СКЕЛ

Солнце низко висело над кампусом, разливая по песку длинные золотистые полосы света, пока я нёс Комету к Коткультной арке. Маленькая трёхцветная кошечка извивалась у меня на руках, возбуждённо подёргивая хвостом, а её крошечные коготки цеплялись за мою футболку от нетерпения. С тех пор как мы приютили её, она так выросла.

— Наверное, она знает, куда мы идём, — с тихим смешком сказала Пандора. — Она всегда обнюхивает нас после того, как мы побываем рядом с другими кошками.

Комета согласно мяукнула и снова заёрзала.

Пандора шла рядом со мной, и я не мог отвести глаз от её длинных чёрных волос, струившихся позади неё словно лента из чернил, кончики которых ловили золотистый свет заходящего солнца.

Остальные шли позади нас — Брэм, чьи иссиня-чёрные волосы растрепал ветер, а сонные красные глаза теперь были острыми и неотрывно следили за нашей Парой. Белоснежно-платиновые волосы Декса слегка контрастировали с его серыми глазами, которые тоже были прикованы к нашей Паре. Хантер, как обычно, молчал; его тёмно-русые волосы были взъерошены, будто он только что провёл по ним рукой, пока сам не сводил глаз с Пандоры. А тёмно-каштановое афро Рида покачивалось на лёгком ветру, его лиловые глаза сияли любовью к нашей Паре.

Брэм и Декс больше не были просто моими друзьями, а Рид и Хантер тоже стали для меня чем-то большим. Все четверо теперь были моей семьёй. Мы были братьями, а Пандора… она была тем самым центром, который не давал нам развалиться на части.

В последнее время мы все пережили слишком много дерьма, и нам нужно было, чтобы произошло хоть что-то хорошее. Хотя бы один, блядь, вечер, чтобы просто выдохнуть, просто существовать вдали от Тёмной Завесы и удушающего присутствия Сибил Шоу.

Небула лежал в сумке Пандоры, но его душа была не с нами, хотя раньше мы успели с ним поговорить. Как же мне хотелось, чтобы сегодня вечером он тоже был с нами. К сожалению, Сибил, блядь, Шоу снова использовала его магию, не позволяя ему проявиться.

Как только мы вошли в Коткультную арку, защитный барьер лёг на мою кожу лёгким покалыванием, словно статическое электричество, наполненное знакомой магией.

Комета выпрыгнула у меня из рук, идеально приземлившись на песок. Её ушки навострились, и на мгновение она замерла, рассматривая всё вокруг: ручей с кристально чистой водой, миски с едой, наполненные до краёв благодаря магии, которая постоянно пополняла их, парящие камни, мягко покачивающиеся в воздухе под действием магии, уютные маленькие пещеры, выдолбленные в каменных стенах, и, конечно же, других кошек, которые лениво отдыхали или играли. При её появлении они с любопытством навострили уши.

В её зелёных глазах вспыхнуло узнавание, и она радостно чирикнула, после чего стремглав бросилась исследовать всё вокруг.

— О-о-о, какая прелесть, — умилённо протянула Пандора, сцепив руки перед собой, наблюдая, как Комета бегает по нашему приюту так, будто всегда здесь жила.

— Они её помнят, — тихо сказал я, наблюдая, как полосатый кот подошёл к Комете, мягко ткнулся в неё носом, а затем потёрся боком о её бок.

Вот так, в одно мгновение, она снова стала частью прайда.

— Она выглядит такой счастливой, — сказал Брэм, и его голос был мягче обычного.

Словно услышав его, Комета обернулась к нам и мяукнула, а её изумрудные глаза сверкнули в уже тускнеющем свете солнца.

— Почему мне кажется, будто она с нами прощается? — тихо спросила Пандора, её пальцы коснулись моих.

— Потому что так и есть. Не навсегда, но, думаю, теперь она чувствует, что это её дом, — ответил я, чувствуя, как сжимается горло, пока Комета сворачивалась клубочком на залитом солнцем клочке земли, окружённая своими кошачьими друзьями.

— Дом. — Пандора подошла ближе ко мне, и её красные глаза были полны тепла. — Это так мило.

Остальные парни собрались вокруг нас, образовав молчаливый круг любви вокруг неё. Это место… оно было не только для кошек. Оно было и для нас. Убежище, выросшее из одинокой каменной арки и теней, созданное с помощью магических материалов, к которым Смерть дал нам доступ. И мы сумели превратить его во что-то хорошее. В безопасное место. Дом для кошек и убежище для нас.

Я обнял Пандору за талию, притягивая её к себе.

— Спасибо. За всё это.

Она подняла на меня голову, и на её тёмно-красных губах заиграла лёгкая понимающая улыбка.

— Мы построили это вместе. Тебе не за что меня благодарить.

— И вы, блядь, отлично справились, — сказал Декс, плюхаясь прямо на песок.

Почти сразу к нему подошли кошки и развалились вокруг него, потираясь о его ноги и тычась мордочками в его руки, пока он наконец не сдался и не начал их гладить.

— Я горжусь вами обоими за то, что вы создали это место, — тихо, но твёрдо сказал Хантер, присаживаясь на корточки и почёсывая за ушком рыжего котёнка, который тёрся о его голень. — Это потрясающе.

— Это и правда замечательное место, — согласился Рид. Его лиловые глаза широко распахнулись, пока он перебирал пальцами шерсть чёрной кошки, свернувшейся клубком у его бока. — Очень оригинально. Идеально для бездомных кошек.

— Да любой кошке здесь понравится. — Брэм прислонился к скале, но белый котенок высунул голову из норы и требовательно мяукнул ему. С тяжёлым вздохом он наклонился и почесал его за ушами, заслужив глубокое довольное мурлыканье.

— Спасибо, что привёл нас сюда, — прошептала мне Пандора, привстав на носочки и поцеловав меня в щёку. Её губы были мягкими и тёплыми, и от этого простого прикосновения что-то глубоко внутри моей груди окончательно растаяло. — Нам это было очень нужно.

— Вообще-то вибрации кошачьего мурлыканья действительно могут быть очень полезны, — сказал Рид, и его голос снова стал тем самым деловым, немного занудным, который Пандора так любила. — Они помогают бороться с инфекциями, уменьшают отёки и боль, а ещё способствуют росту и восстановлению мышц у людей. У демонов мурлыканье больше помогает справляться с душевной болью.

— Готов поспорить, ты ещё и знаешь, на какой частоте мурлычут кошки, — поддразнил его Декс, приподняв бровь.

Рид даже не задумался.

— На частоте от восемнадцати до тридцати пяти герц. — Он моргнул. — Погоди. Это ведь был риторический вопрос, да?

Мы все расхохотались.

Пандора подошла к Риду и игриво взъерошила его кудри, пока он смущённо застонал.

— Честно говоря, я и не знала, что кошачье мурлыканье способно на всё это.

Тёмная Завеса не отнимет это у нас.

Ни Коткультную арку. Ни этот вечер с моей Парой и друзьями… моей семьёй.

Когда наконец пришло время уходить, Комета не пошла за нами. Вместо этого она лениво потянулась, медленно моргнула, глядя на нас с довольным, понимающим видом, а затем тихо и глубоко замурлыкала.

— Похоже, она и правда остаётся здесь, — тихо сказала Пандора, и в её голосе промелькнуло веселье.

Я вздохнул, но всё равно улыбался.

— Похоже, она нашла дорогу домой, к своим братьям и сёстрам.

— Наверное, так будет лучше, — сказал Рид. — Гамдроп всё равно был от неё не в восторге.

— Учитывая, что Комета чуть его не сожрала, я его понимаю, — пробормотал Брэм.

Пандора судорожно ахнула и резко повернула голову к Риду.

— Она чуть не съела Гамдропа?

— Наверное, так действительно будет лучше для всех, — пробормотал я, почесав затылок. — А мы сможем навещать её, когда захотим.

— Здесь она действительно выглядит счастливее, — согласилась Пандора, снова посмотрев на Комету. — И Гамдроп будет в безопасности.

После нескольких минут молчания мы оставили Комету там, где она лежала, понимая, что теперь это её дом. Мы ушли из приюта, и прохладный ночной воздух окутал нас, свежий и полный обещаний.

Может, Коткультная арка и стала домом Кометы, но мой дом всегда будет там, где Пандора.