Существует давняя философская традиция приводить аргументы в пользу существования Бога и возражения на них. Классический онтологический аргумент в пользу существования Бога был выдвинут в XI веке богословом Ансельмом Кентерберийским, монахом-бенедиктинцем. Звучит он примерно так: Бог по определению является абсолютно совершенным существом. Мы не можем представить себе кого-то совершеннее. Бог обладает всеми достоинствами – знанием, благостью, силой и так далее. Но существование – это тоже своего рода достоинство! Существующий Бог явно совершенней Бога несуществующего. Итак, если Бог не существует, то он несовершенен. Поскольку Бог совершенен по определению, Бог должен существовать!
Многие философы считают, что этот аргумент слишком хорош, чтобы быть правдой. Одна из проблем заключается в том, что подобным образом можно «доказать» существование самых разных несуществующих сущностей.
Вот пример, позаимствованный у одного из собратьев-монахов Ансельма. Гаунило из Мармутье привел аргумент, в котором фигурировал идеальный остров, но вместо него мы будем использовать идеальный гамбургер. Давайте определим идеальный гамбургер как гамбургер, лучше которого невозможно придумать. Допустим, он будет идеально сочным и идеально вкусным – а также идеально веганским, чтобы ни одно животное не пострадало. Однако гамбургер, лежащий передо мной на тарелке, лучше того, которого нет. Поэтому, если гамбургер не лежит передо мной на тарелке, он несовершенен. То есть, по определению, идеальный гамбургер лежит передо мной на тарелке. Я только что доказал существование идеального гамбургера передо мной. Но передо мной нет никакого гамбургера!
Какое разочарование! Что-то пошло не так. Но если что-то пошло не так с аргументом об идеальном гамбургере, вполне вероятно, то же самое пойдет не так с аргументом об идеальном существе. Одна из очевидных ошибок в том, что последний аргумент устанавливает только то, что если существо совершенно, то оно существует (сравните: если гамбургер идеален, то он лежит передо мной). Но этот аргумент не может доказать первоначальное существование совершенного существа (или совершенного гамбургера) и, следовательно, не может доказать существование Бога.
В любом случае бог онтологического аргумента не похож на бога симуляции. Как мы уже видели, бог симуляции может быть несовершенным во многих отношениях.
Рисунок 19. Симулированный аль-Газали в космологическом аргументе
Другим классическим доводом в пользу существования Бога является космологический аргумент. Версии этого аргумента встречаются во многих философских традициях, но чаще он ассоциируется со средневековыми исламскими философами, такими как аль-Газали. Этот аргумент звучит примерно так: у всего есть причина. Следовательно, у Вселенной есть причина. Этой причиной должен быть Бог.
Постойте, скажете вы. А что является причиной существования самого Бога? Если нет причин существования Бога, то предположение о том, что у всего есть причина, ложно. Но если есть причина существования Бога, то, значит, Бог не является конечной причиной. Чтобы обойти это, аль-Газали ограничил предположение следующим образом: «Все, что начинает существовать, имеет причину», обозначив, что Вселенная имеет свое начало, а Бог существовал вечно. Но теперь мы можем спросить: а что, если сама Вселенная существовала вечно? Если вечному Богу не нужна причина, то и вечной Вселенной тоже не нужна. Более того, если вечная Вселенная может существовать без причины, то почему ограниченная Вселенная, которая началась с Большого взрыва, не может существовать таким же образом?
Если мы в симуляции, то ее создатель выполняет часть той работы, которую требует космологический аргумент. Создатель симуляции служит причиной нашей Вселенной. Но в этом случае причина нашей Вселенной не очень похожа на традиционного бога. У создателя симуляции, например, определенно есть начало существования. И это вызывает очевидное возражение: кто или что является причиной существования создателя симуляции? Мы получим цепочку причин, которая в итоге вернется к космосу в целом и его сотворению. Кто-то остановит цепочку на космосе. Кто-то доведет до космического бога. Кто-то спросит о причине существования космического бога. Неочевидно, что остановиться после привлечения Бога более целесообразно, чем в любой другой точке.
Еще один распространенный аргумент в пользу существования Бога – это аргумент разумного замысла. Устройство нашей вселенной впечатляет. Люди и другие животные – это на удивление хорошо функционирующие механизмы. Природа необычайна по своей сложности. Нечто столь выдающееся не могло возникнуть случайно. Для этого нужен создатель.
Двести лет назад это было, пожалуй, самым убедительным аргументом в пользу существования Бога. В наши дни первоначальная версия этого аргумента давно опровергнута дарвиновской теорией эволюции путем естественного отбора. Чтобы объяснить замечательные механизмы, действующие в природе, нам не нужно прибегать к образу создателя. Вполне достаточно описать процессы эволюции.
Тем не менее по-прежнему существует более сложная версия аргумента разумного замысла – аргумент тонкой настройки. Этот аргумент касается физических законов нашей Вселенной – законов гравитации, квантовой механики и так далее. Если бы эти законы были хоть чуть-чуть другими, то наша Вселенная была бы гораздо менее интересной, и жизнь в ней никогда не развилась бы. По некоторым разумным оценкам, большинство способов настройки физических законов Вселенной не привели бы к возникновению жизни, но в нашей Вселенной жизнь зародилась. По-видимому, наша Вселенная настроена специальным образом. Эта тонкая настройка требует объяснения. Очевидное объяснение – наличие настройщика, то есть Бога.
Бог аргумента тонкой настройки в какой-то мере соответствует богу симуляции. Выглядит правдоподобно, что индивиды, управляющие смоделированными вселенными, скорее заинтересуются теми, где существует жизнь, чем теми, где ее нет. В самом деле, создатели симуляций зачастую могут моделировать вселенные ради симулирования жизни и, в частности, воссоздания эпизодов истории собственного вида. В этом случае они быстро откажутся от параметров, которые не приводят к возникновению жизни, и сосредоточатся на тех, которые позволяют развиваться интересным ее формам. Таким образом, предпочтения создателей симуляции могут объяснить, почему наша Вселенная входит в число (предположительно) немногих, которые точно настроены для зарождения жизни.
Аргумент тонкой настройки спорен*. Некоторые отрицают, что условия, необходимые для поддержания жизни, настолько особенные. Другие считают, что нам, возможно, просто повезло. Третьи говорят, что если бы Вселенная не поддерживала жизнь, то некому было бы это заметить. Учитывая, что мы это замечаем, неудивительно, что наша Вселенная поддерживает жизнь. Последнее направление мысли называется антропным принципом.
Антропные рассуждения лучше всего работают, если существует мультивселенная – космос, состоящий из множества вселенных. Возможно, некоторые из них возникают, например, из черных дыр в других вселенных, или, возможно, существует последовательность вселенных, возникающих после нескольких Больших взрывов. Некоторые космологи считают, что законы Вселенной частично определяются тем, что происходит сразу после Большого взрыва, поэтому в пределах мультивселенной законы могут варьироваться от вселенной к вселенной. Если существует достаточное число вселенных с различными законами, то весьма вероятно, что в одной или нескольких из них появится и жизнь, и наблюдатели. Если так, то неудивительно, что мы оказались в такой вселенной.
Решение проблемы тонкой настройки с помощью мультивселенной обычно выдвигается в качестве альтернативы решению с участием Бога. Но аргумент симуляции позволяет совместить эти варианты. Предположим, у нас есть разработчики симуляций, которых совершенно не интересует существование жизни или наблюдателей. Их интересует только составление схем физической динамики множества разных вселенных с разными законами. В этом случае они создадут множество вселенных (т. е. мультивселенную), и если тех окажется достаточно, то некоторые будут поддерживать и жизнь, и наблюдателей. Как и прежде, не будет ничего удивительного в том, что мы окажемся в одной из таких вселенных. Даже несмотря на наличие некоего бога, решение проблемы тонкой настройки заключается не в том, что наш мир спроектировал бог, а в существовании мультивселенной. Если замысел и играет какую-нибудь роль тут, то важен лишь общий замысел мультивселенной.
Это отражает главное слабое место такого решения: чем объясняется тонкая настройка мультивселенной? Предполагается, что сама мультивселенная является результатом некоторых основополагающих законов или принципов. Будь эти законы иными, возможно, существовала бы только одна-единственная вселенная, а не множественная. Так что нам нужно объяснить и эту тонкую настройку. Предположение о том, что существует мультивселенная более высокого уровня, в которую входит наша мультивселенная, не помогает, поскольку проблема просто повторится. Поэтому нам нужно какое-то другое решение. Вероятно, тонкая настройка мультивселенной была ожидаема, а, возможно, это просто удача. Или, быть может, в ее появлении поучаствовал создатель.
С другой стороны, аналогия с симуляцией также выявляет слабость и любой другой аргументации с опорой на замысел. Сам создатель, видимо, должен быть впечатляюще сложным существом – чтобы замысел был ему под силу. Несомненно, сложность самого создателя тоже требует объяснения. Другой создатель просто отодвигает проблему: что объясняет сложность создателя или всей системы создателей? Кто-то может сказать, что Бог свободен от объяснений, но это звучит предвзято. Таким образом, и гипотеза создателя, и гипотеза мультивселенной оставляют что-то необъясненным.
Вполне возможно, нам придется принять необъяснимую внушительность вселенной как суровую истину. Мы можем попытаться сократить число концепций, что требуют объяснений, и свести все к простым принципам на фундаментальном уровне. Но мы всегда будем сталкиваться с вопросом, почему же что-то существует. Всегда будем сталкиваться с вопросом, почему основные законы таковы, какие они есть. И с вопросом, почему они такие интересные.