Перед Фархадом Байрамовым лежали три серые папки, — уголовные дела о грабеже в квартире Гасановых, убийствах офицера милиции Махмудова и гражданина Рафаэля Мелкумова. Пока в каждом деле по три-четыре странички, увы. Причем, не отвечающих на главный вопрос — кто? Кто похитил жемчуг? Кто застрелил Махмудова? Кто? Кто? Кто?

Байрамову в эти дни пришлось перекочевать в кабинет Акперова. Обычно этот союз на первый взгляд абсолютно несовместимых характеров — спокойного, выдержанного Байрамова и нервного, порывистого Акперова — давал самые неожиданные эффекты. Во всяком случае, работать они вместе умели. Вот и сейчас, они сидели друг против друга, разделенные тонкими серыми папками.

— Все три дела будем расследовать отдельно, но в случае установления связи между ними, объединим в одно производство. Согласен? — предложил Фархад.

Заур кивнул.

— Ну что ж, я, пожалуй, начну с ограбления Гасановых.

Марина Сергеевна Белякова явилась на вызов без промедления. Она добрых четверть часа говорила о своей работе, о «милой Соне-ханум», но на главный вопрос так и не ответила.

— Давайте конкретней, Марина Сергеевна. Кому вы говорили о драгоценностях Гасановых?

— Видите ли, как женщина, я могла восхищаться этими вещами при разных обстоятельствах… Но сказать, когда, где я рассказывала о своем визите к Соне-ханум не могу, просто не припомню… Нет, не помню.

Марина Сергеевна смущенно отвела взгляд. Не хватило решимости рассказать о том, как подробно и многословно рассказывала она врачу Симоновой про жемчужное ожерелье, однажды увиденное у Соны-ханум. Скрыла, потому что Симонова была беременна и Белякова опасалась, что вызов в милицию может кончиться неприятностями.

Проводив Марину Сергеевну, Акперов решительно заключил:

— Белякова сказала не все.

— Почему ты так думаешь?

— Она болтлива, как сорока. Не сомневаюсь — болтала и о черном жемчуге. Непонятно, какой смысл скрывать…

— Что ж, если хирург хитрит, есть смысл установить ее связи. — Байрамов медленно прошелся по кабинету. — Что же мы имеем? У нас есть пистолет «ТТ», мундштук, и… Эра Гончарова. Если она вспомнит знакомую, на которую намекал до гибели Махмудов…

Оставшись один, Акперов вызвал к себе Ибрагимова.

— Срочно установи в какой исправительно-трудовой колонии отбывает срок наказания заключенный Яков Тер-Теров. Кличка «Султан».

— Что-нибудь известно? — посмотриолюбопытствовал Ибрагимов.

— Не торопись. Кстати, посмотриолюбопытствовал Ибрагимов.

, как обстоит дело с наш, как обстоит дело с нашим пистолетом. Не задерживайся. Я жду!

— Слушаюсь.

Акперов по телефону пригласил к себе Лейлу Гасанову. Вскоре она была у майора. Заметив отсутствие Агавелова, девушка осторожно сказала:

— Заур Агавелов обещал разыскать наши вещи. Видно слова у него расходятся с делом, не так ли?

— Он выполняет свое обещание, — уклончиво ответил Акперов.

— Ищет преступников? Скоро вернется? Ой, как интересно!

— Я вас пригласил, Лейла Гейдаровна, вот почему. — Акперов разложил перед ней с десяток фотографий. — Посмотрите на этих людей. Напоминает ли кто-нибудь из них грабителя в форме офицера? Прошу вас, будьте внимательны.

Лейла всматривалась в каждое фото напряженно, казалось, что она вот-вот опознает человека, на которого Акперов делал ставку. Но вскоре девушка равнодушно отодвинула от себя все фотографии и отрицательно качнула головой.

Первая неудача расстроила Акперова.

— Такие огромные глаза и полное отсутствие элементарной наблюдательности, — размышлял Заур, когда Лейла ушла. Ему, конечно, очень хотелось, чтобы потерпевшая встрепенулась над фотографией Якова Тер-Терова. «Султан» просто не шел из головы.

— Ничего, Лейла Гейдаровна, — подумал он, — хоть вы и не узнали, оставим его все-таки в запасе.

Как назло, не появлялся и Ибрагимов. Может напал на след? Неужели так трудно позвонить?

Мысль о том, что где-то на улицах, может, совсем близко, ходит опасный и жестокий преступник, не давала покоя. Акперов вспомнил свою беседу с Эрой Гончаровой и подумал: «Неужели Эра не была случайной фигурой в этой истории?..»

Эра с трудом приходила в себя после перенесенного потрясения. Хотя Акперов и заверил ее, что она вне подозрений, девушка не могла избавиться от чувства смутной вины. Что ни говори, а в смерти Чингиза Махмудова в какой-то степени повинна и она, Эра. Если б не их встречи, не поздние проводы, может и не оборвалась бы жизнь человека. От переживаний Эра осунулась, стала рассеянной. Все валилось из рук. В конструкторском бюро, где она работала, поинтересовались, что с ней. Но девушка отмалчивалась. Она часто беспричинно вздрагивала, пугливо озиралась или просто цепенела. В бюро, рядом с ней, работал чертежник по имени Чингиз. Обращаясь к нему по делу, Эра старалась не произносить его имени вслух…

Акперов сказал ей, чтобы она держала с ним связь, — возможно понадобится. Почему? Неужели ее все-таки подозревают? Нет, не может быть. Акперов умный, он поверил ей! Поверил, хотя следователь слишком долго допрашивал ее. Эра уверена, что и следователь того же мнения — не она убийца Чингиза.

Смеркалось, когда Гончарова возвращалась с работы. Вышла из трамвая, медленно поплелась по той же дороге, по которой шла недавно с Чингизом. Все здесь стало для Эры невыносимым: дом с тяжелыми решетками на окнах, темный, захламленный проход во двор, гнилая лужа под краном. Совсем недавно все это казалось терпимым, а сейчас каждый угол вызывал неприятное ощущение.

Эра неторопливо поднялась на крыльцо, вошла в галерею. Бабушка Ануш — соседка, как обычно, сидела на своем сундуке, в руках ее быстро двигались спицы. Внуков становилось все больше, и Ануш спешила им что-то связать.

— А у тебя, доченька, гость, — объявила старушка.

Гончарова подумала, что ее ждет Акперов. Распахнула дверь своей комнаты и с трудом сдержала крик…

Акперов терпеливо ждал возвращения Ибрагимова. Было уже за полночь, когда он появился. Веселый, чем-то взволнованный, он остановился посреди комнаты и вытер платком взмокший лоб.

— Почему так долго? — сухо спросил Акперов.

— Выполнял ваше распоряжение, товарищ майор. Исправколония, где отбывает срок заключения Яков Тер-Теров установлена. — Ибрагимов протянул начальнику справку. — По восстановленному номеру пистолета «ТТ» пришлось искать ориентировку. Настойчивость проявил эксперт Агафонов.

— Ну и что?

— Ориентировка поступила в филистерство в 1948 году из города Львова. Этот пистолет принадлежал участковому уполномоченному младшему лейтенанту Степану Николаевичу Горе. В ориентировке указывается, что Гора был убит в схватке с опасным бандитом, а пистолет похищен.

— И все?

— Да.

— Не густо. А кто же похитил оружие, ничего не сказано?

— Нет, товарищ майор.

— Ну и ну, — Акперов с досадой хлопнул себя ладонью по колену и проворчал: — лопухи… послушай, капитан, а что если тебе поехать по следам этой ориентировки? Ты бывал во Львове?

— Нет, никогда.

— Я понимаю, что это не сулит нам больших перспектив, однако, придется ехать, дорогой Азад. Сам понимаешь — три преступления и ни одно не раскрыто! А время идет.

— Значит, поиск Яшки пока отпадает? — спросил Ибрагимов. Акперов покосился на сотрудника, ничего не ответил.

— Ясно, — выдохнул капитан. — Но я не все еще доложил вам. — Вы помните Галину Боброву?

— Это кто, продавщица? В булочной, рядом с домом Гасановых?

— Да. Прежде, чем поехать в министерство, я столкнулся в ней, прямо у райотдела.

— Зачем приходила?

— Искала Махмудова.

— Кого?

— Говорит, не знала, что убит. Расплакалась даже. Сказала, что сегодня у кинотеатра Низами, по улице Щорса, видела ту самую «Победу» и кривоногого шофера, записала номер машины и побежала прямо к нам. Представляете, какой молодец?

— Зачем же ты тянул, Азад? — радостно спросил Акперов, закуривая сигарету. — Ну-ка, садись, выкладывай:

— Вот номер «Победы» — АЗИ 30—05. Я решил проверить по учетной группе ГАИ и был поражен. Либо Боброва ошиблась, либо это случайное совпадение. Владельцем оказался знатный буровой мастер, Герой Социалистического Труда Али Ага Нейматов. Не знаю, что и думать.

— Гм! И ты решил сложить оружие? У почтенного Али Аги, очевидно, есть сын, племянник! Адрес известен? Надо немедленно проверить стоянку, установить, кто из родственников водит машину. На стоянке поставить пикет и, когда шофер сядет за руль, сдать его под наблюдение. Это сделает другой сотрудник, а ты готовься к поездке во Львов.

— Ясно!

— За добрую весть благодарю. Первый след! Даже на душе легче стало. Надо позвонить Байрамову… Ну, а ты иди, дорогой, иди. Организуй наблюдение за стоянкой. Срочно!