Александр Дугин. Я полностью согласен с вашим анализом китайской культуры и с тем, что вы сказали о «пустой вершине». Это очень важная концепция. Я думаю, нам нужно понимать, что классическая Империя, священная Империя, определяется именно трансцендентной природой вершины. Вершина не наполнена каким-либо положительным содержанием. Она открыта. Вершина открыта – в этом суть сакральности Империи.

То же самое с Императором: он находится так высоко, что скрыт. Природа Царя находится за пределами человеческой природы. Он божествен. То же самое относится к классической, традиционной философской Империи. Империей управляет пустое пространство, пустая вершина. Пустая вершина – это апофатическая политическая концепция. Вершина должна быть открыта для духовного влияния, чтобы ее могло наполнить нечто сверхчеловеческое.

Я высказывал свои предложения в своем аккаунте в X относительно концепции NRx о «Соборе». Я думаю, что более корректным понятием было бы назвать «Собор» «Республикой».

«Республика» – это нечто закрытое сверху. Вершина здесь всегда тотально задраена. В «Республике» нет трансцендентности, ее верх отражает лишь низ. Это метафизическая клетка. «Республика» всегда полностью и исключительно профанна. В ней не может быть ничего священного, никакой открытости к высшему. Только чистая рекурсивность, самодостаточность в рамках одной и той же имманентной рациональной организации.

Все великое происходит от Империи, от политической, социальной и философской структуры с пустой вершиной. Это ключевой элемент. Апофатическая вершина политической организации делает общество открытым для присутствия трансцендентного влияния. Это и есть сакральность. А «Республика» всегда антисакральна, профанна. Только Королевство, Монархия, Империя являются священными. И когда вы выбираете «Республику», вы необратимо закрываете верх. Вы ставите там зеркало. Это зеркало отражает обобщенные желания, аппетиты, стремления атомистических существ на низших уровнях, превращая, уплотняя их в бытие единого идола, в Левиафана, в Тирана, в воплощение всего подлого, жалкого, мерзкого и грязного.

Это примерно то, что вы описали в другой гениальной концепции – «храповый механизм дегенерации» (a degenerative ratchet). «Храповый механизм дегенерации» – это и есть «Республика», потому что «Республика» эгоцентрична, она закрыта сверху.

Когда мы пытаемся спасти Государство, Политическое (das Politische), мы должны сначала их открыть сверху. Нам нужно пройти путь от «Республики» через Принципат, через диктатуру к Империи. Перед Республикой в латинской истории было Царство Regnum. После Республики наступает диктатура, а затем – Империя.

Империя – это нечто открытое. Это вечное возвращение Аполлона, как воспел Вергилий. Это возвращение к Аполлону, возвращение к вертикали. Империя – это поле, которое должно быть сохранено для эпифании трансцендентного.

И возможно, в протопротестантизме, в философии глубинного «я» Уиклиффа или немецких мистиков, таких как Мейстер Экхарт, и даже у Лютера, читающего «Немецкую теологию», это пустое пространство сохранялось в человеческом сердце, в самой его сути. Это пустое пространство – место, где должен родиться Христос. Это своего рода апофатическая сфера. «Пустая вершина» – великая концепция.