Мне пришлось проявить изобретательность, чтобы дать отпор, и это было почти весело.

Пока люди не испортили момент.

Вертолет был уже практически над нашими головами, и с досадным звуком я с помощью ветра притянул Джастис в свои объятия. Она в ответ ужалила меня своей силой — даже будучи совершенно необученной, она впечатляла. Если она когда-нибудь сделает следующий шаг и примет всю полноту своей сути… она, скорее всего, надерет мне зад.

— Я тебя убью, — пробормотала она, упираясь в мою грудь.

Я её не отпустил.

Обычно я бы не стал использовать против неё силу, физическую или любую другую, но в этой ситуации я подражал Брекстону и его доминирующим замашкам. Чего бы это ни стоило, я должен был удержать её в безопасности.

— Мы окружены, — прошептал я, продолжая кружить ветер и огонь вокруг нас — это ограничивало видимость вооруженным силам и обеспечивало защиту. — Люди со всех сторон. Два вертолета сверху и, кажется, не меньше дюжины дронов.

— Откуда ты это знаешь? — огрызнулась она, всё еще пытаясь вырваться. Но у неё не было ни шанса.

— Я знаю всё, — сказал я, пытаясь отшутиться. Время было не самым удачным, но мне нужно было сделать хоть что-то, чтобы вернуть ощущение нормальности в эту ситуацию. Для неё и для себя.

Она одарила меня гневным взглядом; видимо, сейчас было не время для юмора.

— Думаю, тебе стоит сменить тактику, — сухо сказала она. — Если только ты не хочешь просто всех их убить и закончить на этом день.

Я задумался на секунду, и она шумно выдохнула.

— Да, ладно, пожалуй, их убийство было бы слишком экстремальным вариантом, — признал я. — Попробую уладить ситуацию.

Не так весело, но, поскольку я был готов с этим покончить, я развеял свою мощь, позволяя ей рассыпаться вокруг нас. Мое пламя погасло так же, как настоящий костер, лишенный кислорода. Наступило блаженное мгновение тишины, но оно тут же прервалось криками.

— Руки вверх!

— Мать вашу, руки вверх!

— Почему они это говорят? — спросил я Джастис, отпуская её, чтобы она могла поднять руки.

— Чтобы они видели, что ты не вооружен.

Я покачал головой.

— Им еще многому предстоит научиться.

Я украл или уничтожил большую часть их оружия; несколько стволов всё еще парили над нами — моя сила удерживала их в воздухе. Но они явно нашли запаску и теперь маршировали ближе к нам, целясь в нашу сторону.

— Руки вверх, мать вашу! — крикнул еще один человек. Это был мужчина на передовой, одетый в пустынный камуфляж, с выражением лица в стиле «не-связывайся-со-мной».

— Нужно защитить даму, — небрежно отозвался я, надеясь, что напряжение спадет до того, как прогремят выстрелы.

— Просто подними руки, — прошипела Джастис, — я никуда не денусь.

Никакого веселья с ней. Но раз уж я был здесь для того, чтобы остановить войну между людьми и супами, на данном этапе, пожалуй, лучше было посотрудничать. Подняты руки или нет, я никогда не бываю безоружен.

Поднимая руки, я глубоко выдохнул, надеясь, что аромат лаванды, исходивший от женщины, которая только что была в моих объятиях, рассеется. Её запах сводил меня с ума.

Мне не нужны были отвлекающие факторы.

— Отведите нас к президенту Джону Кейну, — коротко бросил я, когда вооруженные люди оказались достаточно близко, чтобы слышать. — Мы будем говорить только с ним.

Передняя линия находилась примерно в шести футах от нас, колеблясь и не решаясь подойти ближе.

— Следуйте за нами, — сказала женщина. — И если вы что-нибудь выкинете, мы пристрелим вас на месте, а вопросы будем задавать потом.

Потребовалось волевое усилие, чтобы не рассмеяться. Их пушки были чертовски бесполезны против нашей мощи и силы, но так как мне приходилось беспокоиться еще и о Джастис, а она была непредсказуема, я просто кивнул.

Они расступились, показывая, что мы должны идти первыми. Нас провели обратно в американский комплекс через маленькие ворота. Оттуда нас конвоировали к бункеру. Оказавшись внутри, я моргнул, давая глазам привыкнуть к более темному помещению.

Президент ждал неподалеку в большом кресле с высокой спинкой, по бокам стояло по охраннику. Перед ним стоял поднос с едой; он болтал по телефону, поедая сэндвич.

Лидеры, которые прячутся, пока их люди находятся на передовой, не вызывали у меня никакого уважения. Он не мог знать, планировал ли я убить их или нет. Я и сам этого не знал.

Так что, технически, он бросил их всех там умирать, как трус, которым, как мы всегда знали, он и был. Джастис обменялась со мной взглядом; её вскинутые брови велели мне успокоиться. Я глубоко вдохнул и так же медленно выдохнул, прежде чем приготовиться ждать, пока этот козел закончит разговор.

Он не торопился, и за те минуты, что мы стояли в тишине, я раз за разом удерживал себя от того, чтобы просто свернуть ему шею.

Наконец, с меня хватило.

— Что, черт возьми, там произошло? — процедил я, и он вскинул голову в мою сторону. — Вы сбежали, когда начался бой? Вы вообще выяснили, кто бомбил ваш комплекс? Что вы за бесполезный, жалкий лидер такой?

Он вытер рот, как будто мои вопросы его ни капли не задели, но я заметил напряжение в том, как сильно он сжал салфетку, вытирая крошки с лица. Это продолжалось и дальше: он игнорировал меня, чистил рот — несомненно, наслаждаясь своей маленькой властью и заставляя нас ждать. Затем этот «смертник» поднял вилку, собираясь съесть кусочек салата. Рубиновый луч выстрелил от Джастис, срезав вилку, зависшую у его рта. Его лицо исказилось от страха и ярости, он вскочил, поднос перевернулся, еда разлетелась во все стороны.

Оружие снова было нацелено на нас, пальцы замерли над спусковыми крючками.

Игнорируя это, я молча закружил ветер вокруг нас — достаточно мягко, чтобы большинство приняло это за обычный легкий ветерок. Ветерок, который я мог превратить в оружие за считанные секунды.

— Вы напали на меня! — пролепетал он. — Вы, сверхъестественные существа, нестабильны!

Покачав головой, я усмехнулся.

— Что? Один раз суп теряет контроль, крадет несколько пушек и что-то поджигает — и внезапно он «нестабилен».

Никто больше не рассмеялся, хотя на губах Джастис, кажется, промелькнула тень улыбки.

Тяжелая публика.

— Вам повезло, что я вас не убил, — добавил я непринужденным тоном. — После того чертова шоу, что вы только что устроили, затащив нас в опасную зону военных действий, а затем послав своих людей нас бомбить.

Я блефовал, не имея доказательств, но реакция президента подтвердила мою догадку. Всё это было спланировано. Подстава.

Ублюдок.

Джастис сделала шаг вперед, её щеки порозовели в тех же рубиновых тонах, что и пряди в волосах.

— Я должна убить тебя прямо сейчас, — прорычала она, и покалывание силы пробежало по моей коже. — Как ты смеешь так использовать своих людей? Не говоря уже о том, что ты мог убить Джейкоба и меня.

Все в этой комнате боялись её, это было очевидно, но меня эта демонстрация силы чертовски заводила. Джастис росла как суп, и я был рад присутствовать при каждом её шаге.

— Угроза президенту — наказуемое преступление, — заикаясь, произнес один из охранников, размахивая пистолетом прямо перед нашими лицами.

Взмахом руки я отправил его в полет к дальней стене; его голова с силой ударилась о кирпичи, и он сполз на пол бесформенной кучей.

Появилось еще больше пушек. Еще больше щелчков предохранителей. Еще больше ярости.

Видимо, люди учились медленно.

— Довольно, — сказал президент, замахав руками и поворачиваясь к нам лицом. — Ракеты были тестом, чтобы я мог оценить ваши возможности. До сегодняшнего дня у меня было слишком мало доказательств того, на что вы способны.

— А если бы бомба попала в нас? — насела Джастис, её голос дрожал, будто она была на грани яростных слез. Я знал женщин, которые плакали, когда были в бешенстве, и они были чертовски пугающими. Казалось, слезы давали их ярости крылья. — Или если бы Джейкоб не смог остановить пули? Он пошел туда, чтобы спасти вас, бесполезных ушлепков. Ему следовало оставить всех вас умирать.

Президент усмехнулся.

— Вы так много болтаете о своей силе. Пришло время её доказать.

Она собиралась его убить… и у меня было искушение позволить ей это сделать.

Конечно, это обернулось бы политическим кошмаром, но, с другой стороны, возможно, мы могли бы это замять, подсунуть кого-то из членов Гильдии на этот пост и вернуться к своему привычному графику.

— У меня есть документы, — сказал президент, и я внезапно прислушался. — Документы, подробно описывающие всё, что я узнал. Видеозаписи — сегодня над вами летали дроны. Не те, что вы почувствовали… те были лишь приманкой. Также есть десятки свидетельских показаний. Если я умру, они будут разосланы во все СМИ мира, и сверхъестественные существа будут обвинены в насильственной смерти самого могущественного президента в мире.

— Вот почему вы хотели, чтобы мы остались с вами, — сказала Джастис, качая головой. — Не для того, чтобы узнать о нас и, надеемся, способствовать заключению здорового договора между нашими народами, а для сбора улик, которые можно использовать против нас.

Мы все знали, что он бесхребетный, но именно Джастис постоянно твердила мне, что нам не стоит быть такими беспечными. Что он что-то замышляет. Я не спорил, но он так мало мог противопоставить моему народу, что я никогда особо не беспокоился.

Я ожидал прямого нападения. А не этого подлого сбора информации.

— Может, нам стоит позволить этой информации выйти на свет, — сказал я, пытаясь проверить его на блеф. — Может, миру пора узнать о супах.

Я не понаслышке знал, к какому дерьму это приводит, но президент — нет.

Глаза президента Кейна сузились, проницательная ухмылка тронула его губы.

— Прежде чем вы решите пройти через чистилище, где миллиарды людей будут пытаться выследить вас или, что еще хуже, эксплуатировать, у меня есть другое предложение. На этот раз с моими… «активами», чтобы склонить вас к моему образу мыслей.

Джастис фыркнула.

— Активами? Вы имеете в виду ваш компромат?

— Любыми средствами для достижения моей конечной цели, — просто ответил он. — Любыми. Но обещаю, это может быть взаимовыгодно.

Я знал, что пожалею об этом, но кивнул:

— Каково ваше предложение?

Глава 10

ДЖАСТИС ВИНТЕР

С чего вдруг Джейкоб вообще взялся обсуждать что-то с этим говнюком? Проклятое его лидерство и умение задвигать ярость на задний план ради того, чтобы не спровоцировать международный скандал. Мне же просто хотелось съездить этому недоноску-президенту по его самодовольной роже и свалить отсюда ко всем чертям.

Но, судя по всему, сегодня этот вариант не был «планом А». Проклятье.

— Вы позволите мне сформировать специальную армию из сверхъестественных существ, — произнес президент, и голос его так и лучился гордостью за свою «блестящую» идею. Не то чтобы мы не догадывались об этом — он упоминал о своих надеждах еще на первой встрече.

Когда его план тогда завернули, все решили, что теперь он просто хочет узнать о нас побольше. Но я всегда знала, что он что-то замышляет. Я пыталась сказать об этом Джейкобу, и он слушал меня, даже обсуждал это, но он всегда был настолько уверен, что человек не способен по-настоящему угрожать супам.

Что ж, президенту стоило лишь попробовать взорвать кучку людей, и Джейкоб тут же провалился в режим «спасения мира», дав этому козлу именно то, что ему было нужно.

Рычаг давления.

— Сверхъестественные существа не станут убивать ради вас, — сказал Джейкоб, и голос его звучал совершенно спокойно. — И в рабство они к вам не пойдут. «Взаимовыгодно» означает, что и мы должны что-то получить.

Президент кивнул.

— Да, я понимаю. Что, если я позволю некоторым из вас занять руководящие посты в моем кабинете? Вы получите реальную возможность влиять на изменение законов, некоторые из которых могут дать сверхъестественным существам больше свобод среди людей.

— Зачем вообще возиться с шантажом, если у вас для нас припасено это «взаимовыгодное…» — я утрированно показала пальцами кавычки, чтобы подчеркнуть, что считаю это бредом, — «…соглашение»?

Его улыбка была запредельно жуткой.

— Я люблю иметь преимущество, — ответил он. — Так я могу гарантировать, что самые важные для меня условия будут соблюдены. Не говоря уже о том, что никто из вас особо не рвался работать с людьми.

Я закипала. Это не было «взаимным». Он собирался выжать из этой сделки куда больше, тем более что у нас и так были члены Гильдии на влиятельных постах.

— Мне нужно обсудить это с братьями, — начал Джейкоб, выглядя слишком уж невозмутимым, — и с Советом сверхъестественных существ. Освободите нас от остатка срока пребывания у вас, раз уж вы явно получили то, что хотели, и позвольте нам вернуться домой, чтобы обсудить это подробно.

Президент кивнул и снова подал знак охране, что они могут расслабиться. Толпы вооруженных солдат вокруг нас оставались начеку во время этого разговора и опустили оружие только после этого сигнала.

— У вас одна неделя, — сказал президент. — Не заставляйте меня использовать документы против вас.

Джейкоб улыбнулся. Потрясающе красивый, он обнажил свои идеально белые зубы. Если бы у термина «хищный оскал» была иллюстрация — это была бы она.

— Мне также нужно будет взглянуть на эти улики, — протянул он. — Знаете, не то чтобы я вам не доверял или что-то в этом роде, но будем реалистами: президентам врать не впервой.

Щеки Джона Кейна покраснели, он кивнул и произнес:

— Предоставьте мне защищенный адрес почты или сервер, куда я смогу всё загрузить, и я тут же их отправлю. Вместе со всеми деталями моего предложения.

Ну надо же, прямо образец уважения и честности, когда добился своего. Повезло, что я не вхожу в Совет сверхъестественных существ, и мне не приходится это решать. На данном этапе я бы назло всем чертовым супам «отморозила уши» и рискнула бы пойти на войну с людьми, потому что по-настоящему ненавижу манипуляции.