Стрельба на острове почти затихла, сменившись редкими хлопками. Это мои «волкодавы» и бойцы «Девятки» методично зачищали последние очаги сопротивления в самых глубоких казематах, выкуривая оттуда уцелевших, но уже не способных на организованное сопротивление японцев.

Я стоял посреди огромного центрального зала, который еще несколько часов назад был сердцем японской обороны. Теперь он превращался в сердце моей. Вокруг кипела работа, но это был уже не хаос боя, а упорядоченная, деловитая суета. Мои техники в серых комбинезонах, как муравьи, сновали туда-сюда, разматывая кабели, монтируя новые стойки с оборудованием, подключая ретрансляторы. Сорванная со стен японская аппаратура, теперь бесполезный хлам, лежала в углу вперемешку с телами ее бывших операторов, накрытыми брезентом. На их место водружались модули моей системы связи. На огромном столе, где еще утром лежали японские карты, теперь разворачивалась трехмерная голограмма острова, испещренная синими иконками моих подразделений.

— Зачистка восточных секторов завершена. Взято в плен сто двенадцать солдат и один офицер. Потерь нет, — раздался в наушнике голос командира группы

— Принято, продолжайте по плану. Через два часа жду итоговый доклад по всей зоне ответственности.

На поверхность из недр бункера тащили не только пленных, но и разбитую технику, ящики с документацией и трофейным оружием. Вниз, в гудящие свежеоборудованные помещения, спускались новые модули, ящики с провизией и медикаментами. Бункер превращался в автономную крепость, мой новый передовой командный пункт. Отсюда я мог управлять не только войсками на острове, но и всем китайским проектом. Потоки зашифрованных данных, отчеты и видеозаписи лучших моментов боя уже уходили по защищенным каналам в двух направлениях: в Пекин, на стол секретаря Ли и Императора, и в Петербург, в кабинет Наследника.

— Дорогой хозяин, в столице нашей необъятной Родины, в отдельных кабинетах, сейчас царит форменное веселье, — раздался в моей голове голос Алисы. Ее чиби-аватарка в адмиральской фуражке, козырнув, появилась в углу моего виртуального интерфейса. — Твоя прямая трансляция произвела эффект разорвавшейся бомбы в курятнике. Генерал Куропаткин, говорят, до сих пор не может подобрать челюсть. А князь Барятинский уже полчаса отбивается от генералов, которые просят немедленно отправить к нему на Дальний Восток своих офицеров для «перенятия передового опыта».

— Еще бы, — хмыкнул, делая глоток из термокружки, наполненной крепчайшим кофе. — Увидеть, как можно воевать не числом, а умением, для них это как увидеть пришествие инопланетян.

— Кстати, об «опыте», — хихикнула Алиса. — Старое оружейное лобби, похоже, получило серьезный удар под дых. Уже есть первые полуофициальные запросы в Военное министерство о пересмотре контрактов на поставку устаревших образцов вооружения. Наши стволы после сегодняшней демонстрации стали самым желанным товаром на рынке. Князь Ростов, судя по частоте его пульса, которую я снимаю с его личного коммуникатора, сейчас в состоянии эйфории, близкой к инфаркту. Он уже подсчитывает очередные миллионы.

— Скажи ему, чтобы не торопился тратить. Большая часть прибыли пойдет на расширение производства. Нам еще всю русскую армию перевооружать.

Я смотрел, как на карте последние красные точки, обозначавшие сопротивление, гаснут одна за другой, сменяясь спокойным синим цветом. Победа. Чистая, убедительная, почти идеальная. Но я прекрасно знал, что это только начало. Каждый такой успех, каждая такая победа будет лишь увеличивать число моих врагов. Не только на поле боя, но и там, в тиши кабинетов, где плетутся интриги и куются заговоры.

Словно в подтверждение моих мыслей, голос Алисы внезапно изменился. Исчезла игривая веселость, появились тревожные нотки.

— Хозяин, у нас проблемы. Серьезные.

Ее аватарка мгновенно сменилась. Вместо чиби-адмирала передо мной предстала строгая дама в очках, ее лицо было сосредоточенным и напряженным.

— Что случилось? Японцы готовят контрудар?

— Хуже. Удар уже нанесен. Но не по нашим позициям здесь. А там, в России.

На моем виртуальном интерфейсе одна за другой начали всплывать диаграммы, графики и текстовые блоки. Это был анализ информационного пространства.

— Я только что зафиксировала массированную, скоординированную информационную атаку, — докладывала Алиса. — Разворачивается прямо сейчас, в реальном времени. Цель — полная дискредитация тебя и всего «китайского проекта».

— Что за атака? Очередные статейки в желтой прессе?

— Если бы, — в голосе Алисы прозвучала злая ирония. — Это не ручной труд кучки продажных писак. Это работа полноценной, автоматизированной системы. Настоящая фабрика троллей, какой я еще не видела. Работают сразу по всем направлениям, по всем социальным стратам.

На экране моего интерфейса, словно кадры из фильма ужасов, начали мелькать скриншоты.

Вот закрытый форум офицеров гвардейских полков. Ветка обсуждения «Маньчжурского гамбита». И десятки комментариев, написанных как под копирку: «Все это показуха!», «Строганов просто пускает пыль в глаза, растрачивая казенные деньги!», «Наши деды брали Измаил без всяких беспилотников, одной храбростью!», «Эта возня с китайцами ослабляет нашу собственную армию!».

Вот популярный женский журнал, раздел «письма читательниц». И слезливая история от «вдовы офицера», чей муж «геройски погиб из-за авантюр этого выскочки-барона, который отправляет наших мальчиков на убой ради своих амбиций».

— И это при официальной версии МИДа, что нас здесь нет, — добавила хвостатая.

Дальше экономический вестник. И «аналитическая» статья от «независимого эксперта», который с цифрами в руках доказывает, что китайский контракт — это афера века, которая приведет к дефициту бюджета, повышению налогов и обнищанию простого народа.

— Посыл везде один и тот же, — комментировала Алиса, выводя на экран новые данные. — «У нас и так все хорошо, мы и без этих новомодных игрушек готовы к войне с кем угодно. А все эти траты на перевооружение — лишь способ набить карманы кучки нуворишей и снизить уровень жизни простых людей».

— Примитивно, но может сработать, — процедил я сквозь зубы. Бить по самому больному: по кошельку и по гордости. Классика.

— Это еще не все, — голос Алисы стал еще более жестким. — Прямо сейчас по закрытым аристократическим клубам и салонам пошел гулять вот такой слух.

На экране появился текст, набранный витиеватым шрифтом, имитирующим личное письмо.

«Государь, под влиянием своего сына и его сомнительных друзей, готовит указ о введении нового налога на дворянские имения. „Налог на оборону“. Ставка — до тридцати процентов от годового дохода. Все средства пойдут на финансирование „экспериментов“ в области вооружений. Наши привилегии под угрозой!»

— А вот это уже интересно, бьют по опоре трона. Пытаются настроить против Императора и Наследника их же собственную гвардию и аристократию. Это уже не просто информационная атака, скорее подготовка к государственному перевороту.

— Кто за этим стоит?

— Не знаю, хозяин. Пока не знаю, — призналась Алиса. — Масштаб операции слишком велик. Следы ведут в сотни разных мест. Наш противник действует крайне грамотно. Но я найду, дай мне время.

— Времени у нас нет. Эти слухи распространяются, как чума. Через неделю может быть уже поздно.

Я несколько секунд молчал, глядя на кипящую на моем интерфейсе информационную помойку. А потом принял решение. Единственно верное в этой ситуации.

— Алиса.

— Слушаю, хозяин.

— Найти «нулевого пациента»! Используй любые средства. Ломай все, что потребуется. Частные сети, банковские серверы, правительственные каналы связи, если понадобится. Мне плевать на законы и протоколы. Это война. И на войне законов нет.

— А если…

— Никаких «если». Единственные, кого ты не трогаешь, — это центральные серверы Имперской Службы Безопасности, личную канцелярию Императора и закрытый контур связи Наследника. Все остальное — твоя песочница. Вскрывай, читай, анализируй. Я даю тебе полный, неограниченный доступ. Мы должны знать, кто этот крысеныш, который решил, что может безнаказанно играть с огнем в нашем доме. Свяжись с Грушиным, пусть соберет втихаря сканер пылевых коммуникаций, используй мощности нашего производственного кластера.

В углу интерфейса снова появилась чиби-версия Алисы. Но на этот раз она была не в адмиральской фуражке, а в черном облегающем костюме ниндзя с двумя короткими мечами за спиной. Ее глаза горели нехорошим огнем.

— Приказ принят, дорогой хозяин.

Ее аватарка растворилась. Я остался один посреди гудящего командного пункта. Война на острове Дунлунчжоу заканчивалась. Но настоящая война, тихая, невидимая и гораздо более опасная, только начиналась.

* * *

Кабинет светлейшего князя Ростова в его петербургском особняке на Английской набережной был местом, где делались большие деньги и большая политика. Здесь, в тиши, за массивным дубовым столом, старый князь, патриарх одного из древнейших и богатейших родов Империи, плел свои сети, двигал фигуры на шахматной доске.

В этот вечер князь пребывал в самом благодушном расположении духа. На полированной поверхности стола лежала аккуратная стопка писем и прошений. Князь с ленивой усмешкой перебирал их, отбрасывая одно за другим в большую корзину для мусора.

— Халявщики… — бормотал он себе под нос, читая очередное послание от какого-то захудалого барона, предлагавшего свои «уникальные связи в армейских кругах» в обмен на скромную долю в китайском контракте. — Шакалы… Прибежали на запах крови и денег.

Все шло просто отлично! Даже лучше, чем он предполагал. Этот сумасшедший мальчишка, протеже, его золотая антилопа, Кирилл Строганов, не просто оправдывал, а превосходил все самые смелые ожидания. Каждый успех в далекой Маньчжурии отзывался здесь, в Петербурге, золотым дождем, льющимся в карманы Ростова и его партнеров. Акции совместного концерна росли, как на дрожжах. Конкуренты из старого оружейного лобби, еще недавно смотревшие на него свысока, теперь заискивающе кланялись при встрече и пытались через третьих лиц набиться в партнеры.

Князь взял следующее письмо. Гербовая бумага, каллиграфический почерк. Князь Астахов теперь вежливо просил о «небольшом контракте на поставку комплектующих». Ростов громко расхохотался и с наслаждением разорвал письмо на мелкие кусочки.

— А это еще что за фрукт? — пробормотал он, взяв в руки визитную карточку из плотного картона с тиснением. — Виконт де Бражелон. Первый раз слышу. Просит аудиенции для обсуждения «перспектив сотрудничества в области дирижаблестроения». В топку.

Он уже собирался отправить визитку вслед за письмом Астахова, как в дверь кабинета тихо постучали.

— Войдите.

В кабинет вошел начальник его личной службы безопасности, отставной полковник гвардии Хвостов. Человек, преданный Ростову, как пес, и эффективный, как гильотина.

— Ваша светлость, — без предисловий начал полковник. — Прошу прощения за беспокойство в столь поздний час. Но перед воротами особняка стоит автомобиль. И его пассажир очень настойчиво просит о встрече с вами.

— Охренеть, — искренне удивился князь. — Десять вечера. Совсем страх потеряли. Кто такой?

— Не представляется. Говорит, дело не терпит отлагательств. И касается Китая.

Ростов нахмурился. Желающих «поговорить о Китае» у него под окнами за последние месяцы ошивалась целая толпа. Но вот так внаглую, без предварительной записи, не действовал еще никто. Любой мелкий спекулянт или проситель знал, что такая наглость может плохо кончиться. Охрана князя не церемонилась с незваными гостями. Значит, это был кто-то, кто либо не знал правил игры, либо сознательно их нарушал, будучи уверенным в своей безнаказанности.

Старый князь пожевал нижнюю губу, взвешивая варианты. С одной стороны, можно было просто приказать вышвырнуть наглеца. С другой, в душе старого интригана шевельнулось любопытство.

— Ладно, — Ростов махнул рукой. — Посмотрим на этого клоуна перед сном. Проверить с ног до головы. Оружие, Пыль, любые артефакты. И машину тоже.

— Будет исполнено, ваша светлость.

Спустя пять минут в малую гостиную, примыкающую к кабинету, провели гостя. Полковник Хвостов доложил по внутренней связи:

— Один, без оружия. Кинетиком не является, наши сканеры показывают нулевой фон. В машине тоже пусто. Чист, как младенец.

Князь, нахмурившись, перевел взгляд на гостя. И невольно испытал удивление. Он ожидал увидеть кого угодно: наглого дельца, отчаявшегося аристократа, убийцу, в конце концов. Но человек, стоявший посреди его гостиной, не подходил ни под одно из этих описаний. Он был… никакой.

Абсолютно серый. Среднего роста, среднего телосложения. Непримечательное, стертое лицо, на котором невозможно было остановить взгляд. Серый, хорошо сшитый, но совершенно не запоминающийся костюм. Даже волосы у него были какого-то мышиного, неопределенного цвета. Человек-невидимка, который мог бы пройти мимо тебя в толпе, и ты бы через секунду не вспомнил его лица. И тихий, шелестящий голос, лишенный всяких интонаций.

— Так может выглядеть настоящий чистильщик или ликвидатор', — мелькнула у Ростова мысль. Но сканеры, подарок Строганова, не ошибались. Этот человек не был Кинетиком. Его защитный модуль, создающий вокруг особняка поле, которое засекало любую аномальную пылевую активность, молчал. Значит, этот человек не мог представлять физической угрозы для него, защищенного персональным барьером. Тогда в чем его сила?

Князь вошел в гостиную.

— Я вас слушаю, — сказал Ростов, садясь в кресло и жестом указывая гостю на стул напротив.

— Ваша светлость, — тихим, бесцветным голосом произнес гость, присаживаясь на краешек стула. Он не выказал ни страха, ни подобострастия. Просто сел и посмотрел на князя своими серыми, пустыми глазами. — Благодарю, что уделили мне время. Я уполномочен вести с вами переговоры о сделке.

— Какой еще сделке? — ехидно спросил Ростов, наслаждаясь ситуацией. — Я не припомню, чтобы назначал вам встречу.

— Сделка касается ваших активов, — невозмутимо продолжил «серый». — А точнее, всего вашего оружейного концерна.

Ростов на мгновение замер.

— Что вы сказали?

— Меня уполномочили сделать вам предложение о покупке, — все тем же монотонным голосом повторил гость. — Мы хотим приобрести все ваши активы в оружейном концерне «Строганов-Воронцов-Ростов». Полностью. Включая все заводы, конструкторские бюро, патенты на беспилотные системы, технологии шифрования и системы управления войсками.

Ростов молчал, пытаясь осознать масштаб услышанного. Это было на грани безумия.

— Даже так? — наконец, произнес князь, с трудом сохраняя на лице маску иронии. — А денег-то у вас хватит? И кто, позвольте полюбопытствовать, этот таинственный покупатель, который решил скупить самого перспективного производителя оружия в Империи?

— Имя нашего принципала вам ничего не скажет, — все тем же бесцветным голосом ответил собеседник. — А что касается суммы…

«Серый» человек достал из тонкой папки, которую держал в руках, один-единственный лист бумаги и положил его на стол перед князем.

Ростов бросил взгляд на бумагу. Это был проект договора. И на первой же его странице, в самом верху, была выведена сумма. Одна цифра. Но от этой цифры у старого, циничного князя на мгновение перехватило дыхание. Она была действительно неприличной, превышая его самые смелые оценки стоимости их концерна в несколько раз.

— Эта цена, — пояснил «серый», заметив его реакцию, — включает в себя не только текущую стоимость ваших активов, но и прогнозируемое удорожание бизнеса в ближайшие три года. Мы не сомневаемся, что китайский контракт и последующее перевооружение российской армии даст колоссальный рост стоимости ваших предприятий. Мы готовы заплатить за будущее уже сейчас.

Князь медленно откинулся на спинку кресла. Его разум, привыкший к холодным расчетам, лихорадочно работал. Такая сумма… Она могла изменить баланс сил в Империи. Но именно это и пугало. Тот, кто был готов заплатить такую цену, обладал ресурсами, сопоставимыми с казной целого государства. И преследовал цели, которые явно выходили за рамки обычного бизнеса.

— А если я скажу «нет»? — задумчиво спросил Ростов. Старик незаметно нажал скрытую под подлокотником кресла кнопку, вызывая охрану. Пока только для наблюдения.

— Это ваше право, ваша светлость, — без малейших эмоций произнес гость.

— К тому же, — продолжил князь, проверяя реакцию, — я не единственный владелец этого бизнеса. Без согласия графа Воронцова и, тем более, барона Строганова, которому принадлежат все ключевые технологии, мои акции — просто дорогие бумажки.

— Это будут уже наши проблемы, — «серый» человек едва заметно пожал плечами. — Как именно мы найдем подход к графу Воронцову и к барону Строганову. Мы просто хотели проявить уважение и сделать предложение первому вам, как самому опытному и мудрому из партнеров.

Ловушка. Это была явная попытка вбить клин между ними. Предложить ему сделку за спиной у остальных. Продать свою долю и выйти из игры с гигантским кушем, оставив Воронцова и Строганова разбираться с последствиями. Старый, как мир, прием.

— Пожалуй, я все-таки откажусь, — спокойно ответил князь. — Наше партнерство основано не только на деньгах, но и на доверии. Я не веду сепаратных переговоров.

Гость молча смотрел на него несколько секунд, а затем кивнул.

— Ваше право.

Он встал. Никаких угроз, никаких обещаний божественной кары или намеков на неприятности. Просто встал и пошел к выходу. Это было самое страшное.

— Мы предпочитаем делать, а не говорить, — произнес, словно прочитав мысли князя, «серый». И впервые позволил себе легкую, почти незаметную улыбку. — До свидания, ваша светлость.

— Скорее прощай, — тихо ответил князь уже в пустую комнату.

Он тут же нажал другую кнопку на подлокотнике.

— Хвостов! Вести его. Мне нужно знать, кто он и куда поедет. Все его контакты.

— Слушаюсь, ваша светлость. Машины уже пошли.

Князь, тяжело дыша, подошел к бару и плеснул себе в бокал коньяка. Руки слегка дрожали. Он осушил бокал одним глотком, и тут же бросился к коммуникатору, чтобы связаться с Воронцовым. Нужно было немедленно предупредить его и Строганова.

— Александр, слушай меня внимательно! — выпалил он в трубку, как только Воронцов ответил. — У меня только что был гость. Сделал предложение, от которого у меня до сих пор волосы на затылке дыбом стоят. Они хотят купить все! С потрохами! За безумные деньги!

Он не успел договорить. Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в нее, бледный, как смерть, влетел полковник Хвостов.

— Ваша светлость!

— Что случилось⁈ — рявкнул Ростов, видя выражение его лица.

— Машина… Машина с объектом, за которым мы вели наблюдение… она только что взорвалась! На Дворцовом мосту!

— Что значит «взорвалась»⁈ —рявкнул князь.

— Она взлетела на воздух, ваша светлость! — четко по-военному ответил полковник. — Взрыв был такой силы, что там ничего не осталось. Вообще ничего. Ни машины, ни тела. Только мелкая труха и дыра в мостовой.