Не знаю, что в крови у моей колючки. Похоже, какой-то дурман. Я еще никогда настолько не выпадал из реальности во время секса.

Раньше вполне мог совершать механические действия, а в голове в это время прокручивать планы на неделю или решать задачи.

Но с Юлей такое не прокатило. Я едва не потерял контроль, когда попробовал вкус ее кожи. О защите вспомнил буквально в последний момент. Такое вообще на меня не похоже.

Разбрасывать свой биологический материал направо и налево не для меня. В моих планах нет внебрачных детей. Я за этим строго слежу. Не хочу потом выкупать их у матерей, как поступил мой отец.

В этом плане у меня все будет четко. А свою невесту я обязательно проверю перед свадьбой. Чтобы не оказалось неприятных сюрпризов и чужого приплода.

Ушлых баб, готовых повесить ребенка на другого мужика, хватает. Я кстати с таким уже сталкивался. Но у меня разговор короткий — генетическая экспертиза плода. Ни одна в результате на него не пришла. Что и требовалось доказать.

Но с моей недотрогой я будто растерял все свои принципы. Как раздел ее, прижался губами к нежной коже, вдохнул ее аромат и все, мозг куда-то отъехал.

Вел себя как пацан, впервые дорвавшийся до женского тела. Я бы мог все скинуть на выплеск адреналина. Но для меня такие ситуации, как простреленное в тачке колесо — будни, а не стресс.

Так что дело точно не в аварии, а в колючке. Вонзила мне в вены свои шипы и отравила ядом. Я ей даже отвечать не давал. Брал жестко, на грани. И не мог насытиться.

Потому и вырубился после нескольких заходов так, что все проспал. Сбежала моя недотрога. Только запах свой на постели оставила. И очень жаркие воспоминания.

Я как это осознал, охрану полчаса имел по полной программе. Но тут я сам прокололся, не отдавал приказа ее удерживать. Кто же знал, что моя колючка такая шустрая.

Немного остыв, решаю дать Юле время смириться и прийти в себя. Принять то, что между нами случилось. А потом меня засасывают дела.

Отморозка-байкера мои люди отловили. Сначала его допрашивал мой новый начбез, а дальше мы вместе готовили ответку оборзевшему молодняку, решившему, что передел в городе — стоящая идея.

Как только заканчиваю с этим, набираю Юлию. И сталкиваюсь с полным игнором. Раз разом слушаю, что абонент недоступен, и ощущаю, как растет внутри раздражение.

Я и так зол, ну что за детские капризы? А поговорить, как взрослым, нельзя? Телефон Юля все же включает, но звонки продолжает игнорировать. Отправляю ей ультиматум, и она наконец поднимает трубку.

— Ну и как это понимать? — начинаю с наезда. Сам понимаю, что зря, но терпение не моя сильная сторона. А колючка сегодня меня знатно прокатила. — Ты же не ребенок, зачем сбежала? Еще голову в песок спрячь.

— Я бы спрятала, да не поможет, — слышу тихий, усталый голос. И моя злость сразу сдувается. Что она там надумала? Точно накрутила себя.

— Юль, — зову мягче. — Давай как взрослые люди все обсудим? Встретимся, поговорим. Я сейчас приеду. Хочу тебя увидеть.

Я еще много чего хочу. Одной ночи мне точно было мало. Но это пока не озвучиваю. Недотрога не оценит.

— Не нужно приезжать, — в ее голосе проскальзывает паника. Не этого я ждал после такого секса. Но что имеем. Знал же, что колючка сложная. Легко с ней не будет.

— Почему? — спрашиваю хмуро. Пусть уже выскажется.

— Все это… большая ошибка, — слышу предсказуемый ответ. Быстро же она пошла в отказ. Не стоило давать ей время. Вместо этого надо было хватать и везти к себе. А там продолжить. В постели у нас лучше получалось.

— Юль, ну серьезно, какая еще ошибка? Это было неизбежно. Нас давно тянуло друг к другу. И не зря. Все получилось супер. Мне зашло. И тебе тоже, не нужно врать.

— Не буду, — глухо отзывается она после паузы. — Но это не отменяет того, что я не была готова. Ты просто воспользовался моим состоянием.

— Допустим, — не собираюсь отрицать очевидное. — Но разве тебе было плохо со мной? Мы отлично сняли стресс.

— Я бы предпочла снять его другим способом, — вздыхает колючка. — Ты не подумал, что потом мне станет гораздо хуже? Впрочем, о чем я? Думал ты явно о другом. И нет, я не обвиняю тебя одного, сама тоже в этом участвовала, — произносит с досадой. — Но больше такого не повторится.

— Что за глупость? Мы отлично совпали в постели. Поверь, это редко бывает. Я предлагаю тебе полноценные отношения для обоюдного удовольствия. Не сомневаюсь, что оба его получим. Я могу дать тебе многое, думаю, ты сама понимаешь. В чем проблема? И ты, и я свободны, нам ничего не мешает. Если только запреты в твоей голове. Так отпусти их.

— В чем проблема? — возмущенно повторяет она. — Да в том, что я твоя подчиненная. Как мы теперь будем работать вместе? Вот зачем надо было все портить?

— Мне тебя уволить, чтобы мы могли встречаться? — говорю со злой насмешкой. Портить, значит? Так она на это смотрит?

— Не нужно так шутить, — холодеет ее тон. — Я поверила тебе и пришла в твою компанию. Мне там нравится. Но если ты не прекратишь меня преследовать, я буду вынуждена уйти.

— Это твое окончательное решение, Юль? — уточняю так же холодно, ощущая едкое разочарование.

— Да, — произносит она твердо.

— Значит, хочешь остаться исключительно коллегами?

— Это было бы идеально.

— Я тебя услышал. Как самочувствие? Дополнительные выходные нужны?

— Нет. Думаю, к понедельнику буду в норме.

Я почти физически чувствую, как между нами выстраивается бетонная стена. И точно не благодаря мне. Но я тоже устал в нее биться.

— Тогда до среды жду отчет о конференции, — включаю шефа. — С предложениями, как использовать то, что там прозвучало. Будь здорова.

Отбрасываю телефон, пару секунд смотрю в стену, пытаясь дышать ровно. А потом вскакиваю и луплю кулаком в стену.

Смотрю на след от своих костяшек и понимаю, что один раз не поможет. Надо спускаться в тренажерку и от души молотить грушу. По-другому я сейчас пар не выпущу.

А колючка… Да в конце-концов, сколько мне еще за ней бегать? Реально бесит! Мне только одна женщина так упрямо отказывала. И теперь она жена моего брата.

Но тот отказ не слишком задел. А этот поднимает что-то темное в груди. Может, все к лучшему? Выбивает меня из равновесия эта женщина. Я сам себя не узнаю. Ну нафиг.