На кошках анализ наследуемости проводят не часто. А когда проводят, то для анализа выбирают не самые важные признаки, а те, которые легче измерить или зарегистрировать[74]. Например, реакцию котов на кошачью мяту, она же котовник кошачий Népeta catária. Многим, но далеко не всем котам запах этого растения “расширяет сознание”¹⁸². Понюхав или пожевав его, они впадают в экстаз, трясут головой, катаются, валяются, немузыкально мяучат и мурлычат и вообще ведут себя недостойно. Но недолго. Через 10–15 минут все проходит. Сходные реакции у котов обнаруживаются также на валериану, татарскую жимолость и некоторые другие растения, содержащие непеталактон и родственные ему соединения. Хотя один и тот же кот может реагировать на котовник и не реагировать на валериану.

Было время, когда считали, что этот признак наследуется как доминантный¹⁸³. Однако сейчас мы понимаем, что он контролируется не одним геном с сильным эффектом, а множеством генов со слабыми эффектами. Коэффициент наследуемости по реакциям на сушеный котовник кошачий оказался довольно высоким – 0,8. Такой высокий коэффициент указывает на то, что эта кошачья особенность никак не сказывается на их приспособленности. Те, что приходят в восторг от кошачьей мяты, и те, что ее игнорируют, не отличаются друг от друга ни по жизнеспособности, ни по плодовитости. И это неудивительно, ведь это растение встречается довольно редко и в природе котам мало доступно. Удивительно другое. Среди львов и ягуаров тоже обнаружились как “реагенты”, так и “нереагенты” на котовник кошачий, а все исследованные тигры полностью игнорировали этот наркотик¹⁸⁴.

Мы пока не знаем, с чем это связано. Генетическое разнообразие по реакции могло быть унаследовано львами и котами от очень далекого общего предка, вымершего около 20 миллионов лет назад. Это кажется очень маловероятным, потому что большинство видов кошачьих в ходе своей эволюции проходило через бутылочные горлышки очень низкой численности популяций. В эти моменты генетическое разнообразие популяций сильно уменьшалось. Более правдоподобным кажется, что мутации чувствительности (или нечувствительности?) возникали регулярно и независимо у нескольких видов кошачьих. А поскольку они никак не влияли на жизнеспособность, то частоты этих мутаций варьировали от вида к виду, от поколения к поколению.

Четыре финских исследователя попытались оценить коэффициенты наследуемости нескольких показателей темперамента кошек – признаков более важных для котоводства, чем пристрастие к котовнику¹⁸⁵. Они попросили котовладельцев дать своим питомцам балльные оценки разных признаков поведения, а затем вычислили коэффициенты наследуемости с учетом степени родства.

Конечно, этот подход уязвим для критики. Объективных котовладельцев в природе не существует: все они склонны представлять своих питомцев лучше, чем те есть на самом деле. Но у них нет никаких оснований завышать или занижать сходство между родственниками. Поэтому будем считать, что это приемлемые оценки коэффициентов наследуемости.

Полученные коэффициенты оказываются поразительно одинаковыми для разных признаков и разных пород. Вариация их всех в районе 0,5 свидетельствует, скорее всего, о том, что: во-первых, изменчивость по признакам поведения контролируется как изменчивостью генов, так и изменчивостью условий среды[75]; во-вторых, таких генов очень много; в-третьих, внутри каждой породы по признакам поведения действует стабилизирующий отбор.

Конечно, это не естественный, а искусственный отбор, хотя, скорее всего, и бессознательный. То есть нигде в стандартах пород не прописано, какова должна быть активность кота или его неприязнь к членам семьи. Но очевидно, что те коты, которые проводят весь день на диване, и те, что постоянно носятся по квартире, вызывают гораздо меньше симпатии у их котовладельцев, судей на выставках и владельцев их потенциальных супругов, чем особи с нормальным, средним уровнем активности.

Табл. 11–1. Коэффициенты наследуемости показателей темперамента кошек разных пород¹⁸⁵.

Если задуматься, это верно и для всех остальных признаков поведения. Зачем нам крайности? Нам крайностей не нужно. Самые ленивые и самые неугомонные оказываются последними кандидатами на вязку и первыми кандидатами на кастрацию. В вязку идут коты умеренного нрава. Но эти умеренные, скорее всего, гетерозиготны по множеству генов, вовлеченных в контроль поведения. При скрещивании друг с другом они, в полном соответствии с законами Менделя, производят как гетерозигот (таких же умеренных), так и оба класса гомозигот (крайних по поведению – совершенных лентяев и неугомонных хулиганов). Тем самым они обеспечивают поддержание генетического разнообразия по этим признакам в каждой породе, что и выражается в высоких коэффициентах наследуемости.