Зачем древние кошки только и делали последние 11 миллионов лет, что бегали с континента на континент?

Только линия мраморной кошки как осела в Азии, так никуда и не ходила. Пантеры тоже поначалу ограничивались Евразией, благо места в ней было много. Но остальные! Линия каракала ушла в Африку, а предки всех остальных кошачьих отправились в Америку. Там линия оцелота захватила Южную Америку, а линии рыси и пумы – Северную. Но представителей двух последних линий вновь подхватил ветер странствий. Рыси вернулись в Евразию, пумы ушли было в Южную Америку, а потом вернулись в Северную, а гепарды аж до Африки добежали. Туда же потянулись и пантеры – в Африку ушли львы и леопарды. Но не все. Близкий родственник леопардов, ягуар, ушел в Южную Америку. По дороге туда он мог повстречать предков линий манула и домашней кошки, которые вдруг решили вернуться на азиатскую родину.

Зачем все эти хлопоты? Зачем они туда-сюда бегали?

– Что твоим предкам дома не сиделось? – спрашиваю я своего кота.

– А ты на своих предков посмотри, – отвечает мне мой кот.

И то верно. Ведь наши предки были ничуть не лучше. От вполне нормальной жизни в Африке их неудержимо влекло в дальние страны. Около 1,5–2 миллионов лет назад они освоили почти всю Евразию от Испании до Байкала. Вторая волна пошла около 60 тысяч лет назад, когда наши непосредственные предки вновь покинули Африку, опять заселили Евразию, по пути истребляя остатки прежних выселенцев или вступая с ними в браки. Они добрались до Австралии и островов Индийского и Тихого океанов. По освоенному кошками Берингийскому мосту они перешли в Америку и всего за тысячу лет пробежали от Аляски до Огненной Земли.

Почему наши предки так странно себя вели? Что влекло их в дальние страны? Похоже, что ничего их особенно не влекло. Скорее всего, их просто выгоняли с насиженных мест. Как сказал в свое время дед великого пролетарского писателя своему внуку: “Ну, Лексей, ты – не медаль, на шее у меня – не место тебе, а иди-ка ты в люди…”²¹⁰ Когда дети подрастали, их отправляли из дома. Локальные ресурсы (охотничьи угодья, источники съедобных вершков и корешков) были не безграничны. Кто-то должен был уйти. Они и уходили на еще не занятые места. На новых местах поначалу было даже лучше, чем на старом месте: больше дичи, меньше авторитетов. Но время шло, и история повторялась.

Примерно то же самое происходило и с предками кошачьих[84]. Только у них все это осложнялось их социальной организацией. Вернее, отсутствием таковой. Все кошачьи, кроме разве что львов, есть звери одиночные и территориальные. Причем территории у них огромные. У средней амурской тигрицы территория 390 квадратных километров²¹¹. Почти точно такую же площадь занимает город Хабаровск (389 квадратных километров) с населением 617 168 человек.

Как только котенок подрастает, его изгоняют с отцовской территории. Львы в этом отношении не лучше. Просто время изгнания из прайда у них немного отложено. Но уходить все равно приходится. Кто уходит? Обязательно сын, но могут выгнать и дочь. Куда уходит? На еще не занятые места, где поначалу даже лучше, чем на старом месте: больше дичи, меньше авторитетов.

Кстати о дичи. У нее свои миграции, иногда очень дальние, и свои мотивы для миграций. Так что и с новых территорий приходится уходить. Все дальше и дальше. Дальше от чего? От родных мест? Это да. Но, что более важно, они уходили все дальше и дальше от тех кошек, которые на этих родных местах остались. Они отрывались от родных видов и становились основателями новых видов.