В саду было прохладно, но плащ Его Величества, покоившийся на моих плечах, приятно согревал своим теплом. Луна висела высоко, заливая мраморные дорожки серебристым светом, но мне сейчас было не до красот императорских угодий. Я должна была собраться с силами, чтобы посмотреть в глаза родителям.

Служанки, которых прислал Шэн, сделали всё возможное. Моё платье снова сидело как влитое, волосы заплели в аккуратную, хотя и более простую, чем прежде, прическу, с лица стёрли следы слёз. Но лёгкая растрёпанность всё равно осталась - непослушный локон у виска, чуть сбившееся кружево на рукаве, едва заметный румянец, которого не было до ужина.

Гости уже расходились. Ужин закончился, и редкие пары прогуливались по аллеям, наслаждаясь последними минутами тёплого вечера. Я шла быстро, почти бегом, надеясь добраться до экипажа раньше родителей, но не успела.

- Арианна!

Взволнованная голос матери заставил меня остановиться.

Я замерла.

Матушка стояла на верхней ступени лестницы, ведущей в сад. Её лицо было слишком бледным. Рядом с ней возвышался отец. Он не говорил ни слова, но в его глазах плескалось нечто такое, от чего у меня сжалось сердце. Нет, мне не было страшно. Отец не навредит мне. И всё-таки что-то взволвновало.

- Где ты была? - мать спустилась на несколько ступеней, её голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. - Ты ушла одна. Никого не предупредила. Ни служанку с собой не взяла, ни компаньонку. Ты понимаешь, что для девушки значит её репутация? Что подумают люди, если увидят дочь генерала, разгуливающую по дворцу без сопровождения?

- Я не разгуливала по дворцу, матушка, - ответила я спокойно и постаралась улыбнуться. – Я просто должна была отлучиться.

- Отлучиться? - мать подошла вплотную и вцепилась в моё плечо. Её пальцы ощупали ткань платья, проверили застёжки, поправили сползшую ленту. Она замерла, глядя на меня. - Ты выглядишь иначе. Твой румянец... - она прищурилась. – Твоя причёска... Где ты была, Арианна?

Отец молчал.

Но его молчание было страшнее любых слов.

Я посмотрела на мать. На её испуганное, растерянное лицо. На лёгкую дрожь в пальцах, сжимающих моё плечо.

В прошлой жизни я бы расплакалась. Я бы бросилась к ней в ноги, умоляя простить, и рассказала бы всё, сбивчиво, путая слова, ища защиты и понимания.

В этой жизни...

В этой жизни я должна была стать жёстче.

Я не могла позволить себе оставаться той слабачкой, что никогда не шла против родительской воли, во всём старалась поддерживать супруга, который плевать на меня хотел.

- Я была в покоях Его Величества, - произнесла я отстранённым, почти чужим голосом.

Мать отшатнулась, словно я ударила её. Она схватилась за сердце, и я хотела броситься к ней, сказать, что всё это обман, что между нами не случилось то, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они остаются наедине, но... я заставила себя молчать.

- Где ты была? - переспросила матушка шёпотом, наполненным неподдельным ужасом. - Арианна... скажи, что я ослышалась. Скажи, что ты пошутила.

Отец сделал шаг вперёд.

Я видела, как его кулаки сжимаются. Как желваки ходят на скулах. В его глазах плескался гнев - тот самый, который он показывал лишь врагам на поле боя.

- Дочь, - его голос был низким, почти рычащим. - Ты хоть понимаешь, что говоришь?

- Я прекрасно понимаю, что говорю, - ответила я, не повышая тона. - Вы не ослышались. Я была в покоях императора. Вы ведь сами сказали, что иного выхода расторгнуть помолвку с принцем у меня нет.

- Выхода? - мать вскрикнула, забыв о приличиях. Один из проходящих мимо гостей обернулся, и ей пришлось прижать ладонь ко рту, чтобы сдержать следующий крик. - Ты... ты идиотка, Арианна! Ты погубила себя! Император никогда не признает этой связи! Ты для него - всего лишь игрушка на одну ночь, а теперь ты лишилась невинности, и никто не возьмёт тебя замуж! Даже принц Дамиан откажется от тебя, когда узнает!

Я слушала её и чувствовала, как внутри поднимается холодная, спокойная решимость.

Никогда не признает?

Как же вы ошибаетесь, матушка.

Я медленно подняла голову и посмотрела через плечо матери - туда, где на верхней террасе, в окружении охранников, стоял император.

Шэн смотрел на меня.

Не отстранённо, не равнодушно, как смотрел на других гостей. Внимательно. Выжидающе. С той странной смесью интереса и обещания, которую я уже видела в его глазах.

Я улыбнулась.

Одними губами.

Он кивнул.

Один короткий, почти незаметный кивок, который моя мать, поглощённая своим ужасом, не заметила. Им императора дал знать, что сдержит слово.

- Завтра, - уверенно заявила я, - император объявит, что я стала не просто его женщиной. Он назовёт меня своей супругой.

Мать замерла.

Отец - тоже.

- Ты... ты в своём уме? - выдохнула матушка. - Чтобы император... и вдруг женился на той, что должна была стать супругой его брата? Его невеста леди Джанэр. Он должен жениться на ней. Или тебя устроит роль наложницы? Арианна, это бред!

- Разве вы не рады? - спросила я, и в моём голосе прозвучала лёгкая, почти незаметная насмешка. - Вы же хотели, чтобы ваша дочь стала императрицей. Я ею буду. Просто не так, как вы планировали.

Мать открыла рот, но не нашла слов.

А отец...

Отец сделал шаг вперёд, продолжая гневно разглядывать меня.

- Императрицей? - процедил он сквозь зубы, и каждое слово давалось ему с трудом, словно он сдерживал желание зарычать. - Рядом с таким императором? Ты его даже не знаешь, дочь! Ты понятия не имеешь, что это за человек! Шэн Кэрроган - жестокий, расчётливый зверь, о котором ходят такие слухи, что у меня волосы встают дыбом! И ты хочешь связать с ним жизнь? Добровольно?

Я посмотрела на отца.

На этого сильного, смелого человека, который всю жизнь защищал империю, который воевал за неё, который верил в справедливость и честь.

Он не знал правды.

Он не знал, что Дамиан, которого он считал «хорошим парнем», предаст не только меня, но и всю страну. Продаст земли врагам. Растопчет всё, ради чего отец сражался.

- Мне кажется, - сказала я тихо, - я знаю его лучше, чем все остальные.

Отец замер.

В его глазах мелькнуло непонимание, потом - сомнение, а потом - снова вспыхнул такой яркий гнев.

- Что ты имеешь в виду?

- Ничего, - я отвела взгляд. - Просто поверьте мне. Хотя бы раз в жизни поверьте своей дочери.

Мать всхлипнула.

- Арианна, мы всегда верили тебе, но это... это безумие! Ты не можешь выйти замуж за этого человека... ты будешь несчастна рядом с ним.

- Я знаю достаточно, - перебила я. - Я знаю, что он не предаст. Я знаю, что он держит слово. Я знаю, что он не станет искать утешения на стороне, пока жена носит под сердцем его детей. - Я сделала паузу, глядя матери прямо в глаза. - А вы откуда знаете Дамиана? Вы тоже видели его всего несколько раз. И почему-то считаете его идеальным мужем для меня. Почему? Потому что он улыбается? Потому что он говорит приятные слова? Потому что он кланяется и целует вам руки?

Мать растерянно моргнула.

- Он наследный принц, он...

- Он никто, - отрезала я. - У него нет армии. Нет земель. Нет влияния. Его титул - пустой звук. И если вы думаете, что он сможет защитить меня, когда настанут тяжёлые времена - вы ошибаетесь.

Тишина повисла между нами слишком густая.

Отец смотрел на меня так, будто видел впервые. Мать прижимала платок к губам, не зная, что сказать.

- Я сделала свой выбор, - произнесла я, поправляя сползший с плеча плащ Шэна. - Вы можете поддержать меня. Или отвернуться. Но изменить что-либо уже не в силах.

Я развернулась и пошла к экипажу.

Не оглядываясь.

Не сбавляя шага.

С каждым шагом я чувствовала, как между мной и родителями вырастает невидимая стена. И знала, что разрушить её сможет только время. Они поймут однажды. И порадуются, что их дочь сделала верный выбор. Или проклянут меня и навсегда откажутся признавать.

Позади раздались торопливые шаги.

- Арианна! - мать догнала меня, схватила за руку. Её пальцы дрожали, по щекам текли слёзы. - Ты... ты хотя бы... - она запнулась, сглотнула. - Он не обидел тебя? Не угрожал? Это было насилие?

Я остановилась.

Вопрос матери ударил больнее, чем её гнев.

- Нет, - ответила я тихо. - Он был... благороден. Более благороден, чем я ожидала.

Мать выдохнула - не облегчённо, но с чуть меньшим ужасом.

- Тогда, - она сжала мою руку, - тогда, может быть, не всё потеряно. Боги дадут тебе сил, дочка. И мудрости.

Она отпустила меня и отошла к отцу. Тот стоял, опустив голову, и молчал. Я знала, что он переваривает услышанное, что внутри него борются долг, гнев и отцовская любовь.

Возможно, не сразу, но он примет моё решение и поддержит сделанный мной выбор.

Я села в экипаж, откинулась на спинку и закрыла глаза.

«Завтра», - подумала я.

Завтра всё изменится.

Император объявит о нашей помолвке. Дамиан узнает, что его невеста досталась брату. Разозлится? Попытается оспорить? Или же отпустит меня, думая, что во время восстания убьёт вместе с супругом? Ха!.. Пусть мечтает.

Я сделала первый шаг к своей мести.

Экипаж тронулся.

Я открыла глаза и посмотрела на дворец, который медленно удалялся, становясь всё меньше и меньше.

В одном из окон верхнего этажа мелькнул силуэт.

Шэн.

Он стоял у окна и смотрел мне вслед.

Я не видела его лица, но знала - он улыбается. Так же, как улыбался там, в комнате, когда резал свою ладонь, чтобы сохранить мою невинность.

Странный император.

Опасный и непредсказуемый.

Может быть, даже безумный.

Но мой.

С этого дня только мой.

Я прижала плащ Шэна к лицу, вдохнула запах дыма и старого дерева, исходивший от него, и закрыла глаза.

В этой жизни всё будет по-другому.