— Например, я, — сказала я.

— Ага, — он проглотил ещё один кусок. — Я должен добавить, что это их выражение, а не моё. Здешние феи могут показаться привилегированными маленькими засранцами, но ты будешь удивлена их богатым опытом в разных областях. Не все они наивные ангелочки.

— Это я тоже поняла, — пробормотала я и вздёрнула подбородок. — Итак, как бывшая фея кайфа, я считаюсь более способной защитить себя от потенциального похищения, чем другие, — я почувствовала, что моё настроение скисло ещё сильнее. Тогда я действительно попала сюда не благодаря своим заслугам.

— Как ты думаешь, это правда? — спросил Билли с искренним любопытством. — Ты круче их?

Я пожала плечами.

— Теоретически. Полагаю, это ещё предстоит выяснить, — я сморщила нос. — Знаешь, ты меня не очень-то подбадриваешь.

— Я хотел сказать, — продолжил он, — что никто на самом деле не ожидает, что ты будешь классной крёстной феей. Они все ожидают, что ты будешь дерьмовой. Отдел кадров злится, что им приходится тратить время на твоё обучение. Другие крёстные феи не воспримут всерьёз ничего из того, что ты скажешь или сделаешь. Некоторые, вероятно, думают, что ты шпионка, посланная выяснить, кто из нас похищает своих коллег.

Я крепко сжала руки.

— Хотя на деле я здесь для того, чтобы пополнить численность и пускать в ход кулаки, если до этого дойдёт.

Он кивнул.

— Это официальная версия.

— Итак, — тихо спросила я, — какова неофициальная версия?

Он мрачно посмотрел на меня.

— Ты уверена, что хочешь это знать?

Мой ответ был твёрдым и мгновенным.

— Да.

— Это всего лишь предположение, имей в виду. Следует признать, что моё предположение основано на тех шепотках, которые мне удалось услышать здесь, но оно не имеет под собой никаких конкретных оснований. Если я прав, то власти держащие не захотят, чтобы кто-то в офисе знал правду.

Я не отвела взгляда.

— Выкладывай. Скажи мне правду.

— Ты приманка, — Билли произнёс это с удручающей решимостью.

— Приманка?

— Ты не из знатной семьи фей. Если ты пропадёшь, как остальные, то… шума будет меньше.

Я сжала кулаки, забыв, что в левой руке у меня была часть моего сэндвича с рыбными палочками. Он развалился на рыбные крошки, которые рассыпались по столу.

— Я — расходный материал.

Он, по крайней мере, выглядел слегка смущённым.

— Не совсем. Но ты менее, — он слегка поколебался, — незаменимая, чем другие. В глазах некоторых фей, — поспешно добавил он. — Руперт обычно занимается распределением большинства клиентов, но он не назначал клиентов тебе, что бы он там ни говорил. Твой список был составлен сверху. Это само по себе ничего не доказывает, но если учесть этот маленький факт в совокупности со всем остальным…

— Меня вывешивают на видном месте в надежде, что похититель предпримет ещё одну попытку.

— Я так думаю. За тобой, вероятно, будут следить каждый раз, когда ты отправляешься на встречу с клиентом. Разумеется, незаметно. Они не захотят раскрывать тайну.

Я вспомнила о тени, мелькнувшей как раз в тот момент, когда меня оторвали от Люка Уэллса. Внезапно всё стало обретать смысл.

— Они разозлятся, если я не окажусь следующей, кто пропадёт, — сказала я. Мне было сложно усидеть на месте. Чего мне хотелось, так это встать и начать швырять предметы по комнате. Тяжёлые предметы. По причинам, которые я не могла до конца сформулировать, меня особенно раздражало, что Адвокат Дьявола явно участвовал в этом плане. Я думала, он порядочный парень. Вместо этого он обращался со мной так, словно я была не более чем вкусным червяком, болтающимся на конце волшебной лески.

Билли сочувственно посмотрел на меня.

— Не принимай это на свой счёт.

— Как-то сложновато.

Он поджал губы.

— Тебя выбрали, потому что они думают, что ты можешь позаботиться о себе. Тебя выбрали не потому, что они думают, что у тебя есть неиспользованные таланты в исполнении желаний.

— То есть ты хочешь сказать, что я не должна корить себя за то, что я такая дерьмовая? — я глубоко вздохнула. — Вместо этого я должна дождаться появления страшилища, чтобы оно могло избить меня и отрезать мне уши в процессе, — последнюю часть я произнесла легкомысленно, но мой собственный выбор слов заставил меня задуматься.

— В чём дело? — спросил Билли. — У тебя такой вид, будто ты о чём-то задумалась.

— Такое случается, — ответила я. Не то чтобы большинство людей здесь подумали, что я способна мыслить разумно.

— Знаешь, это может быть неправдой, — напомнил он мне. — Возможно, ты здесь вовсе не в качестве приманки.

Я улыбнулась. Мне не нужно было смотреть в зеркало, чтобы понять, что улыбка не затронула мои глаза. Я расправила плечи и вздёрнула подбородок. Я, конечно, не чувствовала себя счастливой, но где-то глубоко в животе вспыхнул новый интерес и целеустремлённость. Это должно что-то значить.

— Что ж, — сказала я, — тогда мне лучше выяснить это наверняка.

Глава 9

После обеда офис заметно опустел, поскольку подавляющее большинство крёстных фей воспользовались комнатой Метафоры, чтобы встретиться с клиентами. Я всё ещё не могла не оглядывать всех присутствующих и не задаваться вопросом, не стоит ли за похищениями одна из моих новых коллег. Затем я встряхнулась. Неудивительно, что все на взводе и недовольны. Все относились друг к другу с подозрением. Независимо от того, знала я кого-нибудь из них или нет, чем больше я думала об этом, тем более невероятным казалось, что за всем этим стоит другая крёстная фея. Это было слишком… просто. Я громко вздохнула и принялась убирать со стола различные коробки, чтобы удовлетворить потребность Аделины в чистоте, пока не представилась возможность, которой я так ждала. В тот самый момент, когда я заметила Руперта, направляющегося на кухню, чтобы сварить себе кофе, я схватила свою кружку и направилась за ним. Я сделала вид, что погружена в свои мысли, и взглянула на него, только когда он поздоровался.

— О, привет, — я улыбнулась, изображая удивление. Мне даже удалось слегка покраснеть.

— Как проходит твой первый день? — спросил он.

Я постаралась изобразить на лице беспокойство. Это было несложно.

— Так себе, — призналась я и прикусила губу. — У меня была первая встреча с клиентом. Всё прошло не очень хорошо.

Сочувственное бормотание Руперта было таким фальшивым, что мне было трудно оставаться в роли.

— Это ужасно, — пробормотал он. — Я могу чем-нибудь помочь?

Я отставила кружку.

— Я просто не совсем понимаю, почему его приставили ко мне. На самом деле, я вообще не уверена, почему он наш клиент. Единственное, что он попросил — это кофе.

— Ну что, — протянул Руперт, — ты дала ему кофе?

Я кивнула.

Он улыбнулся мне.

— Значит, ты достигла своей цели и его тоже. Переходи к следующему клиенту и забудь об этом.

Да как же. Я сдержала смешок и уставилась на него широко раскрытыми глазами.

— Кофе не может быть его единственным желанием.

Руперт придвинулся ближе. Я подавила желание сделать шаг назад.

— Возможно, — согласился он, — но для целей твоего списка его желание было исполнено. Его имя уже отмечено галочкой. Ты можешь переключиться на кого-нибудь другого.

Я недоверчиво покачала головой.

— Как его имя вообще могло оказаться в списке? — спросила я.

— Тебе что, никто не показывал Адвентус?

— Что такое Адвентус? — выдохнула я, как будто была полной дурой. Все знали Адвентус, независимо от того, к какому типу фей они принадлежали.

Руперт взял меня под руку и сжал мою ладонь, поглаживая тыльную сторону самым причудливым образом.

— Я покажу тебе, — хрипло пробормотал он.

Возможно, он не создан для того, чтобы быть крёстной феей. Может быть, он упустил своё призвание в качестве оператора службы секса по телефону.

— Ты не занят?

— Я найду для тебя время, Саффрон, — он ещё немного погладил меня по руке. — Ты того стоишь.

Невероятно. Эта фигня на кого-нибудь действовала?

— Ты такой добрый, Руперт.

Он опустил голову ещё ниже.

— Я знаю.

Я выдавила из себя девчачье хихиканье. Билли, сидевший в другом конце помещения, поймал мой взгляд. Я подмигнула ему и поспешно перевела взгляд на Руперта, пока меня снова не охватил приступ смеха. Одного случая истерики в день было более чем достаточно. Почему-то я не думала, что реакция Руперта на это будет такой же мягкой, как у Адвоката Дьявола.

— Доступ в Адвентус строго контролируется, — сказал он, выводя меня из главного офиса к лестнице. — Даже крёстным феям запрещено входить внутрь, — он сверкнул белозубой улыбкой. — Но со мной тебе ничего не грозит. Поскольку я отвечаю за распределение заданий, я могу входить, когда захочу.

— Тебе так повезло! — я хихикнула. Я реально начинала раздражать саму себя.

— Я знаю, — он кивнул в сторону кирпично-красной двери на верхней площадке лестницы. — Вот и оно.

Мы поднялись вместе. Я задержалась, давая магии возможность отметить присутствие Руперта и позволить ему войти в комнату. Затем он придержал для меня дверь. Я вошла следом за ним, и у меня отвисла челюсть, когда я увидела, что находилось внутри. На этот раз я не притворялась. Одно дело — знать об Адвентусе. Совсем другое — испытать это на собственном опыте.

По какой-то причине я думала, что комната будет маленькой, похожей на ещё одну комнату Метафоры. Однако данное помещение оказалось огромным. Возможно, это был архитектурный трюк, но оно казалось намного больше, чем могло вместить это здание. С другой стороны, Адвентус был настолько магическим, насколько это вообще возможно, так что я не должна была удивляться.

— Вдоль этой стены, — сказал мне Руперт, взмахнув запястьем, — расположены все желания, которые уже рассмотрены. Те, которые были исполнены, и те, в которых было отказано.

— Когда-либо? За всё время в мире?

Казалось, это его позабавило.

— О да, — он потянул меня за собой. Насколько видел глаз, во всех направлениях были расставлены сотни и тысячи маленьких деревянных ящичков. На каждом из них были начертаны маленькие символы. Я узнала в них магикарну, систему письма, похожую на иероглифы, которую когда-то использовали египтяне. Однако мне никогда не удавалось прочитать больше нескольких десятков символов, даже когда я была особенно прилежна и пыталась их выучить.

— Выбери какое-нибудь одно, — сказал мне Руперт. — Любое.

Я прикусила нижнюю губу, а затем быстро дотронулась кончиками пальцев до одного из ящичков. Древесина была тёплой. И не только это — казалось, что она в самом деле пульсирует в такт собственному сердцебиению. Это было… неожиданно.

Руперт протянул руку, и его ладонь коснулась моей, когда он это сделал. Это было безнадежно нарочитое движение, но вместо того, чтобы отстраниться, я позволила этому случиться. Честно говоря, это сделало меня такой же бесстыдной, как и он. Хотя в глубине души у меня были более благородные намерения.

Он выдвинул ящик. Тот был заполнен маленькими карточками, почти такими же, какие можно найти в старомодной библиотеке. Он провёл пальцем по их верхней части, прежде чем наугад вытащить одну. Он поднял её, зажав указательным и большим пальцами, чтобы я могла прочитать красивую каллиграфическую надпись на ней.

— Томас Хэлдон. 1 июня 1973 года, — прочитала я вслух. — Назначенная фея — Дж. Уолш. Просьба — родительское согласие на брак. Желание исполнено, — я смотрела на него с благоговением. Карточка раскрывала очень мало информации, но эти слова, написанные там, изменили жизнь Томаса Хэлдона. И, вполне возможно, жизнь его будущей жены и родителей. Это невероятно.

— Круто, да? Каждый ящик посвящён конкретной крёстной фее. У тебя будет свой ящик впереди, — он усмехнулся. — Конечно, в данный момент он пустует, но я уверен, что ты скоро его заполнишь.

Я смогла только кивнуть в ответ.

Руперт аккуратно вернул карточку на прежнее место и обернулся. Я проследила за его взглядом. Высоко над нашими головами висело нечто, похожее на огромный серебряный котёл.

— Люди могут этого не осознавать, — сказал он, — но до тех пор, пока они держат свои желания в секрете от других, магия будет переносить их имена в хранилище наверху всякий раз, когда они чего-то пожелают. Иногда их имена оказываются там, потому что желающий задул свечи на праздничном торте. Иногда они бросают монетку в колодец. Иногда их желание записывается на падающей звезде. Есть всевозможные способы. Затем их имена присваиваются разным феям-крёстным, которые делают всё возможное, чтобы исполнить их желания.

— Должно быть, нужно исполнить миллионы желаний, — сказала я.

— Миллиарды, — сказал мне Руперт. — Хуже всего то, что даже когда вы посещаете их, клиенты редко ясно и конкретно говорят о своих желаниях. У нас есть их имена, но мы понятия не имеем, каковы их реальные пожелания. Чтобы желание исполнилось, к каждому человеку должна прийти фея-крёстная, которая проведёт расследование и выяснит, чего он на самом деле хочет, — он понимающе посмотрел на меня. — Ты ведь сегодня утром не знала, чего хотел этот парень с кофе, до того, как встретила его, не так ли?

Я покачала головой.

— Понятия не имею, — я до сих пор не знала. Может быть, Люк Уэллс действительно мечтал о капучино. Прямо сейчас я не хотела думать о нём. Медленно повернувшись, я окинула взглядом огромный котёл. — Невозможно исполнить все желания до единого.

Он усмехнулся.

— Конечно, нет. Во-первых, крёстных фей недостаточно. Даже если бы каждая фея в мире стала крёстной, мы бы исполнили лишь малую часть желаний. На данный момент нам удаётся исполнить лишь незначительное количество. Желания, на которые обращают внимание, выбираются случайным образом. Это не идеальная система, но это лучшее, что мы можем сделать. Кроме того, желания должны быть особенными. Если бы все желания исполнялись, то они перестали бы вызывать благоговейный трепет и удивление, а стали бы просто обыденными. Только счастливчикам оказывается внимание. Конечно, это также не говоря уже о желании крови, — мрачно добавил он.