Диана Панченко. Сейчас Соединенные Штаты взяли курс на консерватизм, фактически перехватив у России первенство в этом вопросе. Как вы считаете, Россия теперь что должна экспортировать в качестве идеологии, учитывая, что США всегда были впереди по вопросам традиционализма, религии?

Александр Дугин. В вопросах традиционализма и религии США были на последнем месте вплоть до прошлого месяца.

Диана Панченко. Если мы говорим про традиционные США, а не которые мы привыкли видеть при Байдене, Обаме…

Александр Дугин. Знаете, в полном смысле традиционными США вообще, наверное, никогда не были. Это проект модерна. Это продукт творчества радикальных протестантских сект, которые сбежали от европейской культуры и создали в США весьма своеобразную цивилизацию. И более того, начиная с 20-х годов ХХ века, после Вудро Вильсона, они к тому же предпочли вообще заниматься глобальным проектом, продвижением либеральной демократии в мировом масштабе, а не своей культурой.

Диана Панченко. Но вы согласны, что сейчас Америка перехватывает инициативу?

Александр Дугин. Да, с этим я согласен. Я только хочу уточнить, что, собственно, пионерами в традиционных ценностях они не были никогда. После Вильсона они вообще заявили: цель Америки – это защита универсальной либеральной демократии, а не собственно американских ценностей. А уж последние 40 лет, начиная с Рейгана и особенно после Клинтона, Америка представляла собой полную противоположность всему тому, что можно назвать традиционным – христианским, крестьянским, духовным, семейным, человеческим.

Америка шла по прямо противоположному направлению в отношении традиционных ценностей, становясь все более и более нетрадиционной. А Россия, может быть, несколько инстинктивно, подсознательно и недостаточно акцентированно и радикально после прихода Путина стала перестраивать движение в другую по отношению к западному либерализму 90-х сторону, начала менять галс. И так мы дошли, но тоже ведь относительно недавно, только после СВО, до указа о традиционных ценностях № 809[27].

Только после начала СВО мы признали, что традиционные ценности должны защищаться государством. Двигались мы к этому 22 года. На протяжении всего путинского правления мы все время сдвигали окно Овертона, но так, чтобы никто не заметил. Вот сейчас вроде как мы – вполне либеральное общество, и вроде мы и не отказываемся, что мы часть западной цивилизации. Вот мы – либеральные, демократические. Проходят года, и смотришь, а мы не такие уж либерально-демократические и совсем и не часть западной цивилизации, да и либеральных ценностей мы как-то больше не разделяем. И все незаметно, постепенно, без деклараций. Лишь в 2022 году наступает решимость назвать все вещи своими именами. Мы проделали в этом направлении огромную работу, но закрепили ее совсем недавно.

Нечто подобное происходит в Америке только сейчас. Но, конечно, в защите традиционных ценностей Россия в любом случае была и остается одной из главных сил в мире.

Диана Панченко. На нее ориентируется… Действительно, вот прошла Олимпиада, и люди даже, например, в Европе посмотрели на это: «Ну, извините, а что это? Лучше тогда уж…» А теперь этого козыря как будто бы нет.

Александр Дугин. Мы постепенно действительно пришли к полноценной защите традиционных ценностей. Путин сдвигал окно Овертона с первого дня своего нахождения на посту президента. Иногда резко, но чаще постепенно: то процитирует консервативного философа Ивана Ильина, то славянофила Достоевского, то византиста Леонтьева, то Солженицына. Путин такими аккуратными славянофильскими мазками украшал свои выступления, и они постепенно складывались в политическую философию. Она вот-вот будет окончательно сформулирована. На подходе.

А вот что поражает в Америке: они взяли и нечто аналогичное мгновенно осуществили. То, что мы делали 25 лет постепенно, Трамп завершил за месяц. Отменил гендерную политику, изгнал трансгендеров из армии. Мы-то туда их и не принимали. Трудно даже сказать, есть ли они у нас. А для Америки это звучит по-новаторски. Это пощечина всему предшествующему сорокалетнему движению в сторону либерализма, сатанизма, постмодерна. Трамп сейчас осуществляет свою консервативную революцию с особой лихостью. Размахивая саблей и пританцовывая.

Кстати, вы знаете, что означает этот танец? Что такое YMCA? Песня Village People – гимн христианской молодежной консервативной организации. Было такое издательство, YMCA-Press[28], выпускавшее христианскую и консервативную литературу. С точки зрения либералов, YMCA – это ультраправая молодежная организация, граничащая с экстремизмом и даже фашизмом. Ведь они защищают здоровую семью, христианские ценности, про-лайф, отказ от абортов. И Трамп этим танцем Village People под песню YMCA разом развернул корабль американской политики, американской идеологии на 180 градусов. США, как огромный корабль, лег на совершенно другой галс. И эта смена – красочная, яркая. Каждый день в Х Маск публикует сообщения о разгроме очередного извращенного сатанинского министерства, пронизанного либеральной идеологией. USAID, на чьи средства существовала вся русофобская украинская пресса – и не только пресса, а почти вся Украина – закрывается. Раз – и за один день ничего не осталось от могущественного USAID. Сейчас проводят аудит и, по сути, закрывают Департамент образования, где детей учили с младых ногтей разнообразным извращениям. Трамп превратил свою консервативную революцию в гигантское мировое шоу.

А чего стоит его вице-президент Джэй Ди Вэнс – этот стильный бородатый человек… Когда я записывал первые видео, посвященные брадолюбию, сколько же я циничных и насмешливых комментариев получил… Потом оказалось, что борода и мужчина – это вещи почти неразделимые. Так было и есть в любой традиции, не только у нас, христиан. Это есть также и в исламе, и в иудаизме. Раньше посмеивались, казалось, что «брадолюбие» – откровенно дурацкое слово. Совсем нет, слово вполне основательное, старообрядческое. Так вот, брадолюбивый муж Джей Ди Вэнс, приехав в Рамштайн на конференцию по безопасности, устроил настоящую выволочку либеральным европейским элитам. Он громогласно заявил: «Вы теперь сами по себе, Америка теперь радикально другая». Либеральная эпоха закончилась, а европейские элиты – сами себе враги (а никакие не русские и не китайцы).

Россия сейчас находится в интересном положении. С одной стороны, мы победили. Ведь наша борьба была именно за правду. А наша правда, то есть защита традиции, религии, семьи, оказалась подхвачена даже Америкой – страной, которая была источником всего либерального антитрадиционного зла. Поэтому мы вполне можем радоваться. Как идеалисты, мы и должны радоваться. Но, с другой стороны, обидно, конечно, что нас за это так унижали, преследовали, давили… Мы фактически воюем за эти традиционные ценности. Нам в этом праве отказывали, нас демонизировали за традиционные ценности, осмеивали, попрекали всячески, стали убивать за них, а вдруг оказалось, что мы были правы. Но знаете, правду нельзя приватизировать. Если мы правы, то давайте и вы будете правы вместе с нами, это будет наша победа. Общая победа. Я не чувствую острой соревновательности или конкуренции с Америкой в вопросе традиционных ценностей. Скорее, наоборот, это ведь признание того, что мы правы. Ну, а какой геополитический вывод Трамп сделает из этого – это уже другой вопрос.

С идеологической, с идейной точки зрения, мы победили. Получается, что русские, встав на защиту традиционных ценностей, победили весь мир. Ведь с нами сейчас согласен не только Трамп. С нами согласны и Индия, и Китай, и исламский мир, и Африка, и Латинская Америка. Мы победили на глобальном юге. И теперь оказалось, что мы – вместе с Трампом, через Трампа – с идеологической точки зрения побеждаем и коллективный Запад, который, кстати, перестал быть коллективным. Запад разделился: США перешли на сторону традиционных ценностей, а Европа осталась на стороне антитрадиционных.