– Петя! Петя! Петя!!!

– М-м-м, что случилось? – сонно промычал мальчик, потирая глаза кулаками и отчаянно зевая.

– Вставай, пора спасать мир! – приговаривал Волк, стаскивая одеяло с сонного друга. – Мы же договорились: с утра, утро наступило, а ты всё дрыхнешь.

– Нас тупило… Бр-р-р… – Помотав головой, Петя проснулся окончательно.

Пронзительные крики белых чаек рвали на части сонную тишину над чёрной рекой. Обитатели «Весёлой Пегги» готовились встречать новый вал туристов.

– Чтоб вам пусто было, проклятущие! – Хулио из-за штурвала погрозил птицам кулаком. После бессонной ночи он пребывал в дурном расположении духа. – И так в голове будто колокол гудит, так ещё вы вопите, как оглашенные!

Маленький Джон, насвистывая себе под нос, сноровисто отдраил палубу и занял позицию у сходней, весь обвешанный сувенирами. Капитан листал буклет с описанием достопримечательностей, водя по строчкам пальцем и проговаривая про себя самые непонятные слова.

Поёживаясь от утренней свежести, Петя и Волк купили у зевающего Джона билеты и, стараясь не привлекать лишних взглядов, смешались с немногочисленными экскурсантами.

– Уважаемая публика, обратите внимание на чарующую безмятежность, царящую над величественной речной прохладой. Посмотрите на этих великолепных белоснежных птиц, так грациозно парящих в утренних небесах… – Одна из великолепных птиц сделала вираж над капитанской головой и оставила на плече поношенного мундира внушительную белую кляксу. Капитан поморщился и размазал кляксу кружевным платком неопределённого цвета. – Я предлагаю вам испить блаженную утреннюю негу до капли и не смею прерывать ваше наслаждение ею своими скромными речами.

С этими словами горе-экскурсовод оставил десяток туристов в лёгком недоумении на носу корабля, бросив Хулио развлекать народ в одиночку, а сам отправился на корму, где с облегчением плюхнулся на низкий бочонок и вытянул ноги. Эти дурни, Хулио и Хью, трещали всю ночь, как попугаи, не в силах решить элементарную задачу с перемещением сундука. Вставать с койки, чтобы по-капитански рявкнуть на олухов, Ричарду было лень, но и толком выспаться под пиратский галдёж не удалось. Сейчас он отдохнёт буквально несколько минуточек, только чтобы унялся звон в голове, и вернётся к надоедливым туристам.

Капитан прислонился головой к стене каюты и прикрыл глаза. Совсем недолго, не больше одной склянки[12]… Капитан спал.

– Значит, так, – деловито произнес Волк, окинув взглядом судно. – Сколько длится экскурсия?

– Часа полтора, кажется. Или два, что-то в этом роде, – неуверенно промямлил Петя. – Я не засекал…

– Тогда предлагаю разделиться. Я проберусь в ту каюту, откуда тебя прогнали. Где она, кстати?

– Да вон, смотри, там ещё какой-то мужик рядом спит. Охраняет, наверное. Похоже, это вчерашний экскурсовод. Очень подозрительный тип!

– Будем надеяться, что сон у этого охранничка крепкий, иначе придётся применять к нему решительные меры. – Волк потёр лапы. – А ты постарайся проникнуть в трюм и всё там хорошенько исследовать. Если что обнаружишь – кричи чайкой.

Петя издал хриплый звук, больше напоминающий пожилую лягушку, страдающую то ли застарелым бронхитом, то ли метеоризмом. – Так?

– Не, не так. – Волк поморщился. – Такими звуками ты только привлечёшь ненужное внимание и разбудишь этого спящего красавца безо всяких поцелуев. А нам это совершенно без надобности. Тогда кукукай. Куку, вот так. Понял?

– Понял. – Мальчик послушно кивнул.

– Тогда действуй.

Отправив Петю на разведку, Волк первым делом решил подкрасться к кают-компании и заглянуть в иллюминатор. Вдруг получится разглядеть источник таинственного свечения?

Оглядываясь по сторонам, Волк на цыпочках подошёл к заветной двери. Капитан причмокнул во сне и, не просыпаясь, плавно сполз с бочонка на палубу, пристроив его под голову вместо подушки и нежно приобняв. Волк затаил дыхание и застыл, словно изваяние, в двух шагах от спящего, едва не наступив на капитанский сапог. Но, на волчье счастье, пират спал крепко.

– Так и до инфаркта недолго. – Недовольно бормоча себе под нос, Волк аккуратно переступил через спящего капитана. – Разлёгся, как у себя дома! Ни пройти, ни проехать! Хотя, если подумать, он как раз и есть у себя дома, а я у него в гостях. Что ж, любезнейший, прояви гостеприимство, покажи дорогому гостю свою обитель…

Волк прижался к двери мохнатым ухом. За дверью царила тишина – ни стука, ни бульканья. Хорошо бы заглянуть в иллюминатор, только вот он располагался слишком высоко, и Волку до него было никак не достать. Волк пару раз подпрыгнул и шлёпнулся на палубу. Нет, так дело не пойдёт. Вот подставить бы табуретку… Волк огляделся по сторонам в поисках подходящего предмета. Разумеется, табуретками и не пахло.

– Хоть бы ящик какой… – Волк пошарил глазами по палубе. Его взгляд остановился на бочонке в крепких объятиях посапывающего во сне капитана. – То что нужно! – Волк просиял. – Даже двигать почти не придётся. Главное, на голову не наступить…

Пыхтя, Волк вскарабкался на бочонок и, изогнувшись, прильнул к иллюминатору. Спартанская обстановка кают-компании не особенно радовала глаз, да и ничего интересного Волк не приметил: никаких подозрительных искр, свечений, сияний или чего-нибудь подобного. Каюта как каюта.

Раздосадованный, Волк хотел было спрыгнуть с бочонка и отправиться на поиски Пети, но вдруг заметил, что под воротом капитанской рубашки что-то блестит. Аккуратно спустившись, Волк когтем поддел костяную пуговицу. Гнилые нитки лопнули, и пуговица, оторвавшись, укатилась в щель между досками палубы. Пират всхрапнул, смрадно выдохнул и улёгся поудобнее. Волк застыл на месте, как заворожённый: на мощной капитанской груди, густо поросшей тёмными волосами с проседью, поблёскивал огромный серебряный ключ!

– Ку-ку! Ку-ку! – крикнул в волчье ухо взъерошенный Петя.

– Разве можно так пугать! – Волк прижал лапы к сердцу. Чуть отдышавшись, он схватил мальчика за рукав и оттащил подальше от пирата на безлюдную корму. – Хочешь, чтобы он проснулся раньше времени? Вот тут говори, теперь можно. Ты зачем завопил мне прямо в ухо?

– Так ты сам сказал кукукать, вот я и… – смущённо проговорил Петя.

– Я сказал, если что-то обнаружишь. – Волк поковырял мизинцем в оглохшем от вопля ухе. – Ты что-то обнаружил?

– Ещё как обнаружил! – затараторил мальчик. – Мне так повезло: ни души не попалось по дороге! В общем, я пробрался в трюм. Плутал там, плутал. Он такой здоровенный, тёмный, жуткий, бр-р-р. – Петя нервно поёжился. – Ещё и попискивает кто-то, наверное, там крысы водятся.

– Безо всяких сомнений, – доброжелательно подтвердил Волк. – На каждом уважающем себя судне крысы, считай, главные члены экипажа. А уж на пиратском и подавно!

– И вот иду я на ощупь в темноте, думаю, жаль, что фонарик не захватил. Такой сонный был с утра, что не сообразил. И вдруг вижу: светится что-то, точь-в-точь как иллюминатор вчера! Тонкий такой лучик… Я к нему! Споткнулся об какие-то ящики, ногу ушиб. А там! Сундук! Стоит и булькает! Громадный, старинный, облезлый весь! Крышка ржавой цепью толстенной перемотана, и замок висит здоровенный, во-от такущий! – Петя изобразил руками пудовый амбарный замок. – А из-под щели это самое сияние и выбивается! Я нашёл, нашёл пиратскую тайну! – Мальчик сиял от гордости ярче таинственного луча.

– Н-да, похоже, и впрямь дело нечисто. – Волк задумчиво подпёр лапой подбородок. – Я тоже кое-что нашёл. И сдаётся мне, что это не случайное совпадение, а части одного и того же коварного и вероломного замысла. Вот послушай, что я придумал… – Прикрыв пасть лапой, Волк огляделся по сторонам и начал быстро нашёптывать Пете на ухо свой план.