Глава 18

Анализируя вечером, в своих покоях всё произошедшее, я с уверенностью могла сказать, что мистер Родерик Мак-Данбар, буквально с самого первого мгновения, увлёкся происходящим.

Как только их глаза с леди Иден встретились, в воздухе повисла особая энергия. Этого нельзя было не чувствовать. Знакомство — безумное по своей сути, током пробежавшее между ними, состоялось. Вопреки, наверное, буквально всему.

Он уже присутствовал в этой зале вместе со своей уверенностью и харизмой, которые отличали его от мужчин, ранее нами виденных в этом столетии. Его фигура, облачённая в дорожный костюм, она привыкла к восхищению дам. Взгляд, острый и пронизывающий, умеющий выделять сразу главное. Когда он увидел вошедшую леди, его глаза загорелись особым блеском, и он, не задумываясь, направился к ней.

Его восхищало буквально всё: - профиль, очерченный мягким светом из окна, удивительная манера держаться. Казалось, леди боится сделать ошибку. Но уверенная в себе всё равно внутренне настаивает на своём. Родерик, подойдя ближе, заметил, как её глаза блестят, а губы слегка подрагивают, словно она про себя уже приветствует его. В этот момент ему казалось, что между ними существует нечто большее, чем просто принадлежность к одному роду.

Уверенный в себе, в этот раз он ощущал лёгкое замешательство. Равнодушное, знавшее уединённый образ жизни в столице, его сердце вдруг забилось быстрее, а мысли начали путаться. Он не мог отвести взгляда от лица леди, её глаз, её улыбки. Она была для него словно откровение, как будто он всю жизнь искал именно её. Не англичанки, смотревшие на него высокомерно. И он научился с этим справляться. Но и не его соотечественницы. Младшая леди – сам вызов. Смелое юное создание с коготками взрослой особи - в этом вся мисс Элинор.

Старшая – безмолвное восхищение, которое смотрело ему прямо в глаза.

Я с уверенностью могу сказать, что Аида пыталась влиять на его сознание. Не в полную меру, нет. Она только слегка прикоснулась и потянула на себя, давая понять, как мы с ней беспомощны в чужой стране. Беспомощны и очаровательны. Нас нельзя оставлять одних! Нас могут обидеть.

«- Зачем ты это делала»? – спрошу я позже.

«- Он нужен нам, Родерик Мак-Данбар, должен быть на нашей стороне в любом случае».

Так будет думать она всегда, правильно пологая, что в этом столетии балом правили мужчины. Ну, или женщины, правильно управляя ими.

*****

- Скажите, а в этом доме чаем угощают?

Мистер Родерик готов, наверное, уже был на правах того, что в детстве и в юности бывал в этом родовом гнезде, сам отправиться на кухню.

- Мисс Карен Дэй приходила сегодня утром. Пирог с яблоками в её исполнении просто чудо. Она запекла с овощами отличное мясо. Приготовила рыбу к соусу из французской кухни. Я помогала ей. Прошу. Давайте все мы сейчас окажемся в малой гостиной. Вы поможете нам с сестрой? Мы не стали что-либо менять в управлении домом. Сестра правильно сказала мы проездом. Ненадолго… Я к тому, что прислуги нет.

От этих слов, сказанных задумчиво леди, мужчина весь напрягся, понимая, что никогда не выпустит из рук эту добычу. В его голове зрели планы. Он сразу же мысленно отменил поездку в родительский дом, который стоял на берегу озера в горах. Отец, разумеется, ответит ему на письма. На этот адрес они придут очень быстро.

Княжны из России были удивительными. Они отличались от тех мисс, которые в эти дни закрывали сезон невест в Лондоне. Не пытались кокетством поймать его в сети отношений, считая, что он прибыл в этот дом очень не вовремя.

Принимали в расчёт их отдалённое родство, держа дистанцию.

Отдавшись на непродолжительное время созерцанию чайной церемонии, он восхищённо смотрел, как старшая из сестёр управляется с дорогим фарфором из servante на который смотрела возможно сама королева Маргарита Тюдор.

Младшая - Элинор, слушая его, обиженно смотрела на чернильное пятно. Её пальчики так и не отмылись, а затем совершенно спокойно заявила о том, что хочет прогуляться к замку.

Именно сегодня.

Она будто ловила момент их растерянности и осуществляла свои планы.

- С дороги всего час отдохну, и я полностью в вашем распоряжении, леди. Одним, на правах старшего в доме я вам запрещаю выходить.

- Запрещаете?! Вот как!

Девушки изумлённо уставились на него.

- Мы и так никуда не выезжали всё это время. Но почему вы так суровы в своём решении?

- Во Франции другие нравы, я слышал. Дамы свободны. Не знаю, как в России. Но что-то ужасное происходит у нас на дорогах. До Лондона дошли слухи, что почтовая карета потерпела крушение на мосту недавно. Это не единственный случай, поверьте. Пострадали пассажиры, среди них были совсем юные мисс. А в окрестностях Эдинбурга найден труп молодой, очень приличной женщины на дороге. Она точно была отравлена, такие выводы сделали лекари. Идёт следствие. Города, через которые проходят эти почтовые магистрали, становятся с каждым днём всё опасней и опасней.

Наше имение стоит на отдалении от центра Морпета – поверьте это хорошо. Мы только, что недавно говорили об этом с мистером Холмсом. Но оно окружено густой порослью дубов, до замка ведёт аллея мимо небольшого водоёма. Случись неприятность, вас никто не услышит. Одним словом, без сопровождения леди из достойного рода не должны появляться вне дома.

Аида внимала его рассуждениям, сложив ручки на коленях.

«видел бы ты нас иными в другом времени, за рулём допустим авто» …

Слушая совершенно внезапно объявившегося родственника, я разглядывала перстенёк на мизинчике. Отмытое и натёртое полотенцем, оно удивительным образом преобразилось. Камешек стал будто ярче и явно ожил, напитываясь человеческим теплом и солнечным светом. Я была уверена, что у меня на пальце золото высшей пробы.

«- значит всё же сон не зря мне приснился, что же там произошло на самом деле с миссис Одеттой Браун»?

«- как хорошо, что мы так вовремя решились не ехать в Эдинбург».

Всё было как будто не с нами. Осторожным сознанием со стороны наблюдала, удивляясь изменениям и тому, что всё реже вспоминаю другой век. Покои, которые всегда занимал мистер Родерик, оказались свободными.

Мы же с сестрой обосновались в гостевом крыле, как оказалось. Всё было к лучшему. Никто не мог сказать про нас то, что мы ночевали с незнакомым мужчиной в рядом расположенных комнатах.

И вот как только закончилось время для визитов, соблюдая все правила, мы-таки вышли на прогулку в сопровождении «старшего» представителя семьи.

- Вам с сестрой, несомненно нужна компаньонка.

- Мы не хотим чужих в дом.

Моя фраза выпорхнула непослушной птицей, и я сразу же поняла то, что её смысл для этого мужчины по сути своей не вполне понятен. С детства привыкший к прислуге, он, не знал, что можно жить по-другому.

- Во Франции…

Сестра осторожно подбирала фразы, стараясь переключить всё внимание на себя. Мельком глянув на меня, она тихо качнула головой, высказывая неодобрение.

Однако после всё её внимание было сосредоточено только на собеседнике.

- Всё началось не за один день. Вы же понимаете мистер Родерик о чём я говорю. Волнения в стране. Мы изначально ощутили то, что общество меняется. Наблюдая поведение прислуги, зная не понаслышке каково это быть в опале у судьбы, мы вовремя поняли самое главное. В итоге остерегаемся сейчас говорить что-либо в присутствии чужих. Остерегаемся… Поверьте, нам нужно время. Мы многое пережили. В том числе предательство. Представьте, что мистер Холмс сегодня откроет ночью двери восставшей толпе пьяных нищих. Только на одно мгновение представьте это очень реально, и вы поймёте о чём я говорю.

Леди Иден, аккуратно перетасовывая факты, не называя имён и дат, говоря общими фразами, пересказывала историю, которую нам поведал охранник последнего почтового дилижанса. Как говорится имеющий уши, да услышит. Тот француз — эмигрант, помните? Он ещё имел дом в центре Парижа.

- Как вам это удалось?

- Что?

- Сбежать от разъярённой толпы?

- Это произошло, когда она отправилась за королевской семьёй в Версаль. Париж опустел. До этого мы прятались на чердаке дома Российского консула. Он долгое время жил в Париже. Граф Симолин Иван Матвеевич, вам его имя не о чём не скажет. Он сейчас, наверное, уже в России. Нам помогла очень благородная дама, его дама — француженка. Вовсе не дворянка. Но она была дорога графу. Боюсь, что мадам погибла, защищая нас с сестрой. На судне мы попали в шторм. И просто чудом спаслись, попав на берег, именно в Шотландии.

И вновь она смотрела ему в глаза, умоляя, чтобы он поверил. А я поражалась тому, как она ловко переплела сведенья, которые так или иначе мы смогли добыть для себя в этом временном отрезке.

А гуляющий с нами неспешным шагом «братец Эрик», как мысленно я его называла и не сомневался.

Разве может ангел, так смотрящий на него, лукавить?

Впервые за много дней мы гуляли открыто, наслаждаясь солнечным днём и просто этим часом.

- Мистер Родерик, вы обмолвились, что проездом в этих местах.

- Это так. Экипаж, в котором я был в пути, сейчас на ремонте. Мне ничего другого не оставалось… Но я только рад, что так всё произошло.

И я вновь отметила его взгляд, брошенный на леди Иден.

- Куда же вы держали путь?

- Отец, глава клана, он проживает в горах, не желая принимать участие в том, что происходит как в Шотландии, так и в Англии в целом. Это вопросы большой политики и той вражды, которая всегда стояла между жителями этих двух островных государств. Я обещал навестить его…

Мы молча шли по широкой аллее, любуясь осенними цветами на газонах, а перед нами во всей своей красе высился замок. Старинное строение в несколько этажей.

- В нём действительно жила королева несколько месяцев?

- Жила. Она искала поддержки у своего брата Генриха VIII.

- Того самого, что взял в супруги Анну Болейн?

- Да. Королева Маргарита умудрилась родить тайно от нашего предка – шотландского графа дочь, которую сразу же отдала ему.

- Именно королева? Не её фрейлина или близкая подруга? Вы уверены?

- Это семейное предание. Оно так гласит.

- Как это не похоже на ту, которая боролась за корону и власть при своём малолетнем сыне.

- Вы носите её перстень, мисс Элинор. Откуда он у вас? И почему он у младшей из княжон?

- Мы не знаем этого. Он был у нас всегда. Аиде он никогда не нравился. Это всё, что я могу сказать. Нас воспитывала пожилая родственница после того, как мы приехали из России. Эпидемии и неустроенность. Тяжёлые это били для нас времена.

Слушавшая нас Аида, подняв голову, рассматривала тёмные окна. Повернувшись к нам, она очень тихим голосом вдруг спросила о том, кто сейчас проживает в замке.

- Он пустует. Кого ныне привлекает провинция? Принадлежит я думаю он графу Нортумберлендскому, как и всё вокруг. Но увы, он пустует.

Подняв голову, я начала внимательно изучать старинный фасад, отмечая, что он был сооружён из того же камня, что и наш дом.

«- цоколь, манера класть раствор, цвет и размер камня - всё едино, я уверена, что замок и наш дом, были построены в одно время, к чему все эти легенды»?

Солнце уже слегка клонилось к закату, и его мягкие лучи играли на камнях, сглаженных временем и ветрами, которые дули с океана. Золотистый оттенок шёл красавцу замку. Фасад, выполненный в классическом стиле, был украшен резными элементами и витиеватыми орнаментами, которые, казалось, рассказывали по-своему эту историю.

В этот момент я вдруг ощутила странное чувство — я была уверена кто-то наблюдает за нами. Тень за стёклами таких же окон, как и в нашем доме, была едва различима, но её присутствие было очевидно.

Переглянувшись с сестрой, я уловила в её взгляде тот же тревожный блеск. Мы стояли на улице, окружённые старым зданием, и чувствовали себя актёрами на сцене, за которыми следит невидимая публика. Ветерок, пробежавший по аллее, добавил ощущение неуловимого присутствия, словно кто-то дышит рядом, но остаётся невидимым.

И тут, среди этой странной атмосферы, я услышала тихий шёпот. Он был еле слышен, но настолько отчётлив, что я не могла его игнорировать. Голос звучал в моей голове, словно эхо из глубокого колодца.

Это было похоже на то, как во сне из могилы меня звал Стас.

«- Вызволи меня отсюда», — звучал голос, он был иным, лишённым прежнего напора и ярости. Вместо этого в нём слышалась тихая безысходность. Кто-то умолял, и это ощущение было настолько сильным, что я не могла его игнорировать.

«- Помоги»!