ХАНТЕР

Наша прекрасная Пара спала в центре огромной кровати, свернувшись клубочком и прижимая Небулу к груди.

Без мяуканья Кометы в комнате было непривычно тихо, но рядом со своим прайдом в Коткультной арке она была счастливее. Свет прикроватной лампы отбрасывал мягкие тени на лицо Пандоры, подчёркивая ровный подъём и опускание её груди при каждом вдохе.

Когда мы вернулись, Рид помог ей уснуть с помощью своей магии снов, потому что ей был необходим отдых, но она не могла успокоить мысли настолько, чтобы заснуть самостоятельно.

Мы с Брэмом, Дексом, Скелом и Ридом долго сидели в комнате молча, каждый погружённый в свои мысли, наблюдая за тем, как она спит.

Наконец тишину нарушил я.

— Нашли ещё тела, — тихо произнёс я, но мои слова упали в тишину, словно камень в неподвижную воду. — Ещё несколько аристократов. Всё тем же способом, которым пользуется Гарри Хемлок.

Челюсть Брэма напряглась. Он ничего не сказал, но напряжение, исходившее от него, говорило само за себя — он уже пытался взять себя в руки. Я ощущал его жажду мести через свою магию, и мне хотелось дать ему возможность наконец получить возмездие, которого он так отчаянно заслуживал.

Мы все знали, что это случится, — просто не знали, когда именно.

Его отец всё сильнее терял контроль, и именно он убил мать Брэма.

— Сверхъестественные агенты охотятся на него, но он уже несколько раз сумел от них уйти. Они считают, что он скрывается с помощью магии, — объяснил я.

— Какой именно магии? — спросил Декс.

Я замешкался.

Рид резко втянул воздух.

— Заклинание невидимости.

Мои глаза расширились, и меня словно ударило осознание.

— Это объясняет слишком многое, и мне это совсем не нравится.

— Хаос и Демо уже какое-то время лают в пустоту, — пробормотал Брэм. — Думаете, где-то рядом с нами может скрываться культист с таким заклинанием?

— Возможно, — сказал Рид, и у меня неприятно сжалось внутри. — Но, к счастью, Дреккен наложил на эту комнату защиту, пропускающую только нас, Смерть, Джоэла и Дженни.

— Судьбы, спасибо за это. — Я провёл рукой по волосам, складывая всё воедино. Кольцо Пандоры появилось буквально из ниоткуда, проявления хаоса постоянно были взбудоражены, бутылки виски начали появляться одна за другой, а Декс получил записку от Рода.

Трубку Скела подбросила Сибил, и меня бы не удивило, если бы тёмная магия смогла прорваться сквозь защитный барьер, но почему-то мне казалось, что всё это больше связано с Родом Шедоухартом.

— Мой отец, — процедил Декс, и его душа взывала к мести. — Всем, блядь, смотреть в оба. От него кровью несёт даже сильнее, чем от меня.

Мы все кивнули, а я мысленно отметил, что обязательно расскажу об этом Пандоре, когда она проснётся, чтобы она была так же настороже, как и мы.

— Джеспер тоже звонил, — со вздохом добавил я. — Мы сорвём ритуал прямо перед тем, как новолуние достигнет самой высокой точки на небе, чтобы застать Сибил Шоу врасплох.

— Для этого нам придётся очень серьёзно её обмануть, — пробормотал Декс, проводя рукой по волосам.

— Иначе она слишком сильна, — тихо сказал Рид, постукивая пальцем по стеклу аквариума Гамдропа.

Асколотль в ответ коснулся стекла своей крошечной лапкой.

Воздух в комнате изменился, и душа Небулы полностью проявилась в объятиях Пандоры.

— Я знаю, как можно застать её врасплох.

У меня всё внутри оборвалось. Я уже знал, что он собирается сказать.

— Не говори этого, Небс, — хрипло выдохнул Скел.

— Единственный способ действительно застать её врасплох, — продолжил он, — это пожертвовать мной. Прямо перед тем, как вы сорвёте её ритуал. До того, как она поймёт, что больше не может черпать мою силу.

— Нет.

Это слово вырвалось у меня прежде, чем я осознал, что произнёс его вслух.

Небула тихо вздохнул.

— Это единственный выход. Если я умру в нужный момент, у неё не останется времени среагировать. И тогда у вас появится шанс.

— Но Пандора не сможет сражаться с ней после того, как освободит тебя, — сдавленно произнёс Скел.

Комната была переполнена эмоциями.

— Я люблю её так, словно она мой родной ребёнок, — сказал он, и его голос дрогнул. — Я люблю Пандору всем, что у меня есть, и знаю, что вы тоже. Она справится. Она победит. Именно поэтому мне нужно, чтобы вы кое-что мне пообещали.

— Всё что угодно, — одновременно ответили мы впятером.

— Заботьтесь о ней. Защищайте её. Не дайте ей совершить какую-нибудь безрассудную глупость из-за меня во время битвы с Сибил.

Скел резко выдохнул, отвернулся и провёл рукой по лицу. Его плечи один раз дрогнули, прежде чем он заставил себя снова дышать ровно.

— Ну перестань, Небс. Не заставляй её через это проходить.

Рид тяжело сглотнул, его руки, лежавшие на коленях, сжались в кулаки.

— Ты же знаешь, как сильно она тебя любит, — сказал я Небуле, чувствуя, как голос становится хриплым. — Это сломает её.

— Знаю. — Он снова вздохнул. — Но у неё есть вы пятеро, её отец и Дженни. И я доверяю вам. Я знаю, что вы будете рядом. Она больше не одна. Если вы хотите прожить счастливую жизнь с Пандорой, без тёмной магии, захватывающей Демоническую столицу, а возможно, и всю Калисту, тогда вы должны позволить ей сделать это.

Долгое время никто ничего не говорил. Тяжесть его слов опустилась на нас. Она давила мне на грудь, не давая нормально дышать.

Брэм прочистил горло.

— Раз уж ты проявился, думаю, самое время сказать, что я кое-что написал, — произнёс он. — Для тебя.

Небула заинтересованно хмыкнул.

— Давайте послушаем.

Брэм сделал дрожащий вдох и прочитал:

— Ты отдал жизнь, чтоб нас спасти.

Погас, не завершив пути.

Наша любовь не даст пропасть.

Не даст Завесе тебя украсть.

Ты не потерян. Ты не один.

Твой свет Судьбами храним.

Они примут тебя в тиши.

И сберегут осколок души.

На несколько мгновений Небула замолчал.

— Спасибо, Брэм. Это было прекрасно.

Рид отвернул лицо, но я всё равно видел, как дрожат его плечи.

— Отличное стихотворение. — Декс протянул руку и сжал Брэму шею сзади в знак поддержки, крепко стиснув челюсти.

— Мы отомстим за тебя, Небс, — хрипло сказал Скел. — И защитим её. Обещаю.

— Спасибо вам всем, — тихо произнёс Небула. — Искренне.

Его душа втянулась обратно в череп, и он снова исчез.

Никто из нас не пошевелился.

Никто ничего не сказал.

Тяжесть его отсутствия заполнила то место, где он только что был, а его череп всё ещё покоился в объятиях спящей Пандоры.

На следующей неделе у них были выпускные экзамены, после этого — миссия, а если всё пройдёт хорошо, следом наступит выпуск.

Мы справимся, я был в этом уверен, — но никто из нас уже никогда не станет прежним.