурмовые отряды с базы.

Подняв подбородок, я отщёлкнул шлем и бросил его на землю. Таисия с Андреем молча смотрели на меня, ожидая команды. В их глазах горела надежда. Они верили в меня, верили, словно я могу все. Мог…

— Надо уходить, — выдавил я.

Понятно, что бегство калеки и мелкой девчушки от отряда подготовленных бойцов просто фарс, но стоять здесь и ждать погибели совсем глупо. Стоит хотя бы попытаться. Я отщёлкнул второй наруч и легонько погладил Таисию по щеке.

— Скажи, в какую сторону лучше бежать?

Она наморщила лоб, закусила губу и принялась медленно оглядывать низкорослые деревца, которые обступали нас со всех сторон.

— Туда!

Детский палец уверенно указывал в противоположном направлении от приближающихся бойцов NAVY. Действительно, лучше варианта не найти.

— Хорошо. Только сначала скинем это уродство.

Пусть бегство и было формальностью, но в доспехах NAVY и вовсе теряло смысл.

«Кен, время до контакта?»

«Семь минут, Алекс».

«Семь минут», — повторил я про себя, последним покидая поляну с двумя трупами и обрубком моей руки. Семь минут до неизбежного.