Они уже не делают их такими, как раньше!

На самом деле я не так уж и волновался, как вы могли подумать, из-за этой ситуации. Как я сказал Маше, у меня в рукаве имелся козырь… и он был великолепен!

Некоторое время назад я был частью… да что там! – инициатором плана по изгнанию Синдиката с Базара-на-Деве. Я считал это вполне справедливым, поскольку именно я открыл им доступ на Базар, ну и, кроме того, Ассоциация торговцев Девы щедро заплатила мне, чтобы я избавил их от Синдиката. Конечно, это случилось до того, как Синдикат нанял меня для управления его интересами на Базаре, и Базар согласился предоставить мне дом и платил мне процент от прибыли, лишь бы я держал Синдикат на расстоянии. Звучит запутанно? Да… немного. К счастью, Ааз показал мне, что эти два задания не исключают друг друга и что с этической точки зрения вполне допустимо получать деньги от обеих сторон… ну или, во всяком случае, возможно. Стоит ли удивляться, что я так высоко ценю его советы? Однако я отвлекся.

Во время первых стычек той кампании я приобрел небольшой сувенир, о котором почти забыл, пока не начал готовиться к этому квесту. Смотреть было особо не на что, всего лишь маленький пузырек с пробкой, удерживаемой сургучной печатью, но я подумал, что именно это может означать разницу между успехом и неудачей.

В принципе, я мог бы упомянуть о нем Маше, но, если честно, я с нетерпением ждал возможности получить признание за то, что справился с этой работой самостоятельно. Самоуверенно ухмыляясь, я огляделся по сторонам, дабы убедиться, что меня не заметили, затем сломал печать и вынул пробку.

Теперь, чтобы по-настоящему оценить весь эффект следующего эпизода, вам желательно осознать, чего, собственно, я ожидал. Живя на Базаре, я привык к некоторым по-настоящему эффектным вещам… молниям, огненным шарам… ну, знаете, всяким спецэффектам. Конкуренция там о-го-го, и все эти штучки-блестючки идут нарасхват. В принципе, я был готов практически ко всему, но в первую очередь ожидал увидеть клубы дыма и, возможно для пущей выразительности, услышать раскат грома или звон гонга.

Увы, я услышал лишь тихий хлопок, такой, как если бы вы вытащили пробку из бутылки с выдохшейся газировкой, и увидел легкий клубок пара, которому не хватило густоты, чтобы образовать приличное кольцо дыма. Конец шоу. Точка. Das ist alles.

Сказать, что я был слегка разочарован, это все равно что заявить, мол, деволы лишь балуются торговлей. То есть фактически ничего не сказать. Я серьезно подумывал, не выбросить ли мне с отвращением этот пузырек или все же попытаться содрать с девола, который продал его мне, возмещение, когда заметил, что передо мной что-то плавает в воздухе.

Вернее, я бы сказал, что этот кто-то плавал передо мной в воздухе, поскольку то явно была человеческая фигура… или, точнее, половинка мужской фигуры. Голая до пояса, а возможно, и ниже. Я затруднялся сказать, потому как ниже пупка его очертания исчезали. На его лоб, закрывая глаза, была низко надвинута феска, руки скрещены на груди. Кстати, его руки и туловище были довольно мускулистыми, и он мог бы производить впечатление… Не будь он таким крошечным! Я ожидал увидеть нечто среднее между моим ростом и высотой трехэтажного дома. Но то, что я получил, было бы ростом от шести до восьми дюймов, если бы он был виден целиком. А так, голова и туловище составляли всего около трех дюймов. Излишне говорить, что я был далеко не в восторге. Увы, ничего другого у меня под рукой не имелось, и вообще за время различных испытаний и приключений я научился обходиться доступными средствами.

– Кельвин? – неуверенно спросил я, не зная, как правильно к нему обращаться.

– Да, чувак, это мое имя. Но не слишком-то трепли его языком, – ответила фигура, не вылезая из-под фески.

Я толком не знал, какими именно должны быть наши отношения, но был почти уверен: только не такими, поэтому попробовал еще раз:

– Ммм… должен ли я напомнить тебе, что я твой Хозяин и, следовательно, Повелитель твоей Судьбы?

– Вот как?

Фигура вытянула длинный палец и, отодвинув феску со лба, в упор посмотрела на меня. Глаза этого существа светились кроваво-красным светом.

– Ты знаешь, кто я такой?

Вопрос меня озадачил, но я быстро собрался с духом.

– По-моему, ты джинн. В частности, джинн по имени Кельвин. Девол, у которого я тебя купил, сказал, что ты – последний писк джинновой моды.

Маленький человечек покачал головой.

– Неправда.

– Но…

– Я пьян в стельку!

Он заговорщицки подмигнул мне.

– Пьян?! – повторил я.

Кельвин пожал плечами.

– А ты чего ожидал? Я залез в бутылку много лет назад. Думаю, можно сказать, что я заспиртованный джинн.

Не знаю, застыл ли я на месте, разинув рот от удивления или для того, чтобы что-то сказать, но наконец я уловил в его глазах подозрительный блеск.

– Заспиртованный джинн. Остроумно. Это шутка, да?

– Совершенно верно! – признался джинн, просияв обезоруживающей улыбкой. – Ловко я тебя подколол, да?

Я было кивнул ему, но он еще не договорил.

– Ну, просто я подумал, почему бы нам не начать знакомство с правильной нотки. Я считаю, что у любого, кто владеет мной, должно быть чувство юмора. И это стоит выяснить первым же делом, понимаешь? Ну а тебя-то как звать?

Он тараторил так быстро, что я едва не пропустил начало. Вообще-то так бы оно и было, не умолкни он, чтобы выжидающе посмотреть на меня.

– Что? Ой! Я – Скив. Я…

– Скив, говоришь? Забавное имя для извращенца.

Моя реакция была машинальной.

– Не извращенец, а изверг. Но я не изверг. В смысле я не один из них.

Джинн наклонил голову и с прищуром посмотрел на меня.

– Правда? Но ты точно похож. Кроме того, я ни разу не встречал никого, кто, не будучи извращенцем… извини, извергом… стал бы оспаривать разницу.

Это был своего рода комплимент. Во всяком случае, я воспринял это как комплимент. Всегда приятно знать, когда работают твои чары.

– Это маскировка, – пояснил я. – Я решил, что это единственный способ делать свои дела на Извре, не подвергая себя нападкам со стороны туземцев.

– На Извре!

Кельвин, похоже, искренне расстроился.

– Ну ей же богу, эффенди, что мы здесь забыли?

– Эффенди?

– Конечно. Ты – эффенди, мой хозяин и повелитель, а я у тебя в услужении. Такая у джиннов традиция. Но сейчас не об этом. Ты не ответил на мой вопрос. Как такой славный юноша, как ты, оказался в этом богом забытом измерении?

– Ты знаешь Извр? Ты бывал здесь раньше? – спросил я. Мои надежды возросли впервые с того момента, как я открыл пузырек.

– Нет, но я весьма наслышан о нем. Большинство джиннов, которых я знаю, избегают его как чумы.

Вот вам и все надежды. Впрочем, по крайней мере разнообразия ради, Кельвин говорил серьезно.

– Ладно, так уж и быть, отвечу на твой вопрос. Я здесь ищу друга. Он… можно сказать, сбежал из дома, и я хочу его найти и вернуть. Проблема в том, что он… в данный момент немного обижен.

– Немного обижен? – Джинн поморщился. – Сахиб, судя по твоим словам, он явно склонен к самоубийству. Никто в здравом уме не сбегает на Извр добровольно… за исключением моего нынешнего собеседника, конечно. У тебя есть догадки, почему он направился именно сюда?

Я небрежно пожал плечами.

– Догадаться несложно. Он изверг, поэтому вполне естественно, что, если что-то пойдет не так, он направится…

– Изверг?

Кельвин посмотрел на меня так, будто у меня только что выросла еще одна голова.

– Ты водишь дружбу с одним из этих головорезов? И сам это признаёшь? А когда он ушел, ты пытаешься вернуть его?

Я, конечно, не мог поручиться за всех других жителей Извра, но точно знал: Ааз не головорез. Это факт, а не пустое предположение. Я знал разницу, потому что на меня работали два головореза, Гвидо и Нунцио. Я собирался указать на это, но вовремя вспомнил, что не обязан давать Кельвину никаких объяснений. Я был его хозяином, а он – моим слугой.

– Думаю, это касается лишь меня и моего друга, – сухо сказал я. – Насколько я понимаю, твоя задача – помогать мне чем можешь.

– Верно, – кивнул джинн, похоже нисколько не обидевшись на мою резкость. – Таков уж бизнес. Так что же именно заставило тебя вызвать меня из бутылки?

– Все просто. Я бы хотел, чтобы ты привел меня к моему другу.

– Хотеть не вредно. Я бы, например, хотел иметь пони и красную повозку.

Это было сказано так запросто, что до меня не сразу дошло, что именно сказал мой джинн.

– Не понял?

Кельвин пожал плечами.

– Я говорю: «Я бы хотел иметь пони и…»

– Нет-нет. Я имею в виду, я слышал, что ты сказал, – перебил его я. – Просто не понял, к чему это было сказано. То есть ты отказываешься помочь мне?

– Не отказываюсь, а… не могу. Во-первых, ты даже не удосужился сказать мне, кто твой друг.

– О, это легко. Его зовут Ааз, и он…

– А во-вторых, это не в моих силах. Извини.

Я опешил. Я никогда не задумывался о возможностях джинна.

– Не в твоих силах? Но когда я вызвал тебя, я думал, что ты должен мне помочь…

– …в целом так и есть, – закончил Кельвин. – К несчастью для тебя, это не охватывает всего. И вообще, сколько ты за меня заплатил?

– Серебряную монету… но это было давно.

– Серебряную монету? Неплохо. Должно быть, ты мастер торговаться, коль сумел убедить девола расстаться с зарегистрированным джинном за такую цену.

В ответ на комплимент я скромно склонил голову, но счел нужным уточнить:

– В тот момент он пребывал в состоянии шока. Остальной его товар был уничтожен.

– Но не слишком-то задирай нос, – продолжил джинн. – Тебя все равно ободрали как липку. Я, например, нипочем бы не заплатил серебряной монеты за свои услуги.

Это звучало все менее и менее обнадеживающе. Мое простое решение проблемы, похоже, таяло быстрее, чем снежный ком на Деве.

– Ничего не понимаю, – сказал я. – Я всегда считал, что джинны – сильные игроки по части магии.

Кельвин печально покачал головой.

– В основном это рекламная шумиха, – с сожалением признал он. – Да, некоторые большие парни способны свернуть горы… в буквальном смысле. Но это первоклассные джинны, и они обычно стоят больше, чем… ну, если делать те же самые вещи, не прибегая к магии. Мелкая сошка вроде меня обходится дешевле, но и толку от нас тоже гораздо меньше.

– Извини, Кельвин. Это полная бессмыслица. Если у джиннов на самом деле меньше силы, чем, скажем, у среднестатистического наемного мага, зачем вообще их покупать?

Джин величественно махнул рукой.

– Мистика… статус… ты вообще что-нибудь знаешь про Джинджер?

– В смысле про имбирь? Как в пиве?

– Нет, Джин-джер… с большой буквы Д… Это измерение, откуда родом джинны и джиннии.

– Думаю, нет.

– Так вот, как гласит история, однажды на Джинджере внезапно катастрофически сократилась денежная масса.

Это звучало довольно знакомо.

– Экономический коллапс? Как на Деве?

Джинн покачал головой.

– Хищение, – сказал он. – Весь офис Главного Ревизора исчез, и когда мы наконец нашли кого-то, кто мог бы провести аудит, выяснилось, что большая часть казны тоже как будто испарилась. Разразился крупный скандал. Предприняли несколько попыток выследить мошенников, но насущной проблемой было то, как поступить с деньгами. Допечатать их в большом количестве не сработало бы, поскольку это просто обесценило бы те, что у нас еще оставались. Нам срочно требовался быстрый приток денежных средств из других измерений.

Именно тогда некий гений маркетинга придумал концепцию «Джинн в бутылке». Почти все жители измерения хотя бы с минимальным количеством талантов или потенциала по части магии были в обязательном порядке призваны на службу. Разумеется, возникло и сопротивление, куда же без этого! Однако промоутеры утверждали, что речь идет лишь о временных контрактах, поэтому план вступил в силу. Более того, ограниченный контракт стал основой торговой кампании… той загадочности, о которой я упоминал. Вот почему у большинства джиннов есть свои условия… лишь три желания или типа того, хотя некоторые из них более этичны, нежели другие, в отношении того, каким образом эти желания исполняются.

Мне в голову внезапно пришла мысль.

– Послушай, Кельвин! Сколько моих желаний ты можешь исполнить? Как я уже сказал, девол был слегка растерян и ничего не сказал ни о каких ограничениях.

– По части желаний или возможностей? – Джинн подмигнул. – Неудивительно. Контужены они, или ошеломлены, или что-то в этом же роде, но деволы всегда остаются мастерами продаж. Иначе говоря, они действительно уникальны и не знают себе равных в своем ремесле.

– Так сколько?

– Что? А! Боюсь, мой контракт предусматривает только одно желание, Скив. Но не волнуйся, я буду играть честно. Никаких уловок и словесных ловушек. Если за свои деньги ты можешь рассчитывать всего на одно, ты получишь его законным образом.

– Понятно, – сказал я. – Так что ты умеешь делать?

– На самом деле не так уж и много. Лучше всего у меня получаются дурацкие шутки.

– Дурацкие шутки?

– Да, типа «Как превратить джинна в шипучку».

– Я не думаю…

– Надо бросить его в кислоту. А как…

– Да, да, понятно. И это все? Ты кладезь дурацких шуточек?

– Еще я даю неплохие советы.

– Это хорошо. Думаю, мне они пригодятся.

– Пожалуй. И вот мой первый совет, который я даю от всего сердца: забудь об этом и отправляйся домой, пока еще не слишком поздно.

На мгновение эта мысль показалась мне почти заманчивой, но я отбросил ее.

– Ни за что, – твердо сказал я. – Давай вернемся к моей первоначальной просьбе. Ты можешь посоветовать, как мне найти Ааза?

– Думаю, у меня есть несколько идей на сей счет, – признался джинн.

– Отлично.

– Пробовал посмотреть в телефонной книге?

К этому моменту мое подозрение переросло в полную уверенность. Мой коронный туз оказался жалкой двойкой… даже нет, джокером. Если я рассчитывал, что Кельвин станет решающим фактором между успехом и провалом, боюсь, меня ждали сплошные разочарования.

До сих пор я нисколько не сомневался, что найду Ааза, и беспокоился лишь о том, что я скажу, когда мы встретимся лицом к лицу. Теперь же, глядя на улицы и небоскребы Извра, я с болью осознавал: найти его будет труднее, чем я думал… гораздо труднее!