Ещё в апреле нанятые бульдозеры накатали землю на мои запасы отходов цветмета в купленном мной домике. Получилась горка, которую мы с подружками засадили в середине мая картошкой. Растение нетребовательное и вполне выдержит без нашего ухода, пока мы будем отдыхать. А картошка в ближайшее время может понадобиться, помнится, в девяностые годы тяжело было с продуктами. Только не помню, в какие именно девяностые годы — в начале или середине? В конце мы точно жили неплохо, или только в провинции так получалось? На всякий случай, купленный с домиком участок, будем засаживать картошкой каждый год, хуже не будет. Тем более, если купить мотокультиватор.

В конце июня, после весенней сессии, мы окончательно подготовились к отъезду. Девушки, выйдя в отпуск, основательно забили машину барахлом. Я всё смеялся, глядя на их потуги.

— Куда вы покупки складывать будете? И арбузы с виноградом пристраивать?

— Вместо твоих запасов, ты одной тушёнки на неделю набрал. Кого кормить собрался? — Не молчали мои подружки в ответ.

После долгих раздумий, я решил ехать через Москву. Потому как по отзывам бывалых людей прямая трасса была убита насмерть, проехать можно только на Ниве. Так что одним прекрасным летним утром мы выехали из дома на моей машине в сторону столицы нашей Родины. Часть пути была мне знакома, но останавливаться на ночлег возле Малмыжа я не рискнул. Проехал гораздо дальше, практически до Казани. Пусть казанские банды к этому времени успели прославиться на всю окрестную провинцию, но мы рискнули остановиться на ночлег именно в Татарии. Свернули куда-то в сторону Тольятти и поставили на чистой полянке палатку.

Вернее, ставил её я один, а девушки готовили ужин, без обеда мы неплохо проголодались. Мы не стали обедать из-за жары, кондиционеров пока в машинах нет, открытые окна тоже не помогают. Поэтому проголодались к вечеру основательно и умяли две банки консервов с буханкой хлеба, даже не разжигая костёр. Это без учёта всяких помидоров и огурцов, в виде салата с варёными яйцами. Переночевали вполне спокойно, без визитов бандитов или бандитствующих милиционеров. Но заменить номера на всякий случай я всё-таки решил. Как оказалось, правильно сделал. Тормозить нас начали уже за полсотни километров до Казани. Причём, без всяких оснований, даже не пытались говорить о каком-то нарушении правил дорожного движения.

Остановивший нас в первый раз сержант просто назвал сумму, едва я вышел к нему из машины. Нагло так, без разговоров, как сборщик пошлины на границе, вроде мы в разных государствах живём, а форма гаишника и полосатая палочка даёт право собирать со всех дань. Как в анекдоте — палочку дали и пистолет, крутись, как хочешь. А тут ещё и зарплату дают? Возмутило меня такое наглое поведение, особенно то, что настоящие менты в такой же форме под смертью ходят, сутками не спят, а эта гнида на службу устроилась, чтобы деньги собирать. И на пенсию выйдет, как опер, только без ранений и язвы желудка, а здоровым, с коттеджем, своей машиной и нагло будет учить других, как надо «правильно» жить.

— Четвертной за всех, — лениво проговорил он, благо полное отсутствие движения по трассе в шесть утра позволяло отвлечься на разговоры.

— Даже не вопрос! — Я протянул четвертной и пошёл обратно, а сержант с напарником скачками побежали к ближайшим кустам, где возможно и проведут время до нашего возвращения с Чёрного моря. Не знаю, как врачи справятся с таким расстройством пищеварения, может, зашьют? Очень разозлился я на этих наглецов, даже не пытавшихся прикрыть собирание денег какими-то нашими нарушениями.

Ближе к Казани останавливать нас никто не пытался, судя по времени, проходила планёрка и пересменка экипажей ГАИ. Следующие любители лёгкого заработка появились уже на другом берегу Волги. Они попытались придать своим действиям вид выполнения служебного долга.

— Нарушаем! — строго начал выговаривать лейтенант, остановивший нас возле Мурома, ближе к вечеру. В этот день мы тоже не обедали, только пили прихваченный из дома квас, но всё так быстро испарялось, что даже по нужде останавливались только один раз.

— Что нарушаем? — решил поинтересоваться я ради прикола, сразу понявший цель нашей остановки.

— Скорость превышена, пассажиры не пристёгнуты, и ещё масса мелких нарушений, вроде отсутствия огнетушителя и аптечки, — перечислял гаишник, увидев сзади на сиденье двух красивых женщин. Наверняка просчитал, что пижон с двумя красотками не станет терять время на составление протокола и канючить о снижении штрафа. Но, как говорится, не угадал ни одной буквы.

— Ну, раз нарушили, наказывайте, товарищ лейтенант, составляйте протокол, приглашайте понятых, дайте нам счёт в сберкассе на оплату. Даже мешать не стану. — Я демонстративно отправился обратно в машину и отогнал её на обочину, показывая, что готов стоять долго и всерьёз. Не забыл при этом вытащить свои права из руки гаишника. Тот замер от неожиданности. Вся перечисленная мной работа для непривычного писаки займёт не меньше получаса, если не час. А машины продолжали проезжать по тракту мимо нас, унося свои деньги, на которые уже рассчитывал лейтенант. Не в силах разобраться в ситуации, лейтенант отправился к старшему товарищу, сидевшему в машине.

Через пару минут разговора к нам подошёл его старший товарищ, целый сержант — вот она, субординация. Лейтенант в подчинении сержанта? В целом нормально, когда опытный служака натаскивает молодого сотрудника, но приличия надо соблюдать. Подойдя к машине, гаишник привычно забубнил.

— Сер-нт бур-бур-бур, ваши права? — И требовательно протянул руку в открытое окно.

— Мои права я знаю, чётко представьтесь и предъявите служебное удостоверение в развёрнутом виде. Может быть вы бандиты ряженые? — не поворачивая головы, как говорят, «через губу», бросил я сержанту.

Тот вытащил удостоверение из кармана рубашки и собрался махнуть передо мной, чтобы я не смог его рассмотреть, как привыкли делать все жулики. Он не ожидал, что я перехвачу его руку и достану удостоверение правой рукой, пока левой удерживаю его кисть в неподвижности. Да так зажимаю, что и шевельнуть не может, ещё немного и придётся встать на колени от боли.

— Сержант Говорухин Михаил, Муромское ГРОВД, номер удостоверения 745 890, всё записали, девушки? — обратился я к моим подружкам, вытащившим ручку с блокнотом заранее. Подобную сцену я им описал ещё утром, после встречи с казанскими «грабителями», роли мы распределили. Ну не отправлять же всех мздоимцев на больничный? Могут и вопросы возникнуть. Зачем нам реклама?

— Да, — ответила Ольга, записав продиктованный номер и данные сержанта в блокноте. После этого я вернул удостоверение в зажатую руку и отпустил её. Затем приступил к основному действу.

— В чём дело, Говорухин? Докладывайте, как было установлено превышение скорости без прибора? Почему лейтенант так уверен, что у нас нет аптечки и огнетушителя, даже не проверяя их? У меня имеются два гражданских свидетеля, которые подтвердят на любом суде, что лейтенант ничего не проверял в машине. Взятки вымогаете? Муром у нас по пути, время есть, утром заедем к вашему начальству и разберёмся. А пока составляйте свой протокол, где не забудьте указать превышение скорости, измеренное на глаз, отсутствие аптечки и огнетушителя обязательно. А мои понятые пока сфотографируют всё это, только не забудьте других понятых пригласить для составления протокола с самого начала, а не после него для подписания. Всё понятно? — закончил я инструктаж ленивым начальственным тоном, его я до сих пор умею демонстрировать, не забыл.

Сержант прямо замер, пока я всё ему высказывал, после чего бегом рванул к своему подельнику-лейтенанту. Пару минут они совещались, активно размахивая руками. После чего сержант вернулся к нам и доложил, чётко и по-армейски:

— Проезжайте, товарищи. Лейтенант немного ошибся, погода жаркая, видимо, голову напекло. Проезжайте.

— Спасибо, надеюсь, на остальных постах к нам не будет вопросов? — Я специально уточнил это, зная привычку постовых передавать по рации об опасных клиентах или богатых, чтобы следующие посты имели возможность подготовиться.

— Прямо сейчас передам на все посты, чтобы вашу машину никто не трогал. — Сержант козырнул и долго смотрел вслед нашей «копейке». Не знаю, выполнил ли он своё обещание, но Москву по объездной дороге мы проехали без остановок. Возможно, старая «копейка» была слишком незначительной добычей для московских постов? Ночевали, как привычно, в палатке, куда деваться? Это при плохом капитализме на всех дорогах гостиницы и кафе через каждые полсотни километров, особенно на южных направлениях. А в «счастливые советские времена, когда есть уверенность в завтрашнем дне» такого нет, все гостиницы государственные в которых, как принято, мест нет.

Кафе тоже государственные, с государственным же ассортиментом, из которого не страшно брать лишь варёные яйца, иначе отравишься, кооперативные кафе только начали появляться. Но нам удалось пообедать в одном из таких, ближе к Туле. Как ни удивительно, очень вкусно и питательно, цены кусаются, но это мы можем себе позволить. Видимо, в этом кафе нас и приметили. Кто, кроме богатеньких, будет платить за обед впятеро больше, чем в обычном кафе? После Тулы, где мы запаслись свежим хлебом, к счастью продававшимся пока без талонов, для дальнейшей поездки, нас остановила гражданская «Волга». Просто обогнавшая нас машина нагло встала поперёк движения. Не удивлюсь, если бандиты работают с согласия милиции. Из машины выбрались двое здоровяков и подошли к водительской двери. Я не собирался выходить из «копейки», даже стекло в дверце не опустил, молча смотрел на нарушителей ПДД.

— Выходи! — Властно постучал один из бандитов в стекло дверцы, чтобы мне стало очень страшно. Я подумал и решил выйти, всё равно придётся выходить для обыска покойников. Этих грабителей я решил не отпускать живыми, увидев, что второй здоровяк вытащил пистолет Макарова, значит, внутренне согласен стать убитым. Я усыпил своих девушек, чтобы не увидели лишнего, и вышел из машины, одновременно перекрывая у громил на дороге артерии, ведущие в голову. Водителя и пассажиров в «Волге» я пока усыпил. После чего осталось обыскать бандитов, вытащить у них документы и деньги. Громил я заволок в машину, с моим здоровьем это получилось быстро, никто из проезжавших мимо машин и не заметил какого-либо конфликта.

Пришлось сесть за руль «Волги» и съехать с трассы на обочину, только после этого я протёр руль и занялся обыском клиентов. У водителя и его соседа тоже нашлись пистолеты, что и решило судьбу всех бандитов. Денег оказалось немного, а вот водителем «Волги» оказался недавно встреченный сержант милиции. Как интересно! Как потом определят эксперты, именно этот сержант и расстрелял всех бандитов из табельного оружия, после чего и сам застрелился. По крайней мере, все доказательства подобных действий остались, даже пороховой нагар на руке и манжете сержанта. Денег у этих разбойников оказалось немного, пара тысяч, пистолеты я разобрал и выкинул по частям. Отъехав подальше от места инцидента, разбудил своих соседок, громко сказав:

— Вы задремали, что ли?

— Ой, точно, уснули. — Удивлённо протёрли глаза мои подружки. Посмотрели по сторонам и спросили:

— А эти бандиты куда делись?

— Какие бандиты, туристы заблудились. Хорошие парни, посмотрели на нашу карту и мы разъехались. Оказывается, они отворот проскочили.

— Чего-то ты приукрашиваешь, неужели так бывает? — Хором насели на меня девушки, но ничего не добились.

Так мы и ехали весь день, остановились всего раз, для необходимых нужд. Заночевали уже за Белгородом, не стали торопиться. Нашли укромное местечко, где поставили палатку, а продуктов с собой было предостаточно. Собственно, на этом наши путевые приключения закончились. Вспоминая их, я каждый раз удивляюсь — как ещё наши люди ездят на юг в машинах? Может договариваются и едут группой по два-три экипажа? Или я такой несчастливый, что собрал всё, что можно, на междугородных трассах? Трудно сказать, насколько все эти приключения характерны для девяносто первого года. Отдыхать мы решили на морском побережье Украины. О том, что она скоро станет заграницей, никто не знал, пожалуй, кроме меня. Скорее всего, даже Ельцин с Кравчуком настолько далеко не предвидели ситуацию.

Первой выбранной целью для нас стал Геническ, курортный городок на берегу Азовского моря. Я там не бывал, зато мои друзья офицеры отдыхали там каждое лето, да нахваливать не забывали. Вот и решил проверить это городок. И не ошибся. Небольшой отдельно стоящий домик, в огороде хозяйского дома, мы нашли почти сразу, не особо заморачиваясь расстоянием от моря, поскольку радостный хозяин разрешил поставить машину во двор, за отдельную плату, естественно. Но деньгами мы не обижены, особенно после встречи с разбойниками, поэтому в первый же день отправились искать себе курсовку, хотя бы на десять дней.

Для молодёжи объясняю, курсовка — это трёх- или двухразовое питание на курорте, без предоставления ночлега. В прошлой жизни мне с курсовками везло, кормили неплохо, решил и здесь рискнуть. Так что кушали мы в кафе, которое оказалось вполне приличным. А южную экзотику добирали ежедневным посещением овощного рынка. После первого похода на рынок все оставшиеся дни туда ездил я один, в шесть утра. Торговать там начинали так рано в виду специфики городка, чтобы предусмотрительные отдыхающие успели купить фрукты с овощами до ухода на берег моря. Пока женщины просыпались и собирали детей, мужчины закупались дынями, виноградом, грушами, арбузами и прочими вкусностями, плоть до шелковицы. Именно эту неприхотливую ягоду полюбили мои подружки. Так что все дни отдыха они ходили с фиолетовыми губами, которые после нескольких неудачных попыток перестали подкрашивать. Мне они и так нравились, зачем тогда заморачиваться?

Что можно сказать об отдыхе на Азовском море в пока ещё советские времена? Меня удивить было нечем, а Ольге с Натальей нравилось, и это самое главное. Учитывая их профессию, расстройство пищеварения никто не заработал, и это главное. Кроме того, меня радовали ещё два фактора — вдоволь хорошего пива, пусть и вдвое дороже, чем в магазинах, и сухая барабулька под холодный напиток. Пока я этим увлекался, девушки усиленно загорали, мечтая стать шоколадного цвета. Я же загорать не любил ещё с прошлой жизни, и эта нелюбовь осталась.

Вот искупнуться люблю, чем и занимался, когда передавал брелок сигнализации Ольге. Она практически не плавала, так, присядет на мелководье и обратно на покрывало. Машину я ставил неподалёку, чтобы при необходимости можно было быстро добежать. Глядя, как я пью пиво весь день, а потом смело сажусь за руль, некоторых пляжников возмущало. Видимо, борцы за справедливость решились застучать меня — это же «ридна ненька», где стучат в десять раз чаще и активнее, чем в России. И одним летним вечером, когда мы поехали домой, машину остановили гаишники, нагло сунув мне в рот ту самую трубочку. Дальше получилось, как в анекдоте

— Она чего? Не работает, что ли? — нервно отреагировал один из сержантов экипажа. Заставил меня буквально надувать стеклянный стерженёк. Потом не выдержал, вытер индикатор и подул в него сам. Индикатор послушно позеленел.

На этом наше общение с милицией и закончилось, настолько быстро, что я не понял, может они так пошутили? Через девять дней, когда встал вопрос о продлении отдыха, переезде на новое место, которым я предлагал Скадовск, с его мелким огромным заливом, вода в котором к вечеру нагревается не хуже любой ванны, девушки единогласно предложили отправляться домой. Впервые они местом отдыха выбрали не популярный курорт с огромным количеством народа и таким же количеством жуликов и альфонсов, а тихий семейный отдых в небольшом уютном городке. Я так и не заметил, были ли в Геническе дома выше пяти этажей или нет?

Последний день мы, после утреннего променада на море, посвятили покупке гостинцев для знакомых и родственников. Не только связок сушёной рыбы, вкусных дынь и абрикосов, но и почти настоящих джинсов, обилия новинок женского белья и блузок. Не скажу, что я знаток женского белья, но в интернет-рекламах многие эти новинки встречал в двадцать первом веке. Кроме одежды подружки набрали гору кроссовок с босоножками, не обращая внимания на мои предупреждения.

— Вся эта обувь у вас развалится через неделю носки, максимум через месяц.

— Ну и что, мы так хотим, — упрямо твердили обе, забивая багажник этой ерундой.

Отправились домой мы ранним-ранним утром, попрощавшись с хозяйкой, которую я премировал дополнительными ста рублями. Её это так растрогало, что мы даже обменялись адресами, и она предложила отдыхать у неё каждый год, предварительно уточнив время. Мы пообещали, девушки от чистого сердца, а я на всякий случай, хотя понимал, что через год это будет другое государство. Чтобы меня реже останавливали, на переднее кресло уложил арбузы с дынями, мол, еду с юга, денег нет. И, как ни странно, эту артхаусную выдумку поняли многие из гаишников. За почти три тысячи километров до родного Свердловска нас оставили всего один раз. В своей области, между прочим.

Постовой махнул палкой то ли от скуки, то ли от желания отведать южных гостинцев. Не успел старший лейтенант сообщить причину нашей остановки, как из машины выскочили Ольга с Натальей. Радостно щебеча что-то, они всучили ошалевшему инспектору большой арбуз, связку сушёной рыбы и запрыгнули обратно в машину. Чего-то их пробило на сентиментальность. Гаишник не подвёл, отпустил нас сразу, с трудом удерживая подарки. Хорошо, что не надо было никого развозить по домам, жили мы вместе. Раза три мне понадобилось спуститься к машине, пока занёс домой все южные приобретения. В сон провалился моментально, впервые за две с лишним недели уснул спокойно.

На следующий день я проверил новости от Олега, которых не оказалось, значит, всё нормально. Развёз девушек по домам, помог им поднять подарки и угощение, где и оставил до вечера. А сам надолго задумался, как удобнее восстанавливать контакт с Ельциным. Поехать туда заранее, чтобы примкнуть к его группе якобы случайно, от нечего делать? Это будет смотреться более-менее нормально, чем моё появление в начале августа, перед самым путчем. Могут подумать, что меня подставляют путчисты. Особенно Коржаков, он точно об этом подумает.

Я не верю, что эти пятеро трусливых функционеров ГКЧП решились на своё выступление и блокаду Горбачева с бухты-барахты. Сидели, выпивали, и придумали в одночасье.

— Чего мы пьём, мужики, надо брать власть в свои руки! Ещё по рюмашке и пора начинать. Кто там у нас на Форосе? Звоните ему, пусть Меченого блокирует. Где там министр обороны? Срочно к ноге, и чтобы не рыпался. Да позвоните на телевиденье, пусть Лебединое озеро на завтра поставят в программу!

Кто-то верит в такую выдумку? А по их словам так и получилось, вдруг решили и взяли власть! Главное, ни КГБ, ни ГРУ ничего не заметили. Это у комсомольских функционеров? Где каждая вторая, простите, шлюха, (читай инструктор горрайкома комсомола) была осведомительницей КГБ? Иначе бы она просто не попала в тесный кружок алкоголиков и воров. Вместе с каждой первой. Не считая самих комсомольских секретарей. Поэтому надо думать, какой план внедрения выбрать.