18

БРЭМ

— Я в порядке, — уже, наверное, в миллионный раз подчеркнула Пандора. В её алых глазах мелькнуло раздражение, но губы всё равно тронула усталая улыбка.

Я стоял у двери, пока Смерть держался рядом с Пандорой. Его взгляд был безжалостно к ней прикован — он следил за каждым её движением так, будто одной силой воли мог её защитить.

Дженни металась вокруг Пандоры, тихо шепча что-то успокаивающее. Она то и дело касалась её плеча, поддерживая.

И именно тогда меня накрыло ощущением, насколько я здесь чужой.

Я был посторонним в этой семье.

Но связь Пар рано или поздно сделает их и моей семьёй тоже.

Странное чувство.

Я привык к равнодушию и насилию, от которых нельзя было сбежать. Моя семья только и делала, что причиняла мне боль — кроме Деда. Дед был другим… и теперь Слейтер тоже.

— Эй, Брэм, а когда ты успел подкинуть это ожерелье в нашу комнату? — голос Рида вырвал меня из мыслей.

— Ожерелье? Я не дарил ей никакого ожерелья. — Я нахмурился и медленно покачал головой. — И уж точно ничего не подбрасывал в её комнату.

В комнате повисла ощутимая тишина, пока все обменивались напряжёнными взглядами.

— Какое ожерелье? — спросил Смерть.

— Там была записка, что оно от тебя. — Не говоря больше ни слова, Пандора достала из сумки ожерелье из чёрных камней и подняла его, чтобы все увидели.

Я всмотрелся внимательнее, пытаясь хоть что-то вспомнить, но в голове не вспыхнуло даже намёка на узнавание.

— В жизни его не видел.

Хантер шагнул ближе, стиснув челюсть.

— Оно зачаровано, — пробормотал он, осматривая украшение. — Обычное ведьмовское зачарование. Ослабляет магическую сущность цели.

Его магия мести пульсировала по комнате.

— Сибил посмотрела прямо на мою шею в ту же секунду, как я начала использовать силу, — прошептала Пандора, и по её телу прошла дрожь.

Прежде чем кто-то успел отреагировать, Смерть выхватил ожерелье у неё из рук и убрал в карман. В его глазах сверкнуло что-то опасное.

— Я уничтожу его, — пообещал он низким, угрожающим голосом.

— Спасибо. — Пандора тяжело выдохнула, глубже устраиваясь на кровати Хантера. — Теперь Тёмная Завеса знает. Они знают, что я могу уничтожать тёмную магию. Теперь они будут охотиться за мной… по-другому. Душа Сибил буквально захлёбывалась жаждой убийства, когда она это поняла.

Комнату накрыла тяжёлая тишина.

Ярость Смерти прокатилась по воздуху почти физически, заставляя пространство вибрировать.

Мы все были в бешенстве, но его рык оказался настолько низким и грубым, что задрожала сама комната.

Дженни успокаивающе положила руку ему на спину.

— Пандора не одна во всём этом. У неё есть пять Пар не просто так, а чтобы защищать её. Они и мы? Мы сохраним ей жизнь.

Каким-то образом Дженни всё-таки удалось удержать Смерть от того, чтобы выпустить весь свой гнев наружу.

Он кивнул и притянул Пандору в крепкие защитные объятия.

— Держи меня в курсе. Хорошо?

— Буду, — улыбнулась она ему, когда он отстранился.

— Я уничтожу ожерелье и сообщу Совету. — Его тёмные глаза скользнули по всем нам. — Защитите её… или я сожру ваши души.

Эта угроза прозвучала настолько буднично, будто он просто попрощался.

И всё же по комнате прошёл ледяной холод.

Я сглотнул и кивнул, чувствуя, как тяжесть его слов оседает у меня в костях.

Если бы всё зависело от него, он бы сожрал мою душу ещё тогда, на Стадионе, когда я говорил с Пандорой как мудак — до того, как узнал, что она моя Пара.

— Конечно защитим, — твёрдо сказал Хантер. — Она наша Пара. Мы отдадим жизни ради неё.

Дженни игриво ткнула его локтем.

— Да никто не сомневается в вашем желании её защищать. Мы и так знаем, что вы пятеро за неё порвёте кого угодно. — Она подмигнула Пандоре.

На пухлых губах Пандоры появилась облегчённая улыбка, и напряжение наконец немного спало, когда Смерть и Дженни вышли из комнаты.

Но стоило двери закрыться, как тишина вернулась.

Меня скрутило мерзкое чувство.

Почему они вообще подумали, что это ожерелье подкинул я? Почему хотя бы на секунду поверили в это?

И вообще, оно было уродским.

У меня вкус намного лучше, блядь.

Пандора уже снова была окружена своими Парами — каждый прижимался ближе, и в глазах всех читалось беспокойство.

Взгляд Рида смягчился, когда он посмотрел на неё.

— Ты точно в порядке?

Она кивнула.

Хантер поднял зачарованную бутылку с водой и протянул ей.

— Тебе что-нибудь нужно?

Она мягко взяла бутылку, сделала несколько глотков и вернула обратно.

— Было вкусно.

Челюсть Декса напряглась.

— Только скажи слово — и я убью кого угодно ради тебя. Даже Сибил Шоу.

— Я бы предпочла, чтобы ты остался здесь, — хрипло ответила она.

Скел затянулся трубкой и пробормотал:

— Просто скажи, что тебе нужно, принцесса. Мы все рядом.

— Я счастлива уже просто потому, что вы все здесь. — взгляд Пандоры остановился на мне. — Брэм.

Её алые глаза встретились с моими.

— Ожерелье не было твоей виной.

У меня сдавило горло, а чувство вины тяжело осело в груди.

— Я… прости. Меня используют против тебя.

Она покачала головой.

— Нет, Брэм. Это не так.

— Виновата Тёмная Завеса, а не ты, — добавил Декс.

Скел кивнул, выпуская облако дыма.

— Никто здесь не считает, что это твоя вина.

Но даже несмотря на их слова, я не мог избавиться от чувства вины, которое грызло меня изнутри.

Я видел тот взгляд, которым на меня смотрел Смерть, и понимал: виноват я или нет — если я стану угрозой, он без колебаний сожрёт мою душу.

Дрожь прошлась по позвоночнику.

— Извините, — пробормотал я, пятясь к двери. — Мне просто… нужна минута.

Я выскользнул в коридор и привалился к стене, медленно сползая вниз, пока не сел, уткнувшись лицом в ладони.

Через несколько минут я вытащил планшет дрожащими руками и набрал номер.

Гудки прозвучали дважды, прежде чем послышался тёплый голос Слейтера:

— Эй, Брэм!

Его жизнерадостность казалась почти неправильной, но именно она мне сейчас и была нужна. Нужен был он — мой брат.

— Меня используют против неё, — выдавил я, и голос надломился.

— О чём ты вообще? — его тон сразу стал серьёзнее.

— Тёмная Завеса подсунули Пандоре ожерелье. Заколдованное. Оно ослабляло её магию. И там была записка… будто бы от меня.

Мои пальцы сильнее сжали планшет.

— Это моя вина. Они используют меня, Слейтер.

Он тяжело вздохнул, и я буквально представил, как он качает головой.

— Послушай, Брэм. Вина лежит не на тебе. Это ебанутый культ тёмной магии, мать его. Ты не отвечаешь за их безумие. Твоя Пара ведь сказала тебе то же самое?

Я судорожно выдохнул, чувствуя слабое, едва заметное облегчение.

Непоколебимая уверенность Слейтера во мне, его упрямое убеждение в моей невиновности — всё это ощущалось как спасательный круг.

— Она сказала… но я просто… я просто хочу свою Пару. Хочу, чтобы она была в безопасности. Хочу… быть тем, кто ей нужен.

— Ты и есть тот, кто ей нужен, — мягко ответил Слейтер. — Ты справишься с этим. Мы разберёмся. Но ты не можешь продолжать винить себя. Ты позволяешь этому ожерелью и этому культу залезть тебе в голову. Иди обратно к Пандоре. Сейчас именно ты ей и нужен.

Осознание ударило резко и болезненно ясно.

Я ушёл.

Да, она была со своими остальными Парами, но я всё равно ушёл только потому, что позволил собственной вине утопить себя.

— Спасибо, Слейтер, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Ты прав. Мне нужно быть рядом с ней.

— В любое время, Брэм. Иди забери свою девочку, — усмехнулся он, и даже через звонок я слышал эту самодовольную ухмылку.

А потом я поднял свою задницу с пола и вернулся туда, где мне было самое место — к своей Паре.