На другой день Акперов уже в шесть часов утра был в кабинете. Нетерпеливо ждал Байрамова и сообщений от опергруппы, высланной на место стоянки «Победы» 30—05. Надеялись, что шофер этой машины выведет сотрудников на след грабителя, похитившего черный жемчуг. В 6 часов 40 минут раздался звонок. Говорил Ахундов, молодой оперативник. Он доложил, что стоянка «Победы» находится в районе пятого хлебозавода. Водитель Икрам Худиев — племянник Али Аги Нейматова. По заявлению дворничихи, которая знает Икрама с детства, парень вполне приличный, спокойный, учится в мореходном училище, собирается стать штурманом.

Акперов терпеливо выслушал первый рапорт, приказал продолжать наблюдение и сам продиктовал машинистке запрос в исправительно-трудовою колонию, где отбывал наказание Яков Сейранович Тер-Теров. В девять часов утра пришел Фархад Байрамов и, прежде чем заговорить, переложил бумажки в серой папке. А это было недоброй приметой.

— Твое решение одобряю, — сказал он, наконец. — Запасной ход, это остроумно. Кашу маслом не испортишь. То, что Ибрагимов полетел во Львов, тоже неплохо. Ведь и я думал, что мы должны выйти на след матерых преступников. Однако боюсь, как бы нам не напороться на таких, которых придется искать по всей стране… И вообще…

— Не понимаю, что «вообще». С одной стороны я сделал хорошо, — Заур стал сердиться. — С другой, плохо. Стало быть, не следовало посылать Ибрагимова? Сидеть сложа руки, пока преступник придет сам и скажет: — Добрый день! Я убил, я ограбил…

— Я этого не сказал. Не преувеличивай. Ты же сам понимаешь: убийство Степана Горы произошло в 1948 году, убийца неизвестен. И когда это было? При царе Горохе. А вдруг убийца из тех, которых ищут годами. Нам не это, не это нужно. По горячим следам… и все такое.

Акперов нахмурился.

— Можешь ты когда-нибудь ясно выразить свои намерения и мысли?

— Могу, дорогой. Ты горячишься и мешаешь мне сосредоточиться.

— Знаешь, давай не будем тратить времени на разговоры. Кого ты намерен сегодня допросить?

— От допросов воздержимся. Можем вспугнуть…

Полистали тонкие папки, помолчали. Ожидание становилось невыносимым… Ахундов позвонил только в полдень. Он доложил, что в 8.00 утра «объект наблюдения» сел в машину и поехал в мореходное училище. Спустя два часа покинул училище и стал колесить по городу, занимаясь халтурой. В полдень он вновь приехал в училище. Сейчас он в здании. В машине никого нет.

— Гм… Хороший парень. Познакомиться не мешает. — Акперов приказал задержать Икрама Худиева под любым, не вызывающим подозрения предлогом и доставить в отдел милиции.

И вот Худиев, задержанный за халтуру, сидит в кабинете Акперова. Внешность точно соответствует описанию Галины Бобровой. Кривоногий, с хищным оскалом тонких губ.

— Машина, на которой вы ездите, принадлежит Али Аге Нейматову?

— Да, товарищ майор.

— Почему вы занимаетесь халтурой? Не стыдно вам?

Молодой человек понурил голову, вздохнул, всем своим видом изображая раскаяние.

— Молчите? Вот мы поставили машину на «штрафную», решили сообщить о ваших делишках в училище и по месту работы дяди. Будет хорошо?

— Я прошу вас, — встрепенулся Икрам, — очень прошу! Не делайте этого. Я совершил ошибку, даю слово…

— Слово? А дорого стоит ваше слово?

— Я никогда не врал. Не так воспитан.

— Что ж, поживем — увидим. Скажите, сколько у вас есть друзей среди военных?

— Военных? — Худиев улыбнулся. — Никаких друзей у меня нет среди военных.

— Ну, конечно. Так я вам и поверил. А забыли тот воскресный день, когда шел дождь. Кого вы возили по городу, а?

— Товарищ майор, я же за халтуру извинился. Больше этого не будет.

— А все-таки, кто они? Лейтенант и тот, что был в полосатой тенниске?

— А-а, вспомнил! Грешен. Они меня остановили на 8-м километре и попросили подвезти в город по делу и обратно на Восьмой.

— Вы скажете, что привезли и увезли их бесплатно. Не так ли?

— Не буду врать. Они дали мне десять рублей. На эти деньги я купил тормозные колодки для машины.

— За десять рублей? Два таких конца?

— Разве этого мало? Лейтенант сказал, что он из Грузии. Назвал себя Мишей… Михо… Приглашал еще в гости.

— М-да. У вас есть вопросы? — обернулся Акперов к Байрамову.

— Есть. Опишите этого лейтенанта, молодой человек.

— Ну, как описать? Ростом он чуть выше меня, смуглый. Губы толстые. Усики. А все остальное обыкновенное.

— Где вы их посадили и куда привезли?

— Сели они на остановке автобуса, что на Клубной улице, и привез туда же.

— Не к дому?

— Нет, к остановке.

Записав в протокол, Байрамов спрятал глаза за тяжелыми веками и чуть заметно кивнул Акперову.

— Хорошо. Вы свободны!

Парень облизал высохшие губы, поспешно согласился сообщить в отдел, если случится встретить «лейтенанта из Грузии»…

Результат беседы с Худиевым огорчил Акперова.

Однако «Победу» Икрама Худиева решено было взять под наблюдение.