27

РИД

Я сидел на краю кровати Пандоры, машинально отмечая череп енота, покоящийся на парящей чёрной полке над её столом. Вокруг него витал пряный запах бурбона, и я невольно задумался, когда Хемлок успел подарить его ей.

Она, скорее всего, простит их всех, потому что её сердце было слишком добрым для этого мира. Но я бы соврал, если бы сказал, что меня это не тревожит. Я знал, что она уже простила Гримшоу. Знал, что они целовались. Но я также помнил, насколько нестабильной была его магия и как часто он предпочитал сбегать от проблем вместо того, чтобы встречать их лицом к лицу.

Декс резал нашу Пару, дразнил её тенями и в лучшие дни балансировал на грани безумия. Я видел, как до него наконец дошло, насколько сильно он всё испортил, когда он застыл во время сердечно-лёгочной реанимации, увидев её шрамы. Меня до сих пор бесило, что он потерял драгоценные секунды, когда Пандоре нужны были компрессии. Но я также видел, что с тех пор он изменился. Он принимал куда более взвешенные решения и постоянно пытался её защищать.

Слова Хемлока были худшим из того, что он сделал, и именно они ранили её сильнее всего. Она не раз доверялась мне и рассказывала, что именно он говорил о ней. Она переживала, что он пытается всё исправить только потому, что они предначертаны друг другу, а не потому, что осознал, насколько ошибался на её счёт. Я понимал её опасения, но так и не смог понять, почему он вообще сделал её своей мишенью.

Я посмотрел на свою Пару. Её длинные чёрные волосы спадали до самой талии водопадом тёмного шёлка, а красные глаза потускнели от изнеможения, пока она сидела рядом со мной.

— Ты выглядишь такой уставшей, — пробормотал я, протягивая руку, и мои пальцы коснулись её пухлых красных губ. — Позволь мне помочь тебе уснуть.

Она слабо улыбнулась, её глаза смягчились, когда встретились с моими.

— Тёмная Завеса пугает меня, Рид. Я помню, как Мать упоминала их прямо перед тем, как попыталась убить меня… Думаю, они знали обо мне с самого начала.

Моё сердце сжалось при упоминании Тёмной Завесы. Это вернуло воспоминание о том, как моя собственная мама продала меня им, чтобы принести в жертву. Но моя мама всё равно была не такой ужасной, как мать Пандоры.

Я хотел защитить её от каждой сущности в Калисте, которая ей угрожала. Она пережила слишком многое, чтобы ещё и с Тёмной Завесой разбираться.

— Опять Тёмная Завеса? — эхом раздался голос Небулы.

Я взглянул на него, на череп котёнка, стоявший на тумбочке. Он проявился в вихре чёрной жижи, которая растеклась под ним лужицей. В Небуле было что-то такое зловещее, но он был рядом с моей Парой, когда меня не было. Я никогда не смогу отблагодарить его достаточно за то, что он помогал ей оставаться в здравом уме под жестокостью её Матери.

— Они не оставляют её в покое, — пробормотал я. — Они снова отправили к ней заражённых демонов, одного — с ещё одним камнем, наполненным душами и тёмной магией.

Пандора вздохнула, откидываясь на подушки.

— Если Мать была связана с ними, как я подозреваю, думаю, она уже предложила меня им. Она всегда утверждала, что готовит меня к какой-то цели… эта цель была целью Тёмной Завесы?

Сердце переполнилось такой всепоглощающей любовью, что стало больно дышать. Судьбы, я любил её так сильно, что был готов на всё, лишь бы разрушить любые планы, которые они для неё строили.

— Возможно, — промурлыкал Небула, прежде чем через секунду исчезнуть.

— Что бы ни случилось, у тебя всегда будем мы, — пообещал я. — Хантер и я никогда не позволим им прикоснуться к тебе, и остальные трое тоже не позволят.

— Я знаю. — Она нахмурилась ещё сильнее, и между бровей залегла глубокая складка тревоги.

Я наклонился к сумке, стоявшей у моих ног, и вытащил маленький пакетик фиолетовой сахарной ваты. Протянув его ей, я с улыбкой предложил:

— Сахарная вата всегда помогает мне почувствовать себя лучше.

Её губы изогнулись в усталой улыбке, когда она её взяла.

— Фиолетовая?

— Только лучший вкус сахарной ваты для моей девушки из снов. — Я подмигнул, наблюдая, как она залезает в пакет, отщипывает немного, кладёт в рот и издаёт довольный тихий стон.

— Это правда очень вкусно. — Она наклонила голову. — Она растаяла у меня во рту.

Мой член дёрнулся, но я схватил подушку и положил её себе на колени, натягивая на лицо невинную улыбку. О, Судьбы, моё тело никак не понимало, что сейчас не время.

— Ты раньше когда-нибудь ела сахарную вату?

— Нет. — Она взяла ещё горсть и предложила мне. — Но мне нравится.

Моя улыбка стала шире, когда я наклонился вперёд и откусил сахарную вату, чувствуя, как она растворяется, едва коснувшись языка. Низкий стон сорвался с моих губ, когда я поцеловал её палец и отстранился.

— Это лучший вид.

Сладкий аромат, переплетённый с карамелью, пронзил воздух, и я мгновенно понял, что она возбуждена так же, как и я.

Моя любовь к ней хлынула через сердце, и если бы наша связь была завершена, она бы это почувствовала.

— Я хочу завершить связь с тобой, — прошептала она, её дыхание стало поверхностным.

— Серьёзно? — Воздух выбило из моих лёгких, когда меня пронзила вспышка возбуждения. — Я бы хотел этого больше всего на свете.

Её красные глаза блестели желанием и любовью.

— Иди сюда и сними рубашку, чтобы я могла отметить тебя, когда ты отметишь меня.

Моё сердце колотилось в груди, когда я снял рубашку и забрался на кровать рядом с ней.

Лёжа рядом с ней, я прижался лбом к её лбу. Наше дыхание смешивалось, а губы были всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Я мечтал быть её предначертанной Парой с того самого мгновения, как встретил её, и всё, чего я хотел в этой жизни, — защищать и беречь её так же, как она заставляла меня чувствовать себя защищённым и любимым.

— Я люблю тебя, — пробормотал я.

Её ладонь скользнула по моему животу и остановилась на груди, когда она улыбнулась.

— Я люблю тебя, Рид. Так сильно, что у меня всё внутри болит каждый раз, когда тебя нет рядом.

От её признания у меня перехватило дыхание. Я мечтал услышать о её чувствах с того самого дня, как признался ей в любви после того, как она утонула.

Наша магия медленно переплелась вместе с душами — тёплый электрический поток свободно струился между нами. Магия снов закружилась вокруг сознания, и в ту же секунду раскалённый жар вспыхнул у меня в груди.

Мир снов мягко развернулся вокруг нас, наполняя воздух знакомым ароматом карамели и сахарной ваты. Вместо кровати под нами клубились фиолетовые туманные облака, а тёмно-лиловые деревья с сияющими голубыми листьями заслоняли галактическое небо над головой.

Её глаза распахнулись и встретились с моими, а наши души наконец сомкнулись воедино.

На виске Пандоры проступила метка в виде фиолетовой звезды — самая прекрасная метка демона снов, которую мне доводилось видеть.

Я наклонился и прижался к ней губами.

— Твоя метка прекрасна.

— Как и твоя. — Она провела рукой по моей груди, и я опустил взгляд, увидев белую метку души в форме её сердца на своей груди.

— Я люблю её. — Мой голос сорвался, когда внутри меня разлилась чистая любовь. — У тебя есть доступ к моему миру снов, когда захочешь, и ты защищена от Друд и других демонов снов.

— Я люблю тебя. — Её улыбка растянулась, а глаза наполнились невыплаканными слезами. — И теперь ты должен уметь чувствовать души. Хантер использует это в своём деле мести, и ему очень нравится уметь читать их.

Я усмехнулся.

— Меня это не удивляет.

— С тобой я чувствую себя в такой безопасности. — Она наклонилась и поймала мои губы своими, бормоча между поцелуями: — Ты нужен мне, Рид.

Я впился пальцами в её бёдра и перевернул нас, пока не навис над ней. Кровь горячо пульсировала в венах, когда мой член упёрся в её бедро.

Эта женщина пробуждала во мне голод, какого я никогда не чувствовал за всю свою жизнь.

— Ты нужна мне, Пандора. Очень.

— Это считается? — Её голос был хриплым, а красные глаза полны желания.

— Что считается? — Я придвинулся ближе, так отчаянно желая снова запечатать её губы своими и утонуть в своей Паре.

— Секс здесь, — пробормотала она, запуская руки в мои волосы. — В твоём мире снов.

— Конечно, — твёрдо сказал я. — Это наше убежище, девушка из снов. Заниматься с тобой любовью здесь или наяву — для меня одно и то же. Это всегда будет особенным, и это всегда будет считаться.

Она кивнула, её розовый язычок выскользнул, чтобы смочить нижнюю губу.

— Пожалуйста… займись со мной любовью, Рид.

Наша связь вспыхнула желанием и любовью, сплетёнными в нечто единое и всепоглощающее.

Пандора поджигала мою душу, и в мире снов наши души переплетались так естественно, словно всегда принадлежали друг другу. Она была нужна мне. Я был таким твёрдым, что это причиняло боль, — чувство, которое я знал только с ней.

Её красота пьянила. Я усмехнулся, заставляя её одежду исчезнуть. Моя магия вспыхнула к жизни, и ткань растворилась, оставляя её обнажённой подо мной.

Я не думал, что это возможно, но мой член стал ещё твёрже и предэякулят сочился прямо в штаны при виде неё. Её груди были округлыми и полными, а маленькие тёмные соски затвердели в центре.

Стон вырвался из моего горла.

— Ты моя. Моя девушка из снов.

Она ахнула, отдёргивая руки и закрывая ими живот, прежде чем я успел на него посмотреть.

— Как ты это сделал?

— Это наш мир снов, — прохрипел я. — Представь меня голым. Вот и всё. У тебя здесь столько же контроля, сколько и у меня.

Она затрепетала ресницами, опуская взгляд, чтобы посмотреть на моё тело. Через секунду магия вспыхнула по моей коже, и я оказался таким же обнажённым, как и она.

— Судьбы, ты прекрасен.

Мой член блестел предэякулятом, и я отчаянно хотел погрузиться в неё.

— Это моя реплика.

— Рид… шрамы на моём бедре ничто по сравнению с животом и спиной. — Её дыхание сбилось, и страх проскользнул в нашу связь. — Они ужасные.

— В моих глазах в тебе ничего не может быть ужасным, — пообещал я, осторожно беря её за руки и отводя их в стороны, открывая множество-множество шрамов, крест-накрест пересекавших её живот. Над пупком был шрам побольше, грубой круглой формы.

На мгновение я мог только смотреть, пока сердце аразрывалось в груди. Я любил её больше самой жизни, а она была так сильно изранена руками собственной матери. Я знал о шрамах, и она рассказывала мне о своём прошлом, но увидеть их?

Волна защитного чувства захлестнула меня. Я никогда больше не позволю ей получить такие шрамы.

Мои пальцы потянулись и проследили узоры, вырезанные на её коже.

— Ты идеальна. Со шрамами и всем остальным. Потому что они — свидетельство твоей силы.

— Но… они такие⁠—

— Я люблю тебя, — перебил я её и вернул руку на облака, чтобы нависнуть над ней. — Это ничего для меня не меняет. Прикоснись ко мне, Пандора. Посмотри, что ты со мной делаешь.

Её рука поднялась и обхватила мою длину, вырывая из меня стон.

— О.

— Да, о. — Я усмехнулся, мой член пульсировал в её хватке. — Я твой, и каждая часть тебя привлекательна для меня.

— Ты большой, — пробормотала она, а потом её глаза расширились. — Очень большой.

Мужская гордость закружилась в груди, когда я наклонился и уткнулся в её груди, облизывая и посасывая соски.

— Ты идеальна.

Желание вспыхнуло между нами, и я чувствовал, как её шрамы ускользают из её мыслей, пока мой язык скользил по твёрдым вершинам.

После встречи с Пандорой я взял несколько острых любовных романов. Я хотел стать тем, в кого она смогла бы влюбиться ещё до того, как связь встала на место и я понял, что она моя предначертанная Пара.

По правде говоря, любовные романы были хороши. Мне они нравились, но я ещё и учился по ним. Мне не терпелось узнать, что нравится именно ей.

Её хватка на мне стала крепче, когда она начала ласкать меня, а дыхание срывалось мягкими выдохами, пока её сладкий аромат пропитывал воздух.

— О, Рид, — простонала она.

— Что тебе нужно? — Я осторожно прикусил её сосок, и её спина выгнулась над мягкими облаками. — Скажи что ты хочешь, чтобы я был внутри тебя, так же сильно, как мне нужно почувствовать, как ты сжимаешься вокруг меня, — взмолился я.

Она потянула мою голову вверх, и я оторвался губами от её соска, следуя её движению.

— Мне нужно, чтобы ты был внутри меня, Рид, пожалуйста.

— Я не проводил церемониальную магию. — Я зажмурился. — Но это мой мир снов, и здесь ты защищена.

Румянец поднялся на её щеках.

— Я провела церемониальную магию сегодня раньше с Дженни. Я… я уже знала, что хочу этого — тебя — этой ночью.

Она… она подготовилась к этому? Это было самое горячее, что я слышал в своей жизни.

Ослепительная любовь разлилась по моим венам. Я увлёк её в поцелуй, от которого моё сердце забилось громче, и её язык скользнул в мой рот.

Отчаяние пронеслось по связи от нас обоих, пока наши языки влажно переплетались. Её ноги раздвинулись, и связь отчаянно требовала, чтобы мы соединились.

Я обхватил свой член и подразнил её, проводя им вверх-вниз по её входу и обводя клитор. Стоны и звуки, которые вырывались из моей предначертанной Пары, были эротичными, горячими, и я едва не кончил только от одних этих звуков.

— Пожалуйста, — захныкала она.

Я надавил на неё своим уже каменным членом, и её влажность легко направила меня внутрь. Она втянула меня в себя, и, Судьбы, это было так охуенно хорошо.

Она застонала мне в рот, пока желание пульсировало через нашу новую связь, и я вошёл до конца.

— Судьбы, Пандора, я так сильно люблю тебя, — выдохнул я ей в губы.

— Я люблю тебя, — простонала она, её глаза были полуприкрыты желанием, когда она смотрела на меня снизу вверх. — Пожалуйста, ещё.

Я подчинился, выходя из неё, прежде чем снова погрузиться внутрь.

Я нашёл её руки и переплёл наши пальцы, прижимая их к облакам над её головой, пока снова и снова вбивался в неё. Она ощущалась как сон.

— Ты богиня, Пандора. — Мои бёдра толкались в неё, и то, как её лицо разгладилось от блаженства, заставило каждое нервное окончание в моём теле вспыхнуть огнём. — Ты всё, о чём я когда-либо мечтал, и даже больше.

— Ты такой потрясающий. — Её ноги обвились вокруг моей талии, и её киска пульсировала вокруг меня, пока звук наших тел, ударяющихся друг о друга, наполнял воздух вместе с нашими стонами.

Её тело выгибалось подо мной, пока удовольствие прокатывалось по нашей связи. Воздух вокруг нас потрескивал от энергии, а мой мир снов словно дрожал от экстаза вместе с нами.

Наши души звучали в гармонии. Каждое прикосновение, поцелуй и толчок посылали волны наслаждения через связь, сотрясая мои кости своей силой.

Её пальцы снова запутались в моих волосах, притягивая меня ближе, пока я вколачивался в неё, гонясь за ощущением чистой потребности. Наша магия хлынула вместе ослепительным, сияющим светом, озарившим галактическое небо над нами.

Хриплый, надломленный крик сорвался с её губ, когда её киска сжалась тисками вокруг моего члена, и я понял, что её накрыл оргазм.

Я наконец позволил себе отпустить удовольствие, которое так долго сдерживал, стараясь сначала довести до разрядки её. Дыхание сорвалось с губ, а новая волна наслаждения прокатилась по нашей связи. Я прижал её крепче к себе, пока экстаз захлёстывал нас обоих, и на несколько мгновений весь мир сузился до неё одной.

— Ты невероятный, — пробормотала она. — Я могла бы заниматься этим всю ночь.

— Я тоже, девушка из снов. Так почему бы нам так и не сделать? — Я поцеловал её, наслаждаясь ощущением своих губ на её губах, пока мой член был глубоко внутри неё.

— Судьбы, да, — простонала она.

Сладкая дрожь пробежала по телу, пока я пытался выровнять дыхание, но затем что-то изменилось. По коже поползло неприятное покалывание, а у самой границы моего мира снов зашевелилось знакомое присутствие.

В следующую секунду меня насквозь пронзила раскалённая добела ярость.

— Ч-что не так? — Пандора обхватила ладонями моё лицо и мягко поцеловала меня в губы. — Это было потрясающе, правда?

— Это был лучший опыт в моей жизни, — честно сказал я, отвечая на её поцелуй ещё несколько мгновений, прежде чем выйти из неё.

Я опустил руку и размазал свою сперму по её бёдрам, пока она вытекала. Мне нужно было отметить её всем, что у меня было.

— Ты моя, девушка из снов, и я тоже твой.

— Что это за ощущение? — Она тяжело дышала, беря меня за руки, когда я помог ей подняться.

— Друда просит разрешения войти сюда. — Я подумал о своей Паре в простой белой ночной сорочке и больше ни в чём, и она оказалась именно в ней. Глубоко вдохнув, я уловил аромат нашей метки и нашего сексуального удовольствия между её ног. Я подумал о своих пижамных штанах, и тоже оказался одет. — Так лучше.

— Кто это? — Она наклонила голову, её губы были припухшими, и я не смог удержаться, обхватил её лицо и снова поцеловал до потери чувств.

Ощущение усилилось.

— Шарлотта Вейн, — горько пробормотал я, ненавидя, что она прервала нас с моей предначертанной Парой во время нашего первого интимного опыта. — Я не хочу её здесь.

Взгляд Пандоры стал жёстким.

— Впусти её, Рид.

Я замешкался, вглядываясь в её глаза, чтобы понять, действительно ли она этого хочет.

— Ты уверена?

Губы Пандоры сжались в тонкую линию, а её магия вытекла из губ и заскользила перед её лицом так, как я никогда раньше не видел.

— Да, уверена.

Глубоко вдохнув, я позволил Шарлотте войти.

Магия затрещала, и через мгновение она появилась перед нами.

— Рид! Ты впустил меня… — Её огненно-рыжие кудри выглядели как обычно, но затем зелёные глаза зацепились за Пандору.

— Вообще-то, это был не мой выбор. — Я обвил рукой талию Пандоры и притянул её ближе к себе.

Я прекрасно понимал, что этим перечёркиваю весь план, который мы с Хантером выстраивали, чтобы узнать о Шарлотте больше. Но сейчас мне было плевать. Она раз за разом нацеливалась на мою Пару, а ради спокойствия Пандоры я был готов пожертвовать чем угодно. Даже возможностью вытащить информацию из своей бывшей лучшей подруги.

Глаза Шарлотты вспыхнули яростью, едва она увидела Пандору рядом со мной.

— Что… что она…

— Ты, должно быть, бывшая лучшая подруга. — Тёмная завеса ненависти опустилась по нашей связи, пока Пандора прожигала Шарлотту взглядом, не дрогнув. — Я бы сказала, что рада познакомиться, но тогда бы соврала.

Ноздри Шарлотты раздулись, когда она учуяла мою сперму, стекающую по бёдрам Пандоры, и чистая ярость вспыхнула ещё жарче в её взгляде, направленном на мою Пару.

— Ах ты сука! Как ты смеешь трахаться с ним!

— Я его предначертанная Пара, и я буду трахаться с ним, сколько захочу и когда захочу — огрызнулась Пандора.

Огонь лизнул мой позвоночник. Судьбы, почему это было так горячо?

Я шагнул перед Пандорой, заслоняя её.

— Шарлотта… нет. Вейн. Когда-то ты была моей лучшей подругой, но ты оказалась совсем не тем демоном, за которого я тебя принимал. Уже то, что ты плела интриги за моей спиной вместе с моей матерью, было достаточно плохо. Но после того, как ты начала насылать кошмары на Пандору, мне стало трудно даже смотреть на тебя. Я больше не могу тебя выносить.

Лицо Вейн дрогнуло, и по щекам покатились слёзы. Она потянулась ко мне и вцепилась в мою руку.

Её прикосновение обожгло меня.

— Но я была здесь первой! Ты связан с той, кто никогда не сможет быть твоей.

Пандора вышла из-за моей спины, схватила Вейн за руку и оттолкнула её от меня раньше, чем я успел.

— Я принадлежу Риду, а Рид принадлежит мне. Ты ведь чувствуешь это по запаху?

Вейн отшатнулась, одарив Пандору таким взглядом, что им можно было бы плавить камень. Затем её глаза вернулись ко мне, а губы исказила странная улыбка. В её взгляде пряталось что-то тёмное и тревожное.

— Пандора нужна для куда более важной цели, чем трахаться с моим лучшим другом. Ты вообще видел свою мать, Рид? Она забрала то, что принадлежит нам. И мы собираемся это вернуть.

Её слова повисли в воздухе тяжёлой тенью, наполняя меня нарастающим чувством тревоги. А затем она исчезла так же внезапно, как появилась, оставив после себя гнетущую тишину.

— Какова цель Тёмной Завесы для меня? — Её голос сорвался.

— Я не знаю, девушка из снов, но мы не позволим им её осуществить.

— Я знаю… — Пандора обвила руками мою грудь и запрокинула голову, чтобы посмотреть на меня. Её пальцы коснулись моей щеки. — Как думаешь, что она имела в виду, когда сказала, что твоя мама что-то забрала?

Я покачал головой. Тревога тяжёлым комом осела внутри.

— Не знаю. Моя мама… она стала совсем другой после смерти отца. Но то, как легко она была готова пожертвовать мной, лишь бы вернуть его? — Меня передёрнуло. — Не думаю, что хочу знать, что именно она сделала Тёмной Завесе, чтобы вызвать такую ненависть.

Она притянула меня ближе.

— Мы разберёмся с этим вместе. Что бы нас ни ждало, мы встретим это лицом к лицу.

Я кивнул и упал спиной на мягкие облака, утягивая её за собой. Они пружинисто качнулись под нами.

— Да. Вместе.

Наши души переплелись ещё крепче, а магия тихо загудела вокруг нас, пока мир снов начал медленно растворяться.

Я должен был защитить Пандору от Тёмной Завесы. Что забрала моя мать? Почему это было настолько важно? Вопросы роились в голове, но я заставил себя отодвинуть их в сторону и сосредоточился на ровном биении сердца Пандоры рядом с моим.

Мы наконец стали Парами. Завершили нашу связь.

И ничто из того, что могла сказать Вейн, этого не изменит.

Завтра принесёт новые проблемы. Но сейчас я позволил себе просто быть рядом со своей девушкой из снов.