Да. Полиция обнаружила следы крови. От этой новости желудок Юй Иня сделал сальто.

Все это время ему казалось, что он должен что-то найти. Что-то исследовать. Что он упустил из виду? Пока что Юй Инь не имел ни малейшего понятия.

Его не покидало странное чувство.

«Дядя Ван и его люди обнаружили в багажнике следы крови в большом количестве. Предварительные пробы дали положительный результат», – собственно, это все, что ему сказал Юй Ся по телефону. Требовалось больше информации, поэтому они были вынуждены отбуксировать машину в участок и провести экспертизу. Предстояло дождаться отчета и результатов, прежде чем они смогут сделать выводы.

После такого пугающего звонка во время столь приятного обеда Юй Инь решил не распыляться, бегая туда-сюда по городу. Он отвез Шао-ди Юя домой, чтобы тот хорошенько выспался. Потом уже, ближе к семи часам вечера, вышел из дома и в одном из магазинчиков близлежащего переулка купил снеки. Вернувшись, он разбудил Шао-ди Юя, чтобы они вместе перекусили.

– Как думаешь, что это значит? – Обычно Юй Инь обсуждал такое с отцом или дядей, однако сегодня те были заняты на работе. Юй Инь, который никак не мог обуздать свое любопытство, решил порасспрашивать Шао-ди Юя, сидящего напротив.

Шао-ди Юй, который как раз ел мясной снек, поднял голову и озадаченно посмотрел на Юй Иня.

– Ладно, я знаю, что ты не понимаешь, но… Если предварительная проба указывает на наличие следов крови… Значит, такси перевозило что-то, что кровоточило. Например… человека, – сказал Юй Инь и вздрогнул от этого предположения.

На самом деле, не имело смысла гадать до получения результатов тестов. В багажнике могла быть кровь какого-нибудь животного. В конце концов, кто вообще додумается везти в багажнике человеческое тело? Если это кровь животного, то, может, курицы или рыбы – на продуктовых рынках как раз продавали свежее мясо. Юй Инь вспомнил, что однажды отец отправился на рынок, чтобы купить цыпленка и разнообразить их рацион, однако мясо не завернули как следует и весь багажник оказался в крови, на что дядя довольно долго жаловался.

«А Гуань, Ван Хун, Линь Юйда… И рядом с каждым из них – кошка. Что же связывает этих трех людей?» – Тряхнув головой, Юй Инь подпер рукой подбородок, закинул в рот снек и задумчиво прикусил палочки. Мысли его переключились с одного человека на другого, но, сколько бы он ни гадал, связать А Гуаня и Ван Хуна с водителем такси никак не мог.

А Гуань – его однокурсник. Линь Юйда – водитель. Ван Хун управляет парком развлечений. Между ними не было никакой связи, кроме работы А Гуаня и Ван Хуна.

Не может быть, чтобы водитель тоже работал в парке аттракционов, верно?

А если все-таки да?

Хотя… не бывает в мире таких совпадений.

Видя беспокойство, застывшее на лице Юй Иня, Шао-ди Юй притянул к себе блокнот и написал на страничке: «Визитка с рабочего места».

Прищурившись, Юй Инь прочитал послание младшего брата. Он раскрыл пакетик с бобами[4], засунул в рот целую горсть и невнятно ответил:

– Ты имеешь в виду ту, которую дал Ван Хун? О, это игровой клуб. Несовершеннолетним туда нельзя.

Шао-ди Юй окинул его взглядом – как обычно, без единой эмоции – и не стал писать дальше. Он опустил голову и снова сосредоточился на еде.

– Так кто же этот Цзин?

Юй Инь, как ни пытался, не мог припомнить в окружении А Гуаня человека по имени Цзин. Существовал ли этот человек на самом деле? Скорее всего, да, потому что реакция Ван Хуна говорила сама за себя. В таком случае нить расследования ведет к первоначальному вопросу: почему А Гуань извинялся перед этим человеком, когда оказался в коме? Почему Ван Хун притворился, что никогда не слышал этого имени?

Что-то не так с этим Цзином?

Звонок в дверь вырвал Юй Иня из размышлений.

– О, наверное, папа и дядя вернулись. – Юй Инь отложил палочки и встал, чтобы открыть дверь. Он подошел к видеодомофону и… замер в замешательстве.

За порогом стояли вовсе не папа и дядя.

Дисплей показал незнакомца с зелеными волосами.

Зеленые волосы…

Юй Инь вспомнил, что видел этого человека сегодня утром в больнице – он пришел с Ван Хуном. Таких его дядя за глаза называл щенками – они всегда отмалчиваются, потому что боятся, и начинают гавкать, когда рядом нет того, кто мог бы их заткнуть.

– Вы кто? И к кому? – тут же поинтересовался Юй Инь, нажав на кнопку микрофона.

Стоявший на улице незнакомец дернулся, достал листок бумаги, долго смотрел на него, потом проверил надпись на табличке двери дома Юй Иня и неуверенно проговорил:

– Могу я узнать, дома ли Юй Инь? Я друг Чэнь Гуаня. Меня зовут Хэ Муянь.

Интересно, зачем Юй Инь ему понадобился?

– Я вас не знаю, так что не открою. Уходите, – резко сказал Юй Инь и уже собрался повесить трубку.

Отец и дядя рассказывали ему много страшных историй, и потому он знал, что с такими людьми лучше не связываться, иначе будут большие проблемы.

– Подождите, подождите! Мы виделись в больнице днем. Я… порылся в шкафчике у А Гуаня… Нашел твой адрес… Вот и… – раздался в трубке взволнованный голос незваного гостя.

Юй Инь нахмурился: зачем он рылся в шкафчике у А Гуаня? Специально пытался узнать его адрес?

Что ж, раз он так серьезно подошел к поискам, стоило послушать, что он скажет.

– Входите. – Юй Инь отпер металлическую дверь. – Только дверь закрыть не забудьте.

С этим словами он вернулся в гостиную к дивану и сел. Хэ Муянь после минутного колебания толкнул дверь и вошел.

– Добрый день, – сказал он взволнованным голосом. Со стороны было заметно, что он очень нервничал и часто оглядывался, словно боялся, что за ним следят.

– Что от меня нужно? – отодвинув недоеденные снеки, Юй Инь встал и пошел на кухню, чтобы приготовить для гостя чашку горячего чая. Вернувшись в гостиную, он заметил, что Шао-ди Юй уже навел порядок на столе и, чтобы не показаться невежливым, перенес все снеки на кухню.

Хэ Муянь тут же приложился к чашке. Горячий чай его успокаивал.

– Я слышал от А Гуаня, что у него есть друг с глазами инь-ян. Мне все время казалось, что за мной что-то следит, а потом А Гуань попал в аварию, и я…

Юй Инь мысленно выругался на друга – ну вот кто его за язык тянул? Но он никак не выдал свое недовольство, наоборот, вежливо улыбнулся:

– Да нет у меня никаких глаз инь-ян. Думаю, А Гуань пошутил над тобой. Все эти глаза инь-ян лишь детские сказки, а ты ему поверил. Ты сказал, что тебя что-то преследует? Так, может, лучше в храм, помолиться о защите да оберег прикупить на всякий случай?

Прищурившись, он посмотрел на юношу с зелеными волосами. Тот помрачнел от слов Юй Иня – видно было, что ему не по себе.

– Я уже ходил в храм. Не помогло. Я все собирался попросить А Гуаня помочь мне…

Он осекся, словно не решался продолжить свой рассказ.

Юй Иня так и тянуло спросить Хэ Муяня, что же за грех тот совершил, что даже поход в храм его не успокоил, но он прикусил язык, дабы не показаться грубияном.

– Я знаю один хороший храм. Если тебе действительно нужна помощь, могу отвести тебя туда.

Когда Юй Инь был маленьким, отец часто приводил его в тот храм, чтобы помолиться о его благополучии и безопасности – особенно когда переходил дорогу тому, кому не стоило бы. Собственно, Юй Инь всегда был в безопасности и потому не сомневался в действенности ритуалов.

– Правда? Тогда я рассчитываю на тебя, – облегченно вздохнул Хэ Муянь, у которого как будто гора с плеч свалилась. – Босс не верит во все это, поэтому с ним я даже говорить не смею.

– Ты про Ван Хуна? – вопросительно изогнув бровь, поинтересовался Юй Инь. Он хотел воспользоваться шансом и вытянуть из Хэ Муяня хоть какую-то информацию.

– Да, – кивнув, зеленоволосый юноша вновь замялся. – Босс никогда не верил в такие вещи, поэтому не разрешает нам даже упоминать об этом. Если он услышит, о чем мы разговариваем, то все будет кончено… Так что, пожалуйста, не говори боссу, что я приходил к тебе за помощью. Я боюсь, что ему это не понравится и мне не поздоровится.

Юй Инь кивнул: в любом случае социальные круги, где вращался Хэ Муянь, существовали по своим правилам. Их миры не пересекались, однако Юй Инь не возражал. О визите Хэ Муяня он бы не стал рассказывать.

Хэ Муянь сделал еще один глоток чая и, казалось, окончательно успокоился. Паника во взгляде уступила место безмятежности.

Послышались шаги. Юй Инь обернулся и увидел, что из кухни выходит Шао-ди Юй, который, вероятно, закончил свои дела.

– Похоже, ты боишься этого Ван Хуна? – усмехнулся Юй Инь. Он еще в больнице обратил внимание, что все, кто пришел с Ван Хуном, не разговаривали – вообще ничего не делали. И вот теперь, когда босса рядом не наблюдалось, Хэ Муянь осмелел и обрел голос – типичное поведение в ситуации, когда подчиненный боится главного.

Услышав это, Хэ Муянь надолго задумался и кивнул:

– Босс – сын руководителя парка развлечений, поэтому мы не смеем его ослушаться, тем более что мы работаем под его началом и все в его руках… Я сейчас говорю про деньги. Если ему что-то не понравится – он лишит зарплаты и даже бровью не поведет.

Вот оно что: Ван Хун – сын большого босса. Судя по тому, что Юй Инь успел услышать о месте, где работал А Гуань, вполне возможно, что Ван Хун связан с мафией – по крайней мере, это объясняло, почему он так высокомерно себя вел.

Как раз когда Юй Инь решил что-то сказать, откуда-то сбоку раздался звук, будто что-то упало. Он повернул голову и увидел, что Шао-ди Юй, который только-только решил уйти из гостиной, судя по всему, врезался во что-то и растянулся на полу с таким смачным шлепком, что Юй Иня передернуло от фантомной боли.

Не успел он воскликнуть: «Юй, что с тобой?» – как что-то резко щелкнуло, и комната мгновенно погрузилась во тьму.

Судя по всему, произошел перепад электричества.

– Вы двое, оставайтесь на местах и не двигайтесь, – крикнул Юй Инь, который среагировал мгновенно. Через непроглядную темноту он направился к тумбе, где стоял телевизор. Он знал, что на случай подобных неожиданностей его отец в нескольких местах разложил фонарики и аптечки.

Юй Инь дошел до телевизионной тумбы и достаточно быстро нашел фонарик. Щелкнув кнопкой включения, он сказал:

– Так, напоминаю, вы все еще не должны двигаться…

Он не договорил – в темноте перед ним внезапно появилось мертвенно-белое лицо. Юй Инь в испуге отшатнулся, и лицо это исчезло – так быстро, что он даже не успел толком рассмотреть его. И вдруг… снова раздалось уже до ужаса знакомое странное мяуканье, и звучало оно так близко, будто дикая кошка прямо у его ног.

Что это было? Чутье Юй Иня буквально кричало: что-то здесь не так.

– А-а-а-а-а-а-а!

Как только Юй Инь сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, с дивана вдруг раздались жалобные стоны, сдавленные, хриплые, словно стонавшего душили:

– Цзин… Отпусти… Цзин… Отпусти…

– Хэ Муянь! – тут же завопил Юй Инь, услышав его стоны.

Едва он повернул голову в сторону дивана, как его руку, пострадавшую от багажника такси, обожгла боль. Фонарь выскользнул из пальцев, которые разогнулись, будто по ним кто-то ударил, с грохотом прокатился по полу и внезапно погас.

В гостиной снова стало темно.

– Цзин, Цзин! – голос Хэ Муяня звучал все более хрипло и болезненно. Наконец не осталось ничего, кроме шипения, что вырывалось из его горла: – Цзин…

– Хэ Муянь! Держись! – Юй Инь не стал тратить время на поиски фонарика. Он схватил стоявшую рядом вазу, чтобы с нею наперевес броситься спасать Хэ Муяня. Юй Инь не знал, что творилось на диване, но, судя по звукам, Хэ Муянь задыхался.

Не успел он сделать и шага в ту сторону, как обо что-то споткнулся… или что-то бросилось ему под ноги? Юй Инь упал на пол, ваза выскользнула из его рук. Звон стекла дал понять, что ваза разбилась.

Вдруг что-то придавило Юй Иня к полу.

– Отвали! – Он принялся вырываться, но никак не мог ни скинуть с себя невидимое нечто, ни даже проползти вперед. – Тварь! Слезь с меня!

В порыве злости Юй Инь саданул кулаками по полу и зарычал.

Нечто, придавившее его тело, было таким холодным и твердым, что одна догадка была хуже другой, и волосы на голове вставали дыбом от страха.

В этот момент в гостиной вдруг замерцал свет. Юй Инь поднял голову и увидел, что пожелтевшие стены залиты кровью, а Хэ Муянь лежит на диване с широко раскрытыми от ужаса глазами и ртом, из которого торчит почти вырванный язык.

На нем сидела женщина с длинными черными волосами, которые полностью закрывали ее лицо. Кожа казалась такой бледной, что можно было разглядеть вены на ее руках, которыми она крепко сжимала горло зеленоволосого юноши, пока изо рта Хэ Муяня не пошла белая пена, а глаза не закатились, обнажив белки.

Юй Иня пронзило страшное осознание: это не тот диван, что стоит у них в гостиной, а стена за его спиной – не такая, как у них дома. Это другое место?

Где же он?

Раздался щелчок, и в комнате снова стало темно.

Спустя несколько секунд свет вновь замерцал. Все, что Юй Инь должен был видеть в холодном дневном свете, окрасилось багровым, словно дом утопал в крови. Женщина, сидевшая на Хэ Муяне, кажется, существовала и не существовала одновременно. Она появлялась и в то же мгновение исчезала.

Юй Инь понял, что именно он увидел.

Отчаянно пытаясь избавиться от чего-то, придавившего его к полу, он разглядел темную фигуру, которая собиралась подняться.

Точно. Шао-ди Юй.

Шао-ди Юй, судя по всему, не понимал, что происходит, но знал, что ему нужно делать. Он уперся руками в пол, попытался встать, чтобы осмотреться, и, шатаясь, поковылял к двери – видимо, собираясь открыть дверцу электрощитка и вернуть свет.

Мяуканье стало громче.

– Юй! Не трогай!

В этот момент Юй Инь увидел, как в щитке мелькнула кошачья морда, и потерял сознание.

Неизвестно, как долго он пролежал без чувств, но, когда очнулся, их дом вернулся в нормальное состояние – будто ничего и не было.

Горел яркий, приятный свет. На стенах не было ни капли крови. Все вокруг выглядело как дом, в котором жил Юй Инь.

Он осторожно приподнял голову и покачал ею. Боль в спине стала нестерпимой. Перевязанные раны на руке снова закровоточили, отчего бинты выглядели пугающе. Юй Инь был почти готов поклясться, что слышит, как отец отчитывает его.

Однако вокруг стояла мертвая тишина. Сидевший на диване Хэ Муянь исчез.

Все это не имело значения.

– Юй! – Юй Инь с трудом повернул голову и увидел Шао-ди Юя, лежащего на полу у стены. На белой стене туда-сюда раскачивалась открытая дверца электрического щитка, который выглядел как самый обычный щиток. Никакой кошки рядом не было. Даже ее тени и то не было.

Не обращая внимания на боль, Юй Инь поднялся, бросился к Шао-ди Юю и попытался поднять его.

– Юй! Очнись! – На белоснежном лице Шао-ди Юя были небольшие ранки, словно по нему прошлась когтистая лапа. Из носа шла кровь.

Подхватив младшего брата на руки, Юй Инь направился прямиком в его комнату и пинком распахнул дверь. Не заботясь более ни о чем, он поспешно положил его на кровать и прислушался к дыханию, потом проверил пульс и вздохнул с облегчением – было понятно, что Шао-ди Юй всего лишь потерял сознание. Юй Инь взял бумажные салфетки и принялся аккуратно промакивать кровь на лице новоиспеченного брата. Наконец всю кровь удалось убрать. Остались лишь царапины.

Когда Юй Инь решил достать дезинфицирующее средство, чтобы обработать их, до его слуха донесся скрип открывающейся двери, затем звук падающих на тумбочку ключей, а потом слишком знакомый голос, который он узнал бы из тысячи.

– А Инь, маленький Юй, мы вернулись, купили вам вкусняшек… – крикнул Юй Ся. Увидев, что в гостиной никого нет, он отбросил рюкзак в сторону и направился прямо к их комнатам. За ним последовал Юй Тун, который только-только захлопнул входную дверь.

– Ребята? Вы где? Что делаете? – Дверь в комнату Шао-ди Юя была широко открыта, поэтому Юй Ся и Юй Туну даже не пришлось ее взламывать. Они увидели двух своих детей: один лежал на кровати, а другой стоял рядом.

– Тут такое было… Кстати, дядя, вы, когда вернулись, видели кого-нибудь у двери? – тут же спросил Юй Инь, который сразу вспомнил ту пугающую сцену. Он не знал, что произошло с Хэ Муянем. Задушила ли его девушка-призрак?

– Кого-нибудь – нет, не видели. К вам друзья приходили? – озадаченно спросил Юй Ся.

Юй Инь покачал головой.

К этому моменту на этаж, где располагались спальни, поднялся и Юй Тун.

– В чем дело? – требовательно спросил он.

– Да… Только что… – Юй Инь начал было рассказывать, но осекся и покачал головой. – Проехали. Вы не поймете, что произошло, даже если я расскажу.

Братья-близнецы недоумевающе посмотрели друг на друга.

– Что с лицом маленького Юя? У него будто следы от когтей, – подметил внимательный Юй Тун. – Я схожу за аптечкой. Не знаю, есть ли там что-нибудь для профилактики столбняка… Возможно, придется отвезти его в больницу и поставить укол.

С этими словами он вышел из комнаты.

Юй Ся, прищурившись, долго смотрел на своих сыновей, но решил не давить вопросами – вместо этого он избрал другую тактику.

– Ты прав – мы не поймем, – вздохнул он и смерил Юй Иня пристальным взглядом. – Но всегда будем беспокоиться о вас, верно?

Юй Инь невинно заморгал, но тоже вздохнул:

– Ко мне сегодня приходил человек, сказал, что он друг А Гуаня… А потом…

Он коротко описал события, которые совсем недавно произошли у них в гостиной. В детали углубляться не стал – от одной мысли о том, что он видел, по спине пробежали мурашки.

Юй Ся внимательно слушал его и хмурился. Он привык к рассказам племянника о всяких странных событиях, однако в этот раз все было слишком серьезно. Он озадаченно спросил:

– Ты сказал, что тот человек – друг А Гуаня?

Юй Инь кивнул:

– Да. И что самое странное – он говорил то же, что А Гуань в коме.

Он задумчиво почесал в затылке и после паузы продолжил:

– Он кричал что-то вроде «отпусти меня». А еще называл имя – Цзин.

– Цзин?

Почему они опять услышали это имя?