Разговор прервался, потому что в дверь постучали. И после разрешения вошла девушка с тележкой, заполненной чайной посудой и едой.

— Я распорядился, чтобы нам подали чай. А то пора перекусить. Спасибо, Берта, можешь накрывать, — приказал Винтер.

Пока девушка расставляла посуду и раскладывала закуски, я думала о произошедшем в моей жизни. Больше всего меня потрясло известие о том, что с Кэстэром мы давно помолвлены. Наши отцы подписали договор. И этот договор расторгнуть в принципе невозможно. Это как контракт о слиянии двух корпораций. Все. Дело сделано. Причем в нашем, так называемом высшем свете, принято спрашивать согласие только у жениха. Правда, чаще всего формально. Просто чтобы оценил, какую «лошадь» ему покупают. Если дочерей несколько, то он может выбрать ту, которая больше понравилась. А вот девушек не спрашивают никогда. Это считается даже дурным тоном, давать выбор той, которая появилась на свет лишь для того, чтобы скрепить очередной союз двух финансовых империй и наплодить наследников. А мой отец даже не посчитал нужным поставить меня в известность о наличии жениха. За кого же он меня принимал? И если считал такой недееспособной, почему не забрал с собой, когда сбегал?

А как же, кстати, мой бывший муж? И у меня возник резонный вопрос:

— Но как же Луиджи? Мы поженились, получается, когда уже было соглашение. Ведь еще раньше был заключён брачный контракт с Кэстэром. Как же возможен брак с другим без разрыва прежней договоренности?

— Ой, брось, Ниса, — отмахнулся Винтер, — в современном обществе добрачные связи не осуждаются.

— Как и послебрачные, — хихикнул доктор.

— Но я не о связях, я об официальной женитьбе.

— Ваш брак с твоим муженьком был браком-соглашением, — начал пояснять мэтр. — При такой форме брака оговаривается количество планируемых совместных лет, материальное содержание кого-то из супругов и тому подобное. По сути дела ты взяла своего Луиджи на содержание с соответствующими ежемесячными выплатами. Поэтому он и вел себя как капризная содержанка. Все время что-то требовал.

— Как взяла на содержание? — я была шокирована этим открытием. — У нас с Луиджи была настоящая свадьба…

— Ну вот так, — Винтер развел руками. — Просто, Ниса, хоть иногда читай, что подписываешь.

— А развод как же?

— Обычное расторжение временного брачного договора из-за измены. Все по закону.

— Я не пойму, так я была замужем или нет?

— И да и нет, — терпеливо начал объяснять мэтр. — В нашем семейном законодательстве существует две формы брака. Первая — постоянная, с договорами и обязательствами. И другая — временная. Во втором случае существуют взаимные договоренности, конечные сроки совместно проживания и никаких имущественных прав после расторжения договора. В наших кругах таких супругов, а чаще такие договора заключаются с женщинами, принято называть официальными содержанками. Ясно?

— Ясно, — пробормотала я все еще пребывая я ауте. Но тут же вспомнила. — А как же тогда суды по разделу квартиры?

— Это все цирк с той же целью, что и контракт с жиголо. Нужно было вывести тебя на отрицательные эмоции. А мерзавец за кругленькую сумму взялся терроризировать тебя поддельными исками.

— Кстати, когда исчез твой отец, ежемесячное содержание по договору твоему недомужу выплачивал я, чтобы, так сказать, сохранить легенду, — добавил с ехидством Винтер.

— Он и не на такое согласился за деньги, — со смехом вклинился доктор Дарис. — Твой отец заставил его сделать стерилизацию, чтобы у вас не было детей. Иначе бы свадьбы не было. И тот, чтобы пожить рядом с золотой принцессой и, как он рассчитывал, но просчитался, воспользоваться деньгами ее папы, сделал себя бесплодным. Хотя таким как он и не стоит размножаться.

Я сидела шокированная и не верила своим ушам. То, что у нас с Луиджи никак не получались дети, меня забеспокоило два года назад. Муж обвинял меня, и я долго и мучительно обследовалась. Проблем не обнаружили. А сам Луиджи от обследования отказался, заявив, что нам рано думать о детях. Подонок!

Потом меня поразила еще одна мысль и я ее озвучила:

— Но как же Дэрк согласился, чтобы я временно вышла замуж за другого? Это как-то не укладывается в моей голове, даже если изначально нас собирались поженить по договоренности.

— Разумеется, парень был в бешенстве, — пояснил мне Винтер. — Но мы его осадили. У него был десятилетний контракт с разведуправлением, по которому он не имел права на официальные отношения. Поэтому сам он жениться на тебе не мог. И к тому же все эти годы он не жил как монах. Он в некотором роде личность популярная. Кэстэр, как мне известно, за это время сменил около четырех десятков содержанок, не считая случайных интрижек. Его один раз даже хотел застрелить один лорд. Они с Кэстэром какую-то певичку не поделили. Да… Зорганец парень горячий…

У меня рот открылся и не закрылся…

— Кхе-кхе, — мэтр делано прокашлялся, чтобы разболтавшийся друг наконец-то замолчал, — Ты, Ниса, не вздумай Дэрку мстить и припоминать все, что он делал с тобой. Так было нужно. Он не хотел тебя мучить, но куда было деваться? Кэстэр рассудил так. Что лучше уж он сам все сделает, чем какой-то чужой мужик будет около тебя крутиться.

— И он не чета твоему бывшему. — опять влез Винтер. — Любишь ты всяких пуделей да болонок собирать. Когда ты начала сохнуть по этому слизняку Луиджи, мы посовещались и решили, что лучше тебе разрешить эту связь. А то потом ты будешь нас упрекать, будто бы мы сломали тебе жизнь. Мы твоего Луиджи терпели долго. Знали, как он таскался за каждой юбкой и тратил деньги твоего отца, пока ты горбатилась над исследованиями. Не больно приятно было видеть, как он делал из тебя идиотку.

— Как будто вы из меня ее не делали. Я ведь считала, что брак настоящий, а вы знали и тихонечко потешались.

— Почему ты считаешь, что все было ради смеха? — возмутился доктор Дарис. — Между прочим, это твой отец требовал не вводить тебя в курс дела. Он хотел, чтобы над твоей головой всегда было радужное небо. Чтобы ты спокойно занималась наукой, ничем больше не заморачиваясь. Потом планировал познакомить тебя с Дэрком, когда тот наконец-то выйдет в отставку. Радински был убежден, что на фоне зорганца твой альфонс померкнет и рассосется сам собой, без травмы для тебя. Вот так рассуждал твой папа. Он и про брачный договор с Кэстерами не планировал рассказывать. По его задумке у тебя все должно было случиться как в сказке. Случайная встреча с принцем, вспышка любви, предложение руки и сердца, потом свадьба с пиром на целое королевство. И все жили долго и счастливо и умерли в один день.

— Почему вам кажется смешным то, что папа желал мне счастья? — эта троица начинала вызывать у меня отвращение.

— Потому что твой отец вырастил из тебя восторженную дуреху, которая не читая подписывает документы и падает в обморок от слова трахаться! — Винтер почти накричал на меня, я даже вздрогнула от испуга.

— Самуэль, полегче, — возмутился мэтр Флит.

— А в чем я не прав? Ведь именно этим мы довели девчонку до приступа.

— В конце концов, мы все ее опекали и старались оберегать как могли, — возразил Винтеру и Дарис. — Она наша общая крошка, малышка с большими задумчивыми глазами, у которой вместо мамы, было четыре папы.

— Ты прав, мы все виноваты. И виноваты так же в том, что упустили тот момент, когда у Радински снесло мозги, и он впал в утопический гуманизм.

— Да, тут мы дали маху, — тяжело вздохнул Флит.

— И еще это необъяснимое притяжение ко всяким шавкам! — не унимался Винтер. — Это же надо было тебе обратиться именно к этому перевозчику и выбрать именно тот звездолет, которым управляет известный охотник за богатыми невестами! Ниса, ты просто приманка для альфонсов! Почему? Ответь мне…

Я его словесный выпад пропустила мимо ушей, потому что сейчас меня беспокоило совсем другое.

— И что теперь? — я перебила Винтера.

— В каком смысле? — не понял он, находясь в запале воспитательного процесса.

— Вы не смогли сломать кодировку отца. Дальше что? Я слышала о каком-то плане «Б».

— Теперь спектакль начнется для твоего отца, — пояснил мэтр Флит. — Мы делаем ставку на то, что у него еще осталась хоть какая-то любовь к своей дочери, и он не сможет наблюдать за твоими страданиями. И все-таки отправит тебе пусковое сообщение. А мы уж постараемся отследить его источник. Так, возможно, получится добраться до твоего отца.

— Постойте! — забеспокоилась я, — Вы сказали он не сможет наблюдать за моими страданиями. Что вы задумали?

— Успокойся, девочка! — вмешался Винтер. — Тебе ничего не угрожает. Это будет лишь фарс, большое красочное шоу специально для твое отца.

— Доверься нам, — с лучезарной улыбкой добавил Дарис.

— И что дальше? Что конкретно будет со мной?

— А дальше? Дальше ты выходишь замуж за Ситара, — с такой же обворожительной улыбкой, как у Дариса, сообщил мне Винтер.