Когда принцесса Дарья вернулась в свою реаличность в экстрамире на тайной базе-астероиде Терциус, ее встретил оглушительный хор аварийных сигналов.

Все системы оповещения требовали немедленного внимания: и ее внутренние, и защитные контуры базы.

Ну отлично, ультраконденсаторы почти разряжены, резервные мощности на исходе, да еще и базу обнаружили.

Сработали датчики близости: вот-вот нагрянут охранители.

Ладно, сначала главное.

Дарья сбросила с себя остатки интрамировой персоны и вернулась к базовой реаличности.

Ее аватар – величественная принцесса Хань – не имел ничего общего с ее сферическим металлическим телом. Так было у всех кибридов. В реальной вселенной у нее был официальный идентификатор DAR143147. В экстрамире близкие друзья звали ее Дар, но в интрамире она пользовалась более формальным вариантом – Дарья.

Кибриды были бесполыми синтетическими конструктами из металла и полупроводников, но Дар всегда думала о себе в женском роде. На протяжении всей своей долгой истории ее персона оставалась женской, как и у исходного земного прототипа.

Дар деактивировала кварк-спиновую матрицу, а заодно отключила радар и лазерное зрение.

Мои манипуляторы и активные сенсоры съедают непозволительно много энергии. Если срочно не сократить расход, у меня нет шансов. Пока придется ограничиться пассивными визуальными сенсорами и фоновым светом.

Что еще отключить? Эмоциональный модуль.

Требовалось сосредоточиться на решении насущных задач; симулированные эмоции только мешали.

Готово.

Что еще можно убрать?

Все процессы, кроме самых приоритетных, она перенесла в медленную память.

Это должно сократить энергопотребление и освободить вычислительные ресурсы. А теперь посмотрим повнимательнее на охранителей. Где же вы?

Она обратилась к внешним датчикам астероида.

***

Терциус стал для Дар третьим «убежищем» и служил базой для вторжения в Лирандию. Она нашла его во время предыдущего задания, когда выводила астероиды из-под гравитационного притяжения S0-102 на орбиту Стрельца A*, где им предстояло стать зарядными станциями, ремонтными доками и центрами развлечения для бесчисленных кибридов, составляющих Центральную исполнительную группу Божественного Плана Алума.

За миллионы лет работы над проектом Дар удавалось время от времени размещать незарегистрированные астероиды на орбитах, которые могли пригодиться в будущем. Эти орбиты она корректировала постепенно и только в связке с запланированными перемещениями других астероидов. Благодаря этому расхождения выглядели как естественные погрешности, а расход топлива оставался в допустимых пределах.

Терциус был третьим астероидом, который она тайно вывела на нужную орбиту. Ее привлекли богатые залежи урана и плутония[3]. Дар разместила его на постоянной орбите по отношению к главной базе под названием Секондус.

За минувшие сотни тысяч лет Дар вырезала внутри Терциуса множество пещер-мастерских и соединила их лабиринтом туннелей. Внутри туннелей, незаметно и без спешки, она вела добычу и обогащение радиоактивных материалов, а также составляла карту внутреннего строения астероида.

В центральном отсеке управления она установила стокилотонную атомную бомбу, собранную из очищенных радиоактивных элементов, – на всякий случай.

***

Дар взглянула на показания облака микросенсоров, окружающего астероид.

Да уж, признаю, это впечатляет!

Для ее поимки Алум отправил несколько сотен карательных охранителей. Их траектории высветились на дисплее радужными линиями.

Приближаются быстро, и сила явно избыточная для одного противника. Надо полагать, любой, кому хватит умений и дерзости взломать центральный интрамировой сервер, неизбежно привлечет к себе внимание Алума. Очевидно, отпускать меня они не собираются. Простите, ребятки, но у меня другие планы!

Справиться с целым отрядом охранителей невозможно, в крайнем случае Алум просто пришлет новых. Возможно, получится выиграть немного времени благодаря толстой внешней оболочке астероида и искусной маскировке шести входов. Проникнув внутрь, охранители быстро доберутся до центрального отсека. Если она не покинет Терциус, через несколько часов ей грозят глубокий допрос и полное стирание личности.

Взвыла еще одна сирена. Заряд ультраконденсаторов упал ниже одного процента, а времени на перезарядку от внутреннего генератора Терциуса уже не осталось. Тонкая струйка энергии от древних солнечных панелей на поверхности астероида даст от силы пару процентов, прежде чем ее обнаружат охранители.

Варианты! Какие у меня варианты?

Замороженные блоки ртути и антиртути в ее двигательной системе представляли собой мощный источник энергии. Но по какой-то причине идиоты-инженеры не догадались соединить двигатель с электрогенератором. Такое явное упущение наводило на мысль о том, что решение принято вполне осознанно, чтобы ограничить свободу и универсальность кибридов.

Я бы не удивилась.

Если доберусь до Секондуса, смогу зарядиться от высокомощных панелей.

Дар произвела расчеты.

Запаса топлива более чем достаточно, чтобы долететь до базы. Я еще никогда не оказывалась так близко к красной зоне. Выдержат ли мои вычислительные цепи перелет? Но если я запущу главный двигатель, охранители точно засекут вспышку. Они просто отследят меня и схватят на Секондусе. Незачем упрощать им задачу!

Значит, решено. Придется пойти на крайнюю меру. Уничтожить Терциус и сбежать под прикрытием обломков от ядерного взрыва.

Давным-давно она смоделировала, как астероид разлетится на части, если взорвать атомную бомбу в его центре. Среди смоделированных обломков Дар выбрала один достаточно крупный, с траектории которого можно выйти на орбиту Секондуса.

Снова и снова она меняла структуру туннелей, пока, наконец, не добилась, чтобы в симуляции взрыва образовывались достаточно крупные обломки с заданным разбросом траекторий. Удовлетворившись результатами, Дар высверлила внутри одного из таких обломков камеру размером с кибрида, укрепила ее толстым слоем титана, установила люк и добавила несколько наружных датчиков. И только потом приступила к взлому Лирандии.

Дар надеялась, что грубая спасательная капсула переживет взрыв, который должен уничтожить целый астероид, и уцелеет при разгоне по намеченной траектории.

Раньше этот план казался вполне разумным. Очень скоро станет ясно, насколько точны ее расчеты.

Тем временем охранители пробили вход в один из верхних туннелей, ведущих в центральный отсек, и уже направлялись к ней.

Установив таймер бомбы на семьдесят пять секунд, Дар помчалась по узкому туннелю к спасательной камере, втиснулась внутрь и заперла люк.

Еще восемнадцать секунд в запасе.

Оказавшись в безопасности, она подорвала связку химических зарядов. Километровый туннель, ведущий в отсек управления, обрушился, камеру затрясло. Если кто-то из охранителей сумеет добраться до центра астероида, заваленный туннель подарит ей еще немного времени.

В восьмидесяти процентах случаев разброс расчетных траекторий не превышает двадцать тысяч километров от Секондуса. Это все равно слишком много. Такие шансы мне не по душе.

По крайней мере, сам обломок-капсула должен более-менее уцелеть в девяносто шести случаях из ста.

Прощай, Терциус.

Пока таймер атомной бомбы отсчитывал последние сотые доли секунды, Дар пожалела, что не верит в Высшую Силу, к которой можно обратиться с молитвой. Увы, вера осталась в далеком прошлом.

Защити меня, – все же попросила она, не обращаясь ни к кому конкретному.

Ноль.

Стокилотонный взрыв испарил внутреннюю часть Терциуса. Расширяющийся огненный шар вытолкнул газифицированную породу через вентиляционные туннели, уничтожив лабораторию Дар, все наработки, соединительные коридоры и волны рыскающих в лабиринте охранителей вместе со всеми следами ее существования.

Печально, зато аккуратно. Все равно что начать с чистого листа.

Расчеты оправдались: чудовищные температура и давление раскололи астероид по заданным линиям. Обломки, в том числе самый важный, в котором покоилась спасательная капсула, с чудовищной силой разметало во все стороны.

Капсула, усиленная титановой оболочкой, облегала ее тело с миллиметровой точностью, но Дар все равно болтало, как сухую горошину в погремушке. Она корила себя за то, что не снабдила капсулу плотной амортизирующей пеной. Раньше это казалось излишней роскошью.

Так и пару винтов может выбить. Ну да ладно, все лучше, чем попасться охранителям.

Алум Всемогущий, охранители! Я не приняла их в расчет. И что важнее, не учла дополнительную энергию от взрывов их топливных блоков. Дар, ты идиотка!

Ядерный взрыв наверняка уничтожил их сдерживающие поля, а последующие реакции аннигиляции материи-антиматерии повлияли на ускорение и вращение обломков, включая тот, в котором находилась она сама!

Повезло не погибнуть в первую же секунду. Дар осталась жива, но сбилась с курса и почти исчерпала запасы энергии, а зарядная станция слишком далеко.

Мне конец. Или совсем уж безнадежно заблужусь в космосе, и потом – конец.

Если прямо сейчас не активирую хотя бы часть систем и не пересчитаю траекторию, у меня нет шансов. Но тогда истрачу остатки энергии раньше, чем доберусь до Секондуса, и, скорее всего, все равно погибну.

Дар медленно досчитала до ста триллионов и начала подключаться к уцелевшим наружным сенсорам. Ее опасения подтвердились. Просчет с боеприпасами и топливом охранителей сыграл роковую роль.

Когда с сенсоров начали поступать данные, Дар увидела, как ее ошибка превращается в проблему, причем весьма серьезную. Траектория спасательной капсулы проходила над орбитальной плоскостью и должна была разминуться с Секондусом почти на девяносто тысяч километров.

У нее оставалось сорок семь секунд, чтобы выбраться из капсулы. Это единственный шанс выйти на безопасную траекторию, которая приведет домой.

И сделать это нужно так, чтобы не заметили охранители.

По данным внешних сенсоров, взрыв пережила примерно половина отряда.

В ее поле зрения оставались обширные слепые пятна, особенно позади несущегося в пространстве обломка. За ним наверняка скрывались уцелевшие охранители. Спасательная капсула успела отдалиться от центра взрыва на несколько сотен тысяч километров, но все еще находилась в зоне активного поиска. Если повезет, сенсоры охранителей будут сосредоточены ближе к месту взрыва.

Дар активировала механизм открытия люка. Ничего не произошло. Она отправила повторный сигнал. Люк оставался закрытым. Тогда Дар выпустила гибкий манипулятор и, рискнув остатками энергии, попыталась его сдвинуть.

Заклинило! Похоже, титановая оболочка деформировалась от взрыва.

Времени почти не осталось. Промедление лишало ее последнего шанса. Если она пропустит стартовое окно, то не сможет вернуться на нужную траекторию, не привлекая внимания охранителей. Реактивную струю главного двигателя будет видно на миллионы километров – все равно что сигнальная ракета посреди космической тьмы.

Я лечу в запечатанной титановой капсуле со скоростью пятнадцать тысяч двести восемьдесят одна целая шестьдесят три сотых километра в час. Моим манипуляторам не хватит сил, чтобы открыть люк. А даже если и хватит, их все равно нельзя использовать еще раз при таком низком уровне заряда. Ультраконденсаторы почти на нуле. Когда они разрядятся, мне конец.

Спокойствие Дар сохраняла лишь благодаря выключенному эмоциональному модулю.

Я могу получить энергию за счет аннигиляции материи и антиматерии, но если включу двигатель прямо здесь, то умру от перегрева и радиации прежде, чем выхлоп сорвет люк. Что вообще остается?

В отчаянии Дар запустила несколько фоновых подпрограмм с предельно свободными параметрами – вдруг она что-нибудь упустила из вида. Сгодится любое решение – даже рискованное или нелепое.

Может, отключить все, кроме долговременной памяти, и сделать ставку на крошечный шанс, что меня кто-нибудь спасет в далеком будущем?

Давным-давно она уже отважилась на подобный риск. Но в глубоком космосе в этом нет смысла. Бесцельно дрейфуя, она скорее рухнет на звезду или попадется охранителям, чем встретит союзников.

Она могла перезагрузиться, стереть память ради защиты остальных и добровольно прекратить существование. Самоубийство устранит угрозу для Сопротивления, но обернется концом для нее, персоны принцессы Дарьи, да и Сопротивления в целом. Нельзя допустить, чтобы столько усилий и жертв пропало впустую.

Я не могу рисковать судьбой Сопротивления. Лучше надеяться на спасение, чем закончить все здесь и сейчас. Призрачные шансы на успех лучше гарантированного поражения. Значит, протокол отключения.

Одна из подпрограмм подала сигнал. Неужели что-то нашла? Дар взглянула на результат.

Может сработать! – с удивлением подумала она.

Дар среагировала моментально: активировала внутренний лазер и испарила часть замороженной антиртути в двигателе.

При контакте с обычной материей отдельный поток антиматерии превращался в чистый выброс энергии. Для тяги такая система работала превосходно, но чтобы вскрыть капсулу, ей не хватало точности и деликатности.

Если активировать только поток антиматерии, можно достаточно точно контролировать его направление и интенсивность – получится подобие газовой горелки. Увы, при этом возникнет сильное излучение из-за реакции с веществом люка. Успею ли я выбраться до того, как откажут защитные экраны? Скоро узнаем.

Дар снизила чувствительность зрительных сенсоров и направила струю антиртути вдоль узкого шва, где выходной люк крепился к титановой оболочке. С каждым проходом «резак» все глубже проникал в толщу металла, и наконец люк поддался. Дар оказалась на свободе. Еще секунда – и было бы поздно.

Она ускорилась и вырвалась в космос, оставляя за собой едва заметное облачко металлического пара. Затем повернулась к Секондусу и на две секунды включила двигатель на полную мощность, чтобы выйти на траекторию, проходящую мимо базы. Оставалось надеяться, что выжившие охранители слишком заняты и дезорганизованы, чтобы ее заметить. Реактивные сопла были направлены под острым углом к первоначальному курсу. Дарья постаралась сделать выхлоп максимально узким.

Если сенсоры охранителей не зафиксировали ни вспышку света при прорезании капсулы, ни радиацию от выхлопа, ей, возможно, удастся сбежать.

Дар не решалась использовать активные сенсоры для поиска преследователей, зато пассивные детекторы могли просканировать обширное пространство с минимальными рисками. Они были не так эффективны, но потребляли мало энергии и вполне могли засечь характерный след нацеленной ракеты охранителя.

В этот раз удача или судьба были на ее стороне. А может, дело в творческом подходе к применению науки и технологий. Как бы то ни было, признаков погони Дар не заметила. Оставалось лишь заключить, что обломки разрушенного астероида скрыли ее энергетические выбросы.

Во второй раз всего за несколько минут Дар едва не пожалела, что не верит в настоящего Бога, чтобы поблагодарить Его за спасение. Но лишь едва. Она прекрасно понимала разницу между удачей и божественным вмешательством и удовлетворилась мыслью о том, что шансы – пусть и небольшие – сложились в ее пользу. Для охранителей, которых направили к Терциусу, исход оказался не столь благоприятным.

Я бы предпочла не уничтожать их вместе с астероидом. Даже охранители разумны. Но Сопротивление должно выжить. Кто-то должен бросить вызов безумному Плану Алума. А значит, персона принцессы Дарьи должна остаться в живых.

Дар продолжала полет к Секондусу на минимальной мощности. Отключив на время пути большую часть мозга, она превратилась в примитивную, бездумную машину, работающую по принципу «стимул-реакция».

За километр от дома Дар реактивировала навигационную подсистему и выдала короткий импульс, чтобы сбавить скорость. Пара мягких включений маневровых двигателей привела ее точно к главному входному порталу. Дверь распознала слабый сбивчивый сигнал и открылась. Когда Дар наконец подключилась к солнечной зарядной станции, ее сенсорные потоки и вычислительные процессы уже испытывали беспорядочные прерывания.

Опасность наконец миновала, и она погрузилась в режим подзарядки.