*Исламская Республика Иран, остан Керманшах, город Керманшах, 5 августа 2028 года*

— Толкай быстрее, блядь!!! — выкрикнул Щека, крутящий привод автопушки.

Его тележка получила значительный апгрейд: теперь это прицеп от трактора, на всю полезную массу нагруженный бронеплитами и оборудованный моторизованным лафетом с установленной на нём ЗУ-23–2.

Зенитная установка доставлена из Волгограда неделю назад и всё это время Щека был счастлив, так как его огневая мощь увеличилась кратно, а удобство эксплуатации орудия только возросло — его личный расчёт составляет шесть человек, среди которых только два КДшника.

Двое ополченцев занимаются исключительно перезарядкой орудия, один следит за местностью через стационарный тепловизор, содранный с БМП М2 Брэдли, Щека сидит за установкой на месте наводчика, а двое КДшников толкают и поворачивают эту невыносимо тяжёлую телегу.

Телега, тем временем, продвинулась на двести с лишним метров, и Щека увидел цели через тепловизор — противники укрылись в полуразрушенном здании и готовят СПГ-9 к огню.

Такого шанса Щека им давать не собирался, поэтому быстро навёл установку, за доли секунды рассчитав упреждение, и дал короткую очередь.

Снаряды калибра 23 миллиметра, бронебойно-зажигательные и осколочно-фугасные, влетели в небольшое окно, безальтернативно уничтожив всех обитателей помещения.

Щека представил то, что случилось с ними — их разорвало на клочки мяса и требухи, из которых уже невозможно собраться обратно, даже если у поражённого организма есть такая функция.

Он вспомнил это потому, что у них появился новый КДшник, которого прозвали Лысым, за то, что он лысый — его способностью является очень быстрая регенерация, что радикально повышает его живучесть. В описании сообщается, что есть возможность присоединения оторванных конечностей, чего нельзя делать обычным КДшникам.

Эксперименты НИИ КД показывают, что присоединять ампутированные конечности, разумеется, можно, но только в условиях клиники, и при условии, что их ампутировало аккуратно, в ином случае сращивание происходит криво, с ухудшением характеристик конечности, что не оправдывает все хлопоты.

А у Лысого есть биологический механизм, который точно знает, как должно быть, поэтому быстро формирует с прислонённой к месту ранения конечностью временные ткани, которые потом выправляют её положение и очень быстро происходит процесс регенерации. Проходит всего несколько часов, и по Лысому уже и не скажешь, что он только что лежал двумя отдельными кусками…

— Двигаем! — крикнул Щека. — Снарядов ещё дохуя!

Телега поехала дальше, неуклонно приближаясь к дворцу местного сатрапа.

Там заседает сатрап Саид, двоюродный брат шахиншаха Баграма VI, как говорят, его любимого двоюродного брата, в отличие от двух других его двоюродных братьев, сатрапов Гасема и Аббаса, которых Щека обезглавил лично.

«Да, кто-то считает, что это какая-то дичь — обезглавливание пленённых сатрапов, но эти кто-то просто не смотрели на лица пленённых боевиков, которые присутствовали там», — подумал Щека, длинной очередью выселяя персов с первого этажа жилого дома. — «На этих работяг акт казни проигравших произвёл неизгладимое, блядь, впечатление — они признали нашу силу!»

Он интуитивно чувствует неписаные законы Ближнего Востока, что отметил даже Ронин — вот этот человек прекрасно понял, зачем именно Щека устроил из казни сатрапов почти что шоу.

Обычные боевики получили однозначный сигнал, что их старые хозяева более не актуальны, ни как военная сила, ни как политический авторитет, ни как живые люди — эффектнее было бы только публичное съедение их сырых печеней и сердец Щекой, но это слишком даже для него.

— Тягачи — в укрытие! — скомандовал он.

КДшники заняли специальные бронированные ниши, предназначенные для защиты от огня — они сделали это вовремя, так как противник атаковал с фланга.

На броне телеги заискрили пулевые попадания, а Щека развернул свою башню и открыл шквальный огонь по пятиэтажке слева по курсу.

Спустя шесть секунд, сопротивление отряда противника было подавлено — от них остались лишь медленно оседающие облака пыли и дыма, а также изломанные трупы.

— Вперёд! — приказал Щека, управляющий этой бронированной телегой.

В небесах неистово кружат FPV-дроны, причём не только дроны-камикадзе, но и антидроны — команда Нарка прекрасно осведомлена о технической подкованности противника, поэтому позаботилась о защите своих штурмовых подразделений.

Почти над головой Щеки произошло столкновение двух дронов, которые сразу же взорвались, осыпав окрестности осколками.

За его установкой следуют две БМП-2, которые используются в качестве транспортного средства для четырнадцати штурмовиков-ополченцев.

Работа штурмовика и без того экстремально опасна, а в контексте существования КДшников, она практически суицидальна, но у Фронтира есть очень много добровольцев, которые согласны быть штурмовиками.

— Стой! — приказал Щека.

Как только телега остановилась, из-за руин здания с непонятной вывеской выскочил гранатомётчик с РПГ-7, которого сразу же срезал Шахром, бдительно следящий за окрестностями.

— Обэма — респект! — похвалил его Щека, не успевший довернуть орудийную установку. — Эй, вы, двое — смените ленты! Мы уже близко!

Противник старается не выводить бронетехнику, так как Нарк уже завоевал господство в воздухе и его команда дроноводов набила солидный счёт — девять танков и шестнадцать БМП.

Но у противника тоже есть свои дроноводы, которые умеют и любят подбивать бронетехнику, поэтому Ронин и Зулус, командующие штурмом Керманшаха, тоже применяют технику крайне неохотно.

Телегу Щеки не сильно жалко, так как её, если что-то случится, можно сделать заново, а вот полноценный танк, сожжённый дронами — это невосполнимая потеря для всего человечества, которое очень нескоро сможет производить танки.

«Да их и так не особо производили, до зоошизы», — подумал Щека, поворачивая установку на новую цель.

На подступах к городу по его тележке отстрелялся персидский ДШК, который он быстро заставил замолчать, но ущерб был нанесён — в ходовой части что-то надсадно скрипит всю дорогу.

Зато, таким образом, была проверена крепость брони, которая, по заявлению мастера, сдававшего Щеке телегу, имеет дифференцированное бронирование толщиной от 25 до 65 миллиметров, естественно, гомогенной стали.

Щека вытащил из кармана монокулярный тепловизор, включил его и осмотрел окрестности. Подбирающихся к его тележке противников не видно, а это значит, что отряды на флангах хорошо делают свою работу.

Продвижение к крепости сатрапа идёт своим ходом, а Щека начал испытывать рутинность происходящего — происходящее сильно похоже на предыдущие штурмы городов, защитники которых не смогли дать хоть сколько-нибудь конкурентные бои.

Проф, в последнее время, чем-то очень сильно вдохновлён — возможно, он полноценно осмыслил и осознал, какой универсальный консервный нож находится в его распоряжении.

Вообще-то, шахиншах Баграм VI — это не какой-то очередной князёк, каких Фронтир встречал на своём пути много, а личность, сумевшая очень быстро набрать силу и покорить всех князьков, обитавших на территории Ирана.

Это как если бы Проф сумел бы взять под свой контроль всю Россию и расставить на местах надёжных людей из своей команды, после чего сидел бы на троне и развлекал себя гладиаторскими боями.

То есть, тот период, который переживает современная Россия, в Иране уже давно пройден, а власть в нём консолидирована в одних руках, пусть она и совсем не такая, как до зоошизы.

В любом случае, это лучший контроль над территориями, которого только можно добиться в нынешних реалиях и это вызывает у Щеки определённую долю уважения к шахиншаху Баграму VI.

Такая власть, если смотреть на горизонте пары десятилетий, ведёт к формированию нормального государства, которому, в конце концов, станет мало одного Ирана и оно, неизбежно, расширит свои границы до разумных пределов.

И сейчас, прямо сейчас, Щека разрушает это государство, город за городом — и это приносит ему ни с чем не сравнимое удовольствие…

«Это, конечно, охуенно и круто, но это побочная цель», — подумал он. — «Основная цель — это спасение Студика».

Он мало спит и очень много ест, заедая стресс и почти постоянно пребывая в состоянии нервного перенапряжения, потому что знает, что Студик жив и находится где-то там — возможно, ему сейчас очень плохо и он на грани выживания…

— М-м-м, бляди грязные, — процедил Щека и дал короткую очередь в показавшуюся «техничку».

Пикап, оснащённый пулемётом М2 Браунинг, взорвался, а через секунды из его кузова выскочила горящая и орущая фигура.

— Гори-гори… — оскалившись, проговорил Щека.

Наконец, спустя десяток минут методичного продвижения по улице, показался дворец сатрапа, который уже должны были окружить.

Откуда-то с юга прилетели артиллерийские мины, начавшие разрываться на территории дворца. Это работает автоматический миномёт «Василёк», доставленный из Волгограда.

Также, спустя пару десятков секунд, куда-то за стену спикировал FPV-дрон, взорвавший там что-то или кого-то.

— Стоп машина! — скомандовал Щека. — Сейчас сделаем проход! Бронебойные ленты — быстро!

Он перевёл прицел на бетонную стену и дождался, пока произойдёт смена боекомплекта.

Как только перезарядка была завершена, Щека сразу же начал формировать в стене квадрат, пригодный для проезда его телеги.

Ему не хотелось томно тащить телегу к вратам, мучительно разворачивать её и натыкаться там на внутреннюю баррикаду, поэтому его решение радикально — они подъедут к пролому, расчистят завал и ворвутся внутрь, чтобы унижать и карать…

Двух лент на такое действо не хватило, поэтому Щеке пришлось дождаться перезарядки и вновь повторять процедуру, до полного обрушения бетонной стены.

— Всё, заряжайте нормальную ленту и готовьтесь к пиздецу! — приказал он. — Тягачи — навались!

Муравей и Шахром навалились на телегу и потолкали её вперёд, на штурм крепости.

Щека же, походя, срезал троих шальных боевиков, пытавшихся покинуть оборонительный рубеж и раствориться в городе, а затем увидел новую цель, что показалась в проломе.

Это какой-то здоровенный перс, носящий на себе сверхтяжёлую стальную броню и держащий в руках щит и меч. Причём щит его имеет габариты двери и является цельнометаллическим, а меч имеет длину где-то с рост Щеки. Он очень силён, это очевидно, но его броня ничто против ЗУ-23–2…

Щека сразу же перевёл прицель на гигаперса и открыл по нему шквальный огонь.

Гильзы застучали по обшитому жестью полу и заряжающие сразу же начали сгребать их в специальный гильзоприёмник, по которому они укатываются прочь, на асфальт справа и слева от телеги.

Гигаперс закрылся щитом, который сразу же начал «плясать» в его руках, так как кинетическая энергия от попадающих в него снарядов легко перебарывает его физическую силу.

В один из таких моментов, когда щит наклонился слишком сильно, снаряд попал в шлем гигаперса и взорвался.

Гигаперс рухнул на землю, как подкошенный, но это лишь прибавило Щеке энтузиазма и он начал расстреливать тело на обе ленты.

Нательная броня оказалась гораздо слабее по прочности, чем щит, поэтому гигаперса быстро разорвало на куски. Но Щека остановился только когда увидел, как в сторону откатилась сначала правая рука, а затем и окровавленный шлем.

«Надо было вступить с ним в поединок — это же опыт, блядь!» — с досадой подумал Щека. — «Пиздец!!!»

Он с досадой сплюнул и вновь уставился в прицел.

Заряжающие установили новые цинки с «нормальными» лентами, заряженными бронебойно-зажигательными и осколочно-фугасными снарядами — советские конструкторы предусмотрели такой набор для борьбы с авиацией, но он отлично работает и против живой силы, что установлено ещё советскими военными.

Наконец, телега смерти въехала во внутренний двор крепости, где царил панический бардак — некоторые боевики сидят в зданиях и ведут огонь, а некоторые беспорядочно бегают по двору, пытаясь найти себе место.

Последних Щека и срезал одной длинной очередью, а затем взялся за обезлюживание этого, пока что, населённого участка.

Снаряды пробивали стены или взрывались на них, гильзы со звоном бились об пол и наполняли полуоткрытую рубку телеги ни с чем не сравнимым запахом горелого пироксилинового пороха.

Очередная перезарядка открыла противнику окно возможностей, но тут в дело вступили Муравей и Шахром, начавшие отстреливать всё живое из ручных пулемётов.

После ещё одной серии коротких очередей, каждая из которых нашла свою цель, контроль над двором был установлен.

Персы не закончились, но они просто перестали пытаться заходить в помещения, обстреливаемые Щекой.

В пролом, созданный Щекой, вошли фланговые подразделения, возглавляемые Черепом и Фурой.

Коротко кивнув им, Щека продолжил наблюдение за окрестностями, а фланговые отряды пошли на штурм внутренних помещений.

— Можем присоединиться к ним? — спросил Муравей.

— Нет, блядь, не можете! — ответил Щека. — Если Ронин прикажет перетащить телегу в другое место, кто будет толкать её? Фёдор? Иван? Я⁈ Нет, нихуя! Придерживаемся плана!

Фёдор и Иван — это ополченцы, назначенные заряжать установку, и у них не хватит сил даже просто толкнуть телегу, не говоря уже о её перемещении…

Через стены перебираются другие штурмовые группы Фронтира — они сразу же заходят во дворец, чтобы поддержать зачистку.

Щеке стало скучно, поэтому он достал зубочистку и начал увлечённо ковыряться ею под ногтями.

— Видал этот здаровый хуисос? — спросил Шахром у Муравья.

— Конечно, — подтвердил тот. — Хотелось бы мне завалить его в поединке — наверное, опыта бы отвалили просто дохуя.

— Не напоминай, блядь! — потребовал Щека, хватаясь за сердце. — Я уже тысячу раз пожалел, что пристрелил его!

— Жалка, да… — неуверенно произнёс Шахром.

— Ты бы его не потянул, — сказал ему Щека. — Хотя…

Шахром очень сильно прокачался за все эти штурмы — он находился в перманентной опасности, каждую секунду рискуя погибнуть.

«Потому что быть со мной — это опасно, ха-ха-ха!» — подумал Щека и заулыбался.

За риск у интерфейса принято щедро платить, поэтому Шахром набрал солидно уровней.

— Разъебал бы, есь жи! — уверенно заявил Шахром.

— Мы этого уже не узнаем, — сказал Муравей.

— Я знаю, есь жи, — произнёс Шахром.

Его язык слегка улучшился, из-за пребывания в русскоязычной среде, но ещё есть, куда расти. Впрочем, Щеке плевать — лишь бы было понятно, что является его главным языковым стандартом.

Минут через десять, когда интенсивность стрельбы во дворце существенно снизилась, из парадного хода вышла Лапша, но не одна, а вместе с главным виновником сегодняшней суеты.

— Щека, он твой, — сказала она и бросила поломанного сатрапа на крыльцо.

— Фёдор, достань из того ящика мой механический абсолютизатор памяти, — попросил Щека и выпрыгнул из телеги.

Он размял руки и спину, после чего подошёл к стонущему от боли сатрапу.

— Так-так-так, что это у нас тут? — с любопытством спросил Щека. — Обэма, ты где?

Шахром подбежал к нему и повесил пулемёт себе на плечо.

— Где Студик, сука ты ебанутая⁈ — рявкнул Щека.

Шахром перевёл его вопрос, а сатрап прошептал что-то невнятное.

— Он говорит, что ты знаишь, — сообщил Шахром.

— Не дерзи мне, неверная шалава! — выкрикнул Щека и пнул сатрапа в живот. — Где шахиншах⁈

— Он говорит, что в Ахвазе, — перевёл Шахром.

— Щека, спроси его, куда он дел всех женщин! — попросила Фура, выглянувшая из окна второго этажа.

— Где все бабы, пидор⁈ — рявкнул Щека.

— Он говорит, что тебя это ибать ни должно, — сообщил Шахром.

— Фёдор, неси абсолютизатор! — потребовал Щека.

Заряжающий спрыгнул с телеги и принёс заляпанный кровью и дерьмом якорь-бабочку.

— Вот он! — воскликнул Щека. — Ты знаешь, что будет дальше, слизь подзалупная⁈

— Он говарит, что отправил всех сваих женщин в Ахваз, под защиту шахиншаха, — сообщил сконцентрировавшийся на переводе Шахром. — Хуисос…

— Вот гондон! — разъярённо выкрикнул Щека. — Сколько КДшников у шахиншаха⁈

— Не знаит, говорит, — перевёл Шахром.

— Это была роковая ошибка, — сказал Щека. — И за неё ответит твой анус…

— Зачем мы мучаем его? — спросил вдруг Муравей. — Он же всё равно не знает ничего нам не известного.

— Все что-то да знают! — возразил Щека. — И мне кажется, этот пидор что-то скрывает от нас! Я не чувствую искренности! Нет искренности!

Тут он услышал что-то непонятное вдалеке, а затем, когда понял, что это, сразу же заулыбался.

— Фёдор — на борт! — скомандовал он и побежал к телеге.

Откуда-то с запада доносятся едва слышные звуки работы вертолётных лопастей, а это не может быть случайностью — вероятно, это отряд Нассера, который прибыл отрабатывать шахиншахское золото.

Об этом персонаже Щека уже очень хорошо наслышан, так как ему известно, что это именно Нассер ответственен за захват Студика.

Причём очень иронично то, что если бы не Мона, которую Щека очень хочет поймать и мучительно убить, ничего из происходящего бы не происходило — Студик практически уничтожил отряд Нассера, в одиночку, но ему не повезло.

Эти данные он получил от одного из сатрапов, который своими глазами видел, как Студик бьётся на арене против свирепого тигра-мутанта.

Они истощали Студика, чтобы он имел меньше шансов сбежать, и склоняли его к размножению — это сведения от Славика, который уже улетел в Волгоград. Знает этот бывший персидский раб очень мало, так как ему не докладывали, а доступа к Студику, после его отправки в покои, он не имел.

Щека запрыгнул на кресло наводчика и сразу же развернул установку в сторону приближающихся вертолётов.

Только вот вертолёты так и не показались, а это значит, что они высаживают десант поодаль.

— Ополчение — занять оборону! — приказал Ронин, выбежавший из дворца. — Обэма, Череп и Фура — остаётесь здесь. Все остальные — за мной!

КДшники собрались во дворе и последовали за Ронином, который очень хочет разобраться с основной наёмной силой шахиншаха.

Бессмертные сильны, но им всем есть, что терять, поэтому они крайне неохотно подряжаются на рейды, а вот отряд Нассера — это люди совсем другой мотивации. Нассер сражается за деньги, поэтому ему не очень-то важны цели, но очень важен положенный за них гонорар.

— Есть, блядь! — раздался из рации выкрик Нарка.

— Что случилось? — спросил Ронин.

— Чинук снесли! — ответил тот. — Прямое попадание в кабину!

— Охуенно! — радостно воскликнул Щека. — Просто охуенно!

Это значит, что основная часть отряда Нассера уже никуда не улетит — им остаётся биться до самого конца.

«Вертолётные десанты, в эпоху дронов-камикадзе — это долбоёбский уровень интеллекта», — подумал Щека, бегущий позади Фазана.

Фазан оснащён новой бронёй, материал для которой разработан в НИИ КД — они нашли способ сделать паутину Лапши твёрдой. Технология сложная, выход продукта небольшой, поэтому продукция доступна только элитным КДшникам, в число которых входит Фазан.

Защитные свойства нового материала впечатляют — при эквивалентном весе, плита алиита, названного в честь Лапши, примерно вдвое превосходит металлокерамические бронеплиты. Не говоря уже о том, что паутина лучше рассеивает энергию и не склонна крошиться от попаданий.

Примерно через восемь минут стремительного бега, наметился первый контакт.

— Триста метров! — сообщил Бубен, бегущий в центре боевого порядка, как самый ценный. — До пятидесяти целей!

— Ох, это праздник… — проговорил Щека. — Просто праздник…

Примерно через сотню метров начался огневой контакт.

Щека снёс башку КДшнику, носящему пафосный шлем-череп, который оказался неспособен защитить своё содержимое от бронебойной пули 7,62×51 миллиметр.

+1 очко опыта

— Опа… — изрёк Щека и преисполнился энтузиазма. — Давно не было…

Началась ожесточённая перестрелка, в ходе которой Ронин показал мастер-класс по тактическому управлению подразделением — сразу же отправил два отряда на манёвр обхода, а также распределил всех остальных по укрытиям.

Щеку и Муравья он отправил на крышу двухэтажки, чтобы они, для начала, расправились со снайпером, подстрелившим Вина.

«Бедолага…» — с искренним сочувствием подумал Щека, мельком взглянув на лежащего в переулке Вина.

Он получил пулю в правую кисть — кисть разорвало на две части, поэтому сегодня он уже не боец.

«Может, он проклят?» — задумался Щека. — «Или, наоборот, благословлён? Как-то же он постоянно выживает…»

Но особенности упорного выживания Вина он решил обдумать уже после боя, а сейчас он взялся за выцеливание очень компетентного снайпера, уже сменившего позицию.

— Видишь его? — спросил Щека, приготовив ТСВЛ-8 «Сталинград».

— Нет, — ответил Муравей, аккуратно выглянувший, чтобы рассмотреть местность через тепловизор.

Тут ему в голову прилетает пуля, и он падает на спину. Через секунду он встал на ноги и куда-то пошёл, но Щека сбил его с ног.

— Ты как⁈ — встревоженно спросил он, перевернув Муравья.

А у того глаза разбегаются, но пробития черепа нет.

— А-а-а… — протянул он.

— Давай, отлёживайся, — сказал ему успокоившийся Щека. — Я сам разберусь.

На фоне гремит непрерывная перестрелка, в которую иногда врываются характерные всхрипы снайперской винтовки.

Щека начал соображать и вытащил из подсумка редко используемое зеркальце на телескопической указке.

Высунув его из-за ограждения крыши, он начал внимательно рассматривать позиции противника.

Снайпер уже переключился на поддержку своих штурмовиков, поэтому Щека быстро нашёл его — он спрятался за ржавым минивэном.

Приготовив винтовку к бою, Щека поставил её на ребро ограждения и, спустя доли секунды, произвёл выстрел по среагировавшему на движение снайперу.

Пуля калибра 8,6 миллиметров, разогнанная мощным пороховым зарядом, проникла во внутренний мир черепной коробки снайпера и раскидала его по асфальту.

+3 очка опыта

Новый уровень

— Да, сука… — заулыбавшись, прошептал Щека.

Гибель снайпера вызвала кратковременный переполох в стане врага, но ситуацию выправил какой-то властный тип, которого Щеке и захотелось замочить.

Он выстрелил ему в ногу, которую откинуло от удара неестественно сильно.

«Ах, броня или способность», — понял Щека. — «Сейчас…»

Но вражеского командира оттащили за машину, поэтому Щеке сразу стало неинтересно.

Он переключился на других КДшников и начал сшибать их, одного за другим.

Всё это время происходило сближение противоборствующих отрядов, а потом всё внимание на себя утянула Лапша, которая разом прикончила шестерых, банально залив их токсичной паутиной.

— Эй, так нечестно!!! — выкрикнул недовольный Щека.

— А ты здесь за кого, Щека⁈ — громко спросил Фазан.

— За здравый смысл!!! — ответил ему он. — Она вальнула чей-то опыт!!!

Фазан лишь отмахнулся от него и продолжил движение со своим ростовым щитом, за которым укрывались Бубен и Бюргер.

Щеке удалось застрелить лишь ещё одного вражеского КДшника и он испытал разочарование — отряд Нассера не показал ожидаемого уровня оппозиции Фронтиру, бьющему в полную силу.

Он спрыгнул с крыши и побежал к основному месту действия.

А там последних сопротивляющихся персидских КДшников окружили в здании кафе.

— Я пришёл на нормальную перестрелку!!! — крикнул разъярённый Щека. — Как в вестернах!!! Эй, вы где⁈ Ку-ку! Выходите!

Он всмотрелся в полутьму кафе, а затем достал монокулярный тепловизор и включил его.

И он застал момент, когда КДшник, которого он ранил в ногу, поднёс к своей голове пистолет и выстрелил.

— Ах, блядь, сраные пекари… — проговорил Щека.