21

ПАНДОРА

— Серийные убийцы — это уже что-то вроде… нормы, — фыркнула Дженни, перелистывая страницы учебника. — Зачем нам вообще писать эссе об этом?

— Потому что речь не только о серийных убийцах в смысле убийства трёх или более существ. — Я закатила глаза с лёгкой улыбкой. Запах старых книг смешивался со слабыми ароматами маракуйи и карамели от того, сколько времени мы уже здесь сидели. — Речь о демонах, которые убили трёх или более невинных. Например, о Тёмной Завесе.

Солнечный свет, льющийся через высокие окна, поймал вспышку боли в сине-зелёных глазах Дженни. Она слабо улыбнулась мне.

— Я в порядке, просто… — Рыдание застряло у неё в горле.

Я инстинктивно потянулась вперёд и взяла её за руку. Её душа болела.

— Тёмная Завеса убила твоего папу, — закончила я за неё. — Я знаю, и мне так жаль, Дженни.

Тишина библиотеки только усиливала её рыдания. Она выдернула руку и наклонилась вперёд, опустив голову на учебник.

Я поднялась и пересела к ней, придвинув стул ближе и обняв её дрожащие плечи.

— Ты не должна нести эту боль одна. У тебя есть я, и у тебя есть мой папа — твоя Пара.

— Я хочу, чтобы Декс сделал смерть его отца мучительной, — заплакала она.

— Сделает, — пообещала я, игнорируя это странное покалывающее чувство, будто за мной снова наблюдают. Это был не Декс. Когда Декс смотрел на меня, я никогда не чувствовала ничего подобного. — Я знаю, что сделает.

— Леди, — раздался мужской голос, заставив нас обеих подпрыгнуть на месте и резко обернуться к мужчине, стоявшему возле стола.

Это был Найтвинд. Один тёмно-синий глаз смотрел на нас, пока он убирал со лба тёмно-русые волосы. Я никогда не привыкну к отсутствию второго глаза. Декс постарался на славу.

— Чего тебе? — огрызнулась Дженни, яростно вытирая слёзы.

— Я хотел извиниться перед вами обеими. — Он нахмурился, опуская взгляд на свои ноги. — Дредфул уже давно пропала, и её отсутствие заставило меня понять, насколько сильным было её влияние на меня. Она вас ненавидела, поэтому и я вас ненавидел. Простите.

— Ты отличный актёр, — презрительно бросила Дженни, скрестив руки на груди.

— Это было влияние Дредфул. Я не мог… я не мог сопротивляться её феромонам. — Он тяжело сглотнул, не сводя с меня взгляда. — Простите меня.

Он развернулся и буквально сбежал из библиотеки.

— Ох, блядь. — Дженни расширила глаза, глядя на мой учебник.

На нём лежал кристалл тёмного магинита, а под ним — письмо. От него несло кровью и серой.

Я даже не прикоснулась к нему, прежде чем моя магия вышла из-под контроля.

Беззвучный крик полоснул по моему мозгу, когда моя магия окутала кристалл. Внутри не было душ — только тёмная магия. Из моей груди вырвался болезненный вдох, когда дым втянулся обратно между моих губ и тяжёлым грузом осел в животе.

Я рухнула со стула на каменный пол, согнувшись пополам, пока жгучая агония скручивала желудок. Мышцы сводило судорогами, а ногти впились в песчаниковый пол. Как и в прошлый раз, меня будто поджаривали заживо.

Тёмная магия разъедала меня изнутри. Моё исцеление успевало ненадолго ослабить боль, прежде чем она возвращалась с новой силой.

— Пандора!

Пот стекал с меня на пол. Тёмная магия пыталась распространиться внутри моего тела, а я вцепилась в живот, пока моя магия сражалась с ней.

— Судьбы, Пандора. Я здесь, — сказала Дженни дрожащим от паники голосом. — Я тебя не оставлю.

Запах серы и разложения пропитал всё вокруг, и каждый вдох был наполнен им.

— Какого хуя произошло? — прогремел голос Декса.

Рот наполнился горьким привкусом, пока всё это пыталось выбраться наружу.

— Тёмная магия… тёмный магинит… письмо… — объяснила Дженни.

Меня вывернуло, когда поток чёрной жижи обжёг горло. Она выплеснулась на пол, и агония от борьбы моей магии с тёмной только усилилась.

— Я держу тебя, бедовая, я держу тебя, — прошептал Декс мне на ухо.

Новая вспышка боли взорвалась по всему телу.

А потом всё погрузилось во тьму.

***

— Что, во имя Судеб, произошло? — тихий шёпот Рида прорезал шум в ушах, когда я наконец начала приходить в себя.

— Мы были в библиотеке, и вдруг на её учебнике просто появился кристалл тёмного магинита. Она даже не трогала его, но её магия окутала кристалл, а потом — бах. Появился Декс, и она потеряла сознание, — объяснила Дженни дрожащим от боли голосом. — Мне так жаль, что я не смогла сделать больше.

— Ты ничего не могла сделать. Ты осталась рядом с ней. Этого достаточно, — мягко сказал папа. — Но нам нужно выяснить, кто оставил это для неё.

— Тёмную магию использовали, чтобы перегрузить её, — выплюнул Декс. — Мои родители раньше насыщали предметы тёмной магией и отправляли их демонам, которых хотели заразить или убить. Правда, кристаллы они никогда не использовали. По крайней мере, до Пандоры.

— Судя по этой записке, её хотели заразить. — Рык Хантера прокатился по комнате, пока я подняла руку и потёрла голову.

— Какая записка? — прохрипела я. Голова раскалывалась.

— Пандора? — Папа сел рядом со мной, и тревога была отчётливо написана на его лице.

— Ох, хвала Судьбам, — выдохнул Брэм со своего места на полу рядом с Ридом и аквариумом Гамдропа.

Я несколько раз моргнула, пока зрение не прояснилось, и села.

Мы были в моей комнате в общежитии.

И все мои Пары окружали меня.

— Как ты себя чувствуешь, принцесса? — спросил Скел, куря свою трубку и прислонившись к стене рядом с кроватью.

— Я убью его, как только найду, — поклялся Декс. Он стоял рядом со Скелом, и его туманно-серые глаза были затянуты жаждой убийства.

— Как ты себя чувствуешь, Звёздочка? — Хантер поднял руку и провёл по моей щеке, и только тогда я поняла, что он сидел с одной стороны от меня, а папа — с другой.

— Я в порядке. Голова болит, — прохрипела я.

— Ещё бы. Дженни сказала, что ты мучилась от боли. — Он протянул мне мою бутылку с водой, и я взяла её.

Я сделала несколько глотков, прежде чем закрутить крышку и вернуть бутылку обратно.

— Да. Было больно. Я постепенно вырабатываю устойчивость к использованию этой силы, но когда я не поглощаю душу вместе с ней и не восполняю свои резервы, тёмная магия просто причиняет боль.

— Она всегда будет причинять дискомфорт, — прошипел Небула. — Тёмная магия приходит из Завесы. Ей не место в Калисте. До тебя по-настоящему уничтожить тёмную магию было невозможно.

— Откуда ты так много знаешь о тёмной магии? — спросил его Брэм.

Папа поджал губы.

— О чём это вы?

— Кажется, они разговаривают с Небулой, — прошептала ему Дженни.

Папа нахмурился.

— Я ничего не слышу.

— Он буквально состоит из тёмной магии. — Декс закатил глаза. — Разумеется, он о ней знает.

— Что? — одновременно спросили все в комнате, поворачиваясь к Небуле.

— Его душа проявляется в виде чёрной жижи. Вы серьёзно этого не заметили? — Декс моргнул, глядя на остальных.

— Пора им узнать, — сказал мне Небула, и я кивнула.

— Его душа привязана к черепу тёмным проклятием, — прохрипела я, поправляя его. — Он не тёмная магия.

— Как это произошло? — Глаза Скела расширились.

— Я думал, ты говорила, что его убила твоя мать, когда он был у тебя на руках? — спросил Рид, и в его голосе прозвучала боль.

— Так и было. — Я провела руками по лицу. — Сибил прокляла его, когда Мать убила Небулу.

— Сибил Шоу? — выпалил папа, и на его лице ясно читалось недоумение. — Можешь вернуться немного назад и объяснить всё нормально?

— Небула был фамильяром Сибил, пока она не отказалась от него и не позволила Матери убить его. Она привязала его душу к черепу при помощи тёмного проклятия. — В глазах защипало от слёз. — И всё потому, что он решил спуститься в подвал и проверить, как я там.

— Он был её фамильяром? — ошеломлённо переспросил папа, и обвиняюще глядя на Небулу. — Ты был фамильяром Сибил Шоу?

Небула раздражённо вздохнул.

— Как будто я знал, что она психованная ведьма тёмной магии. Когда я встретил её, она была нормальной.

— Вот почему ты и твои Пары можете слышать его и разговаривать с ним, — пробормотала Дженни, широко распахнув глаза. — Он… связался с тобой.

— Он сказал, что связался со мной, потому что сам выбрал меня, но это не связь фамильяра. По крайней мере, не такая сильная. До того как Сибил увлеклась тёмной магией, он был её фамильяром, — объяснила я.

— Ему должно быть… как минимум двести лет, — пробормотал Декс.

— Вообще-то, триста, — фыркнул Небула.

У меня отвисла челюсть.

— Триста?

— Не смей осуждать меня за возраст.

— Я не осуждаю, просто не понимала, что ты…

— Старый? — усмехнулся он. — Всё нормально. Я прожил долгую жизнь. Просто выбрал не ту ведьму, которой одолжил свою силу.

— Мне так жаль, Небула.

Он вздохнул.

— Что было написано в письме?

Хантер протянул его мне, и я начала читать вслух, пробегая взглядом по строчкам.

Пандора Боунс,

Ты не похожа на неё, но в твоих жилах течёт её кровь. Ты сильнее, чем была она, а сила — источник потенциала. Пенни тебе не ровня.

Мой сын не знает, как обращаться с предначертанной Парой, а вот я знаю.

Когда ты заразишься так же, как и я, мы сможем захватить Тёмную Завесу. Шоу даже не поймёт, что происходит. У тебя есть сила убить её, и когда ты это осознаешь, нас уже никто не сможет остановить.

Впусти тьму в свои вены и раскрой тот потенциал, который я вижу в тебе. Я буду рядом на каждом шагу.

Род Шэдоухарт

— Он ещё недолго будет проблемой, — захихикал Небула. — Он угрожает жизни Сибил. Она узнает об этом, и он умрёт.

— Меня это не удивляет, — пробормотал Декс, так сильно стиснув челюсть, что она побелела. — Но его смерть принадлежит мне.

— А мне совсем не нравится, что меня оставляют в стороне, — надулся папа.

Дженни ласково похлопала его по плечу.

— Ничего страшного.

Он надулся ещё сильнее.

— Мы защитим Пандору, — пообещал Рид. — Мы обязаны.

— Разумеется, защитим, — добавил Скел.

— Никто не причинит тебе вреда. — Красные глаза Брэма встретились с моими, полные уверенности.

— Он не сможет меня развратить. Я буквально создана для уничтожения тёмной магии, — заявила я, и под моей кожей кипела чистая правда. — Что изменит ещё одна угроза?

— Ещё одна угроза, без которой мы бы прекрасно обошлись, — пробормотал Хантер, проводя рукой по своим тёмно-русым волосам.

— Согласен, — прошипел Небула.

— Согласен, — простонал папа, проводя ладонью по лицу.

— Эй, вы с Небсом в этом согласны, — сообщил Скел моему отцу.

Он покосился на Небулу и слегка кивнул.

— По крайней мере, мы оба заботимся о благополучии моей дочери.

— И всегда будем заботиться, — тихо сказал Небула.