Отпускаю Игнатьева, который в условиях стремительного краха компании оказался абсолютно бесполезным, и крепко задумываюсь. Что мне сделать? Как спасти собственный тонущий корабль?

Налоговая проверка, несомненно, сожрет кучу нервов и денег. Последний контракт упущен, и что-то мне подсказывает, что детальный просчет нового не принесет никаких положительных результатов — он, как и десятки других до него, уплывет к конкурентам.

Старые схемы перестали работать и мне срочно нужно придумывать новые. Надо как-то выйти из замкнутого круга неудач, изменить правила игры.

— Ну, как дела, Сонь? — спрашивает позвонившая мне в середине дня Алина.

Очевидно, она беспокоится, так как привезла меня в офис в растрепанных чувствах.

— Фигово. Только что узнала, что мной заинтересовалась налоговая. Будут пить кровь.

— Жесть! На тебя точно кто-то зуб точит.

— Да уж, — испускаю горестный вздох. — Похоже, скоро придется готовиться к банкротству.

— Нет, Сонь! Нельзя сдаваться без боя!

— Да я уже из сил выбилась из-за этой борьбы. А толку ноль.

— А что, если попросить о помощи Багирова? — после небольшой паузы предлагает подруга.

— Багирова? — удивляюсь. — Алин, ты в своем уме?

— Ну а что? Ты же сама говорила, он настроен вполне дружелюбно. Так почему бы не попытать счастья? Оно ведь того стоит, Сонь.

Я солгу, если скажу, что не думала о том, чтобы обратиться за помощью к Багирову. Но, стоило этой мысли появиться в моей голове, как я тут же ее отсекала, не давая развиться. А вот сейчас об этом заговорила Алина, человек, от всей души желающий мне добра. И я не могу не признать, что в ее словах есть рациональное зерно. В конце концов, Максим — единственный власть имущий из всех моих знакомых. Я почти уверена, что ему ничего не стоит решить мою проблему, но вот просить его об этом до жути не хочется.

Во-первых, я не хочу быть ему обязанной. Ничем. Во-вторых, сближение, которое может произойти в результате вмешательства Максима в мои дела, грозит серьезными последствиями. Мне ведь есть, что он него скрывать. Семь лет назад я солгала ему. По-крупному солгала. Вдруг Багиров что-нибудь пронюхает? Вдруг узнает, что на самом деле он и есть отец моих детей?

Думать об этом волнительно и, если честно, страшно. Ведь я понятия не имею, как в таком случае отреагирует своенравный миллиардер: не проявит интереса (ведь столько воды утекло), потребует общения с двойняшками или, не дай бог, захочет отнять у меня их?

Вариантов возможного будущего множество, и на какой из них укажет перст судьбы, мне неведомо. Так оправдан ли подобный риск? Стоит ли ради спасения бизнеса ставить на карту свой душевный покой?

— Я не знаю, Алин. С одной стороны, я очень хочу сохранить компанию, а с другой... Боязно как-то.

— Волков бояться — в лес не ходить, — отсекает она твердо. — Тут не о чем думать, Сонь. Ситуация вынуждает на крайние меры. Кто-то хочет твоего краха, точно тебе говорю. Ведь не просто так налоговики о тебе вспомнили. Да и десятки проигранных контрактов — не просто случайность.

Я понимаю, что Алина права. Ситуация действительно вышла из-под контроля. Сама я не справляюсь, а потерять бизнес — для меня едва ли не самое страшное. Страшнее, пожалуй, только потерять детей, но я искренне надеюсь, что до этого не дойдет.

***

Для встречи с Багировым я надеваю лучшее свое платье и наношу тщательный макияж. Мой образ завершают изысканные босоножки на высоком каблуке и небольшая сумочка от Шанель. После недавнего снятия ортеза доктор велел носить исключительно удобную обувь, но сегодня случай особенный. Поэтому я решил рискнуть. Думаю, от часового ношения шпилек ничего страшного не случится. Тем более, что поврежденная связка восстанавливается довольно хорошо.

Офис Максима располагается в самом центре города, в огромной глянцевой высотке, которую в народе величают торпедой. А все из-за причудливой формы. Захожу в здание, и дождавшись лифта, нажимаю кнопку нужного мне этажа. Перед встречей с Максимом изрядно волнуюсь и молю господа, чтобы он был на месте. Обидно будет проделать такую работу (это я про свой сногсшибательный внешний вид) и в итоге остаться ни с чем.

Приемную Багирова я нахожу быстро и тут же сообщаю его секретарше, что очень нуждаюсь во встрече с ее боссом. Светловолосая девушка в строгой блузке окидывает меня любопытным взглядом и коротко кивает.

— Максим Леонидович, к вам тут София Орловская. Говорит, по делу, — рапортует она, зажимая кнопку селектора.

— Орловская? — в голосе мужчины сквозит неподдельное изумление. — Пригласи.

— Босс вас ожидает. Проходите.

Приосаниваюсь и толкаю ручку массивной дубовой двери. Кабинет Багирова полностью соответствует характеру своего хозяина: такой же эксцентричный, яркий и умопомрачительно стильный. Это я вам как дизайнер говорю.

— София, вот так встреча, — Максим с улыбкой поднимается мне навстречу. — Вижу, ты уже поправилась. Как нога?

— Все в порядке, — тоже улыбаюсь. — Спасибо.

— Я же говорил, что случилось дважды, обязательно произойдет в третий раз, — подмигивает.

— Хочешь сказать, ты знал, что я к тебе приду? — поддерживаю его шутливый тон.

— По крайней мере, я очень на это надеялся, — он обходит стол и бедром приваливается к внешнему его краю. — Присаживайся. Полагаю, ты пришла, потому что очень соскучилась?

Кажется, Багиров сегодня в настроении. И мне это явно на руку. Опускаюсь в указанное мне кресло и, закинув ногу на ногу, откидываюсь на спинку. Демонстрирую, что я, как и он, настроена доброжелательно.

— Если честно, я пришла по делу, Максим. По очень-очень важному для меня делу.

— Заинтригован. Продолжай.

— Не знаю, в курсе ли ты, но за последние годы я существенно расширила профиль своего бизнеса.

Замолкаю, надеясь, что Максим выдаст свою осведомленность или, наоборот, незнание, но мужчина молчит, никак не реагируя на мои слова.

— Я стала участвовать в тендерах, брать строительные подряды и выполнять их. У меня свои бригады и свой проектный отдел. Мы неплохо справлялись до тех пор, пока внезапно в бизнесе не настала черная полоса.

— Черная полоса? — Багиров приподнимает бровь.

Вкратце обрисовываю ему ситуацию и даю свою оценку случившемуся. Думаю, для полноты картины, он должен знать о моих подозрениях.

— То есть, ты хочешь сказать, что кто-то намеренно роет тебе яму? — выслушав меня, уточняет Максим.

— Именно так.

— Что ж, вполне резонный вывод, — он складывает руки на груди и впивается в меня острым взглядом. — Только при чем тут я, София?

Шумно сглатываю и глубже вжимаюсь в спинку стула. Ироничный весельчак бесследно исчез, передо мной опасный грозный хищник.

— Мне казалось, что с твоими связями решить мою проблему будет не так уж сложно.

— Да, возможно, что так. Только какой мне смысл тебе помогать? — внезапно Максим отрывается от стола и угрожающе нависает надо мной, уперев ладони в подлокотники моего кресла. — Напомни.

По спине бежит холодок. Карие глаза напротив внушают ужас и заставляют трепетать. Сердце пойманным мотыльком бьется о ребра, а дыхание резко обрывается.

— По старой дружбе? — мой ответ по интонации больше напоминает вопрос. Тихий и неуверенный.

— А разве мы дружили? — Багиров режет без ножа. Одним лишь прямым пристальным взглядом.

Он подается чуть ближе, и его горячее дыхание касается моего виска. Кровь в венах мгновенно превращается в лаву, а с губ срывается приглушенный стон.

— Максим, я...

— Я хотел тебя, София. А ты хотела другого. По-моему, на дружбу не очень похоже.

Его лицо сейчас всего в паре сантиметров от моего. Его губы — на расстоянии дыханья от моих.

— Пожалуйста, Максим. Прошу... — лепечу бессвязно.

Голову затягивает туманом. Думать становится трудно. Говорить — еще труднее.

— Хорошо. Я тебе помогу, — Максим внезапно отстраняется, и я чувствую необъяснимую пустоту.

Оказывается, мне нравилась его близость.

— Правда? — хриплю я.

— Да, — он проходится по мне хищным плотоядным взглядом. — Но я сделаю это при одном условии.