Осознание пространства, времени и присутствия – необходимое состояние каждого перформера, которое в педагогике Яна Фабра выходит за рамки состояния, превращаясь в базовую данность. Ее необходимо включить в клеточную структуру, вписать в ментальные и физические способности перформера на уровне рефлекса; триаду пространство-время-присутствие как форму постоянного внимания следует выгравировать на каждом волокне перформера.

Осознание, о котором идет речь, легло в основу общего принципа перформанса «Поедание пространства»[50] и встречается во всех упражнениях. Поскольку этот аспект столь важен, он нашел выражение в специальном упражнении. Необходимо группой занять пространство и оккупировать территорию сцены. В начале упражнения сцена пустая, но вот из обеих кулис выходят перформеры, которые одновременно и параллельно друг другу захватывают пространство, завоевывают его. Пустое пространство театра становится пространством, активированным их присутствием.

Вспомним основы принципа поедание пространства, так как все они встретятся в этом упражнении: перформер инстинктивно присваивает себе территорию, он хорошо ее знает, ориентируется по запаху других перформеров, он вобрал в себя карту сцены; выходя на сцену, он разрезает пространство, целиком и полностью осознавая свое собственное место и место коллег-перформеров; он рассекает пространство подобно тому, как художник Фонтана разрезал свои холсты; он разделяет пространство подобно насекомому или военному стратегу, владеет им, осознаёт пространственный баланс, зная, как в нем перемещаться, понимая, кто союзник, а кто противник, прикрывая фланги; перформер не только оккупирует пространство, он воссоздает пространство, более того, он и есть пространство, он съел пространство и переварил его.

Для этого упражнения не будет лишним обрисовать более широкую перспективу и напомнить перформеру, что в момент выхода на сцену он пересекает сакральное пространство, обладающее духовным измерением, место сбора и проведения театральных ритуалов и праздников. Это эксклюзивное пространство, ведь оно подрывает нормальный ход времени, останавливает повседневную жизнь, создавая момент, в котором власть принадлежит воображению. Это пространство возможностей для иных миров, других закономерностей, скрытых тайн, невозможных устремлений. Кроме того, это всегда разделенное пространство, поскольку перформер выходит на сцену, чтобы его увидели, поэтому он оккупирует не только пространство, но и внимание зрителя. Перформер выходит на сцену и становится видимым. Это – начало, основа, первый закон театра.

Но у Фабра и пространство, и присутствие в нем перформеров неизменно создают образ. Поэтому пространство всегда пластично, подобно холсту художника, однако трехмерно, оно – несущая поверхность эстетики. Каждая позиция, каждое перемещение рисуют в пространстве фигуры, обеспечивают баланс энергии и, соответственно, повествуют. Пространственное наполнение у Фабра – это всегда содержание, но верно и обратное: содержание всегда переводится в форму. Перформер – лишь составная часть, более того, он пишет рассказ принимаемой им формой, создаваемой им энергией, соотношением времени и пространства, на которые он держит курс. Разумеется, он не один, так как делит пространство с другими игроками и учитывает наблюдателя. Это требует постоянного осознания баланса, энергии и пространственных отношений во времени и в направлении: его намерение – самому и коллективно затронуть зрителя, он хочет добраться до другого берега, чем-то поделиться. Всё это перформер берет с собой, делая первый шаг на сцене. Он вступает в колею, в образ, в рассказ, в поле зрения.

Олицетворение времени и пространства. Перформеры Ирен Урчуоли и Конор Доэрти

Образ и рассказ, создаваемые в этом упражнении, выражают гармонию и симметрию. Перформеры выстраиваются в три или четыре линии, симметрично по отношению к центру на равном расстоянии друг от друга, учитывая видимость для публики: это означает, что встать нужно не друг за другом, чтобы кто-то оказался закрыт, а в шахматном порядке. Упражнение начинается с того, что каждый точно, вплоть до миллиметра занимает свое место. Крайне важно соблюдать баланс: если отклониться на два сантиметра вправо или влево, можно испортить всю картину. Речь идет о форме коллективной топографии, осознании правильного соотношения. Создается абсолютно симметричная картинка, левая и правая стороны, как тест Роршаха – зеркальное отражение друг друга. Когда композиция сложилась, наставник просит каждого ученика-перформера хорошо запомнить свое месторасположение: нужно буквально вобрать в себя это место, полностью впитать, обонять и осязать его, чтобы вскоре, когда предстоит снова выйти на сцену, перформер узнал бы свое место с закрытыми глазами.

«Олицетворение времени и пространства» – это проявление не только пространства, но и упражнение на время. Дело в том, что перформерам следует единым фронтом выйти из боковых кулис и одновременно занять обозначенные позиции. Подобно насекомым, коллективно преодолевающим дистанцию. Чувство равновесия в пространстве дополняется точным распределением времени. Все участники должны занять свои места одновременно; это означает, что перформеры, которым дольше пересекать сцену, должны выходить раньше стоящих ближе к кулисам. Это требует организации рядов еще за сценой: три или четыре ряда появляются одновременно с обеих сторон, сначала те, кому идти дальше, последними те, кто стоит ближе всех. Нужно не только соблюдать распорядок, важно связать себя с остальными членами группы, стать одним коллективным организмом, перемещающимся на всех ногах одновременно. Один дышащий орган в едином темпе, связанный невидимыми нитями. Симметрично выстраивающаяся картинка – это еще и временная картинка, она выходит из кулис, у нее есть темп, она перемещается, подходит и на четверть оборота разворачивается к публике. Всё это происходит единомоментно, одним плавным движением.

К пространству и времени добавляется присутствие. Уже самый первый шаг – перформативный, он больше, чем просто перемещение, – это присутствие в качестве перформера, полное осознание пространства, времени и зрителя. Важны внутренняя и внешняя грация: перформер легкий как перышко. Он дышит, распространяет энергию, сияет. Сцена – не подиум, в его позе и манере двигаться нет ничего неестественного, лишь повышенное состояние осознанности и готовности, не требующее ни малейшего напряжения. Перформер несет пространство и носи́м пространством. Каждым своим шагом он рассекает его, ощущает перемещение ветра, чувствует, как пространство приходит в движение по передней линии, по задней линии, по бокам, сверху и снизу. Он – живая клетка, являющаяся частью организма. Он – пейзаж в движении. С последним четвертным оборотом перформер разворачивает ступни, чтобы занять позицию стопы ангела, и делает вдох, наконец добравшись до места назначения. Он – тотальное присутствие в пространстве и времени.

Следующий этап этого упражнения связан с работой в парах, друг напротив друга. Партнеры «А» и «Б» выходят из противоположных кулис и одновременно занимают условленную позицию. В зависимости от ее месторасположения одному партнеру придется пройти более долгий путь и, соответственно, выйти раньше. Это также требует четкой организации за сценой. Разные пары стоят симметрично по отношению к центральной линии. Они располагаются в шахматном порядке лицом друг к другу, чтобы была видна каждая пара. Напомним, что речь идет о коллективном движении, исходящем из проприоцепции по отношению к целому, восприятие строится вокруг объема, на триста шестьдесят градусов.