Встречу мэтр Флит назначил на восемь вечера.

Зорганец вернулся в университет как раз к тому времени, когда нам только и оставалось, что запрыгнуть в такси и мчаться на большой скорости до конторы мэтра.

— Что, сладкая попа, заждалась меня? — он стиснул мое тело в своих горячих объятьях и смачно поцеловал в плотно сжатые губы. Просто всосался.

Я в этот момент таращила на него глаза и переваривала слово «попа».

Это он о чем сейчас? Попа у меня скромная, не в пример той же задницы Миры. Тогда к чему? Это опять какой-то грязный намек?

И вдруг, совершенно для меня неожиданно, а потому шокирующие, зорганец отвесил мне довольно-таки болезненный шлепок по заднему месту. Я аж вскрикнула и попыталась вырваться из крепких лап зорганца, но он не отпустил.

В этот момент я уловила легкий запах алкоголя. Он пьян!

— Ты что, напился? — возмутилась я. — Нам же к юристу сейчас ехать, а ты в таком виде!

— Да что мне кружка пива? Так, все равно что понюхать, не более того.

— Но ты ведешь себя как…

— Как? — он уткнулся мне носом в шею, отчего мне стало щекотно, и я невольно захихикала.

Зорганец продолжил водить носом по чувствительной коже, а потом взял и всосал кожу, да так сильно, что мне стало больно.

И только после этого негодяй освободил меня от своей удушающей хватки.

Я потерла шею в месте, где побывали его губы, потому что кожу саднило.

— Отлично! Теперь никто не посмеет сказать, что ты никому не нужная разведенка.

— Это ты сейчас о чем?

Зорганец в ответ только улыбнулся во все свои идеальные, жемчужные, подобранные один к одному зубы.

И до меня наконец-то дошло, что он натворил.

— Ты зачем это сделал? — я уставилась со злостью в его бесстыжие глаза и попыталась натянуть воротник блузки, но напрасно. Засос мерзавец поставил достаточно высоко и спереди. Специально. Не прикрыть ни волосами, ни одеждой. Только шарфом, которого у меня нет.

— А это для того, чтобы твой юрист убедился, что я не халтурю и честно выполняю свои обязательства по договору.

— Придурок, — это все, что пришло мне на ум.

Я развернулась и пошла на выход.

В контору мэтра мы ехали в молчании. Зорганец нацепил наушники и, кажется, задремал. Я же и не хотела с ним общаться из-за его выходок.

Особенно после последней сделанной им гадости. Вот зачем он меня пометил? И почему я позволила так с собой обращаться?

Проклятые феромоны. Поплыла от продажного мужика! Перед самой собой стыдно. Не знаю, настоящий он жиголо или только исполняет роль. Да какая разница. Все равно он — продажный! Потому что его наняли, а значит — он продался. И поэтому он в любом случае — жиголо.

А я — идиотка неуправляемая! Потому что, чувствую, мое падение в бездну предрешено. И этой ночью я скорее всего, не исключаю такой вероятности, попрощаюсь со всеми своими убеждениями и отдамся этому продажному мужику.

Позорище! А что делать? Я неуклонно сдаю свои позиции. Мерзавец начал делать все, что ему вздумается, даже не спрашивая. А ведь наверняка нанятый жиголо обязан строго следовать указаниям клиентки. А не наоборот.

Я со злостью посмотрела на умиротворенное лицо зорганца и вспомнила визит инспектора. А эту пакость я мерзавцу никогда не забуду! Надо же до такого додуматься! Гениталии я его оскорбила. Если вдруг этот эпизод когда-нибудь всплывет и о нем узнают мои знакомые, я не знаю, что тогда будет с моей репутацией. Даже одно то, что я всюду появляюсь в сопровождении этого кобеля, уже наложило несмываемое пятно на мой безупречный образ.

С другой стороны, может быть оно и к лучшему? А то больно стерильный у меня послужной список. Даже похвалиться нечем. Один единственный мужчина, да и то бывший муж, который мне изменил со своей секретаршей. Даже как-то неудобно перед людьми.

Такие глупые мысли крутились в моей голове, пока мы ехали по окружной дороге к центру, потому что напрямую в этот час не протолкнуться.

Но зато когда мы въехали в центральный район столицы, сразу же оказались на пустынной улице. Изредка нам попадались встречные авто, но по нашей полосе не ехал никто до самой точки назначения.

Улицы центра пустые лишь потому, что попасть в эту часть столицы можно только по специальному пропуску. В самом центре квартала расположен дворец семи советников, где также находится и рабочий кабинет императора.

Контора мэтра Флита обосновалась на четвертой улице начиная от центра. Это очень престижное место. Флит работает только с очень состоятельными и влиятельными людьми. Мой отец один из них. Не хочу говорить был, потому что, уверена, я это чувствую, что он жив.

А на семнадцатой улице относительно центра находится резиденция моего отца. Кстати, улицы в квартале располагаются радиально, таким образом, это даже не улица, а семнадцатая окружность.

Здесь, растянувшись по дуге, раскинулся своими многочисленными постройками исследовательский центр отца, где до сих пор трудится целый штат сотрудников. Работу контролирует ассистент отца, господин Натан. Неприятный человек, поэтому я с ним не общаюсь. Все новости о работе центра я узнаю от мэтра Флита. Разумеется, только ту информацию, которая не находится под грифом секретности.

— Мы на месте, — голос водителя такси вывел меня из размышлений.

— Эй, давай просыпайся, — толкнула я зорганца в плечо со всей силы, вымещая всю накопившуюся на него злость.

— Полегче, малышка! Рука у тебя тяжелая, оказывается.

* * *

Метр Флит встретил не как обычно — сдержанно, а теплыми объятьями. Видимо, и на него распространилось веяние переменных ветров. Что же, человеческое и ему не чуждо. К тому же мужчина всегда остается мужчиной, сколько бы лет ему не было и в каком бы статусе он не находился.

— Девочка моя, как ты? — он перевел взгляд на жиголо, который вошел в кабинет следом за мной. — А это твой бессменный сопровождающий? Помню, есть такой пункт в контракте. Значит, у вас фобия, молодой человек?

— Что за фобия? — зацепилась я за новую информацию.

— Не торопись, деточка, все по порядку. Ты присаживайся вот сюда, а вы, господин Сэйлер, вон на тот диванчик. Вы нам пока не нужны. Так что располагайтесь. Там есть напитки и закуски.

Метр обстоятельно устроился за своим рабочим столом, взял в руки распечатку контракта и поднял на меня глаза.

— Скажу честно, Ниса. Не буду тебя томить и дарить напрасные надежды. Как, говорится, дело дрянь.

— Так все плохо? — пробормотала я упавшим голосом. Страх прошил мое тело электрическим разрядом. А я так надеялась, что мэтр сможет все уладить.

— Что касается финансовой стороны вопроса, то тут вообще нет проблем. Эти три миллиона я прямо сейчас тебе перечислю, и мы забудем о твоем жиголо навсегда. Но! Так могла бы разрешиться эта ситуация, если бы она могла так разрешиться, но она не может так разрешиться!

Метр пролистал документ, вынул один лист и протянул его мне.

Я начала читать текст, изобилующий сложными медицинскими терминами из области психиатрии. До меня с трудом доходил смысл написанного, но кое-что все же в моем сознании вырисовывалось.

— Аутофобия? — изумилась я.

— Да, девочка, наш молодой человек, с которым ты имела неосторожность заключить контракт, страдает патологическим страхом одиночества. И это то самое обстоятельство, вокруг которого и закручен весь этот хитросплетенный документ.

Юрист покопался в планшете и продолжил:

— Я запросил разрешение на доступ к внутреннему реестру благотворительного фонда Милосердие. Там обнаружился один очень любопытный документ, — мэтр улыбнулся. — Оформлен он был полгода назад. Там числится заявка от некой гражданки империи, в которой она просит подыскать ей подопечного с легким психическим расстройством. Она, будучи профессиональным психологом, желает оформить опеку с целью оказания больному психологической помощи. А также больной ей необходим для исследовательской работы в рамках ее научного проекта. Эта дама попросила подыскать ей представителя зорганской расы.

— И эта гражданка — Ниса Радински, — перебила я мэтра.

— Именно так. Месяц назад эта заявка наконец-то была одобрена. А вчера в фонд пришло оповещение, что с их подопечным заключён контракт. И так как страдающий психическим расстройством мужчина профессионально занят в сфере досуговой физиотерапии, то стороны, а именно, ты Ниса и этот молодой человек, который сейчас вальяжно расположился на моем диванчике, пришли к взаимовыгодному сотрудничеству. А именно, с его стороны — это оказание услуг сопровождения и физиотерапевтических процедур, а с твоей, Ниса, — полное его содержание и создание комфортной для его психики среды. А если быть точным, твое неотлучное нахождение рядом с подопечным, так как несчастный до смерти боится оставаться один. Вот так девочка.

Мужчина показательно развел руки в стороны, демонстрируя свое бессилие в сложившейся ситуации, и продолжил:

— Я распутал этот клубок, Ниса. И ничего утешительного сказать не могу. Вчера, вместе с договор на оказание услуг досуговой физиотерапии ты подписала еще один документ, который тебе на руки не выдали. Так вот этот второй договор и является основным. И самым важным. Я бы даже сказал, судьбоносным.

Мэтр Флит взял паузу и внимательно посмотрел мне в глаза, будто бы пытаясь убедиться, слушаю ли я его. И припечатал:

— Ты, Ниса, умудрилась оформить пожизненное опекунство над гражданином Эмилем Сэйлером, который официально признан недееспособным. Все соответствующие документы прилагаются. Там, Ниса, целая пухлая папка всяких бумажек. Я их ради спортивного интереса распечатал. Хочешь, возьми себе на память. Вон на том столике лежат. И! Один интересный момент. Расторгнуть договор опеки имеет право только сам подопечный. Так что решение этого вопроса находится полностью в его сияющих голубым светом руках. Вот такие дела.

Я окаменела от осознания всей глубина пропасти, в которую провалилась.

— Посоветую лишь одно, девочка. В следующий раз читай документы, перед тем как их подписывать.