Лондон. Даунинг стрит, 10

Резиденция премьер-министры всё так же была тиха и пустынна, словно не творилась сейчас руками британок История по окончательному решению вопроса с Российской Империей. Но именно здесь был мозговой центр операции, которая и позволила Североатлантической Коалиции добиться значительных успехов с самого начала войны.

Находился он глубоко под резиденцией, защищённый магией сильнее, чем Букингемский дворец, а имели доступ в святая святых ещё меньше лиц, чем в саму резиденцию. Только лишь самые доверенные и обученные кадры.

Погружённый в полумрак зал подсвечивали только работающие артефакты связи, за которыми, надев огромные наушники, сидели операторы, внимательно слушающие эфир, то и дело принимая и отправляя сообщения. Один из козырей, позволявший фактической правительнице Британии оперативно узнавать обо всех изменениях на фронте и не только.

— Мэм, — обратилась одна из оператор к премьер-министре, развалившейся в глубоком кресле и читавшей последние сводки с восточного фронта, — Гамма-один не вышла на связь в назначенное время.

— Это которая была направлена в Иркутскую зону? — припомнила женщина, откладывая сводки в сторону.

— Так точно, мэм. Группы Альфа и Бета отчитались о выполнении. Группой Бета все цели достигнуты, группой Альфа — частично.

— Насколько?

— Русская императрица не убита, но серьёзно ранена.

— Плохо, — недовольно буркнула премьер-министра, — на нашей стороне были и внезапность, и преимущество в архимагинях и артефактах, но выполнено едва ли половина. Хорошо хоть с цесаревной решили. Но этого совершенно недостаточно.

Оператор молча слушала начальницу, ожидая указаний. Если у неё и было какое-то своё мнение на этот счёт, она его озвучивать не спешила. Премьер-министра любила демократию исключительно на словах, на деле, однако, существовало только одно правильное мнение — её. Советов она тоже не терпела ни от кого.

— Так, — наконец, определилась женщина, — передайте: группа Гамма-два и три приступить ко второму варианту и выяснить, что произошло с Гамма-один. А я пока схожу кое-что проверю.

Премьер-министра нетерпеливо поднялась с тихо скрипнувшего кресла, бросив сводки на стол, прошла к толстой бронированной двери, коснулась артефактной пластины, и сработавший на её аурный слепок замок негромко щёлкнул.

Парочка оператор, на секунду отвлёкшись, проводили ту взглядами. Уголки их губ чуть дрогнули, едва-едва намёком на улыбку. Они тоже были в курсе, что с неудачами премьер-министра обыкновенно предпочитает справляться с помощью своего секретаря и его кожаной плётки.

Впрочем, операторы были профессионалками и не позволили себе думать об этом слишком долго, вновь возвращаясь к привычной работе.

За дверью был длинный коридор, наполненный ловушками на случай несанкционированного взлома, а потом ещё одна дверь и снова зачарованная на личную ауру. И вот уже за ней располагалось место, которое все без исключения считали своеобразной комнатой отдыха премьер-министы. Местом, где та хранила свои маленькие, грязные секретики. Они одновременно были и правы, и не правы. Как минимум в том, что секретики были вовсе не маленькие. И премьер-министра искусно прятала их за ширмой извращённых сексуальных пристрастий неспроста.

Стоило ей появиться там, как склонившийся над артефактом личный премьер-министры секретарь поднял голову, блеснул стёклами артефактных очков и холодно поинтересовался:

— Чего тебе?

— Господин, — в голосе женщины прорезались верноподданнические нотки, — простите, что беспокою, но пропала одна из групп, оснащённых артефактом подчинения.

— Которая? — мужчина был лаконичен, как всегда.

— Гамма-один.

Бровь его чуть приподнялась, а затем, прищурившись, он пробормотал:

— Шестой ранг и два пятых. Они не должны были встретить серьёзного сопротивления. У противника не должно было быть никого сильнее четвёрки. Или ваша разведка подкачала?

— Неизвестно, господин, — покраснев от прилившей к щекам крови, — ответила женщина.

Ей было очень стыдно. По-настоящему стыдно, что она подвела его. Увидев это, секретарь смягчился и почти ласково произнёс:

— Ты не виновата. Как говорили в моём мире, первой жертвой любого боя становятся планы этого боя. У остальных групп как результаты?

— Императрица серьёзно ранена, цесаревна ликвидирована! — воспрянув духом, доложила премьер-министр.

— Хороший результат, — одобрил он, чем заставил женщину буквально просиять от радости, а затем, отойдя от сложного магического устройства, с которым он занимался, прикоснулся к ещё одному артефакту, заставляя тот вспыхнуть голографической сферой с множеством мигающих точек.

— Гамма-один, — пробормотал он, — увеличивая одну из областей сферы с одиноко горящей точкой в ней. — Занятно, занятно…

Поколдовал снова, заставив проявиться строчкам непонятных символов, взявшись задумчиво за подбородок, вчитался.

— А вот это уже интересно, — он взглянул на премьер-министру, жадно внимавшую каждому его слову, — два импланта зафиксировали гибель носителя и не активны, а вот один, судя по логам, активен. Правда, сигнал какой-то странный.

— Кто-то выжил?

— Вопрос интересный, — секретарь коснулся очков, — потому что, если я правильно понимаю, имплант носителя сменил. И при этом прежний носитель остался жив.

— Но это невозможно!

— Практически невозможно, — поправил тот женщину, — если не знать принцип действия и где его искать. Но раз сумели, значит кто-то знает больше чем нужно. И это как раз там, где находилась младшая дочь Императрицы…

Мужчина, оторвавшись от артефакта, задумчиво прошёлся по помещению. Замерев на месте, резко поднял взгляд на премьер-министру.

— Если я прав, то она, как и я, родом из другого мира.

— Кто — она? — не поняла сходу женщина.

— Младшая Романова. Я подозревал Императрицу, но по всему выходит, что с главной целью мы ошиблись. Поэтому Гамма-один не справилась. И другие группы, с большой вероятностью, успеха не добьются, если она действительно обладает подобными знаниями. А она обладает, другого объяснения нет.

— И что делать?

— Делать? — тут мужчина неприятно улыбнулся, — подключать мою личную группу — Сигма. Я иду в иркутский осколок.

— Но господин, нельзя так рисковать! Отправим все группы, которые есть, они справятся.

— Не справятся, — резко рубанул рукой в воздухе секретарь, — без меня не справятся. Только я могу оперировать магией Осколков. А без неё там делать нечего.

— Но у нас и так на фронте всё неплохо, что она сможет сделать одна, почти без армии? — всё пыталась отговорить его премьер-министр.

— Ну уж нет, второй раз я подобной ошибки не совершу, — хохотнул мужчина, — тёмных властелин надо давить, пока они маленькие. Иначе потом будет поздно.

* * *

Известие, что княжна и баронесса перескочили с четвёртого ранга на пятый, взбудоражило весь без исключения гарнизон. Ну, официрскую его часть точно. Как и почему, естественно, никто ничего не знал, а спрашивать у княжны — дур не было. К Лике, правда, парочка сослуживиц попыталась подкатить, но тут же нарисовалась полковница охранки и быстро особо любопытным носы прищемила.

В момент нападения на гарнизон, как я и думал, ей повезло быть в осколке, на одном из курируемых объектов, и вместе с персоналом она эвакуировалась через портал. Не скажу, что был данному факту рад до безумия, хотя полезность и необходимость этой дамы признавал. Ну, не любят армейские тайную полицию, не любят, в любом из миров.

Но, хоть доподлинно никто ничего не знал, путём коллективного обсуждения все внезапно решили, что это произошло не без моего участия. И ведь угадали. То ли профессора где-то лишнего болтанула, то ли попались кому-то на глаза, но в общем, спустя пару дней, у моих дверей уже переминалась с ноги на ногу целая делегация просительниц, готовых на что угодно, лишь бы я им помог вырасти в ранге.

Нет, их желание было вполне понятно. Стать сильнее, когда идёт война, желание благородное и патриотичное, но мне всё же казалось, что не последнюю роль тут играли сулимые повышением преференции. В основном дамы-официры у нас были третьего ранга, и повышение до четвёртого даровало дворянство со всеми вытекающими правами и статусом.

— Дамы? — я застыл на пороге, оглядывая выдвинувшихся при моём появлении вперёд майор, — чем могу служить?

— Ваше благородие, не для себя просим, исключительно для скорейшей победы над вражьей сворой! — напористо атаковала меня самая грудастая из них, мощным бюстом чуть не втолкнувшая меня обратно в комнату.

— Не сомневаюсь, — выставил я руку перед собой, удерживая дистанцию, — но ничем помочь не могу.

— Ваше благородие, если вам что-то надо…

— Что мне надо, уже у меня есть, — чуть резче ответил я, но затем, смягчившись, добавил, — если бы я мог — поднял бы в ранге всех, но это, к сожалению, невозможно.

— Значит, это точно были вы!

— Тьфу на вас! — проклял я сам себя за излишнюю доброту, — не я это был, вернее, этот способ подходит не для всех.

— Значит способ есть!

— Тьфу на вас три раза! — я начал закипать, видя просто непрошибаемую, почти ослиную упёртость официр, решивших, что они просто плохо просят, а я ломаюсь, как мальчик. — Говорю же, ничего не выйдет.

— Вы даже не попробовали, — раздался чей-то обиженный голос.

— Не зачем пробовать, когда я и так знаю результат. Всё, дайте пройти!

Практически протолкавшись через толпу, я стремительно пересёк коридор и, почти бегом спустившись по лестничному маршу, рванул к башне, где проводил большую часть времени, медитируя возле кристалла концентратора для быстрейшего восполнения резерва. Полностью опустошённый в бою тот ещё увеличил объём и теперь плюс-минус был равен тому, что у меня был в бытность генералом.

Честно говоря, я думал, что за несколько часов дамы несколько поостынут и успокоятся. Наивный. Стоило мне показаться из башни на обед, как меня вновь встретил укоризненный взгляд пары десятков официр. И ладно бы встретил. Они же натурально таскались за мной по крепости, не давая нормально поесть и, извините, оправиться.

Я просил, требовал, под конец угрожал, но ничего не возымело действия. И можно было, конечно, пожаловаться княжне, но было как-то даже стыдно. Они ничего не делали, просто ходили за мной по пятам и смотрели такими взглядами, словно я был самым гнусным предателем и обманщиком. И ведь правду не скажешь, что княжна с баронессой смогли такое провернуть, потому что в них кровь перерожденки из этого мира, и поэтому они могут повышать свой потенциал за счёт магии Осколков. Вот и приходилось делать вид, что их не замечаю.

Наивный. Вытерпел я лишь до вечера следующего дня, после чего плюнул, благо резерв почти заполнился, поднял роту и умотал всей толпой через портал в крайний осколок, оставив всех вожделеющих повышения в ранге в крепости. Покинуть её без разрешения Ольги они не могли, поэтому им оставалось только кусать локти и ждать моего возвращения. Вот только я предполагал, что будет это не так скоро, если действительно получится пробить телепортационный канал до материка, как я называл оставшуюся целой часть моего прошлого мира.

Правда, нескольким счастливицам повезло оказаться в свите великой княжны, которая тут же отправилась следом за мной, не желая пропустить момент. Похоже, возможность оказаться в совершенно другом мире пересилила даже её мрачный, после всего произошедшего, настрой. Со мной она, впрочем, общаться не спешила, лишь угрюмо куталась в офицерскую шинель, с некоторого удаления наблюдая за тем, как я подготавливаю ритуал. Лика находилась рядом с ней, продолжая быть в свите царевны, а может уже и цесаревны, если гибель старшей дочери императрицы подтвердится, бросая на меня странные взгляды, но тоже подходить не торопилась, чувствуя, что между мной и княжной произошло что-то не совсем приятное.

Мы не успели поговорить, чтобы расставить все точки над «ё», хотя её явно интересовало, что же произошло, что Ольга тоже взяла пятый ранг. Но не было подходящего момента. Наверное.

Я вновь был на месте, где пограничный гарнизон покинул осколок. Глаз вновь коснулся трёх десятков ящиков с субстанцией, с чьим содержимым я так и не определился, как поступить. Самым сильным желанием было найти маленький осколок, закинуть всё это добро туда и закрыть его, уничтожив находящихся там тварей. Это бы гарантировало, что когда он схлопнется, эти ящики более никто и никогда бы не увидел. Но такой осколок ещё надо было найти. Впрочем, были ещё несколько доступных направлений через портал, куда я ещё не ходил, возможно, за одним из них искомое и могло быть найдено.

Обновив рисунок на земле, я приготовился напитывать его силой, как вдруг произошло сразу несколько вещей.

Меня коснулась волна прошедшей по земле магии, а в следующий момент стоявших на пригорке женщин накрыл сильнейший удар. Настолько сильный, что две Чародеи его не сдержали бы, даже полностью готовые к бою. Вот только я в последний момент готовую вырваться из рук ману для напитывания магической печати инстинктивно перенаправил в защитный барьер, прикрывший обеих девушек.

— Занятно, занятно, — раздался мужской голос, а затем воздух пошел рябью, и снятое заклинание невидимости открыло перед нами почти десяток противников во главе с парнем, на вид чуть старше меня, глаза которого закрывали очки в тонкой оправе. — Как я и думал, магия осколков. Ваше высочество, позвольте спросить, как вас звали в прошлой жизни?

Парень был не прост. Очень непрост, хотя бы потому, что знал про местную магию и распознал её применение, а уж его вопрос мог означать только одно: передо мной был такой же перерожденец, вот только, судя по акценту, родился он совсем не в России. Правда, одну ошибку он всё же совершил. Не понял, что защита исходила от меня, ошибочно отнеся её на счёт Ольги. И это тоже означало, что он догадывался о иномирной природе членов императорской семьи. Умный, самка собаки. Но просчитался. И это давало мне шанс. Даже не смотря на то, что в группе поддержки у него было аж три арканы. Вот только тут не Земля, а значит, всё ещё можно повернуть в нашу пользу.