В это время в Сигинтуме боевые порядки короля Фольктрима подверглись атаке сразу с трёх сторон.

Гоблины, которые тоже не так уж плохо знали город, обошли баррикады и безошибочно напали на гномов.

Надо сказать, что пополнение из Алатора координировал, по мере сил — Новак, у которого чуть кровь из ушей не лилась от напряжения.

Гномы получали приказы, но не всегда дисциплинированно их выполняли. Кто-то отвлекался на помощь там, где считал нужным, кто-то не мог сориентироваться в незнакомом для них городе. Всё же жители Туманных гор жили более чем за четыре тысячи километров от Эсцерка.

Тем не менее Новак заткнул все дыры в обороне города, восстановил контроль над стенами, прикрыл магов, которых чуть не порезали на лоскуты пронырливые гоблины.

Но участок «короля Фольктрима» он считал безопасным, потому что его величество с гвардией держал пролом незыблемо, отбив уже шесть наружных атак.

Однако Новак не учёл, что враг тоже придал этому участку значение и «в моменте» смог ударить по королю с двух соседних улиц и через пролом одновременно.

Гномам пришлось туго. И, быть может, гоблинам даже удалось бы выбить или сдвинуть гномий хирд, однако в это время на помощь к гномам пришёл Первый батальон Первого полка.

Хайцгруг ударил в спину серым гоблинам.

Я видел состояние и тех, и других. Несмотря на то, что запасы энергии моих алтарей стремительно таяли вследствие поддержки магов в Сигинтуме и Порт-Арми, из-за работы порталов и поддержке пехоты Гришейка, позволил себе буст Первому батальону и гномам Фольктрима.

Хайцгруг уловил подход закованного в броню отряда гоблинов и ударил им в спину. Причём хладнокровно дождался, когда гоблины достигнут ряда щитов гномов и будут связаны боем.

Орк был матёрым воином и через несколько секунд стал вдавливать гоблинов, которые вообразили себя хищниками, напавшими на овечек, в гномью сталь, как сыр в тёрку повара.

Фольктрим с лёгким удивлением смотрел на то, как его фланг спасают орки и люди. Как здоровенный орк прорубается через гоблинов, словно сумасшедший лесоруб через молодой лес, оставляя после каждого удара убитого или покалеченного гоблина.

Тем временем гномы всё ещё были в критически трудном положении. Королю пришлось перегородить две улицы и навалиться на пролом и везде нужны были гномьи руки и силы.

И пока большая часть воинов держала пролом, где творился форменный ад, и правый для короля фланг спасал Первый батальон, гоблинам удалось сдвинуть плотный строй левого фланга.

Однако орк, казалось, предвидел это.

За его спиной широким клином двигались двадцать матёрых закованных в гномью броню орков.

— Наша работа, — некстати вспомнил король и с тоской посмотрел на фланг, который терял строй и грозил катастрофой.

Тем временем Хайцгруг добрался до строя щитов гномов, перебив всех гоблинов на этом участке.

— Рррраздвинуть щиты! — рявкнул орк и гномы, которые уже понимали, что перед ними союзник, чуть подались в сторону образовав для Хайцгруга проход.

Орк, надо сказать ничем не показал удивление от такой реакции, от того, что гномы исполнили его странной формы приказ/просьбу и через секунду прорвался внутрь гномьих позиций.

За ним следовали его личные дюжины, самые матёрые и сильные бойцы его батальона.

И одновременно группа самых отчаянных серых гоблинов, проломив ряды гномов-щитовиков на левом фланге, рванулись в стороны пролома. Чтобы ударить в спину гномам, которые держали его постоянный яростный натиск. Наперерез к ним по брусчатке пробежали орки Хайцгруга.

Щитовики короля Фольктрима собирались стать, как последняя линия защиты своих бойцов, за их спинами и даже развернули щиты и короткие гномьи копья к бою.

И ровно в тот момент, когда волна гоблинов достигла короля, в них врубились орки.

На крохотную долю секунды по линии соприкосновения прокатилась волна напряжения. Старые инстинкты заставили орков и гномов вздрогнуть от столь тесного соседства.

Рефлексы требовали немедленно ударить по историческому врагу.

В самом эпицентре этого кровавого хаоса был Хайцгруг.

Всё, как он любит!

Внезапно наклонившись, он сделал подсечку, буквально срубил ногу гоблину который летел на щит короля Фольктрима. Его величество, не по-королевски матюгнувшись, ловким колющим ударом отправил гоблина в страну вечной охоты.

Следующего Хайцгруг сшиб плечом, благо он был выше, тяжелее и сильнее практически каждого серого гоблина. Потом широким рубящим ударом отсёк сразу две головы набегающих противников.

Гномы сдержали накат волны гоблинов.

В образовавшейся бреши по левому флангу гвардейцы короля стремительно перестраивались, вытаскивали своих, прикрывались щитами. Ну а в центре боя царствовали закованные в гномью броню орки и лично Хайцгруг.

Король гномов встал вплотную к Хайцгругу и принял на свой тяжёлый щит удар, предназначенный в спину орку. Бронированный металл со звоном отразил град вражеских ударов, король сделал три резких выпада…

Правитель Туманных гор прикрывал спину орочьему командиру.

— Предки прокляли бы меня за этот строй, — голос Фольктрима прозвучал ровно, перекрывая лязг стали. — Но сегодня здесь нет врагов, кроме этих серых тварей.

Хайцгруг не ответил пафосной речью. Он коротким рыком сместил своих бойцов.

Со стены спешно спускались Мурранг и Хрегонн.

На крышах мелькнули быстроногие эльфы.

— Что так долго, друг-эльф? — внезапно, на ломанном эльфийском, пробасил Хайцгруг, не глядя наверх.

— Знаешь, стрелы нынче дефицит, пришлось отнять у наших новых гостей! — на крыше красовался Лиандир, которых коротко взмахнул рябым оперением гоблинской стрелы.

Эльфы орудовали трофейными стрелами и это были эльфы Сводной роты. Эльфы, орки, гоблины (наши, гиннские), гномы и люди.

Цвет Штатгаля бил с крыш по гоблинскому прорыву, каждой секундой истребляя врага.

Эйтри орудовал своим молотом чуть левее. Кровь сочилась из глубокого пореза на плече главы кланов и сам он, оставив в туннелях своих бойцов, дрался, чтобы прикрыть своего короля.

У них были откровенно непростые отношения, но сейчас, в бою, всё было как раз-таки просто.

Вот твой враг, вот твой друг. Умри или дерись, изволь победить или проиграй, сдайся или терпи боль.

У пролома стены-скалы Сигинтума дралось необыкновенное количество моих друзей и переплетались судьбы.

Когда последний эшелон гвардии Оша прошёл через кольцо, я снял Фомира с удержания портального контура.

Новак получал всё новые и новые роты, пусть даже не особенно дисциплинированные, вредные и со сложным характером. Но направляя их в разные части города, он укреплял оборону, пока гоблины стремительно теряли силы.

Гоблины дрались, не ведая усталости, не зная, что командующий ими бог Тейл сейчас занят.

И в то время, когда Фомир бежал к крепостной стене Сигинтума чтобы обрушить на жрецов серых гоблинов свой гнев, я открывал пространственный переход для одного, но очень важного бойца.

Телепортационная арка раскрылась прямо над бушующими волнами непосредственно в море перед Тейлом.

Магия перенесла белого тролля вместе с оружием прямо в море.

Тайфун не особенно велик, если сравнивать с Тейлом. Четырёхметровая фигура Тайфуна с брызгами рухнула в воду перед колоссальным божеством. Габариты тролля выглядели смехотворно на фоне морского гиганта.

Тейл был размером с гору, кроме роста, он был ещё и массивным, тяжёлым, широким. Чтобы прокормить такую громадину, нужно было очень большое количество рыбы или чем он там питается.

Тейл конечно же заметил, что что-то там плюхнулось в воду перед ним, но не придал этому большого значения.

Что мог я, простое недавно инициированное божество с коротким сроком жизни противопоставить ему? Детонирующий артефакт? Боевую магию? Яд?

Он был защищён от всего, что я знал или мог знать, он был силён и по праву считал себя самым крупным существом в Гинн.

При этом он забывал, что в прошлый раз богам всё же удалось его убить, пусть он и воскрес впоследствии.

Я сформировал энергетические каналы к четырём подчинённым мне алтарям и стал накачивать Тайфуна энергией, прекрасно понимая, к чему это приведёт.

У большинства богов есть несколько «обликов», как у простого оборотня — тел. У них есть возможность использовать пустую проекцию, так проще всего и безопаснее.

Титаны, насколько я понимаю, так не делали, у них было одно «тело». В этом смысле Тайфун балансировал на некоем компромиссе. Он умел увеличиваться, становясь безусловным титаном, но и уменьшаться, при этом это всегда было одно и то же тело, но в разных состояниях.

Сейчас у него не было под рукой тысяч верующих, но был я и алтари.

Тело белого тролля начало стремительно увеличиваться. Мышечная масса расширялась, с глухим гулом раздвигая солёную воду.

Рост завершился с оглушительным треском рвущегося пространства.

Вокруг Тайфуна буквально ходили хороводы вихри и небольшие смерчи, били некрупные молнии, а вода покрывалась водоворотами. Всё-таки титан — это воплощение природы, чудо нескольких стихий.

Дубина выросла вместе с владельцем, вытянувшись в чудовищный ударный инструмент.

Несколько секунд и белокожая скала мышц сравнялась габаритами с морским богом.

Тейл с немалым удивлением воззрился на существо размером с себя. Ещё бы, со времён падения титанов такого не случалось.

— Как ты смеешь, слизняк, угрожать моему городу и моим друзьям! — рёв Тайфуна был страшен.

Защитники Порт-Арми, рыболюды и мертвые легионы Танкреда застыли при виде появления второго гиганта.

Мой ход в этой игре — противопоставить Тейлу равного противника и надеяться, что мой слон заборет вражеского.

Стремительное расширение тела Тайфуна вытеснило из моря большие объёмы воды.

Тейл захватил вытесненный объём и наполнил его собственной направленной волей.

Через несколько секунд перед Порт-Арми начала расти стометровая стена воды.

Океан превратился в нависающую зелёную толщу, готовую обрушиться вперёд.

Я присвистнул. Ну да, прошлая волна легко была побеждена стенами города. Но такая волна… Вот ведь чёртов ублюдок!

Такая волна могла уничтожить город и всю береговую линию за считанные мгновения.

И это же время Тейл атаковал.

Вообще Тейл выглядел, как нечто среднее между очень толстым осьминогом и большим панцирным моллюском. Только панцирь был поросшим всякой хтонью, наростами и водорослями и по прочности скорее всего превосходил гранитную скалу.

Впрочем большая часть тела этого водоплавающего хрена была снаружи, это множество щупалец, на которые он опирался и ещё часть, которыми мог манипулировать. Например — ударить.

Из воды вздыбились несколько крупных щупалец и синхронно опустились на плечи Тайфуна, однако тот оказался не лыком шит.

Взмахнув своей дубиной, он напрочь оторвал одно такое щупальце, а парочку явно размозжил.

Некоторые достали Тайфуна, но он тоже не стоял столбом, а ловко выскочил из-за них.

Иные щупальца были увенчаны костяными наростами и они даже попытались зацепиться за Тайфуна, но не смогли, хотя ощутимо оцарапали.

Дубина Тайфуна, на широком взмахе вытянутой руки титана достала до Тейла и ударила его между глаз.

Удар не был особенно сильным, потому что Тайфун не наносил его по всем правилам. Белокожий титан скорее танцевал вокруг щупалец, но сам факт получения такой плюхи Тайла в первый момент обескуражил.

Казалось, весь мир его негуманоидной надменности дал трещину.

Пространство за моей спиной пошло волнами.

Воздух заискрил, за моей спиной стали появляться существа.

Собственно… На каком-то интуитивном уровне я уже знал, кто это будет. Чувствовал их или даже — предчувствовал, словно маленький кораблик в море ощущает дыхание кита.

За моей спиной возник Парганас. Солнечный бог, глава Пантеона Живых богов. Он собственной персоной стоял за моей спиной со скрещенными руками, как верховный судья и палач.

Я обернулся посмотреть на него и на остальных. Невежливо стоять к богам спиной, даже когда такая битва. По крайней мере, можно и поздороваться.

Блондин, а если точнее, то золотоволосый, чьи волосы, согласно легендам, светились цветами солнечного цвета и были подобны речам, красивый и, несомненно сердитый. Обычная европейская внешность, если не считать того, что даже самый невнимательный заметит, что он вообще не человек, такая в ней была сила и власть.

Полмос, крепкий здоровяк с седыми волосами, убранными под ремешок, весь в шрамах, жилистый и крепкий, как корень дуба. Он держался левее, спокойный и внимательный, с дорожной пылью в складках красного, то есть цвета крови плаща.

Тотус был тучен, высок, полноват, спокоен, с голубыми, как воды океана, глазами. Это был бог океанов и морей.

Скафс, бог-кузнец, напротив, давил вокруг жаром. Григгас, покровитель орков, бог-вулкан сейчас нёс с собой запах крови, дыма и сухого песка.

Перкидай был одет в нечто наподобие костюма, его даже можно было бы принять за клерка с Земли. Он был спокоен и даже, кажется, дружелюбен.

Индо, Бриггун и Сфемата обозначились чуть дальше. Богини и боги красоты, семьи, искусств и сплетен демонстративно не лезли на первые роли в той ситуации, в которой мы оказались.

Аная и Дикаис хранили дистанцию, но не отводили взгляда от воды, где Тайфун удерживал Тейла.

Пантеон явился не для помощи в войне. Высшие сущности пришли судить смертного командира прямо в разгар сражения.

— Ты нарушил великий запрет, смертный, — голос Парганаса ударил тяжёлым набатом, подавляя шум прибоя и звуки драки между Тайфуном и Тейлом. — Ты посмел воссоздать Титана.

Верховный бог Солнца не задавал вопросов. Он прямо обвинял меня.

Остальные фигуры хранили давящее молчание. Они не отделяли Тайфуна от своих древних страхов перед исконными врагами Пантеона, перед теми временами когда боги были всего лишь мелкой оппозицией перед титанами.

За спиной раздался влажный хруст. Тайфун вцепился зубами в одно из щупалец Тейла и ударил его кулаком, как в пьяной драке.

Парганас указал сияющей дланью на нависающую зелёную стену океана.

— Одно твое действие поставило под угрозу десятки тысяч жизней. Ты собирался спасти этот город, но привёл его к краю гибели.

— Знаешь что, дорогой мой, — ответил я совершенно серьёзно. — Меня наняли зачем?

— Зачем? — хитро прищурился Тотус, бог океанов.

— Победить Мёртвых богов. Я заключил сделку. И при этом не обещал, что всем понравятся мои методы, мои решения и моя воля. Я вам не золотой марк, чтобы всем нравится.

— Такое себе сравнение, — прокомментировала Индо.

— Ну, серьёзно. Я разве обещал изящных решений? Обещал, что побью Нёргал в честной драке.

— Ну, — оскалился Григгас. — Ты же победил.

— И ты помог мне, прародитель орков. И не только ты. И не было это честно. Я снёс целую армию, возможно крупнейшую, при помощи подлой алхимии, о существовании которой она даже не догадывалась. Война — это путь обмана, дорогие мои. Так сказал Сунь Цзы и у меня нет поводов ему не верить. Война ждёт от меня победы. Вы лучше разбираетесь в магии, в работе солнышка и красоте людей. Но мне не ровный загар надо нанести на Тейла, а убить к едрене фене. Ядерной бомбы у меня нет, так что извините, работаю чем могу.

— Я даже не знаю что такое ядерная бомба, — ответил Скафс. — Но то что ты сделал, однозначное преступление против самих богов.

— Я не обещал вам удобных решений, — мой голос прозвучал ровно, без попытки перекричать грохот битвы. — Я обещал выиграть вашу войну.

Я повернулся и ткнул пальцем вперёд, туда где располагались ряды короля Танкреда.

— Вот! Мертвецы держат щиты ради выживания живых. Ваших, заметим, подопечных. А Сигинтум? Ты видел, Григгас, гномы дерутся плечом к плечу с орками против общего врага. Расизм? А на кой он мне? Древние запреты работают ровно до того момента, пока не начинают мешать победе. Если запрет стоит между моим городом и вражеской армией, он будет нарушен. Меня интересует победа, а у вас какие планы? Ослепить Тейла своей красотой?

Полмос выступил на полшага вперёд.

— К чему эти слова, смертный?

— Бог войны, прошу тебя о помощи.

— Ну… Это честная просьба. Я помогал тебе раньше, — голос бога дорог и странников прозвучал на удивление обыденно. — Помогу и сейчас. И продолжу помогать, хотя бы потому, что ты в некотором роде безумно честный, хотя и пытаешься сейчас выглядеть как обманщик и хитрец.

Тотус поднял руку.

— А меня не хочешь попросить о помощи?

— Всех вас прошу! — повысив голос, сказал я. — Это наша общая война, наш общий враг. Тайфуну нужна помощь. Да, он титан, но именно он делает за вас всю грязную работу.

— Ну, стало быть, я помогу, — ухмыльнулся Тотус.