Приматы, блин! Уставились на меня глазенками, хлюпая посекундно.

В двадцать первом веке женщин-дальнобойщиц пруд пруди, и на автобусах рассекают по всей России, а вот глядя на диспетчера и его подручных, создавалось впечатление, что они не слышали ни о чём подобном.

Учитывая, что они молча продолжали пожирать меня глазами, я решила подтолкнуть их мысли в правильном направлении.

— Женский автопробег имени Сталинской конституции помните? Кто возглавлял? Правильно, Анастасия Волкова — моя мама. Волкова — это девичья фамилия.

Наткнулась на статью в «Комсомольской правде» на слёте и прочитала её всю. Кто-то решил припомнить перед автопробегом Москва — Свердловск, что женщины уже совершали нечто подобное. На самом деле просто перегоняли десять автобусов на Урал в мае этого года и решили доверить такое важное дело девушкам-комсомолкам.

Так как лица моих оппонентов не изменились, разве что складки на лбу прорезались, я добавила:

— «Икарусы» два месяца назад перегоняли из Москвы в Свердловск. Я одна из десяти девушек, которая участвовала в пробеге. Не читали в «Комсомолке»? А журнал «За рулём» на автобазе есть?

Я помахала ладонью у них перед глазами.

— Ау, мальчики, вы меня слышите?

— Есть журнал, — отмер Яков Владимирович, — но подписка у главного инженера в кабинете, а его сейчас нет, — он подумал несколько секунд и спросил, — а что там?

— А что там? — передразнила я его. Ну, а что, раз до журнала добраться было нельзя, можно было смело лепить горбатого, — я на обложке журнала, между прочим. Могли бы и узнать.

Яков Владимирович поерзал на месте.

— Я читал журнал и про автопробег тоже, но вас не припомню. Кажется, у вас на голове что-то было.

— Точно! — подтвердила я, — на шлемафон похожее.

Пара девчонок-участниц действительно в «Комсомольской правде» на фото были в каких-то ушанках. Было ли фото в журнале, я была без понятия, но моя уверенность добила диспетчера.

— Вот! — радостно произнёс он, — потому и не узнал. К тому же я женат и не засматриваюсь на хорошеньких девушек.

— Хорошеньких? — возмутилась я, — это вы меня сейчас обидеть решили? Какая же я вам хорошенькая? — я оглянулась в поисках зеркала, а не найдя, ткнула пальцем себе в щёку, — красавица!

Яков Владимирович закашлял, стукнул пару раз себя в грудь и кивнул:

— Пойдём в медпункт.

Даже не стал возрастом интересоваться, вероятно, впечатлившись правами и моими рассказами.

Он вытолкал всех на улицу, повесил на двери здоровенный замок и показал рукой направление. Однако мы направились не в медпункт, а к завгару, который, увидев меня, оторопел не хуже диспетчера.

— Женя, выписывай путёвку, — сказал Яков Владимирович, — или не узнаешь? Дочка той самой Волковой, участница автопробега на «Икарусах» в мае. Ей фото на обложке журнала «За рулём».

— А выглядит не старше восемнадцати, — ответил Женя, завгар, — а какой-нибудь документ ещё имеется? Такие права выдаются девушкам в двадцать один год. А ей двадцати нет'.

И оба додика уставились на меня. Ну да, без макияжа натянуть на личико Бурундуковой двадцать один год сложно, но вот же какая дискриминация. Женщинам букву «Д» в правах заработать в восемнадцать в СССР не судьба.

А с другой стороны, раз имеются все категории, зачем подвергать сомнению, спрашивается? Ну, сами напросились.

Рядом с правами легло удостоверение Героя Советского Союза.

— Только обоих предупреждаю: «Тсс». Я просто сопровождаю детей на олимпиаду и не хочу, чтобы кто-то знал о моих наградах. Надеюсь, вам понятно?

Завгар вскочил на ноги.

— Простите, товарищ Герой Советского Союза, не узнал. Ошибочка.

— Конечно, ошибочка, — поддакнула я, — давайте уже выписывайте путёвку, мы и так задержались.

— Конечно, конечно, одну минуту, я уже выписал, только фамилию проставить и готово.

В медпункте всё повторилось с точностью, с той лишь разницей, что пожилая тётка наотрез отказалась не то что подписывать, даже давление мерить, несмотря на мои внушительные документы.

— Наталья Альбертовна, — попытался продавить врачиху Яков Владимирович, но она только отрицательно замотала головой.

— Нет, нет и нет, — причитала она, — и не просите. Если что в дороге случится, кто отвечать будет? Под статью Яша хочешь меня подвести? Без справки от гинеколога никаких подписей и печатей. Тем более Герою Советского Союза. Я сама себе не враг.

— Так вам справка нужна? — расплылась я в улыбке, — так бы и сказали. А то заладили: «Нет и нет».

Справок у меня ещё целая куча имелась, так что раздаривала всем.

— Фуф, — выдохнула Наталья Альбертовна, — вот молодец, что всегда с собой имеешь. Это очень важная вещь, — она с уважением глянула на меня, — и правильно, что до замужества ни-ни. А то есть такие, едва школу закончили и уже брюхатые, а штампа в паспорте нет. Бесстыжие. А ты прям красавица и блюдишь. Правильные родители у тебя и дочку правильно воспитали.

Она размашисто расписалась, шлёпнула личную печать и прямоугольный штампик.

Но когда я попыталась взять путёвку, она снова заартачилась.

— Куда? Руку давай, давление проверим!

Автобус, которым мне предстояло управлять, стоял жутко неправильно. Едва глянув на него, я поняла, что влипла, причём конкретно.

Нужно было буквально через несколько метров развернуть «Икарус» на девяносто градусов, что сделать ручками Бурундуковой было практически невозможно. На скорости — да, но повернуть колёса почти на месте без гидроусилителя — это не каждый мужик сделает.

Я замерла на месте, рассматривая пустырь за дорогой и прикидывая, где можно будет разогнать автобус и, выскочив снова на асфальт, развернуть сначала в обратном направлении и только потом сделать манёвр и вывернуть к воротам базы.

— Ключи в автобусе, — сказал Яков Владимирович, заметив, что я остановилась. — Давай, заводись, все только тебя ждут. Заберёшь оставшихся и пойдёшь последней. На посту ГАИ вам две машины дадут на сопровождение. Одна за тобой будет следовать, так что ты постарайся не отставать.

Я пообещала идти как привязанная и забралась в автобус. А в следующее мгновение поблагодарила Бога, увидев на руле «лентяйку».

В принципе, Бог к ней никакого отношения не имел, нужно было сказать спасибо хозяину автобуса, которого скрутило аппендицитом, но я его имени не знала. Так что, да, вся благодарность досталась всевышнему.

* * *

Наталья Альбертовна проводила глазами автобус, которым управляла девушка, и не оборачиваясь проговорила:

— Света, видела Бурундуковую? Красивая, а не разменивается на случайные связи. А вот тебе всего девятнадцать, а ты? Месяц назад видела тебя с Воробьёвым, а вчера глазки строила уже Бузину. Ну в кого ты такая?

Светлана не ответила, поэтому Наталья Альбертовна оглянулась, а заметив, что девушка сидит, уткнувшись в документы, спросила:

— Закончила? Ну, убирай и пошли, время уже. Вот повезло нам с девчонкой, а то бы неизвестно сколько сидеть пришлось бы.

— Ой, — прошептала Светлана тихо, — гляньте.

— Ну что там? — не сдвинувшись с места, спросила Наталья Альбертовна.

— Вам лучше это самой увидеть.

— Чего? — она пересекла кабинет и глянула на строчку, на которую указывал ноготок помощницы.

— Ах, чёрт побери! — в следующую секунду Наталья Альбертовна, схватив справку, пулей вылетела на улицу, громко подвывая: — Яша! Яша!

— Чего раскричалась? — окликнул доктора Яков Владимирович, — Пожар, что ли? Все уехали, выдохни и давай закругляйтесь.

— Яша! — взвизгнула Наталья Альбертовна и, подскочив к диспетчеру, сунула ему под нос справку: — Что это?

— А что? — переспросил Яков Владимирович и прочитал вслух: — «Справка дана Бурундуковой Еве Илларионовне, 1961 года рождения».

Он замолчал, а через секунду глупо переспросил:

— Это в каком смысле 1961 года рождения?

— Какая разница, Яша, догони, останови!

— На чём? — удивлённо переспросил Яков Владимирович, — Они сейчас на трассу выйдут и пойдут восемьдесят. А на базе только трактор остался. Мне на нём догонять?