Процесс консервации энергии невротиком – это попытка избежать траты физического, эмоционального, когнитивного и любого другого ресурса, включая материальный. Происходит это, во-первых, потому что сил из-за хронической тревоги просто нет; во-вторых, на фоне постоянной усталости присутствует естественное желание отдохнуть и восстановиться, поэтому любые действия кажутся неразумными; в-третьих, тревожность вызывает страх будущего и стремление подготовиться к неопределенности, но опять же сохранением энергии. Что совсем не работает.
Стоит отметить, что стремление к консервации – это неосознанный процесс. Поэтому винить себя здесь не стоит, вам и так хватает самопоедания.
На самом деле никакого накопления не происходит. Получается только избежать какого-то на первый взгляд лишнего дискомфорта в моменте – ценой снижения самооценки и закрепления порочного цикла тревожности в долгосрочной перспективе. При чем тут снижение самооценки, спросите вы. «Экономия» чаще всего происходит за счет избегания каких-то ситуаций и тем более важных задач, что в перспективе еще больше дестабилизирует психику и приводит к реальным жизненным проблемам.
Разорвать этот цикл можно, сменив поведенческую стратегию с консервации на активные действия, направленные на обучение и развитие навыков, продуктивность, нацеленность на результат (а не на создание вида бурной деятельности) и на обретение мастерства в какой-то области. Потому что мастерство – это фундаментальный инструмент, который поможет разорвать порочный круг дезадаптивной тревоги.
Тревога – стрессовая реакция организма, которая сопровождается выбросом энергии, направленной на поддержание гомеостатического равновесия. Соответственно, тревога – это чистой воды энергия. Но именно этот всплеск физиологической активации пугает чувствительного невротика и заставляет ощущать еще больше негативных переживаний. Но теперь уже о происходящем в его теле. Усиление этих переживаний активирует избегающее поведение и не позволяет расходовать резко появившуюся энергию. В итоге тело остается напряженным и снижение эффекта от стрессовой реакции долго не наступает.
В какой-то момент невротик настолько может привыкнуть беспокоиться, что любое ощущение напряжения или недомогания в теле может восприниматься как тревога. Такая интерпретация запускает новый виток: человек тревожится оттого, что ему тревожно, и так далее по кругу…
Неплохой идеей будет воспринимать тревогу как автоматический сигнал к трате энергии. Как только начинаются первые симптомы (пульс резко учащается, дыхание сбивается, вы чувствуете напряжение в конечностях), сразу же ищите способ сброса стрессовой реакции. Потому что если эту энергию не расходовать, внутреннее напряжение будет нарастать и пугать, повышая тревожность и продлевая стресс.
Нам сегодня не нужно физически убегать от стрессов, потому что большинство из них психологические. Но при этом реакция организма остается физиологической. Так как чаще всего действия не происходит, тело остается малоподвижным, а энергия должна куда-то деваться, она находит выход в усилении тревоги и руминациях.
Мозг расходует примерно 20% нашей энергии, при этом составляет всего 2% от общей массы тела. Достаточно логично сбрасывать «лишнюю» стрессовую активацию именно с помощью загрузки мозга, в конце концов выбора особо нет. Но, к сожалению, если процесс такого сброса неосознаваемый и, соответственно, неконтролируемый, то ждать чего-то конструктивного от него не стоит. Энергия течет куда может, в первую очередь в миндалину. Отсюда гипербдительность, фокус на негативе, еще больше тревоги и «разрастающаяся» стрессовая реакция.
Напрашивается важный вывод: на самом деле консервации энергии не существует. Напряжение возникает в любом случае как минимум оттого, что человек просто тревожится. Поэтому попытка «накопить» энергию в итоге отнимает последние силы. И конечно, здесь вырисовывается решение: раз тревога – это энергия, которая тратится в любом случае, то следует учиться тратить ее конструктивно. Но важно помнить, что если вовремя не произвести этот «сброс», то ступор и усугубление психологического состояния практически гарантированы. В блоке «Руководство к действию» еще коснемся таких способов сброса.
Прокрастинация по определению вызвана избеганием психологического дискомфорта в пользу более приятных и понятных активностей. Несмотря на то что она может сопровождаться «приятным» времяпрепровождением, следствие прокрастинации всегда психологические страдания и колоссальный вред продуктивности. Последнее особенно важно. Дело в том, что личное развитие, становление карьеры и другие элементы взрослой жизни находятся где-то в рамках общепринятой нормы и могут считаться результатом, который естественным образом ожидается от большинства людей. А вот постоянное избегание сложных задач еще никого не делало богатым – ни материально, ни духовно.
Прокрастинируя, человек в любом случае тратит энергию, поэтому, например, скроллинг приводит не только к самопоеданию, но и к еще большей усталости.
Избегание – это активный процесс! Но не тот, к которому стоит стремиться. То есть на избегание задач тратится такой же объем энергии, как и на их выполнение, а иногда даже больше. Только вот выполнение задачи дает реальный результат и самоуважение, а избегание лишает продуктивности и еще больше снижает самооценку, погружая человека в состояние хронического стресса.
Важно отметить, что несоответствие результата прилагаемым усилиям – это один из самых серьезных источников хронического стресса. Прокрастинация – это те же «усилия», только размытые и, конечно, не несущие в себе конструктивного результата. Поэтому такой вид избегающего поведения, как прокрастинация, является не чем иным, как еще одним источником хронического стресса в жизни невротика.
Прокрастинация – это не консервация энергии, несмотря на то что выглядит и иногда ощущается именно так.
У бездействия есть скрытая цена. Организм и мозг человека тратит энергию в любом состоянии. Например, на самоконтроль наш мозг тратит больше энергии, чем на тревогу. Этот вывод можно сделать просто исходя из объема областей мозга, которые отвечают за эти процессы: префронтальная кора (ПФК), отвечающая за самоконтроль, занимает около 30% от всего объема коры головного мозга; миндалина (амигдала), которая рождает страх и тревогу, – всего 1% от всего объема мозга. Но несмотря на то что постоянная фоновая тревога частично снижает активность ПФК, она не лишает ее активности полностью. Только вот у тревожных ПФК участвует не в стабилизации состояния, а в процессе генерирования потенциально опасных исходов и создания дополнительных виртуальных угроз.
Для многих невротиков свойственно состояние постоянной усталости и желание отдохнуть, даже если отдыхать особо не от чего. Особенно это актуально в моменты нарастания эмоционального дискомфорта. При этом может возникнуть рационализация в формате: «Мне нужны силы для важных дел, но сейчас я чувствую усталость. Поэтому сегодня я отдохну, а завтра с новыми силами справлюсь со всеми задачами мира». И так почти каждый день. Но завтра, помимо того, что усталость никуда не денется, энергии, к сожалению, станет еще меньше, а желания отдохнуть – больше.
В этом случае консервация энергии – это как будто естественная попытка восстановиться от негативного влияния деструктивных факторов, включая собственное избегание и тревожность. Но попытка эта не проходит, так как отчасти стремление к консервации и, соответственно, избегание само по себе являются частью проблемы. А еще, как мы уже с вами понимаем, консервация – это иллюзия, которая обойдется в перспективе очень дорого.
Наш мозг – интересная штука. Помню случай, когда я был просто в шоке от оправданий, которые он мне подкидывал. Мне было 25 лет, и я решил просыпаться часов в 6 утра, хотя обычно вставал в 9–10. Я был «скрытым» невротиком (то есть не знал о существовании проблемы) с любимым избегающим поведением в виде мощнейшего трудоголизма.
Перемены я почему-то интуитивно решил начать именно с раннего пробуждения. Как положено, установил будильник на заранее выбранное время и, воодушевленный, лег спать в предвкушении новой жизни. Проблем с засыпанием у меня тогда не было (хотя и появились лет через 5).
Наступило утро. Зазвенел будильник, и первым делом, как всегда, проснулся не я, а мой нейротизм. В голове отчетливо звучала болезненная «правда» (как мне тогда казалось): «Зачем тебе это нужно? Ты ведь понимаешь, что из этого ничего не получится, и все будет как обычно? Спи уже дальше…»
Как вы думаете, что я сделал? Правильно! То, что сделал бы на моем месте любой уважающий себя невротик, – отключил будильник и проспал еще несколько часов. Но днем, когда сознание ко мне вернулось, первая мысль, которая возникла в голове: «Я больше не позволю своему мозгу саботировать свою жизнь! Просто не буду его слушать».
Идея мне понравилась, конечно же. И я решил, что завтра точно проснусь, вопреки попыткам мозга саботировать процесс и лишить меня шансов на позитивные жизненные перемены. Тогда о существовании негативной призмы нейротизма я не подозревал.
Все снова пошло по плану: я завел будильник, подготовился к нытью своего разума, которое утром планировал игнорировать, и лег спать.
Утро, зазвенел будильник. Как и предполагалось, первым делом проснулся мой нейротизм. Я уже был готов к его демотивирующей атаке и собирался изменить свою жизнь, несмотря ни на что. Но дальше произошло то, чего я не ожидал… Вместо привычного негативного монолога мое сознание включило другую пластинку. Содержание было примерно следующее: «Ты все делаешь правильно! Наконец-то ты набрался решительности. Твое стремление изменить жизнь заслуживает уважения. Но для этого тебе нужны силы, тебе нужно поспать…»
В итоге я проснулся еще через пару часов в состоянии легкого шока от произошедшего. Мозг словно применил ко мне прием из айкидо. Он обвел меня вокруг пальца и добился своего. Это и разозлило, и изумило меня одновременно. К такому я просто не был готов.
Эта история закончилась почти позитивно. В итоге я просыпался больше года в 4:30 утра, блокируя любые трюки моего сознания. Тогда я начал учиться самоконтролю. Почему «почти» позитивно? Потому что, к сожалению, я не обладал важным пониманием правильных протоколов, связанных с режимом сна, и даже нанес некоторый вред своему здоровью. Но общий исход в любом случае позитивный, и главный итог того начинания – это новый я.
Любая эмоция, особенно негативная, запускает стрессовую реакцию организма. Основная цель такой реакции – активировать энергетические запасы организма и помочь нам адаптироваться к изменившимся условиям окружающей среды, чтобы «успешнее выжить». Но появившийся всплеск энергии не возникает из воздуха, а берется из ресурсов организма. Поэтому после энергетического подъема ощущается естественный спад, когда организм должен восстановиться. Стресс на короткий срок дает нам энергию, и в этом его основная функция. Но энергия эта берется взаймы у нашего будущего, и ее придется возвращать.
Обычно организм нормального человека возвращает этот «энергетический долг» во время заслуженного отдыха. Но хроническая тревожность – это не стандартный стресс, когда выход из равновесия заканчивается периодом восстановления. Невротики проводят бо́льшую часть своего времени именно внутри хронического стресса. В таком состоянии парадоксальным образом часто запущены одновременно оба процесса: стрессовая реакция (выброс энергии) и восстановление (энергетическая яма). Но стрессовую реакцию в этом случае сложно назвать энергетическим пиком: из-за длительного воздействия стрессоров ресурсов для должной активации у организма просто не осталось и восстановиться внутри такого состояния до конца не получается. Именно так работает хронический стресс: энергетических пиков уже практически не возникает, но вот яма присутствует почти постоянно.
Невротик, запустивший свое состояние, почти всегда пребывает в энергетическом минусе. Хотя в некоторых случаях, особенно на ранних стадиях возникновения проблемы, это ощущение субъективно. То есть энергии, наоборот, слишком много, но источником ее является тревожность, которая сама по себе мешает рационально расходовать накопившийся потенциал.
Хроническая усталость также может появиться вследствие постоянных непомерных нагрузок – как физических, так и когнитивных. Но особых проблем в таком состоянии нет, и процесс восстановления происходит быстро и предсказуемо. Потому как заметна причинно-следственная связь: была нагрузка, теперь усталость, нужно отдохнуть. Но с хронической усталостью на ровном месте, которая возникает из-за бездействия, все по-другому: нет явной и понятной причины таких ощущений, соответственно, не понятен и выход из этого состояния. Поэтому восстановление в таком случае возникает часто только с «помощью» выгорания. Энергетический долг возвращается болезненным периодом апатии, который дает временное физиологическое восстановление, но, к сожалению, усугубляет психологические проблемы: снижается самооценка, закрепляется тревожность и т. д.