РИД

Я провёл магическим скребком для водорослей по переднему стеклу аквариума Гамдропа, наблюдая, как они исчезают с внутренней стороны стекла.

— Ты бы не поверил, сколько всего происходит, дружище.

Я вздохнул, заканчивая чистку, а затем прижал палец к стеклу.

Он подплыл к моей руке и прижался своей маленькой мордочкой так, словно слушал меня с тем вниманием, в котором я сейчас так нуждался.

— Пандора стала сильнее. Намного сильнее, чем была, когда мы только поступили в эту академию. Но она так сильно себя загоняет. Она хочет собственными руками разорвать культ на части, и самое страшное, что она действительно может это сделать. Она достаточно сильна для этого.

Он моргнул, глядя на меня снизу вверх, а его пушистые жабры слегка дёрнулись, пока он слушал.

Я откинулся на локти, наблюдая за тем, как Гамдроп медленно покачивается в воде.

— Я понимаю её. Правда понимаю. Тёмную Завесу нужно уничтожить, но мне ненавистно, что именно она должна это сделать. То, что всемирно известная провидица сказала ей, что она должна принести жертву, и что этой жертвой станет…

Я тяжело сглотнул, бросив взгляд на планшет.

— А потом оказывается, что Фестер состоит в культе. Я знал, что с ним что-то не так, но не думал, что дело в этом.

Моя челюсть сжалась, пока я пролистывал старые преписки в групповом чате, но тут пришло новое сообщение от Хантера.

ХАНТЕР ДАРКМОР

Теперь Фестер — наш шпион, но я бы всё же держался от него подальше. Он вырос в этой среде, так что другой жизни просто не знал. После того как его родители пожертвовали собой, он остался один. Он не хочет состоять в культе, и мы даем ему шанс вырваться.

— Теперь он наш союзник? Ни за что в это не поверю, — сказал я Гамдропу. — Не после мамы. Не после Шарлотты.

Моя хватка на планшете усилилась так, что костяшки побелели.

— Тёмная Завеса насквозь прогнила, как и её культисты. Такая тьма не исчезает просто так…

Гамдроп медленно и очень осознанно кивнул, словно понимал каждое грёбаное слово.

Я устало усмехнулся.

— Хоть кто-то меня понимает.

Снова повернувшись к аквариуму, я отложил планшет и взял сачок.

— Ладно, дружище. Пора пересадить тебя в маленький аквариум, пока я убираю тот бардак, который ты устроил. На этот раз всё даже хуже обычного.

Он вёл себя идеально и без всякого сопротивления перебрался в маленький аквариум.

Я только начал сливать воду, когда в комнату вошёл Брэм, потирая глаза.

— Помощь нужна?

Я моргнул, глядя на него, но кивнул.

— Если хочешь, то да. Конечно.

Брэм взял ведро и поставил его на пол рядом со мной.

— Гамдроп всё ещё самый избалованный аксолотль на свете?

— Разумеется.

Я улыбнулся, когда Гамдроп наклонил голову в сторону Брэма так, словно чего-то ждал.

Словно по сигналу, Брэм взял банку с тумбочки, вытащил из неё дождевого червя и снова закрыл её.

— Держи.

Он бросил червя в маленький аквариум, и Гамдроп мгновенно оживился, схватив добычу в ту же секунду.

К сожалению, Комета тоже это увидела.

Трёхцветная кошка прыгнула с кровати, вытянув лапы к аквариуму.

— О Судьбы!

Я схватил маленький аквариум ровно в тот момент, когда Брэм поймал кошку прямо в прыжке, не позволив ей наброситься на Гамдропа из-за червя.

Комета возмущённо взвыла, извиваясь в его руках и яростно размахивая хвостом.

Гамдроп, глубоко оскорблённый, махнул хвостом и демонстративно повернулся к ней спиной, продолжая есть своего червя.

— Ну, это всё окончательно проясняет.

Брэм усмехнулся, удерживая Комету на вытянутых руках, пока она извивалась.

— Ага, — согласился я, ставя аквариум в безопасное место. — Гамдроп официально её ненавидит.

— Комета, это было совершенно недопустимо, — отчитал он её.

Она мяукнула без малейшего раскаяния, а Брэм плюхнулся на кровать, удерживая её на руках.

— Я послежу за Кометой, пока ты заканчиваешь уборку, — заявил Брэм.

— Спасибо. Очень выручил.

Пока я снова принялся за чистку, мои мысли вернулись к Фестеру.

— Меня бесит, что Фестер был рядом с Пандорой. И бесит, что мы не поняли этого раньше.

На секунду Брэм замолчал. Затем вздохнул.

— Да. Меня тоже. К счастью, теперь он вроде как на нашей стороне.

— Наверное. Но без доказательств я этому не доверяю.

— Разумно, — согласился он.

После этого мы работали молча. Единственными звуками были тихое бульканье воды и мурлыканье Кометы, пока Брэм чесал ей голову, отвлекая от мыслей о Гамдропе.

Аксолотль наблюдал за всем происходящим из своего маленького аквариума, подёргивая жабрами, словно разрабатывал план убийства кошки.