Ученик Искариота начал ходить по комнате, огибая за своими последователями и их подопечными в инвалидных креслах, его лицо в маске былo повернуто в одну сторону, так что оно всегда было обращено к пленнику в центре.
- Узнаешь ли ты их? Узнаешь-узнаешь, конечно, узнаешь. Как ты можешь не узнать? Конечно, ни один стоящий экотеррорист, не говоря уже о Мессии глубинной экологии, не может не знать этих лиц.
Он сделал боковой шаг, обогнул Суд и наклонился так, что его лицо в маске оказалось рядом с лицом пожилого человека, который вздрогнул и отвернул голову в сторону. Глаза за маской были прикованы к спасателю, пока он представлял их друг другу.
- Фрэнсис Браундог-старший, главный исполнительный директор и владелец сельскохозяйственного концерна и холдинга "Браундог" в третьем поколении.
Ученик обогнул кресло и бросился к пожилой женщине, прижался боком маски к ее голове, и его глаза снова остановились на Отце-Природе. Она закричала в свой кляп и закрыла глаза.
- Мэв Браундог, жена Фрэнсиса и мать четвертого поколения.
В мгновение ока Ученик оказался в другой точке треугольника, образованного креслами-каталками, наклонившись и склонив свой скрытый визави рядом с беременной девушкой... которая не вздрогнула, не всхлипнула, но вместо этого яростно посмотрела на него и затряслась в кресле, словно желая, чтобы ее руки освободились, чтобы вырвать глаза из глубины маски.
- Лилабет Браундог, самая молодая представительница династии, несущая в себе будущее империи плоти.
Ученик повернулся и прижал огромные красные губы, нарисованные на его маске к ее лицу в нежном поцелуе. Лилабет издала животный звук ненависти глубоко в горле. Ученик встал прямо. Он обратил свое внимание на одну из установленных на потолке камер и обратился к ней напрямую:
- Для тех, кто не знаком с этой уважаемой семьей... представление.
Появилась ссылка.
Клик.
Запустился видеоролик, в котором была представлена история семьи Браундог и ее бизнеса, а также рекламные материалы отдела маркетинга сельскохозяйственного концерна и холдинга "Браундог" с отрывистыми кадрами, полученными группами по защите прав животных, которые работали в компании в течение многих лет. Сельскохозяйственный концерн "Браундог" являлся международным конгломератом животноводческих хозяйств, обширной сетью фабрик с высокой плотностью производства, которые выращивали все виды животных для любых целей... кроме мяса. Собаки, кошки, кролики, крысы, мыши, шимпанзе. Ни одни из них не предназначался для бургеров.
Концерн специализировался на разведении животных для экспериментов. Интересно, что даже несмотря на то, что подавляющее большинство используемых "Кругов" можно назвать отбросами Земли, значительная часть зрителей быстро переключилась с видео на видео, когда начались съемки ручной камерой из лабораторий. Однако если бы они остались, то узнали бы больше, чем просто тот факт, что многие животные звучат удивительно по-человечески, когда они кричат, или о том, что новые хирургические методы испытываются без анестезии, потому что обезболивающие средства слишком дороги, чтобы тратить их на маленькие жизни. Узнали бы, что семья Браундог передавала этот бизнес из поколения в поколение, от отца к сыну на протяжении более ста лет, ибо Браундоги верят, что дело должно оставаться в семье.
- И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Матфей 7:3
Отец-Природа получил шприц из левой руки Славы и бутылку химического средства для очистки канализации из правой.
- Вы слышали, что сказано: "Око за око и зуб за зуб". Матфей 5:38, - Ученик процитировал своим зловещим голосом, пока Слава доставала эти предметы из огромного ящика с инструментами, но быстро, не раскрывая больше его содержимого.
Этого не могло произойти.
Не с ним.
Не с...
- Твой грех – гнев, - молвил Ученик голосом, который гремел, как древний колокол в разрушенной башне. - Трижды ты будешь испытан. Трижды ты будешь искать спасение в избытке.
- Что... - его голос сорвался на крик; он сглотнул, облизал губы, отринул слабость и заставил ярость мерцать, как пламя, в своих словах. - Что ты хочешь от Отца-Природы?
Здесь отснятый материал подвергся монтажу.
(В комнате этот кадр охватывал обмен правилами и указаниями, в котором Ученик говорил нормально, даже приветливо:)
(- Смотри, все просто: ты просто должен выполнить три маленькие задачи, все связанные с, ну... знаешь, твоим грехом. Ты и твой Суд Кенгуру делаете подобное все время, верно? Наказываете людей, которые обижают животных? Преступления против Дарвина и все такое, а? Ну, наши друзья в креслах, семья Браундог, потратили несколько поколений, чтобы разжиреть на разведении очаровательных маленьких тварей для научных экспериментов, начиная с викторианской эпохи! Для тебя они должны быть кончеными кусками говна! И для тебя должно быть сущим пустяком разозлиться!)
(Ученик пожал плечами.)
(- Конечно, обратная сторона в том, что если ты не выполнишь все три маленьких задания...)
(Из глубин своей рясы он достал опасную бритву.)
(Из своих глубин каждый из его учеников достал паяльную лампу. Факел, который используется на кухнях для достижения причудливых эффектов, таких как карамелизация сахара в крем-брюле.)
(Отец-Природа посмотрел на то, что держал в руках.)
(Шприц и бутылка химического средства для очистки канализации.)
(Он знал.)
(Он не хотел знать.)
(Но не мог удержаться, чтобы не спросить:)
(- Что тебе нужно?)
(Ученик объяснил ему.)
Монтаж кадров, в которых произошел этот обмен, был закрыт материалом, полученным из косметической лаборатории. В нем чисто белого кролика с розовыми глазами держат в некоем подобии пращи, его лапки крепко связаны от любого движения. Его нос быстро дергается, дыхание учащенное и судорожное. В кадр входят руки в резиновых перчатках, несущие шприц.
После монтажа Ученик указывает на нагого пожилого мужчину в инвалидном кресле. Отец-Природа взглянул на связанного человека. Связанный человек взглянул в ответ глазами водянистыми, испуганными.
- Нет, - сказал Отец-Природа.
- Сколько тысяч животных, десятков тысяч животных, вырастила компания этого человека, только чтобы быть ослепленными? - спросил Ученик. - Чтобы в их глаза вводили химикаты, превратившие чудо зрения в месиво в глазницах, превратившие их испуганные миры в темноту, пока им не будет предоставлена милость перерезанного горла?
- ...Нет, - повторил Отец-Природа.
- Выращенные только для того, чтобы быть ослепленными новыми составами чистящих средств для бассейнов, детских шампуней, растворов для контактных линз, чтобы эти продукты могли быть безопасными для использования человеком, - сказал Ученик. - Их разводят только для того, чтобы ослепить косметикой, чтобы человеческие шлюхи могли украшать себя и привлекать самцов... и размножаться.
Пожилой мужчина с гривой седых волос закрыл глаза, выдавливая из них слезы, стекавшие по его морщинистым щекам.
- Разве это не заставляет твою кровь кипеть? - спросил Ученик. - Разве это не будоражит твою желчь? Разве это не вызывает у тебя гнев?!!
Последнее слово было произнесено с ревом. Все трое, прикованные в своих инвалидных креслах вздрогнули. Отец-Природа повернулся и прорычал в ответ:
- НЕТ! Я НЕ СДЕЛАЮ ЭТОГО!!!
Не обращаясь к себе в третьем лице - не по бренду. Ученик Искариота кивнул.
Фигура в маске, идентифицированная как "Слава", быстро шагнула между Учеником и "зеленым" воином. Через мгновение лампа в ее руках зажгла пламя, которое она направила на голые гениталии Отца-Природы. Его грязные светлые волосы на лобке мгновенно вспыхнули, словно горящий куст, и его крайняя плоть запылала, стала ярко-красной, покрылась ожогами и волдырями, как бекон, брошенный на сковороду с горячим жиром. Отец-Природа завопил.
(Монтаж. Kролик. Вопящий. Для облегчения процедуры его веки отрезаны.)
Прошло некоторое время, достаточное для того, чтобы Отец-Природа пришел в себя. Он стоял перед Фрэнсисом Браундогом-старшим. Он наполнил шприц химическим средством для очистки канализации и наклонился вперед, руки его тряслись. Фрэнсис Браундог-старший закрыл глаза и тоже дрожал, мотая головой туда-сюда, дабы избежать встречного шприца. Лицо Отца-Природы стало опустевшим.
Его красивые черты были восковыми и бледными. Он схватил пожилого человека за челюсть и держал его голову неподвижно, чертыхаясь от усилия и пытаясь сдержать дергающиеся мышцы шеи. Затем он совершил поступок, который озадачил большинство зрителей "Кругов", особенно тех "зеленых" активистов и экотеррористов, следившими за каждым его горячим словом; он прошептал:
- Прости меня.
Игла вонзилась в морщинистое правое веко, которое на мгновение скукожилось. После мембрана поддалась, и металлический стержень проскользнул сквозь нее и проткнул глазное яблоко, находящееся внутри. Фрэнсис внезапно перестал сопротивляться. Ужас сковал его мышцы на месте. Отец-Природа нажал на поршень и впрыснул полный шприц химического очистителя для канализации в глаз мужчины. Вытащив иглу, он пошатнулся назад и бросил шприц на пол. Тот разбился вдребезги. За своим кляпом Фрэнсис завыл. Его жена приглушенно вскрикнула. Только его дочь молчала. Ее глаза были сужены и полны ненависти, устремившись на Отца-Природу.
Правый глаз Фрэнсиса Браундога оставался закрытым, но левый был открыт, закатываясь в агонии.
Затем, медленно, как улитка, выбирающаяся из своей раковины, правый открылся.
Нет. Не совсем открылся... Проколотое веко отползло назад, но это не было добровольным актом: сложный раствор химического средства для очистки стоков сделал именно то, для чего предназначался. Отбеливатель, пероксид и нитраты жестоко окисляли органический материал, с которым они вступили в контакт, быстро нагреваясь. Стекловидное тело внутри глазного яблока кипело. Выделяло газ. По мере того, как содержимое глазного яблока быстро окислялось, оно разбухало, раздвигая веки, гротескно выпячиваясь из глазницы, как склизкий воздушный шар. Зрачок стал красным. Каждая крошечная вена кровоточила, превращая белый цвет в красный. Красная выпуклость с желтым соском была подобна гигантскому прыщу. А потом, подобно же прыщу, он лопнул. Гной с консистенцией спермы хлынул наружу, как в порнофильмах, разбрызгиваясь по обнаженной груди Отца-Природы.
Фрэнсис Браундог издал низкий, клокочущий звук за своим кляпом, его целый глаз уставился в потолок. Отец-Природа рыгнул, раз, потом два. Третья отрыжка удлинилась, превратилась в глубокое бульканье в животе, а затем изверглась в столб желтой желчи. Он согнулся вдвое, кислая слюна и желудочный сок попали на его босые ноги. Он оставался в таком положении, положив руки на бедра для опоры, пока его не постучали по плечу. Когда он поднял голову, ему предложили другой шприц.
- Око за око, - изрек Ученик. - Так что только вперед и без оговорок, Эль Капитан!
Головы каждого из Четырех Последних Апостолов повернулись в его сторону.
Глаза, спрятанные в глубоких глазницах масок, уставились на своего лидера. Слава покачала головой. Ученик оглянулся на них. И, после секундного раздумья, вздохнул.
- О, черт-те что, - заметил он. - Да-да-да, вы правы, введение легкомыслия в пасс вредит настроению... пофиг, я вырежу это в монтаже и перейду сразу к съемкам яхты.
Как и другие вставленные кадры, эти были взяты непосредственно из "Круга" самого Суда. Видео было некачественное. Снятое на телефон. Кадры рывковые и бешеные, с хлестким панорамированием и частой автофокусировкой. Mонтаж между сценами - короткие всплески статичности.
Первый кадр - группа людей, которых преследуют. Женщины кричат, мужчины вопят. Одно лицо оглядывается на камеру, преследующую их. На лице - ужас. Затем группа внезапно исчезает один за другим из поля зрения, и раздается серия громких всплесков. Звук всплесков плавно сливается с шумом помех, когда экран переходит к следующей сцене.
Следующий кадр - человек в костюме кенгуру. Его костюм потрепан, мех горчичного цвета местами испачкан кровью, местами порван. Он занимает весь кадр и поднимает лапы, как бы призывая зрителей затихнуть от громовых аплодисментов. Когда он говорит, его глубокий голос дрожит от едва подавляемой ярости, больше похожий на рычание, чем на человеческую артикуляцию. За его словами слышны звуки тихого скрипа дерева и плеска воды.
- Мы слышим их, - молвит он. - Мы слышим их, наших братьев и сестер. Они кричат, и мы их слышим. Мы слышим их возмущенные мычания...
За кадром слышно, как два или три голоса мычат по-коровьему.
- Мы слышим их визжащие возмущения...
Снова за кадром несколько голосов издают визги, как поросята.
- Мы слышим их блеяния агонии...
Вне камеры свиней сменяют овцы.
Потрепанный кенгуру смотрит в камеру, человеческие глаза выглядывают из дыр в костюме.
- Мы слышим, как они крякают, и лают, и чирикают... мы слышим, как они хрюкают и пищат, и квакают... И мы решили стать их голосом.
Камера отъезжает назад, показывая, что кенгуру стоит на палубе яхты. Скрип - это бревна яхты, а плеск - мягкие волны, омывающие ее борта. Наступили сумерки, солнце скрылось за горизонтом, который виден только над правым плечом кенгуру. Он не один. На палубе стоят еще две фигуры в костюмах сумчатых, по бокам от него. Однa из них - синяя, с галстуком-бабочкой. Другая - розовая, с бантом на голове. Очевидно, костюмы были куплены как пара, но кажется маловероятным, что топоры в их лапах прилагались в качестве аксессуаров. Топоры с длинными ручками, которые используют пожарные, дабы разбивать двери. Лезвия топоров покрыты кровью. Кенгуру тоже забрызганы ею.