Двадцать седьмого сентября в восемь часов утра заревели гудки на промыслах, заводах, фабриках. Останавливались машины, станки-качалки, насосы. Гудки подхватили пароходы на рейде и паровозы на железной дороге, хотя комитет категорически запретил им участвовать в стачке.

Рабочие не спеша собирались у контор, вытирали ветошью руки, громко здоровались, доставали кисеты с табаком.

Настроение было приподнятое. Как-то сразу появились знамена и плакаты, у проходных встали дружинники с красными повязками. К десяти утра в распоряжение центрального стачкома прибыли грузовики с солдатами. Офицеры исчезли. Должности командиров заняли выборные. Получив задание, солдаты уезжали — охранять порядок.

В десять тридцать в центральный стачком прибыли представители краевого центра и краевого совета Кавказской армии. С обстановкой они были знакомы: 26 сентября присутствовали на стачечной конференции, где представители рабочих комиссий утвердили всеобщую забастовку на нефтепромышленных и дочерних предприятиях.

В двенадцать часов бастующим было зачитано обращение центрального стачечного комитета.

«Товарищи! После переговоров, длившихся шесть месяцев, после бесконечных увиливаний и оттягиваний промышленники отвергли справедливые и минимальные требования служащих и рабочих… Они вынудили бакинский пролетариат прибегнуть к единственному своему оружию самозащиты…

Товарищи! Забастовка должна быть проведена нами планомерно, в полном порядке, без всяких эксцессов и отдельных выступлений.

Первое. Лишь те собрания могут иметь место, которые созываются центральным и районным стачкомами.

Второе. Исполнять лишь те распоряжения, которые исходят от тех же стачкомов.

Третье. В газете «Известия» и во всех других печатных социалистических изданиях будут ежедневно публиковаться все сведения, касающиеся забастовки и распоряжений центрального стачкома.

Четвертое. В экстренных случаях будут выпускаться особые извещения.

Пятое. Не вмешиваться в распоряжения стачкомов и милиции, оказывая им всяческое содействие.

Шестое. Слухам, распространяемым безответственными лицами, не верить, а таковых доставлять в ближайший стачком.

Седьмое. О конце забастовки все товарищи будут оповещены особо.

Восьмое. В случае, если нефтепромышленники выразят желание пойти на уступки и вступить в переговоры, то стачком совместно с представителями краевого центра возобновит их. В случае выяснения серьезности их намерений центральный стачком созовет экстренное собрание по обсуждению означенного вопроса.

Итак, товарищи, дружно вперед!

Да здравствует организованная борьба пролетариата!»

Шестнадцать часов. На обычно оживленных улицах делового квартала тихо и пустынно. Разве что пробежит экономка из богатого дома, заскочит в продовольственный магазин и с тяжелой корзинкой торопится домой. На предприятиях спокойно. Из запасенных продуктов готовится обед. Погода прекрасная. Пока все идет нормально.

Двадцать часов тридцать минут. Стемнело. На улицах появились подозрительные личности. Генерал Соколовский прибыл в градоначальство. Сопровождающий его эскадрон в полном составе.

Двадцать два часа пятнадцать минут. Выстрелы. Грабили ювелира. К месту происшествия прибыли милиция и рабочий патруль. Никого не обнаружили. Ювелир избит до крови, плачет. Украдено много драгоценностей. Солдаты усилили охрану города.

29 сентября. Предприятия мертвы. Рабочие сохраняют революционный порядок. На фабрику Тагиева пытались проникнуть штрейкбрехеры в сопровождении группы маузеристов. Не удалось.

30 сентября, четырнадцать часов. Градоначальник Смирнов в сопровождении офицера по особым поручениям прибыл к генералу Соколовскому. Начали поступать продукты для забастовщиков от сочувствующих граждан города.

1 октября. Предприятия стоят. Обстреляны рабочие посты на промыслах в Балаханах. Убитых нет. Двое ранены. На провокации рабочие не отвечают. Голода нет, но рацион несколько сокращен.

Двадцать один час сорок минут. Все участники бала-совещания вновь собрались в доме Тагиева. Прибыли генерал Соколовский и градоначальник в сопровождении офицера-порученца.

2 октября, три часа пятнадцать минут. Погас свет в доме Тагиева. Гости бесшумно разъехались.

Девять утра. Продукты кончаются. На довольствии шестьдесят пять тысяч забастовщиков. Около одиннадцати в механические мастерские пыталась ворваться группа бандитов, вооруженных гранатами. Сначала им удалось потеснить рабочий патруль. На помощь прибыли солдаты и рабочие соседних предприятий. Есть раненые.

В пятнадцать часов тридцать минут в центральный стачком прибыла депутация промышленников.

Восемнадцать часов. Соглашение подписано.

3 октября. Одиннадцать часов. Шаумян телеграфирует в Петроград, в редакцию газеты «Рабочий путь»:

«Блестяще проведенная под руководством тов. Джапаридзе забастовка кончилась третьего октября полной победой. Коллективный договор подписан. Право контроля, приема и увольнения рабочих декретировано краевой властью. Конференция заводских комитетов, по предложению большевиков, решила участвовать на съезде фабрично-заводских комитетов в Петрограде».

Бакинская стачка привлекла к себе внимание всей России. Отмечая ее роль, центральный комитет большевистской партии приветствовал «революционный пролетариат города Баку, в открытом бою победивший организованный капитал».