*Туркменистан, город Ашхабад, Абаданский этрап, поселение Джемгыет , 1 февраля 2028 года*

В квартире у Шахрома уже поселилась пустота — без жены и детей это место выглядит мёртвым и одиноким.

— Аллё! Аллё! — выкрикнул Шахром в рацию. — Чинар⁈

— Да, это я, дорогой! — ответила ему жена.

— У вас всё хорошо⁈ — спросил Шахром.

— Да, мы прилетели! — сообщила Чинар. — Здесь очень хорошо, но холодно! Нам дали большую квартиру и сказали, что я могу выбрать себе работу!

— Хвала Аллаху! — воскликнул Шахром. — Как дети?

— Их уже определили в школу — будут учиться в специальных классах, — ответила Чинар. — Но мне сказали, что потом их переведут в обычные классы, когда они освоят язык!

— Это очень хорошо, — произнёс Шахром. — Значит, люди Студика-аки уважают его слово. Я в этом не сомневался!

Он в этом не признается никому, но у него было подспудное опасение, что Фронтир не такой, каким его преподносили на видео и слово Студика не будет сдержано — такое бывает сплошь и рядом, особенно сейчас, когда мир гибнет в агонии. Но он старался отгонять эти мысли, а теперь обещания Студика выполнены его людьми.

— Тут есть работающий кинотеатр! — поделилась Чинар. — Каждый день крутят фильмы!

— Не может быть! — воскликнул Шахром.

— И не только кинотеатр! — добавила жена. — Кафе, рестораны, а для детей работают аттракционы в «Сити Молле»! Когда ты приедешь? Что ты делаешь там?

— А, я тут так… — заговорил Шахром и бросил взгляд на тушу мархура. — Не знаю, когда приеду — надо выполнить свой долг.

Мархура было очень тяжело убивать, но гораздо тяжелее было найти его. Шахром потратил сутки, прежде чем вышел на след. А потом были многочисленные восхождения на скалы, результатом которых стала роковая встреча в долине.

Все опасения Шахрома подтвердились — мархур оказался смертельно опасным противником, которого все боялись совершенно не зря.

После битвы Шахрому пришлось заталкивать обратно в живот вывалившиеся кишки, распоротые рогами мархура, а затем, через несколько часов, потраченных на восстановление и отдых, он взгромоздил тушу зверя на спину и потащил его в Ашхабад.

На полпути он вспомнил наставления Студика: «В минус уходить нельзя — пополняй запас калорий при любом удобном случае!»

Остановившись в удобном месте, он облегчил себе ношу на два килограмма — столько мяса он отделил от мархура. Пожарив мясо на костре, он съел половину, а чтобы съесть остальное, ему пришлось с силой запихивать еду себе в рот.

Он никогда в жизни не забудет этот день…

— Береги себя, дорогой, — попросила Чинар.

— Всё в руках Всевышнего, — ответил на это Шахром. — Прощай, Чинар — если на то будет Его воля, мы увидимся вновь.

— Прощай, — попрощалась жена.

Шахром вернул рацию ожидавшему конца беседы Вину.

— Всё? — уточнил тот.

— Да, — подтвердил Шахром.

— Ну, ты, конечно, крутой мужик… — произнёс Вин. — А что тебе деды сказали?

— Уважение, есь жи, брат, — ответил Шахром. — Впичатления произведель! Билять! Произвёл!

Он прекрасно осознаёт, что его русский хромает на обе ноги, но не может ничего с этим поделать, так как в школьные годы уделял ему мало внимания, а в кругу общения у него практически не было русскоговорящих.

— Да я и так понял тебя, — улыбнувшись, сказал Вин.

— Мархур мишал, сильно, — произнёс Шахром. — Я его угандошил — аксакалы уважение сказали.

То, что он пошёл один и справился, произвело неизгладимое впечатление на аксакалов, которые никогда не ждали от него ничего подобного.

Алтынмурад даже расчувствовался и наградил Шахрома полукилограммовым слитком золота — говорят, что в Волгограде оно очень ценится, как раньше.

— Сколько уровней взял? — спросил Вин.

— Тридцать уровня, — ответил Шахром.

Он открыл интерфейс и снова перечитал свои характеристики, которые теперь вызывают у него неподдельную гордость.

По дороге он всё посчитал — его апексная способность даёт прилив «Силы» до 35,7 единиц, но в статистике это отражается, как 35 единиц, а «Ловкости» до 34,6, но в статистике отражаются только 34 единицы.

А ощущение, как мир замедляется во время приливов мощи, вызвало у него детский восторг, потому что стало лишь сильнее с ростом уровней.

Но самое крутое, что он получил от этого похода за мархуром — это новая способность, которую он усилил до форсированной, остановившись ненадолго в брошенном на трассе автобусе ПАЗ.

— «Форсированный миоостеокератиновый экстензер»

Описание: форсированная мутация формирует в области предплечий специализированные мышечные группы, интегрированные с остеокератиновыми структурами. Мышечные группы отвечают за ускоренное выдвижение остеокератиновых шипов за счёт прямого мышечного сокращения.

Эффект: при активации, из предплечий выдвигаются бронебойные остеокератиновые шипы, имеющие длину 43,7 сантиметров. Время выдвижения шипа — 0,3 секунды. Время втягивания шипа — 1,8 секунды. Максимальное время удержания в выдвинутом состоянии — 16,2 секунд. Длительность действия после активации — 48 минут 17 секунд.

Расход: 1297 килокалорий за активацию. Восстановление повреждённого шипа — 5718 килокалорий.

Испытания на обшивке ПАЗа показали, что жесть эти шипы пробивают очень легко, но из-за утолщения у самого наконечника, шип склонен застревать в пробитом материале. Шахром тогда испугался, что сломает шип и потом будет восстанавливать его неопределённое время, поэтому задержался и осторожно вынул своё оружие из обшивки автобуса, с применением инструментов из карманного набора.

Больше всего ему понравилось в новой способности то, что она позволяет наносить удар кулаком и, в благоприятный момент, буквально, выстреливать шипом, пробивая броню и плоть.

— Тридцать? — переспросил Вин. — Блядь, это круто, бро! Моё уважение!

— Спасиба, брат, — улыбнувшись, поблагодарил его Шахром. — Но мала — нада ищё, есь жи! Биз этаго никак, есь жи… Животный нужено новый искать…

— Ну, ты сорвиголова, бро! — восхищённо воскликнул Вин. — Беру свои слова обратно — видимо, тебе дано.

— Наверна, дано, да, — согласился Шахром. — А ти чиго ни качат?

— Знаешь, пробовал уже много раз, — признался Вин. — Даже Студик тратил на меня время и натаскивал меня, но не пошло — я решил, что лучше буду заниматься строительством и прочими мирными делами…

— Падём со мной? — предложил Шахром. — Ти жи шарящи — картошку жарящи! Ха-ха! Опытный жи, есть — падскажишь, как чо.

Вин задумчиво уставился в стену перед собой.

— Сомнительно мне… — произнёс он. — А, знаешь? Давай попробуем! В худшем случае, оба сдохнем, ха-ха!

— Низя сдохнуть, — покачав головой, возразил Шахром. — Жить нада! Дел дохуя!

— Тоже верно, — согласился с ним Вин. — Но вероятность сдохнуть есть всегда — это самое плохое в рейдах.

— Обизательно выживем, — уверенно заявил Шахром. — Завтра выходем, да?

— Давай, — кивнув, ответил Вин. — А есть звери на примете?

Теперь уже задумался Шахром. Зверей вокруг хватает, но очень важно найти такого, рискованность охоты на которого не является экстремальной. На самоубийственные охоты Шахром ходить ещё не готов морально.

Ему говорили, что Студик-ака всегда ходит именно на такие…

«Великий воин», — подумал Шахром с уважением. — «Надо стремиться стать таким же, но нельзя терять голову».

Он прикинул, какого зверя можно потянуть вдвоём с Вином.

В горах к югу водится гималайский медведь, но он слишком опасен и они с ним не справятся. Да и медведю нет никакого дела до людей — он успешно охотится на горных козлов и разоряет птичьи гнёзда, за счёт чего и живёт.

С гималайским медведем соседствует бурый медведь — вот этому до людей есть дело и уже было несколько случаев, когда он приходил в город, за добычей. Но и его они с Вином точно не потянут…

«Хотя, почему?» — озадаченно подумал Шахром. — «Я стал гораздо сильнее, Вин тоже не беззащитен».

Далее он снял с себя рюкзак и достал из него карту, на которой размечены примерные ареалы обитания известных зверей.

Собиратели из Ашхабада ходят по окрестностям довольно активно, потому что город не может жить без постоянной подпитки извне, поэтому известны места обитания самых опасных зверей — туда никто не ходит.

— Есть зверь, — сказал Шахром. — Мидведь.

— Броник, что ли? — уточнил Вин.

— Нет, мидведь, — покачав головой, ответил Шахром. — Ни бронитранспортир.

— Медведь бронированный? — переформулировал Вин вопрос.

— А, да, бронирован, — подтвердил Шахром. — Кость броня — пуля ни пробиват. Только пушка или РПГ. Граната тожи можно.

— Тогда это броник, — сказал Вин. — Уже имел с ними дело?

— С ними никто не имет дела, — ответил Шахром. — Опасный, сука-билять.

— У нас убийство броников — это в порядке вещей, — сообщил ему Вин. — Тактика разработана и отработана уже давно. Возьмём тротиловые шашки, намутим «рыболовных» бомб и замочим этого гондона бронированного!

— «Риболовный» бомба? Чиво? — с недоумением уточнил Шахром.

— Это Фазан разработал, — начал объяснять Вин. — Тротиловую шашку обвязываешь тканью, перематываешь скотчем, а затем крепишь очень много рыболовных крючков. Поджигаешь фитиль, бросаешь в броника или другую цель, крючки цепляются к шерсти или коже, а затем происходит взрыв прямо на поверхности тела зверя, с максимальным эффектом. Мощнее эффект будет, только если эту шашку зверю в жопу запихать или в пасть засунуть…

Шахром невольно представил, каково будет запихивать тротиловую шашку в жопу медведю, но затем тряхнул головой и наваждение развеялось.

— Умно, — сказал он. — «Риболовный» бомба — умний изобретение.

— Тогда идём к Ронину, — позвал его Вин. — Нужно договориться о рейде — не думаю, что он будет возражать…

*Исламская Республика Иран, остан Хузестан, город Ахваз, карцер, 1 февраля 2028 года *

— «Даст» — это рука? — переспросил я. — А как будет «правая рука»?

— «Даст-е раст» — это правая рука, — ответил Бабак. — А левая рука — «даст-е чап».

Реальная цель присутствия здесь евнуха — это идеологическая и воспитательная работа. Он должен уговорить меня, чтобы я перестал выёбываться — обещано, что вся происходящая хуйня прекратится, и я смогу каждый день ебать выделенных мне баб, жрать от пуза и наслаждаться жизнью.

Но мне это невыгодно!

Я хочу, чтобы они тратили силы на поиск и отлов свирепых зверей, чтобы я мог убивать их на потеху публике, получая за это кучу опыта!

Они думают, что для меня это наказание, но это я наказываю их, заставляя выполнять тяжёлую работу и качать меня за их счёт…

А ещё сейчас вынуждаю бабки нарядного хуя, которого все зовут шахиншахом, простаивать — он купил меня за солидную сумму, чтобы я оплодотворял женщин и давал ему будущих бойцов в гвардию Бессмертных, но вместо этого я ему хуем машу. Получается, что инвестиция невыгодная, но с надеждой, что всё изменится, когда я сломаюсь.

А я до сих пор не решил, когда именно «сломаюсь от сурового обращения» и «покорюсь воле великого шахиншаха» — надо выжать из этой ситуации доступный максимум, но и не довести ситуацию до того, что меня станет выгоднее замочить, чем терпеть дальше.

И этот безъяйцево-бесхуевый уёбок очень талантлив — даже несмотря на то, что я владею английским на крепком разговорном уровне, позволяющем вербально трахать мамок иностранных тиммейтов, он сумел залезть мне в мозг.

Он почти убедил меня: с первого раза он нащупал правильный заход — урезонил меня тем, что мне нужно беречь силы, чтобы тупо дожить до того, как придут мои друзья. Я-то уверен, что Фронтир уже ищет меня и будет искать до тех пор, пока не найдёт — Бабака, как я понимаю, проинформировали о том, что я не какой-то хер с горы, и за мной кто-то стоит, поэтому он решил это использовать.

Но я всё осознал — мне в хуй не упёрлось сидеть тут, как принцесса на горошине, потому что это не даёт никакого прогресса.

После этого моего осознания, потуги Бабака стали бессмысленными и он это понял только через два часа монологов о светлом и вечном.

И после того, как он всё понял, я предложил ему провести время, выделенное на пропаганду и агитацию, с пользой — начать учить меня фарси.

Буквы мы уже прошли — я запомнил их всех с первого раза, а затем были самые ходовые глаголы, которые Бабак повторял, а я пытался запомнить их на слух, чтобы лучше различать.

— Ага, «даст-е чап» — левая рука… — повторил я.

— У тебя идеальное произношение, Студик, — похвалил меня евнух. — Не ожидал, что ты окажешься настолько способным учеником.

— Может, сразу перейдём к этапу, в котором ты лижешь мне жопу, а потом мы страстно целуемся? — спросил я с раздражением. — Что за хуйня, Бабак⁈ Это тупая методика — надо действовать гораздо тоньше!

Бабак коротко кивнул, признав, что выбрал неверную тактику — топорная лесть не сработает.

Занятие продолжилось, и я начал старательно запоминать слова, описывающие части тела.

Нет, если честно, я сам очень впечатлён, как быстро всё запоминается — мой мозг работает прямо существенно лучше, благодаря новому апексу, поэтому с запоминанием новых слов нет вообще никаких проблем.

— Не сочти это за лесть, — вдруг сказал Бабак, — но мы должны были потратить четыре-пять занятий на то, что ты выучил за последние пять часов.

Пожимаю плечами. Я-то знаю, почему это так, но делиться с ним такими подробностями личной жизни не буду.

Возвращаемся к занятию, в котором переходим к простым фразам и разбору каждого слова в них, но через десяток минут нас прерывает тварь по имени Сука и по фамилии Опасная.

Она подходит к окошку в клетке и цедит мне что-то сквозь зубы.

— Что она говорит, Бабак? — поинтересовался я.

— Она говорит, что завтра ты умрёшь, потому что против тебя будет выставлен смертельно опасный зверь, — перевёл её слова евнух.

Сука начинает злорадно улыбаться, смотря на меня.

А я приспускаю трико и показываю ей хуй. Даже трясу им, чтобы она получше рассмотрела его с доступных ракурсов.

На лице её появилась злоба, и она вновь что-то сказала.

— Она говорит, что завтра посмотрит на то, как животное отгрызёт твои причиндалы, — сообщил Бабак.

— Да похуй вообще, — махнув рукой, ответил я и спрятал член обратно в штаны.

Сука ушла, а я вновь приблизился к окну в двери карцера.

— Зря ты продолжаешь провоцировать её, — произнёс Бабак. — Она имеет влияние на шахиншаха.

— Да пусть хоть ебётся с ним, — ответил я. — Мы с ней ещё не закончили…

*Исламская Республика Иран, остан Хузестан, город Ахваз, арена, 2 февраля 2028 года *

— Куни!!! — рявкнул я, обращаясь к Суке, сидящей рядом с нарядным хуем, то есть, шахиншахом Баграмом № 6.

Не знаю, что за зверь будет выступать сегодня против меня, но мне в камеру временного содержания закинули копьё и щит, а также шлем в древнегреческом стиле. Этот круглый щит из тонкого листа стали мне нахуй не нужен — кажется, его закинули сюда для прикола или аутентичности. Оставляю его на полу.

А вот шлемом я пренебрегать не стал — он не из бронзы, а из легированной стали и имеет серьёзную толщину. По моим прикидкам, он никак не тоньше семи миллиметров, а это существенно, пусть и тяжеловато.

«Не сильно тяжелее „Алтына“, блин», — подумал я, упирая копьё в песок.

Врата в противоположной части арены открылись, но оттуда никто не вышел. Затем из темноты сверкнула электрическая вспышка и на арену, яростно рыча, выбежал тигр. Вернее, мутантская хуйня, которая когда-то была тигром.

И это пиздец!

Я вижу, что он не стал отращивать себе РСЗО на спине, не стал покрывать себя костяной бронёй, а просто усилил то, что у него и так было: он раза в два больше обычного тигра из зоопарка, весь покрыт бугристыми мышцами, а также отрастил верхние клыки длиной до пятнадцати сантиметров, делающие его отдалённо похожим на смилодона.

Но хуже всего не то, что я увидел, а то, чего я не увидел — у него на шее нет ошейника со взрывчаткой. На шерсти в области шеи видно, что такой ошейник точно был, но его больше нет.

Это заметил не только я — шахиншах взволновался, а тот хуесос, которого я часто вижу рядом с ним, покинул галёрку и убыл в неизвестном направлении. Видимо, будет разбираться.

Только вот мне от этого не легче — эта тварь уже заметила меня и сфокусировала на мне свои горящие красным светом глаза.

«Ага, узнаю члена моего клуба», — подумал я и криво усмехнулся.

Сука, всё так же сидящая на своём месте, увидела мой взгляд и самодовольно усмехнулась. Да, тут не обошлось без её участия — Бабак говорил, что у неё есть влияние, а это предполагает наличие каких-то возможностей.

Тигр, тем временем, начал разгон — ему не по кайфу красоваться под софитами, прямо в центре внимания такого количества людей. Думаю, он тут уже не в первый раз, поэтому прекрасно знает, как можно быстро вернуться в тишину клетки…

Не бегу ему навстречу, а решаю сработать от обороны — возможно, если он кинется, то мне удастся нанизать его на копьё.

На всякий случай, активирую «Энергетический таран» — ситуация критическая, поэтому не время экономить калории.

В момент, когда тигр совершил бросок, подставляю копьё, но он фиксирует это действие и применяет левую переднюю лапу, чтобы отвести острую угрозу в сторону.

Успеваю применить ультрагликогеновый рывок, но тигр будто предвидит мои действия и тоже делает рывок, параллельно моему курсу, мгновенно, сразу после касания песка лапами.

Но мой рывок оказывается мощнее, поэтому тигр не долетает до меня почти три десятка метров. Вот и выявилось моё преимущество.

Время течёт очень медленно, зрители на трибунах двигаются, как при сильно замедленной съёмке, но вот тигр движется так, будто время идёт нормально.

Когда он вновь сокращает дистанцию, я выпускаю из левой руки плеть и наношу ею удар.

Тигр ловко уклоняется от него, получив лишь слабенький удар током от единственной образовавшейся дуги.

Этот удар не смог изменить ничего в ходе боя, поэтому я ткнул в сторону продолжающего натиск тигра копьём, но снова получил по нему лапой.

«Ах ты, сука!» — раздражённо подумал я, уклоняясь от удара лапой по голове.

Одно такое попадание — мне капец…

Со всей силы бросаю копьё в тигра, чтобы выиграть немного пространства и времени.

Эта тварь посмотрела на меня особенным взглядом, в котором читалось что-то вроде «Ты что, совсем долбоёб?» — тигр посмотрел на меня так, когда почти пренебрежительным движением лапы отвёл копьё в сторону.

Он его не остановил и не сбил, а просто отвёл, поэтому копьё полетело дальше и пролетело через решётку, после чего воткнулось в грудь какого-то зрителя.

+1 очко опыта

«Охуеть, блядь», — подумал я, вновь совершая рывок. — «Это такая награда за лучшее убийство вечера?»

Тигр кинулся за мной, но не смог меня настигнуть, так как я бегаю быстрее.

Толпа буйствует — многие зрители повскакивали со своих мест, и медленно размахивают руками.

Когда рывок был завершён, действие «Энергетического тарана» прекратилось, но я активировал его вновь, потому что от этого зависит моя жизнь — тигр, судя по всему, просто живёт на таких скоростях…

Разворачиваюсь к нему и выстреливаю электропроводящей нитью. Тигр, как я ожидал, уклонился от неё, но самонаводящийся набалдашник совершил манёвр и довернул до цели, что очень удивило тигра.

Только вот это никак не помогло, ведь удивлённый тигр просто разорвал дистанцию, и электропроводящая нить пролетела мимо.

«Ох, блядь, это нехорошо!» — подумал я, отсоединяя нить от запястья.

Тигр вновь бросился ко мне, так как его уже заебало это шоу — он рыкнул и совершил рывок прямо на меня.

Уклоняюсь от его атаки, но он успевает царапнуть меня по правому плечу. Ну, как «царапнуть»…

— А-а-а, сука!!! — пронзительно заорал я, покатившись по песку. — Пидарасина!!! Блядь!!!

С плеча содрало кожу с частью мяса — тигр лизнул свою лапу, чтобы узнать, стоит ли овчинка выделки.

Видимо, мои гастрономические качества были сочтены им удовлетворительными, так как он сразу же совершил завершающий прыжок, чтобы напрыгнуть и порвать меня на Юнион Джек.

«А вот тут-то ты и ошибся…» — промелькнула у меня мысль, когда я вытянул руки перед собой.

Тигр начал падение и увидел электрические дуги, возникшие у меня между пальцами.

— ПАУЭР!!! — заорал я. — Анлимитэээд ПАУЭР!!!

Молнии Силы шарахнули по тигру, который уже ничего не мог изменить. Я увидел в его глазах обиду, а также искреннее сожаление.

Он ещё не успел завершить падение, как его грудь поразили десятки электрических дуг…

+3830 очков опыта

Новый уровень (4)

Только я осмыслил, сколько опыта получил, как на меня рухнуло бездыханное тело тигра.

Похоже, что это остановка сердца и мгновенная смерть.

— А нехуй было грудь подставлять под дефибриллятор… — пробурчал я, сталкивая с себя тушу тигра. — Ох, блин, надо торопиться!

Орудий труда у меня нет, поэтому придётся работать руками.

Серией ударов кулаками пробиваю себе путь в грудную клетку тигра, с трудом ломаю грудину, оказавшуюся, к слову, не такой крепкой, как я ожидал, и добираюсь до печени.

Вырываю этот скользкий орган, а затем выгрызаю тигру сердце, потому что у меня есть план — сегодня я побегаю от «эвакуаторов» по всей арене.

Поднимаюсь на ноги и начинаю грызть тигриную печень, но затем замечаю, что что-то не так. На арену вышли КДшники, но они не спешат хомутать меня.

— Брависсимо!!! — закричал нарядный хуй и начал хлопать.

Зрители на трибунах поддержали восторг своего высшего руководителя и тоже начали бурно хлопать.

«Больные какие-то», — подумал я и продолжил грызть печень тигра.