29

ДЕКСТЕР

Я крался по Общежитию Баунд, а мысли были забиты моей предначертанной Парой и тем фактом, что она охуенно пахла, когда возбуждалась. Но дело было не только в похоти — я поддерживал в себе всепоглощающий огонь ради неё, тот, что сейчас подпитывал и мои психованные наклонности после обезглавливаний, и мою непоколебимую решимость защищать Пандору.

Меня не удовлетворило наказание Найтвинда тогда, когда он обоссался.

Тени мерцали вокруг меня, словно беспокойные призраки, жаждущие обещанного им насилия.

Когда я добрался до комнаты Найтвинда в общежитии, из-за двери доносились приглушённые звуки удовольствия. Я скользнул внутрь через тени и вышел из них уже посреди комнаты, обнаружив Найтвинда и Дредфул, сплетённых на кровати в мешанине конечностей.

— Ну разве не уютная сценка? — протянул я, и голос сочился сарказмом. — Дредфул, третий вариант. Полагаю, раз Найтвинду не светит ни Пандора, ни Инферно, пришлось остановиться на тебе.

Дредфул вскрикнула и соскочила с кровати. Схватив простыню, своей оставшейся одной рукой, поспешно закутываясь. В глазах застыл настоящий ужас.

— Шэдоухарт, пожалуйста, — взмолилась она, отступая к двери. — Я её не трогала.

— Тогда тебе лучше уйти. И ещё, Дредфул, следи за своим языком рядом с моей Парой. Усекла?

Я перевёл взгляд на Найтвинда.

Повторять ей не пришлось. Она вылетела из комнаты так быстро, будто за ней гнались монстры, оставив Найтвинда голым и уязвимым..

Он лишь презрительно усмехнулся мне, позволяя своему барахлу болтаться на виду. Впечатления это не производило. Мне даже стало его немного жаль.

— Чего тебе надо?

Мои губы изогнулись в насмешливой улыбке.

— Передать послание, очевидно. Ты больше никогда не посмотришь в сторону Пандоры, или я лично прослежу, чтобы ты пожалел об этом.

Из него вырвался смех — пустой, издевательский звук.

— Думаешь, ты меня пугаешь, Шэдоухарт? Ты не знать. Ты ёбаный изгой. А что до Грейвсенд… я хочу её трахнуть. Мне плевать, есть ли у неё Пары. Спорю, она охуенно узкая. — Он схватил себя, и его глаза наполнились похотью.

— Тебе не стоило, блядь, этого говорить.

Мои тени рванули вперёд, обвиваясь вокруг него, словно живые змеи.

Один теневой отросток обхватил основание его члена и начал медленно сжиматься, пока кожа не приобрела болезненный фиолетовый оттенок.

Другой метнулся к его лицу и вонзился в правую глазницу с мерзким чавкающим звуком.

Найтвинд закричал так громко, что чуть не разорвал мне, блядь, барабанные перепонки. Он дёргался и вырывался, пока моя тень безжалостно выковыривала его мерзкий голубой глаз.

Наконец глаз выскочил из глазницы, ударился о пол и покатился в мою сторону.

— Ещё хоть раз, блядь, посмотришь в её сторону… — Я поднял ботинок и раздавил глазное яблоко. Влажный хлопок эхом отозвался в комнате. — Это будут твои яйца.

Крики Найтвинда превратились в рыдания, пока он хватался за пустую глазницу, а кровь струилась по его лицу. Как ни странно, этот уёбок всё ещё был твёрдым. Фиолетовый хер и всё такое.

Вытащив планшет, я сделал фото его изуродованного лица, естественно, не захватывая его член, и отправил Пандоре с милым сообщением.

Я с презрением посмотрел на сломанного демона у своих ног.

— Запомни эту боль, — прошипел я. — И вспоминай её каждый раз, когда подумаешь о Пандоре. Но даже не вздумай снова к ней приблизиться, потому что в следующий раз я не остановлюсь на яйцах.

Я развернулся и направился к двери. Тени отступили, оставив его член целым, хотя часть меня всё ещё сомневалась, стоило ли проявлять такую щедрость.

За спиной остался Найтвинд — хнычущий, окровавленный кусок дерьма, именно то, во что он и заслуживал превратиться.

Но мои мысли уже были далеко отсюда.

Они снова вернулись к Пандоре.

Она была светом в моей тьме, и я без колебаний уничтожу любого, кто посмеет ей угрожать.