*Судан, вилаят Северный Кордофан, город Эль-Обейд, отель «Хилтон Гарден Инн Эль-Обейдград», 14 августа 2028 года*
Заношу тушу брата Пумбы под навес и роняю её на расстеленный брезент.
Это уже четвёртый брат Пумбы, невинно убиенный мною ради местных негров. Ограничиться тремя не получилось, так как я не учёл один момент — надо ведь кормить негров, чтобы они набрались сил для путешествия сквозь пустыню.
На это накопление сил был выделен самый первый Пумба, а три его брата полностью израсходовались на вяление и копчение. Такого запаса должно хватить им с лихвой, а вот четвёртый брат Пумбы достался исключительно мне, так как я тоже неслабо потратился на всю эту активность.
— Разделайте его, — велел я людям Аммара, — но помните, что он мой и только мой.
В любом случае, они не способны убивать членов семьи Пумбы и его дальних родственников. То есть, убивать-то их они могут, но это всегда заканчивается потерями.
Я же, как опытный охотник на королевских зверей, быстро выработал стратегию по их быстрому и гарантированному убийству. Небольшая осечка была всего одна и случилась она сегодня…
— А вот это — бонус, — сказал я, затащив под навес тушу гигантского хорька.
От этого хорька жутко воняет, окрас у него, как у скунса, но проверка мяса показала, что есть его можно.
Вообще, по внешности он как хорёк, но ведёт себя он, как крыса — я только-только завалил брата Пумбы, выдернул из него окровавленный лом, как хорёк пошёл в атаку, с целью накинуться мне на спину и получить две туши по цене… да бесплатно, блин!
Но я давно уже заметил, что хорёк начал на меня охоту, поэтому был начеку и держал ушки на макушке — стоило этой твари атаковать, как я сразу же вбил лом в её чёрно-белый грудак.
Железу, источающую отвратительный запах, я вырезал сразу и даже поместил её в пластиковый контейнер, но вонь от туши ослабла лишь чуть-чуть.
За четверых братьев Пумб я получил 54 очка опыта, а за хорька меня облагодетельствовало 73 очками опыта, что косвенно указывает на его нешуточную опасность лично для меня.
Нового левела это не дало, но я не унываю: чувствую тенденцию, что чем дальше в Африку — тем больше опыта.
Из этих соображений я не трачу накопленные очки характеристик — постараюсь поднять «Энергетический уровень», так как это выгодно, просто пиздец. Чем больше энергии в каждой клетке ультрагликогена, тем мощнее эффект от рывков и режима «Энергетического тарана».
— Я думаю, это всё, — сказал я Аммару, вышедшему из парадной двери отеля. — Пора, блин, браться за набор воды.
Цистерну мы нашли уже давно — для этого пришлось раскопать автозаправку и выкорчевать подземное хранилище, которое кто-то, когда-то давно, высосал до донышка.
Теперь эта цистерна, имеющая объём 10 кубометров, установлена на тяжёлый автоприцеп, который неграм предстоит тащить самостоятельно, на КДшных силах, через всю пустыню.
Подходящего транспорта, увы, не нашлось, так как все доступные автомобили уже давно выпотрошили — у людей Аммара даже нет ни единого целого аккумулятора.
Ещё кто-то заморочил себе голову и демонтировал рессоры почти с каждой тачки — возможно, для производства оружия или брони, так как рессорная сталь для этого подходит неплохо. Есть минус в виде низкой стойкости к коррозии, но мечом из рессорной стали можно зарезать какое-то количество негров, прежде чем он рассыплется в труху.
Не знаю, что именно тут происходило в первые месяцы зоошизы, но автомобили пострадали не меньше, чем люди — они тоже умерли, без шанса на восстановление.
— Перед тем, как идти за братом Пумбы, я разведал местность вокруг Сумайха, — сообщил я Аммару.
Негры вокруг засуетились и начали разбирать упомянутого родного Пумбы и крысиных повадок хорька на комплектующие.
— Я видел в воде ебучего крокодила, — произнёс я. — У вас точно не завалялась где-нибудь в гаражах какая-нибудь зенитка?
— Откуда бы? — спросил Аммар.
— Без зенитки будет тяжело… — сказал я.
Его люди передали мне две гранаты M67, что увеличило мой взрывчатый арсенал до трёх гранат — одну я снял с собственной растяжки в полицейском участке.
Но три гранаты, причём не самые лучшие в мире, выглядят как-то неубедительно, когда речь идёт о противодействии ебучему нильскому крокодилу, водящемуся рядом с удобным водопоем.
Крупнокалиберного оружия в нашем распоряжении нет, достаточного количества взрывчатки тоже нет, поэтому полагаться можно только на скорость — надо быстро накачать нужное количество воды, а потом утаскивать цистерну прочь. Если мы никого не потеряем в процессе добычи воды, я буду считать эту операцию грандиозным успехом…
Смотрю на наручные часы — всего 8:51 утра, то есть, светового дня ещё до жопы.
— Собирай свою непобедимую рать, Аммар, — велел я. — Мы идём в поход — за водой.
*Судан, вилаят Северный Кордофан, поселение Сумайх, 14 августа 2028 года*
— Не шуметь, не шуршать, даже не пердеть… — требовательно проговорил я. — Быстро и тихо подкатываем цистерну, а затем АККУРАТНО заводим дизель и начинаем качать воду.
Есть в моём плане какой-то изъян, но никак не могу понять, в чём именно я просчитался…
— Поехали, — приказал я.
Четверо КДшников-негров покатили прицеп с цистерной, а Аммар и Мохаммад потащили дизельный электрогенератор. За ними спешит Валилдин, придерживающий трубу электронасоса.
— Быстрее… — потребовал я.
Достигаем берега, отличающегося обилием грязи, которая слегка затрудняет перемещение прицепа, а я начинаю пыриться в воду в поляризационном режиме. Блики пропадают полностью, поэтому я вижу всё происходящее в воде на глубине до полутора-двух метров.
Крокодила, которого я приметил во время разведки, нет — может, ушёл на обеденный перерыв…
Аммар дёрнул за ручку и завёл дизель с первого раза. Оно и не удивительно, ведь я лично перебрал этот шайтан-девайс — всё тщательно почистил и смазал, а также устранил имеющиеся неисправности. Да я даже новый шланг подачи топлива установил — нашёл аналог среди хлама в городских гаражах.
Проблему с топливом я решил два дня назад, в поселении Харик. Там я нашёл стальную канистру с дизельным топливом, спрятанную хозяином в импровизированном подполе, используемом в качестве тайника. Ещё в этом подполе были деньги в пачках, но они сейчас даже на растопку не годятся. Но помимо денег я обнаружил там признаки хранения оружия — оно точно раньше находилось в нём, судя по старому чехлу от ружья.
Думаю, предыдущий хозяин дома достал своё ружьё и пустил его в ход, то ли против животных, то ли против людей — это не очень-то важно. А что важно — он не вернулся за топливом и деньгами, что может значить только одно…
Зато у нас есть восемь литров чистого дизеля — должно хватить, чтобы наполнить цистерну мутной водой из Рахада. А если не хватит, то у нас с собой пластиковая канистра, полная говна, которое люди Аммара называют топливом.
Понятия не имею, из чего они бодяжат эту алхимическую смесь, способную гореть, но она горит и специально адаптированные под неё движки даже могут на ней работать.
Что-то даже не задумывался о происхождении этого варева — надо будет, как вернёмся, спросить Аммара и Мохаммада.
Дизель заработал, подал питание на электронасос, а Валилдин храбро подбежал к воде и закинул в неё трубу.
— Не видно крокодила? — спросил Аммар.
В голосе его слышится с трудом сдерживаемая паника, но он держит себя в руках, как и остальные — они-то понимают, что от этой специальной водной операции зависит их дальнейшее выживание.
Если им всем повезёт, они смогут преодолеть пустыню и доберутся до Египта, а там всё зависит от того, как они договорятся с людьми султана.
Султан, так-то, вполне адекватный мужик, поэтому не будет обращать их в рабство: он не обращает никого в рабство лично — он покупает рабов. Ему вообще не с руки заниматься всей этой хуйнёй, так как ему везут рабов, на любой вкус, со всего света. Дошло даже до того, что шахиншах подогнал ему меня…
— Нет, в воде всё спокойно, — ответил я. — Пока что.
Дизельный электрогенератор орёт на все окрестности, поэтому заинтересованные морды уже всё услышали, включая крокодила Гену который, должно быть, интенсивно гребёт ластами, чтобы не опоздать на званый обед.
Я наблюдаю за акваторией, а остальные старательно пырятся по сторонам, чтобы не упустить появления сухопутных зверей.
Нервно поглаживаю гранату M67, робко выглядывающую из подсумка, и не забываю смотреть в небо. Птицы, ебать их в сраку, тут тоже водятся, пусть и не в эпических количествах.
Из-за вынужденного простоя, я не сумел отогнать от себя мысль о том, где я нахожусь и что делаю. Так-то, я стараюсь не думать об этом, потому что мне сразу становится очень хуёво, но в этот раз, смотря в воду напряжённым тупым взглядом, я вновь начал думать о сложившейся ситуации.
А ситуация у меня…
Да я просто в жопе!
Каждый ебучий шаг, который я делаю, загоняет меня всё глубже и глубже в жопу — с того самого дня в Боджнурде, когда я решил погеройствовать и спасти группу туркменов и одного таджика от неминуемой смерти, меня преследуют сплошные неудачи.
Я попал в плен, из которого меня перевели в категорию рабов, затем меня продали, как ебаный набор покрышек на Авито, ебучим египтянам, блядь!
Далее я сбежал от египтян и теперь нахожусь, сука, стоит задуматься об этом, в СУДАНЕ!
И теперь я стою на берегу речки-вонючки, с группой тощих негров, и мы все страшно очкуем от перспективы встречи с нильским крокодилом, для которого каждый из этих негров — это спортпит, то есть, чистейший белок на один зубок.
И мы стоим тут не просто так, а набираем воду, концентрация вредоносных микробов в которой настолько велика, что её хватит для ультимативного убийства небольшого города в Сибири…
«Ох, бля, ох, бля…» — подумал я, испытывая нарастающую душевную боль. — «Ну зачем я обо всём этом задумался⁈»
Я отказываюсь верить в то, что я обречён, поэтому барахтаюсь тут, как говно в унитазе, но мои шансы, если оценивать их объективно, крайне невелики.
Всё дело в том, что я ещё не был в настоящей Африке — я коснулся только кожицы на её залупе, а весь пиздец ждёт меня впереди.
— Шакалы! — раздался выкрик Мохаммада.
— Это хуйня! — отмахнувшись, ответил я ему. — Разберитесь сами!
Охотников до негритянского мяса тут пруд пруди, поэтому неудивительно, что шакалы учуяли нас первыми и теперь несутся сюда, чтобы очень дёшево похавать.
Главное, чтобы не припиздил какой-нибудь бегемот — я их, к счастью, ещё не встречал, но знаю, что они существуют.
От нильского крокодила по суше тоже не съебёшься, но бегемот — это вообще полный капец, потому что бегемоты и до зоошизы разгонялись до скорости среднего мопеда, то есть, до 35–40 километров в час.
Только вот на мопеде, по словам Аммара, от бегемота было не съебаться, так как мопед разгоняется до таких скоростей на ровных участках, а бегемот таких ограничений не имел и мчал в таком темпе по пересечёнке…
Я даже услышал от Аммара личную историю, связанную с бегемотами — его школьный друг был убит бегемотом. Эта тварь утащила его в реку и сожрала, но за это местные власти устроили полномасштабную охоту на бегемота-людоеда, в ходе которой завалили четыре особи.
Мне вспоминается моя жизнь в Новокузнецке — тоже были эпизоды с таёжными волками, которые убивали и ели детей из окрестных сёл, после чего начиналась полномасштабная охота. Некоторые охотники даже с нетерпением ждали таких событий, чтобы вдоволь пострелять по волкам.
«Не такие уж мы, сука, разные — люди…» — подумал я, нервно озираясь. — «Животные-то, может, и разные, но реакция всегда одинаковая — беспощадно ебашить их, чтобы больше никого не убивали».
Начинается стрельба из АК и АКМ — ребята не жалеют пуль, так как на кон поставлено слишком многое.
Охуевшие шакалы понесли первые потери и сразу же дали задний, так как поняли, что игра не стоит свеч и, вообще-то, это не их война.
— Контакт! — выкрикнул я, когда увидел его.
Крокодил Гена, собственной персоной, прибыл засвидетельствовать наш визит в его владения — он плывёт со скоростью торпеды, потому что всерьёз опасается, что мы скоро откланяемся, и званый обед не состоится.
Я думал о нильских крокодилах и пришёл к одному выводу — крокодил Гена, скорее всего, был именно нильским крокодилом, так как Успенский писал в своём «Крокодиле Гене и его друзьях», что Гена — это африканский крокодил.
А по всей Африке, кроме севера и Сахары, обитают именно нильские крокодилы, поэтому Гена, безальтернативно, свирепый крокодил-людоед, рассматривающий людей в качестве собственной кормовой базы…
Длиной эта тварь никак не меньше десяти метров, если считать с хвостом, а веса в ней, я думаю, сильно больше одной тонны. Нильские Гены и до зоошизы были совсем не подарок, а сейчас всё стало только хуже.
Вскидываю ARX-200 и начинаю выцеливать Гену, но мне изначально понятно, что такого патрона на него будет мало и шансы наши крайне низки.
— Глушите дизель, хватайте телегу! — крикнул я неграм. — И бегите, блядь!!!
Дважды им повторять не пришлось — дизельный электрогенератор был заглушен, труба вытянута из воды, а затем они взялись за прицеп и навалились. У них только одна надежда — что я сумею отвлечь крокодила Гену на себя и потом, если мне повезёт, сумею съебаться от него.
Открываю огонь по Гене, который, видимо, наученный прошлым горьким опытом, на вкус напоминающим крокодиловы слёзы, начал маневрировать, сбивая мне прицел.
Вытягиваю правую руку и выстреливаю электропроводящую нить на максимальную дистанцию. Нить опадает на воду, а я возобновляю стрельбу.
Монструозная тварь, тем временем, приблизилась на ударную дистанцию и я, перед моментом рывка, подаю в воду электричество.
Сокрушительной мощи разряд тока, напряжением 51 439 вольт с силой тока до 1028 миллиампер, ебашит по крокодилу Гене, который впадает от этого в состояние необоримого ахуя и прерывает подготовленную атаку.
Его начинает колбасить, он взбивает своими могучими лапами воду практически в пену, а затем вылетает на берег, где его продолжает колбасить. Но на суше он перешёл к, так называемому, флорворку, в стиле «червяк» — известному и популярному стилю брейк-данса.
— Ха-ха! — радостно засмеялся я и снял со спины заточенный лом.
Аккуратно подхожу к барахтающемуся, как рыба на льду, крокодилу Гене и активирую «Энергетический таран». Совершаю рывок максимальной мощности и наношу колющий удар ломом в область шеи Гены.
Но Гена, даром, что сейчас очень занят демонстрацией своего скилла в брейк-дансе, умудряется следить за обстановкой и сохраняет какую-то способность к самообороне.
Он резко вильнул своей мордой и попытался откусить мне левую ногу, одновременно с этим уклоняясь от смертельного удара ломом.
Лом врезается совсем не туда, куда я хотел, и отскакивает от крокодильей брони.
Я филигранно перепрыгиваю через туловище крокодила и отбегаю на несколько метров. Ладно, лом — это красиво, но неэффективно, так как Гену ещё рано списывать со счетов…
«Надо поддать газку», — решил я и выпустил из левого запястья электроплеть.
Замахиваюсь ею и наношу удар по крокодилу Гене, который неожиданно быстро пришёл в себя и перевернулся на все четыре лапы. Но его до сих пор колбасит и сейчас всё станет ещё хуже…
Гена попытался уклониться от плети, но она зацепилась за его правую переднюю лапу и намоталась на неё, после чего я сразу же подал разряд.
От плети к грязи под нами ударили электрические дуги, но основной разряд пошёл прямо в крокодила Гену, которого очень часто и мелко затрясло, после чего он рухнул на брюхо.
+839 очков опыта
Новый уровень
— Охуеть!!! — прокричал я, испытывая небывалый восторг. — Ю-ху!!! Блядь!!! Да!!!
Я не ожидал, что это вообще прокатит, так как у меня не было уверенности, что мощности разряда хватит, чтобы поджарить Гену прямо в воде.
— Ох, блядь, ох, блядь! — громко проговорил я, широко улыбаясь. — Иди сюда, сука!
Хватаю дохлого нильского крокодила за башку и начинаю оттаскивать его подальше от берега. Это же огромные запасы мяса, которых мне хватит, чтобы отожраться за всё, что я пережил в пустыне!
«Я — это успех!» — подумал я, затаскивая труп Гены на твёрдую почву. — «Очень быстро бегающий успех!»
Даже боюсь представлять, сколько с него будет полезного мяса, но ожидаю, что будет его просто дохрена!
— Эй!!! — громко позвал я. — Эге-гей, блядь!!! Аммар, Мохаммад!!! Мохаммад!!! Эй!!!
Вытаскиваю из подсумка капроновую верёвку и обвязываю ею шею крокодила, после чего хватаюсь за импровизированную ручку и тащу эту тварь.
— Мохаммад!!! Аммар!!! — продолжил я звать. — Идите сюда!!! Всё окей!!!
Сигналов на случай моего успеха с крокодилом Геной мы не предусмотрели — ну, потому что успех вообще не рассматривался всерьёз. Никто, даже я, не верил в то, что удастся завалить самого Геннадия, поэтому и не думал никто, как быть в таком случае.
Меня услышали — эх, блин, а они ведь укатили телегу недалеко…
Из кустарника высунулась голова Аммара, который, вообще-то, вожак и должен быть самым смелым. Он выпучил глаза в изумлении, которое нахлынуло на него, когда он увидел меня и Геннадия Корнеевича, в такой пикантной ситуации.
— Зови всех остальных, Аммар! — приказал я. — Надо наполнить цистерну до краёв и заняться обескровливанием этой твари! Поторопитесь!
Вообще не хочу терять столько мяса напрасно, особенно в свете того, что я ещё не ел крокодилятину.
Через несколько минут подтянулись остальные негры и начали радостно голосить.
— Тишина! — рявкнул я. — Хотите накликать какого-нибудь бегемота⁈ Рты на замок и за работу! Я продолжу пасти реку, а вы занимайтесь набором воды и разделкой этого кожаного пидараса!
*Судан, вилаят Северный Кордофан, город Эль-Обейд, отель «Хилтон Гарден Инн Эль-Обейдград», 14 августа 2028 года*
— Ну, на вкус отдалённо напоминает курицу, — поделился я своими гастрономическими ощущениями.
Убах, женщина Аммара, пожарила крокодилье мясо на сковороде, в стиле стейков, и посыпала его какими-то местными специями.
Я попросил для себя мясо с кровью, то есть, слегка обжаренное — не боюсь глистов и сальмонеллёза, поэтому иду на такое. До этого я у всех на глазах жрал печень Пумбы, поэтому Убах отнеслась к моей просьбе нормально.
— Мне кажется, больше похоже на рыбу, — произнёс Мохаммад. — Отдаёт рекой.
— Да, как карась! — согласился я с ним.
— Кто? — спросил он.
— Ну, карась! — воскликнул я. — Рыба такая.
Я не знаю его названия на арабском, хотя выучил к херам собачьим целых три толковых словаря.
— Наверное, у вас просто нет такой рыбы в реках, — произнёс я. — Ну, я согласен — по вкусу чуть-чуть похоже на речную рыбу.
Мною до сих пор владеет эйфория от того, что я сумел грохнуть самого крокодила Гену, при этом, что очень важно, не лишившись конечностей.
Продолжаю жевать жёсткое мясо, из которого сочится крокодилья кровь, и запиваю это водой из личных запасов Аммара. Это минералка Bonaqua, всё ещё с газом — просто пёрфект-лайф…
За длинным столом сидят все КДшники группы Аммара, очень довольные грандиозным успехом рейда за водой. Это для меня нормально почти постоянно пребывать в состоянии опасности, когда смерть тепло дышит тебе прямо в жопу, а они стараются избегать любых опасностей и просто выживают, как могут.
— Ну, господа! — заговорил я, подняв стакан с минералкой. — Выпьем за успех!
Все подняли свои стаканы и присоединились к моему незамысловатому тосту. Сейчас, в наших условиях, минералка стоит объективно дороже шампанского «Вдова Кличко» или «Кристалл».
«Или не Кличко?» — озадаченно подумал я, выпив минералку до дна. — «Блин, Клико! Какая, нахуй, Кличко?»
Так или иначе, но за шампанское в Судане тебя никто не убьёт, а вот за бутылку минералки — вполне, вполне…
У местных есть некий алкогольный напиток, гордо называемый Аммаром «суданским виски» — это, по сути своей, самогон, выгнанный из хуй его знает чего. Возможно, из всего, что можно найти на поле.
Я реквизировал у местных все бутылки с этим адским пойлом, мотивировав это тем, что все они добрые мусульмане и им нельзя, ибо харам.
Потом, когда они уедут, я качественно нахуярюсь этим «суданским виски», чтобы повеселиться, проораться и вообще, выпустить накопленный стресс.
Это шаг в алкоголизм, но тут надо выбирать — позвонить, чтобы выговориться о наболевшем, мне некому, занятия спортом мне, объективно, не помогают, смена обстановки тоже, блядь, не помогает, поэтому мне доступен только один способ избавления от стресса. И он сейчас лежит под моей кроватью, ждёт своего часа для удара по моей многострадальной печени…
— Студик, ты — великий воин! — воскликнул Мохаммад. — Я никогда не встречал людей, что были храбрее и свирепее тебя! Предлагаю выпить за Студика — величайшего воина на Земле!
Мне было лестно услышать такое — пусть я и понимаю, что тут слабые КДшники, которые спасуют даже перед Вином или новокузнецким мною, но Мохаммад говорит от всего сердца, искренне.
Признательно киваю ему и залпом выпиваю очередную порцию минералки.
Вопрос с водой решён надолго — в цистерне, стоящей под навесом, происходит геноцид всего живого. Я нашёл инструкцию к хлорамину, который поставлялся сюда по линии ООН, поэтому набодяжил его в воду в точном соответствии с международными нормами.
Чистый хлор, конечно, был бы получше, с точки зрения вкусовых качеств — он ведь распадается через часы пребывания в воде, но в ООН работали пусть и куколды, но не долбоёбы. ООН было известно, что чистый хлор слишком легко связывается со всяким органическим говном в воде, поэтому быстро теряет свои дезинфицирующие свойства.
А хлорамин — он не такой. Он уже связан со всяким говном, но не потерял от этого дезинфицирующие свойства. Правда, запах у него — будто от бассейна…
— Когда нам отправляться? — спросил Аммар.
— Да когда захотите, — ответил я. — Главное, золото передать не забудьте…