Контактные линзы! Вот что в ней лежало! И они были зелёными, как указывал цвет крышки.

Глаза у похитителя могли быть какого угодно цвета, но он надел цветные линзы. Для чего ему понадобилось изменить цвет глаз? Может быть, для того, чтобы его не узнала Клеа?

И вполне возможно, он вовсе не был толстяком. В кожаный комбинезон можно напихать всего, чего угодно.

Винченцо! Лиам снова был уверен, что не ошибся – этот тип изменил свою внешность! И алиби у него фальшивое! Он поблагодарил старичка-призрака и пообещал сделать всё, чтобы преступление не осталось безнаказанным. Полиция скоро найдёт зуб, ДНК поможет найти эту гадину. Лиам поклялся себе в этом. В конце концов, хорошо, что Карта его не переправила сразу домой.

Вообще-то, если он не сумел вернуться в Особняк, то, наверняка, потому что у него не доставало убеждённости, где-то глубоко внутри он чувствовал: ему надо ещё что-то доделать. А теперь он сможет вернуться.

Улица спускалась к пляжу, и Лиам вместе с ней. Он вдыхал полной грудью свежий морской воздух и любовался искрящимся внизу морем. Этой чудесной картиной каждый день любовалась Клеа, возвращаясь из школы. Лиам улыбнулся.

Внизу он ненадолго остановился, залюбовавшись яхтами у пристани. Каких там только не было – разного цвета, разной величины. Они выстроились вдоль понтонов, покачивались и веселили взгляд лесом мачт. Лиам укрылся за стенкой паркинга и поднял обе руки вверх, словно торжествуя победу.

Никаких побед. Он так и стоял возле стенки.

Вот это был настоящий удар! Он не сомневался, что теперь всё получится.

Приём-приём! Снаряд Ариана[12] не вылетел по назначению, он остался на стартовой площадке…

Лиам попытался шутить, но шутка его не развеселила. Он медленно брёл вдоль пляжа, смотрел на море, но ничего не видел. Чёрные тучи затянули горизонт. Он остановился под деревом на краю пляжа и повторил попытку вернуться в Особняк.

Безуспешно.

Ладно. Главное не паниковать. В любом случае такси рано или поздно вернётся. К тому же смерть ему не грозит!

Смешно, честное слово!

А что если такси его ждёт возле полицейского участка, а он не может туда вернуться среди бела дня?

Лиам простился с берегом моря и пошёл к переходу через перекрёсток. Шум магистрали его оглушил и вызвал чуть ли не тошноту. Он удивился, как он раньше всё это выносил? Потом он поднялся по улице вверх и вдруг заметил на асфальте монетку. Один евро… Тариф скорее всего не изменился, надо попробовать.

Лиам оглянулся вокруг, ища глазами интернет-кафе. Раз уж он застрял в мире живых, надо попытаться решить все проблемы, которые его тревожат. Он занимался делами Рауля, Эмерансы и Клеа, а свои отодвинул в сторону.

У него тоже есть проблема: что же значат слова «Лиам де Фалестан» у него на чемодане, если его фамилия Андерсон? Он, что, приёмный? Тогда почему родители от него это скрывали? Или вся их семья должна была переменить фамилию по какой-то таинственной причине?

С одним евро действовать нужно было очень быстро. Лиам вошёл в интернет и набрал на клавиатуре «Фалестан».

Выскочила статья пятнадцатилетней давности.

«Неожиданный поворот в деле, в котором замешан крёстный отец мафии. Только что были обнаружены мёртвыми у себя в квартире Катрин и Тома де Фалестан. Первые данные следствия: супруги, хоть их тщательно охраняли, были застрелены. Предполагают, что убийца стрелял из дома напротив, в котором не было жильцов. Напоминаем, что супружеская пара, по собственному желанию мужественно выступившая против мафии, уже подвергалась два месяца тому назад покушению, получив по почте письмо с отравленным порошком».

Лиам ещё раз перечитал заметку. Потом ещё раз. Прочитанное не укладывалось в голове. Если от него всю жизнь скрывали его собственную фамилию, значит причина была серьезная. И вот он сразу напал на очень серьёзные вещи, касающиеся семьи Фалестан. Он стал искать другие статьи.

«Время закончилось». Трынк! Изображение исчезло. Компьютер выключился.

– Да ладно! – расстроился Лиам и обратился к дежурному: – Вы не могли бы мне дать ещё несколько минут?

– Без проблем, приятель. Ещё пара евро и сиди себе.

Лиам вышел из кафе сам не свой. Что это значит? Убитые Фалестаны – это его настоящие родители? Но в заметке ничего не говорилось о ребёнке. В это время ему было… Ему было восемь месяцев. Но возможно, речь об их родственниках. Вполне возможно, родители из осторожности поменяли фамилию и хранили это в строгом секрете.

Тучи затянули теперь всё небо, но Лиам заметил их только, когда упали первые капли дождя и вокруг раскрылись зонтики. Кто бы мог подумать? Только что сияло солнце…

Лиам «де Фалестан». Нет, это какая-то неправдоподобная история.

Самым странным было то, что родители выбрали себе американскую фамилию.

Лиам застыл на месте. С переменой фамилии, если честно, не клеилось. Семейство Андерсон – дядюшки, тётушки, бабушки и дедушки – он же их всех прекрасно знал. Вот уже два века семейство живёт в Америке и никто из них фамилию не менял!

Лиам шёл, куда глаза глядят, не зная сам, куда идёт. Он был так потрясён, что ничего вокруг себя не видел. Ему казалось, что рядом стена, а потом, что это игра теней и света. По-прежнему шёл дождь, но совсем мелкий, будто сырая морось, похожая на туман, пронизывающая до костей. Если, конечно, у тебя есть кости. Лиам грустно усмехнулся. Он всего только картинка, образ, ему не нужно ни еды, ни питья, ему не тепло и не холодно, он не чувствует ни дождя, ни ветра, его ничего не касается.

Ничего не касается его телесно, но сердце у него живо. А что, если у него, как у Гарри Поттера, родители были убиты, когда он был маленьким? И тогда, он тоже, разумеется, необыкновенный. Лиам снова усмехнулся. И тут сообразил: он разгуливает под дождём в одной футболке – может привлечь к себе внимание. И он стал искать какое-нибудь укромное место.

Стена, вдоль которой он шёл, всё никак не кончалась. Над ней иногда виднелись кресты. Это же кладбище! Он находился на… улице Жюля Кольера, как сообщила ему табличка. Хотя табличкам не место в фантастических историях.

Ладно, кроме шуток, сейчас он отправится в гости к покойникам. Кладбище самое подходящее для него место: гостиница четыре звезды для призрака в депрессии.

Но Лиам даже представить себе не мог, насколько была правдива его шутка!