Связка ключей ударила меня в грудь и упала на пол. Я поднял их. Это были ключи от машины. Отец бросил их в меня.
- Ты поведешь, - сказал он.
- Что?
- Покажи нам, что ты нашел?
Отец забрался на пассажирское сиденье, и даже Мать заняла свое место в машине - сзади, рядом с терпеливо ожидающей Cестрой. Я забрался внутрь и захлопнул дверцу. Вставил ключ в зажигание и повернулся к Отцу.
- Я все еще думаю, что это плохая идея, - сказал я.
- А когда мы все будем умирать - после того, как нас атакует какая-то хуйня там снаружи... Я даю тебе полное разрешение сказать мне: Я же говорил, - он усмехнулся мне.
Я вздохнул и завел двигатель. Вспоминая поговорку о том, что нет худа без добра, я не могу не вздохнуть с облегчением хотя бы от того, что за рулем я. Я смогу немного покатать нас по территории, стараясь держаться подальше от стены, которая нас запирает.
Беглый взгляд на индикатор уровня бензина показывает, что мне придется сделать много кругов, но все же есть вероятность, что я смогу проехать достаточно долго, пока бензин не кончится. Тогда у нас не будет другого выбора, кроме как поселиться в одном из соседних домов. Скорее всего, умрем от голода, но - это лучше, чем позволить им узнать правду. Блядь - как я сам отреагировал снаружи... Я убил того техника. Он помогал мне. Он помогал мне вспомнить и увидеть, что с нами произошло - что с нами происходило... И... Я убил его. Жестоко. Одному Богу известно, как они там отреагируют.
- Чего ты ждешь? - cпросил Oтец.
- Пытаюсь вспомнить дорогу, - ответил я.
Я пытался вспомнить дорогу, пытался вспомнить, как добраться до стены. Мне нужно знать, в каком направлении двигаться дальше.
- Знаешь старую поговорку? - спросил Oтец.
- Что ты имеешь в виду?
Он повернулся ко мне:
- Все дороги ведут в Рим.
Он кивнул в сторону конца подъездной дорожки. Я неохотно нажал на педаль газа.
- Ну что ж, это же волнующе, правда? - прощебетала Мать с заднего сиденья.
Она не была взволнована. Никто из нас не был взволнован. Мы все были встревожены: они - потому что не знали, что их ждет снаружи, а я - потому что я точно знал, что нас там ждет. Ага. Только что вспомнил. Дом. Тот, который я нашел перед тем, как найти выход из комплекса; с мертвой парой в своей постели. Двое, которые выбрали самоубийство в качестве выхода. Я отвезу семью (не мою семью) туда. Они войдут, увидят трупы и поймут, что здесь ничего нет. Если повезет, они проголосуют еще раз. Я всегда могу спровоцировать кого-нибудь. Посмотрим, смогу ли я заставить их сказать, что нужно вернутся к нам домой...
Я прибавил скорость. Выше обороты - быстрее еду... Выше расход топлива.
- Извини, если кажется, что я все время иду против всего, что ты предлагаешь, - сказал я Oтцу.
До меня дошло, что все, чем я занимался в последнее время, - это ссорился с Oтцом. Я не был неправ, поступая так. Кто-то должен был это сделать. Но... если бы я продолжал спорить с ним, продолжал идти против всего, что он говорил, мы бы никогда не пришли к согласию по поводу плана действий. По крайней мере, мы никогда не пришли бы к согласию по тому, что я предложил. Мне вдруг стало ясно, что нужно немного уступить, прежде чем я смогу рассчитывать на то, что получу.
Отец ничего не сказал. Я бросил взгляд в сторону - слушает ли он вообще. Он смотрел в пассажирское окно. Вот я - пытаюсь помириться - а ему даже не интересно.
- Ты слышал меня? - спросил я.
- Да.
- О. Ладно.
Услышал. Решил проигнорировать. Вот и все наше "время для сближения". Я посмотрел в зеркало заднего вида - слушает ли кто-то еще. Они тоже смотрели в окна, погруженные в свои мысли или просто не желая вмешиваться. Не уверен, что именно.
- Пробовали включить радио? - спросил он.
- Сломано, - сказал я.
- Жаль.
Он наклонился и покрутил ручку настройки. Как я и сказал - не работает. Это был тот момент, когда мне пришлось бороться с собой, чтобы не сказать "я же говорил". Я бросил на него взгляд - надеясь, что выражение лица скажет то, что я не осмеливался произнести.
Это будет долгая поездка.
Отец куда-то меня вез. Он не сказал куда. Просто сказал, что нам нужно кое-куда попасть. Я не спорил с ним. Не было настроения. Я все еще тосковал по своей девушке (вернее, по ее отсутствию). Я смотрел в окно, размышляя, куда мы едем. Отец наклонился к радио, которое тихо играло музыку в машине, и выключил его одним щелчком переключателя.
- Куда мы едем? - спросил я его.
- Покататься.
- Покататься? Я думал, ты сказал, что нам нужно куда-то попасть?
- Нужно.
Я засмеялся от того, каким неловким он был.
- Так куда мы едем?
Мы свернули на небольшую парковку, освещенную только парой фонарей по обеим сторонам. Он припарковался под одним из них и включил внутренний свет в машине. Я выглянул в окно. Я знал эту парковку, но никогда раньше на ней не был, и - что важнее - я не видел ничего поблизости, что оправдывало бы наше присутствие здесь.
Мое сверхактивное воображение начало шептать мне злые мысли: он привез тебя в тихое место и наконец-то собирается тебя убить.
Единственное, что он убил, - это двигатель.
- Что мы делаем?
- Мы разговариваем.
- Разговариваем?
Отец кивнул.
- Разве мы не могли сделать это дома, где тепло?
Отец покачал головой.
- Нет?
- Нет.
- Ладно. О чем ты хотел поговорить?
- Как долго ты уже без работы? - спросил он.
Его вопрос вылетел из ниоткуда и застал меня врасплох. Из всех вещей, которые он мог спросить - именно в этот момент - это было не то, чего я ожидал услышать от него.
- Несколько месяцев?
- Четыре.
- Четыре?
- Четыре месяца.
- Кажется, довольно долго.
- Знаешь, сколько ты внес в домашнее хозяйство за эти четыре месяца?
- Когда у меня оставались лишние деньги от пособия, я давал маме...
Отец прервал меня:
- Двадцать пять фунтов...
- Двадцать пять?
- Ты считаешь, что это справедливо?
- Ну, деньги от пособия обычно быстро тратятся.
- И при этом ты все равно умудряешься ходить гулять с друзьями...
- Редко.
- Но ты все равно ходишь.
Я не стал спорить с ним. В этом просто не было смысла. Я неловко поерзал на сиденье, размышляя, к чему это все идет и - что важнее - почему мы не могли сделать это дома.
- Тебе придется съехать, - нарушил молчание папа.
- Что? Ты хочешь, чтобы я съехал?
- Так будет лучше.
- Для меня - нет.
До меня вдруг дошло, почему он увез меня из дома, чтобы провести этот разговор. Это была полностью его идея. Он вытащил меня из комфорта нашего дома, чтобы мама не услышала, что он собирается сказать. Готов поспорить, она даже не знает, что он планировал это сказать.
- Мама знает о нашем разговоре? - спросил я его.
Он уставился на меня:
- И она не узнает.
- Она догадается. То есть мне просто прийти домой, собрать свои вещи и съехать, не имея куда идти? Ты действительно думаешь, что она ничего не заподозрит?
- Если ты хочешь тысячу фунтов и остаться в моем завещании - я уверен, ты сможешь сделать так, чтобы она ничего не заподозрила.
- Тысячу фунтов?
Отец кивнул:
- Что-то, чтобы помочь тебе устроиться в новой квартире.
- Как ты ожидаешь, что я буду оплачивать квартиру, если у меня нет работы? Что, я заплачу за один месяц аренды, и на этом все - меня выселят, и мне некуда будет идти?
- Это даст тебе дополнительную мотивацию. Немного сосредоточенности.
- Что я такого сделал, что ты так меня ненавидишь?
Отец не ответил мне. По правде говоря - я и не ожидал, что он ответит.
- Так сколько у меня времени? - спросил я его.
- Даю тебе время до конца недели, - сказал он.
- До конца недели?
Была пятница, вечер.
Отец кивнул.
- Как я, по-твоему, должен найти новое место для жизни за пару дней? - спросил я.
Отец улыбнулся:
- Не моя проблема.
- Что это? - я кивнул в сторону здания, видневшегося вдалеке за лобовым стеклом.
Конечно, я точно знал, что это было: дом, где я нашел пожилую пару в их кровати - они покончили с собой, вместо того чтобы пытаться выжить в этой дерьмовой ситуации.
- Просто продолжай ехать, - сказал Отец.
Как ни странно, я не рассчитывал, что он скажет мне просто продолжать ехать. Я думал, что его любопытство заставит его остановиться и осмотреть дом. Несмотря на его слова, я сбавил скорость до минимума.
- Что ты делаешь? - спросил он. - Ты меня не слышал?
Мне пришлось быстро соображать. Нужно было убедить его, что остановиться и осмотреться - хорошая идея.
- Нам нужно остановиться, - сказал я.
- Мы только начали, продолжай.
- Я видел все снаружи. Там полный разгром. Нам нужно проверить, есть ли здесь какая-нибудь еда, - сказал я, хотя прекрасно знал, что все шкафы пустые.
- Я голодная, - подала голос Мать с заднего сиденья.
Отец понимал, что мои слова имеют смысл, но была большая вероятность, что он все равно пойдет против - просто чтобы быть мудаком по отношению ко мне. Поскольку Мать вмешалась, пусть и косвенно, сказав, что голодна, шансы, что Отец разрешит нам остановиться и обыскать дом, значительно выросли.
- Давай, только быстро, - тихо сказал Отец, словно не хотел, чтобы те, кто на заднем сиденье, услышали, что он согласился со мной.
Мне хотелось насладиться моментом. Хотелось попросить его повторить чуть громче, притворившись, что я не расслышал. Но я не стал. Решил, что лучше промолчать.
Я полностью остановил машину прямо у входной двери. Заглушил двигатель и вытащил ключ из зажигания. Сам не знаю, зачем я взял ключ с собой. Не то чтобы кто-то собирался угнать у нас машину.
Я посмотрел на Отца и спросил:
- Как ты хочешь это сделать?
- Быстро и тихо.
Мы уже пару дней никого не видели - кроме той кошки - а Отец все еще беспокоился, что мы можем нарваться на неприятности. Я не стал подвергать сомнению его логику. Не было смысла затевать спор. Я повернулся к женщинам на заднем сиденье.
- Готовы? - спросил я их.
- Готовы к чему? Они не пойдут с нами! - сказал Отец.
- О чем ты говоришь?
- Они должны остаться здесь, в машине. Проследить, чтобы ее никто не угнал.
- Кто? Кто именно? Мы уже несколько дней никого не видели. Ни дома, ни по дороге... Мы одни. Ты же понимаешь, что будет разумнее, если они пойдут с нами. Мы быстрее все осмотрим, если будем внутри все вместе.
- Они остаются в машине. Разговор окончен.
Отец открыл дверцу и выбрался из машины. Он с силой ee захлопнул. Я на секунду замешкался, пытаясь придумать, что сказать, чтобы он передумал и взял женщин с собой. Он уже стоял у входной двери. Ничего не придумал. Черт! Я повернулся к ним:
- Мы ненадолго.
Я открыл дверцу и выбрался из машины, следуя за Отцом. Не успел я до него дойти, как он уже стучал в дверь.
- Думаешь, кто-то дома? - спросил я. - Дом выглядит пустым.
- Лучше перестраховаться. Если там кто-то есть, а мы просто вломимся... Они вряд ли отреагируют по-доброму.
Мы подождали какое-то время, чтобы посмотреть, выйдет ли кто-нибудь открыть дверь. Это было раздражающе, учитывая, что я точно знал - дома никого нет. По крайней мере, никого живого. Отец протянул левую руку и попробовал открыть дверь. Я не удивился, когда она открылась. Он толкнул дверь и вошел внутрь. Он повернул голову назад, в мою сторону. По выражению его лица я понял, что запах пожилой пары ударил ему в нос, и он пытается в последний раз вдохнуть относительно свежий воздух, прежде чем его полностью накроет. Я тоже глубоко вдохнул и шагнул в темный коридор, оставив дверь открытой позади в надежде, что это позволит свежему воздуху пройти по комнатам.
- Ебать, как воняет, - сказал Отец, направляясь на кухню.
Я последовал за ним, жалея, что он не пошел сначала наверх. Чем быстрее он увидит тела наверху, лежащие в кровати в последнем объятии, тем быстрее я смогу убедить его, что лучше убраться отсюда и поехать домой.
- Проверь шкафы вон там! - приказал он мне, начиная осматривать кухню с одной стороны, открывая все шкафы и ящики в поисках еды.
Чтобы сохранить видимость, я сделал то же самое с противоположной стороны кухни, как он и велел. Хотя я точно знал, что здесь ничего нет. Я знал, что это пустая трата времени. Но ничего не мог сказать.
- Ну что, сынок - у тебя была блестящая идея, - насмешливо сказал Отец.
- Стоило проверить, - ответил я.
Отец перестал делать то, чем занимался, и ухмыльнулся:
- Нет. Не стоило.
Я сменил тему обратно на то, зачем я вообще его сюда привел:
- Что это за долбаный запах?
Отец пожал плечами:
- Не наше дело. Нам нужно двигаться, пока на улице еще светло.
Он протиснулся мимо меня и пошел обратно по коридору к входной двери (и к свежему воздуху, которого так хотелось).
- Ты уходишь? - крикнул я ему вслед.
- Мы остановились за едой. Еды нет. Выживших здесь явно нет. Нам нужно ехать.
Отец не стал ждать, пока я начну спорить. Он уже вышел на улицу. Я пробормотал что-то себе под нос и пошел за ним - рад, что снова на свежем воздухе, но разочарован, что он так и не увидел пожилую пару, гниющую в своей кровати. Сердце у меня упало еще сильнее, когда я заметил, что он сел на водительское место. Я ничего не сказал. Просто забрался на пассажирское сиденье, чувствуя, как меня накрывает волна ужаса. Раз Отец за рулем, то лишь вопрос времени, когда он узнает правду и все поймут, что я им врал. Нет. Не врал. Просто не сказал им всей правды... В любом случае - отношения изменятся.
Я стоял в пустой гостиной своей новой квартиры, в которую совсем недавно въехал. Один месяц аренды был оплачен отцом, плюс немного денег на банковском счету на следующие месяцы. Разумеется, все нужно будет вернуть - полностью. Бесплатно ничего не бывает.