В интернете хранится только информация и данные. Единственное место, где хранятся знания и озарения, – это долговременная память человеческого мозга. Там они доступны думающему мозгу, чтобы он мог затем в тесном сотрудничестве с нашим архивирующим мозгом делать интересные, красивые и творческие вещи.
Поскольку память играет важнейшую роль в работе мозга и поскольку постоянное нахождение на связи оказывает на нее очень негативное влияние, мы обсудим это более подробно. Я ограничусь теми вещами, которые важны для того, что происходит на стыке между функционированием мозга и использованием гаджетов, в первую очередь мобильного телефона.
Мы используем архивирующий мозг для фильтрации, кодирования, хранения и удержания миллиардов бит информации каждый день, чтобы потом иметь возможность ее вспомнить. Остается еще много загадок о том, как работает наша память, но мы знаем достаточно, чтобы использовать это как преимущество для освобождения нашего мозга и мозга наших детей.
В любом случае мы знаем, что наша память работает не как архив, полный документов, и не как магнитофон или жесткий диск. Она не находится в одном месте в нашем мозге: архивирование происходит в большой сети по всему мозгу и даже в каждом нейроне. Все это очень логично, ведь когда вы снова видите человека, которого видели несколько дней или недель назад, вы распознаете его лицо при помощи визуальной сети, его голос при помощи слуховой сети, а для того чтобы узнать его имя, вам нужно обратиться к речевой сети и т. д.
В частности, в контексте этой книги нужно знать, что думающий мозг и архивирующий мозг используют один и тот же, так сказать, «центральный компьютер». Этот компьютер всегда работает на 100 % своей мощности. Архивирующий мозг использует то, что свободно, и из-за чего в науке его иногда называют «мозгом по умолчанию» или «сетью по умолчанию». Данную систему не придумали ученые, скорее это было удивительное случайное открытие, сделанное при сравнении результатов сканирования мозга людей во время выполнения мыслительной задачи и в состоянии покоя.
С помощью фМРТ-сканирования исследователи обнаружили, что части нейронной сети наиболее активны, когда наше внимание отвлекается от стимулов внешней сенсорной среды и обращается внутрь, особенно к мыслям, которые меньше сосредоточены на обучении и настоящем времени, а больше на воображении, мысленных представлениях и будущем.
Примерами могут служить сновидения, дневные грезы, размышления, самоанализ, рассуждения на социальные темы, такие как оценка психического состояния других людей, взгляд в будущее, формирование мысленных моделей, а затем, в особенности, создание симуляций и гипотез в рамках подготовки к ожидаемым будущим событиям. Из этих примеров следует, что архивирующий мозг уделяет пристальное внимание информации, которая имеет личное значение. Как будто архивариусы в нашем мозгу пользуются моментом, когда наш думающий мозг отдыхает, чтобы работать с архивами, генерировать в эти моменты виртуальный опыт, идеи и решения и предоставлять их думающему мозгу для реализации его целей.
Привратник между внутренним и внешним вниманием
В то время как наш мозг блуждает вдали от реальности, существует еще одна сеть – «сеть внимания» или «сеть бдительности», – которая, подобно пограничнику, остается внимательной к важным, необычным, личностно значимым стимулам, поступающим как изнутри, так и снаружи. Это тоже было обнаружено с помощью фМРТ-сканирования. Эта сеть бдительности определяет, на какие сенсорные, когнитивные, эмоциональные и биологические стимулы следует обратить внимание. Она переключает мозг между сознательной обработкой информации из окружающей среды (с помощью думающего мозга) и бессознательной или полубессознательной обработкой информации, поступающей изнутри (с помощью архивирующего мозга). Выбираются только те стимулы, которые заслуживают внимания. Эти сигналы изнутри – не только мысли, но и физические сигналы тела. Нейронная сеть придает этим стимулам эмоциональный вес, чтобы создать у вас ощущение срочности. Она активизируется, когда вам нужно стать бдительным, освободиться от внутреннего фокуса и сосредоточиться на том, что происходит вокруг вас – и что вы можете с этим сделать, принимая во внимание негативный или вознаграждающий, позитивный прошлый опыт.
Таким образом, похоже, что внутренняя обработка и редактирование информации является нормальным, стандартным состоянием покоя нашего мозга и что наша сеть бдительности переключается на думающий мозг и внешний мир, только когда это необходимо.
Таким образом, архивирующая сеть мозга постоянно занята, находясь в равновесии с думающим мозгом. Если наш думающий мозг использует 20 % ресурсов, то наш архивирующий мозг использует 80 %. Если наш думающий мозг использует 95 %, то для архивирующего мозга остается совсем немного. Это один из многих примеров, опровергающих миф о том, что мы используем только 10 % нашего мозга. То, что мы используем наш мозг на 100 %, относится не только к префронтальной коре, но и ко всему мозгу в целом. Это также объясняет, почему мозг потребляет так много энергии и кислорода пропорционально остальному телу и днем, и ночью.
Архивирующая сеть мозга использует каждый «потерянный» момент, когда наш думающий мозг работает в режиме ожидания или паузы, для отбора, кодирования, организации, хранения и поиска информации.
Если ваши дети будут заняты своими смартфонами, планшетами или компьютерами во время всех этих моментов ничегонеделания, они разрушат спонтанные паузы и мини-перерывы, которые необходимы мозгу для архивирования того, что они только что услышали и сделали, например, на уроке. Это очень непродуктивно и подрывает развитие их знаний и проницательности. Это препятствует их творчеству.
На вопрос «где и когда у вас возникают самые креативные идеи?» люди никогда не отвечают «на работе» или «во время работы», а скорее «на пробежке», «на прогулке», «в душе», «в постели между бодрствованием и сном», «во время светской беседы»… Что общего между этими ситуациями?
Во-первых, во всех этих случаях вы нашли время, чтобы изучать, узнавать и размышлять о предмете без помех, с устойчивым вниманием (то есть отключившись от гаджетов), и сделали достаточную паузу, чтобы ваш архивирующий мозг обработал полученную информацию и сохранил ее в долгосрочной памяти. Только там она становится источником знаний, озарений и творчества.
Во-вторых, вы расслаблены. Архивирующему мозгу достаточно места для поиска и обработки информации, и при этом он не мешает думающему мозгу.
В-третьих, вы отключены от сети. Ваш думающий мозг в основном не имеет отношения к проблеме, которую вы хотите решить.
Как сказал Ницше: «Все великие идеи возникают во время ходьбы». Если бы Стив Джобс постоянно ходил, не отрываясь от экрана своего айфона, он никогда бы не придумал его. А если бы Архимед брал мобильный телефон с собой в ванну (если бы мог), у него никогда бы не наступил момент эврики.
Поэтому, когда ваш ребенок спит, его архивирующий мозг имеет в своем распоряжении весь центральный компьютер. Ночью мозг так же активен, как и днем. Достаточный сон настолько важен для обучения и благополучия детей, что этому будет посвящена отдельная глава. Эти знания вдвойне важны, поскольку многие подростки спят слишком мало, что негативно сказывается на их здоровье, учебе и деятельности в школе. Иногда говорят, что это биологическая проблема и что уроки надо было бы начинать попозже. Но мы уже опровергли этот миф выше в разделе «Разгрузка для мозга 4».
Нам нужно много разнообразного опыта, чтобы в мозгу образовалось много разных связей. Более того, мы запоминаем тем больше, чем больше мы знаем. В уже имеющиеся знания легче вписать новую информацию.
Конечно, не случайно, что многие нобелевские лауреаты гораздо больше среднего занимались различными делами, не относящимися к их специальности. Лауреаты Нобелевской премии по науке в 22 раза чаще, чем в среднем, выступают на сцене в качестве актеров, танцоров или фокусников. Они пишут стихи, пьесы и прозу в 12 раз чаще, в 7 раз активнее занимаются искусством и ремеслами и в 2 раза чаще играют или пишут музыку. Чем шире диапазон занятий, тем лучше развивается мозг.
Чем более насыщенной опытом является среда, в которой растут дети, тем больше опыта они могут преобразовать в поучительные и полезные связи в своем мозгу. Чем больше ребенок уже знает (= хранит в памяти), тем легче он усваивает новую информацию.
Ребенок, растущий в безопасной, теплой среде, где много книг, интересных игрушек и впечатлений, где с ним разговаривают взрослые, спонтанно научится многому, что пригодится ему в школе. Ребенок, выросший в опасных, бедных трущобах рядом со свалкой мусора или в «примитивном» племени в джунглях Амазонки, спонтанно узнает гораздо больше о том, что важно для выживания в такой среде. Ребенок, выросший в защищенной среде, не проживет и недели в условиях джунглей из-за полного отсутствия знаний и подобного опыта.
Исследования показали, что дети, которые показывают низкие результаты в стандартных тестах на понимание прочитанного, на самом деле показывают высокие результаты, когда речь идет о предмете, о котором они уже много знают, например о футболе или телепередачах.
Все дети с одинаковым интеллектом учатся одинаково хорошо и быстро, но то, чему они учатся, зависит от их окружения. В условиях, когда родители читают книги и поощряют детей делать то же самое, когда родители предлагают своим детям множество впечатлений – от спорта и путешествий до творческих поделок – и когда их ласково, но очень твердо учат отключаться от своих мобильных телефонов на длительные периоды времени, в такой среде дети будут учиться совсем другим вещам, чем в условиях, когда родители не читают книг, а после тяжелого рабочего дня просто сидят в изнеможении перед телевизором и заняты своими мобильными телефонами, а тем временем позволяют своим детям неограниченное количество часов играть в компьютерные игры и взаимодействовать с цифровыми медиа.
Ребенок, находящийся во власти непрерывного и затягивающего потока информации на планшете или телефоне, без должного руководства, в основном усваивает более или менее интересную информацию, которая совершенно не имеет отношения к школе и успешной жизни, а важна в основном для медиакомпаний. Без подсказок он не узнает, как использовать эти прекрасные технологии для изучения нужных вещей и как стать их хозяевами, а не заложниками цифровых медиа.
Невозможно сохранить всю информацию, которая поступает через наши органы чувств. Память избирательна. Сейчас я полностью сосредоточен на этом тексте на экране компьютера, но если я позволю своему вниманию на мгновение рассеяться, я услышу звук клавиш, а через открытое окно – звуки голосов снаружи, где на балконе спорят два человека. Я ощущаю, как мои пальцы бьют по клавишам, в том числе по той, которую мне нужно будет как-нибудь почистить, потому что сейчас она требует более сильного нажатия. Я ощущаю аромат абрикосового варенья, которое варит моя жена, я ощущаю, что моей спине нужен перерыв. Если бы я полностью сосредоточился на тексте, я бы не заметил всех этих ощущений и моя память не сохранила бы их. И наоборот, если я обращаю внимание на все эти вещи, я не могу сосредоточиться на своем тексте. Таким образом, наша память зависит от того, на что направлено внимание.
У нас есть разные виды памяти. Есть память, которую мы осознаем (эксплицитная память), память, которую мы не осознаем (имплицитная память), и память, с помощью которой мы ориентируемся (топографическая память). Осознаваемая память состоит из двух разных видов: памяти, при помощи которой мы запоминаем факты (семантическая память), и памяти, при помощи которой мы запоминаем опыт, нашу историю (биографическая память).
В школе дети могут в основном использовать свою семантическую память для запоминания таких вещей, как слова, новые понятия, математические и грамматические правила и биологические факты. Чем лучше они концентрируются, чем дольше удерживают внимание, чем больше практикуются и повторяют, тем лучше запоминают полученные знания. Такое обучение требует постоянного внимания и концентрации, для чего нужны сила воли и усилия.
Некоторые люди утверждают, что «в любом случае нет смысла заставлять детей учить наизусть то, что они могут найти в интернете». Эта совершенная чепуха, которую пропагандируют те, кто не имеет ни малейшего представления о том, как работает человеческий мозг. Я вернусь к этому позже. Только что я рассказал, что чем больше вы знаете, чем больше знаний хранится в вашей долговременной памяти, тем легче учить новые вещи. Более того, вы уже должны обладать достаточно большим объемом знаний, чтобы уметь правильно искать и интерпретировать что-то новое.
Взаимодействие различных видов памяти
У нас есть декларативная, или эксплицитная, память. То есть мы можем вызвать воспоминания в нашем сознании, потому что мы сохранили их в нем специально, с помощью направленного на них внимания. К этой категории относятся две подгруппы.
● Семантическая память, в которой хранится то, что не зависит от контекста, в котором мы это воспринимаем. Например, факты, арифметические правила, словарный запас, даты из истории. Чтобы их запомнить, нужны повторения, практика, мнемоника, но после запоминания мы можем правильно воспроизвести их. Это как учебник, который хранится в нашей памяти и который мы можем открыть при необходимости, чтобы найти нужную информацию. Чем больше мы практиковались, тем лучше будем помнить.
● Эпизодическая память хранит события или последовательность событий, которые связаны с определенным моментом или контекстом. Важным примером является наша биографическая память, которая хранит воспоминания о жизни. Однако то, что мы помним, является не точным, эти воспоминания не вполне надежны. Память работает совсем не так, как жесткий диск, с которого можно извлечь именно то, что мы на него записали.
В эпизодической памяти мы обычно храним общую картину, самые важные сведения с небольшим количеством деталей. Эти детали затем придумываются в моменты воспоминаний. То, что мы вспоминаем, – это не факты, а реконструкция. И на нее очень сильно влияют предыдущие воспоминания, особенно то, что мы уже знаем, что произошло до и после, а также то, чего мы ожидаем. Этот процесс отбора фактически начинается в момент получения опыта. «Воспринимать – значит интерпретировать». Из-за этих предубеждений и стереотипов разные люди видят одну и ту же ситуацию по-разному, и поэтому их воспоминания тоже будут отличаться.
Таким образом, наша эпизодическая память не просто хранит информацию, но и пытается осмыслить ее и вписать в то, что мы уже знаем или думаем, что знаем. Это помогает нам лучше запоминать. Мы помним наше прошлое как осмысленную историю, складывающуюся в единую картину.
Я остановился и ждал, когда красный сигнал светофора сменится зеленым. Передо мной стояла красная машина, в которой находилась молодая женщина с ребенком. Когда она начала движение, я рефлекторно поехал за ней. К счастью, я вовремя заметил, что светофор все еще горит красным, и резко затормозил как раз в нужный момент: нос моей машины уже выехал на велосипедную дорожку. А та девушка просто проехала на красный свет. На перекрестке ее сбил большой дорогой «мерседес», который, к счастью, еще не успел разогнаться. Несколько тучный и лысеющий водитель «мерседеса» сразу же вышел из машины и спросил женщину с ребенком на руках, все ли в порядке, а она отругала его за то, что он проехал на красный свет. Интересно, что большинство случайных прохожих позже также были убеждены, что все произошло именно так, и готовы были дать показания о случившемся. Эти люди не лгали. Они действительно запомнили детали, которые наилучшим образом соответствовали их представлениям, превратив их в красивую и содержательную историю.
Точность наших воспоминаний о событиях снижается со временем и при их повторном воспроизведении. Каждый раз, когда мы пересказываем свою историю или вспоминаем ее, добавляются новые детали, а другие детали исчезают из нашей памяти под влиянием новых событий.
Еще больше усложняет работу полиции, судей, врачей, психологов и учителей тот факт, что допрос очень сильно влияет на то, что запоминается, а что бессознательно додумывается.
Особой формой эпизодической памяти является так называемая флеш-память, которая иногда позволяет нам вспоминать уникальные события, вызвавшие сильные эмоции. Например, вы можете точно помнить, в каком районе находились, когда услышали, что человек высадился на Луне, что на Кеннеди было совершено покушение, что принцесса Диана разбилась, что Всемирный торговый центр был разрушен, что ваш лучший друг разбился в аварии и т. д.
● У нас также есть имплицитная, или недекларативная, память. Это знания, которые мы не обязательно осознаем. Ее также иногда называют «операционной памятью» или «неявным знанием». Это вещи, которые мы можем делать на автопилоте в течение долгого времени, не задумываясь над этим. Мы научились их выполнять через практику (таблица умножения, чтение, двигательные навыки, езда на велосипеде, вождение автомобиля) или путем формирования привычек.
● Существует также топографическая память, благодаря которой мы знаем, где находимся, и можем ориентироваться в местах, где уже бывали. Иногда это проявляется открыто, и мы можем объяснить кому-то другому, как именно добраться до того милого ресторанчика. Иногда это происходит неявно, то есть мы не можем объяснить, куда идти, но сразу вспоминаем дорогу, когда оказываемся там сами.
● Эмоции могут оказаться как в нашей явной, так и в неявной памяти. Иногда мы точно знаем, что заставляет нас бояться или радоваться; иногда мы не знаем, что вызывает эти чувства. Например, это могут быть забытые звуки, музыка или запахи.
Если ребенок постоянно занят смартфоном, это вредит его памяти. Под этим я не имею в виду, что произойдет что-то непоправимое, а скорее то, что его память будет все хуже и хуже справляться с организацией и хранением информации, поскольку он все больше работает в режиме многозадачности и все чаще отвлекается. Когда они разговаривают по мобильному телефону, они меньше учатся и меньше запоминают то, что делают и переживают. Это результат фрагментации их внимания из-за постоянной многозадачности. Плохое запоминание – ключевой признак фрагментарного мозга.
С другой стороны, мобильные телефоны и компьютеры – прекрасный инструмент для, как говорится, экстернализации части памяти: переноса информации за пределы мозга в цифровой архив, в котором можно легко найти то, что нужно. Однако единственное, что возможно хранить во внешней памяти, – это данные и фактическая информация. Понимание, знания, проницательность и мудрость могут храниться только в долгосрочной человеческой памяти. Эти знания нужны в значительной степени для того, чтобы правильно задавать вопросы внешним источникам данных, например поисковикам и другим базам данных, и оценивать полученную информацию. Эти знания также необходимы для того, чтобы проявлять творческий подход и придумывать новые решения.
Заявление о том, что нет смысла заставлять детей учить наизусть (= хранить в долговременной памяти) то, что они и так могут найти через поисковик, – это одно из самых невежественных и бессмысленных заявлений, которые можно услышать даже от людей, которые, не обладая никакими знаниями, лезут в образование.