15

ХАНТЕР

Я сидел за столом, уставившись в дело Дженни Инферно. В воздухе витал слабый запах карамели — успокаивающий аромат, напоминавший мне о моей Паре. Судьбы, как же я скучал по ней.

Сделав глоток из кофейного стаканчика с фейским вином, я смаковал нежный карамельный вкус, ожидая прихода своей новой студентки.

Больше всего мне хотелось быть с Пандорой, но я знал, что должен выполнять свою работу.

Дверь скрипнула, и Инферно вошла внутрь, сдувая прядь чёрных волос с лица.

— Здравствуйте, Даркмор, — поприветствовала она меня, её улыбка была искренней. — Я Инферно. Очень рада познакомиться. Вы Пара Пандоры. Верно?

— Да, — мягко улыбнулся я, жестом указывая на стул напротив. — Присаживайся.

Она устроилась на месте, её сине-зелёные глаза светились нерешительностью.

— Итак, что у нас сегодня на повестке?

Я откинулся на спинку кресла, внимательно изучая её.

— Я хотел обсудить твои цели на этот семестр и, что важнее, твои отношения с Пандорой.

Выражение лица Инферно смягчилось.

— Пандора потрясающая. Она мне правда очень дорога. Она буквально лучший демон, которого я когда-либо встречала. Мы очень быстро сошлись. Она теперь практически моя лучшая подруга.

— Уже лучшие подруги? — Лёгкая улыбка тронула мои губы. — Рад это слышать. Ей нужны крепкие дружеские связи, люди, которым она может доверять.

Она кивнула, сцепив пальцы на коленях.

— Мне тоже. Она может мне доверять.

— Хорошо. — Я открыл её дело. Я ещё не успел оцифровать его, но Блэкторн швырнул его мне всего за день до начала семестра. Щёлкнув ручкой, я начал делать несколько пометок. — Как у тебя обстоят дела с подпиткой?

— Я знаю, мама переживает, что я не подпитываюсь напрямую. — Она неловко поёрзала. — Но со мной всё в порядке, правда. Я всё равно наполняю резервы.

— Почему ты не подпитываешься напрямую? — Я записал:

Страх подпитки?

— Я берегу свою девственность для Смерти, — выпалила она, хлопнув ладонью по рту и отводя взгляд.

Я поперхнулся воздухом, несколько раз кашлянув, чтобы собраться с мыслями.

— Смерти?

Она кивнула.

— Я влюблена в него с подросткового возраста, с тех пор как впервые его увидела. Я уже рассказала Пандоре обо всём, но я серьёзно берегу себя для него.

Я записал:

Заблуждения ограничивают подпитку.

— И ты не подружилась с Пандорой, чтобы подобраться к её отцу? — Я прищурился, наблюдая за ней, выискивая любые признаки лжи.

Их не было.

— Конечно нет! — Она нахмурилась, искренне расстроенная вопросом. — Я даже не знала, что она его дочь, пока не опозорилась, рассказывая о нём. Мы можем сменить тему, пожалуйста?

— Конечно. — Я кивнул, записывая:

Думает, что влюблена в хищника.

— Как ты привыкаешь к академии?

— Сначала было страшно, — призналась она, сильнее сжимая руки на коленях. — Я пропустила весь первый семестр и не ожидала, что мои школьные обидчики тоже будут здесь учиться, но Пандора правда сделала адаптацию гораздо легче, чем я могла представить.

Я кивнул, внутренне улыбаясь, и терпеливо ждал, когда она продолжит. Мне нравилось, что они с Пандорой подружились. Похоже, это было нужно им обеим.

— Мой папа, — начала она, и её голос слегка надломился. — Потеря его этим летом… всё разрушила.

Во мне пульсировало сочувствие.

— Хочешь рассказать мне о нём?

Инферно глубоко вдохнула, её глаза заблестели невыплаканными слезами.

— Он был инкубом, как и я, но ещё и исследователем. Он был одержим пониманием демонической магии, а недавно углубился в изучение чумы тёмной магии. Он думал… думал, что сможет найти лекарство. Способ очистить её без использования магической реликвии.

Мои брови взлетели вверх. Я впервые слышал что-то подобное.

— Это очень интересно.

— Ты не единственный, кто так подумал. — Она фыркнула, но её глаза наполнились слезами, пока те не потекли по щекам. — Меня не было дома той ночью, когда его у нас отняли. Но когда я вернулась… мама была в панике. В гостиной витал запах чёрной гвоздики, который меня успокаивал. Это было единственное, что успокаивало. Мама сказала, что тёмная магия захватила папу. Она полностью заразила его из-за зачарованного меча в его сердце.

Я позволил ей продолжить, ничего не говоря, пока она делала ещё один дрожащий вдох.

— Меч был пропитан огромным количеством тёмной магии, но убил моего папу не он. Отец полностью поддался её влиянию и потерял над собой контроль. Он попытался убить мою маму. Смерть вмешался как раз вовремя.

Я нахмурился, пытаясь перебрать в памяти этот случай, но ничего не нашёл. За лето было слишком много смертей, связанных с тёмной магией.

— Смерть спас её?

Инферно кивнула.

— Да. Именно его запах успокоил меня, когда мама рассказала, что случилось, но к тому моменту он уже давно ушёл. Я не могу избавиться от ощущения, что убийство папы связано с его исследованием. Он что-то нашёл, и кто-то не хотел, чтобы он добился успеха. Одна из реликвий, которыми он дорожил, была украдена. Реликвия, способная разрушать защитные барьеры.

Это должно было быть связано с Тёмной Завесой.

Я на мгновение погрузился в задумчивую тишину, позволяя её словам осесть в комнате.

— Это тяжёлое бремя для кого угодно, Инферно.

Она опустила взгляд, нервно переплетая пальцы.

— Я знаю, что у тебя есть… другая сторона работы. С твоим отцом. Дело мести.

Мой взгляд слегка сместился.

— Есть.

Инферно встретилась со мной взглядом, и её отчаяние было невозможно скрыть.

— Я хочу мести, Даркмор. Мне нужно знать, кто сделал это с ним. Я не могу просто отпустить это. Никогда не смогу. И не найду покоя, пока убийца моего отца не умрёт.

Месть закипела под моей кожей, когда мои пальцы легко постучали по столу.

— Если здесь замешана тёмная магия, это дело может затянуться. Месть, хоть и необходимая, может поглотить тебя.

— Мне плевать, — яростно ответила она. — Он был моим папой. — Из неё вырвался всхлип. — Он не заслуживал умереть вот так.

Я вздохнул, откидываясь на спинку кресла.

— Я могу понять твою боль, правда—

— Он расследовал чуму тёмной магии, и именно из-за этого его убили. Кто-то хотел заставить его замолчать. Пожалуйста, помоги мне. — Её нижняя губа дрогнула.

Я долго смотрел на неё. Моя сила рвалась покарать того, кто причинил ей такую боль.

— Я помогу. Но пообещай, что не забросишь учёбу. Горе не исчезает за одну ночь, и тебе нужно дать себе время пережить его.

Она слабо улыбнулась мне в ответ, и в этой улыбке сквозила благодарность.

— Спасибо, Даркмор. Обещаю, я постараюсь.

Когда она ушла, я не смог сдержать облегчения от мысли, что рядом с Пандорой есть кто-то вроде Инферно — даже если она одержима Смертью и у неё впереди назревающая месть.

Я потянулся к планшету и позвонил отцу. Мы не разговаривали уже две недели, и тишина грызла меня изнутри. После нескольких гудков он наконец ответил:

— Хант, рад тебя слышать.

— Пап, — ответил я, чувствуя, как в животе закипает раздражение. — Прошло две недели. Ты не мог ответить на мой звонок раньше?

Он вздохнул, и этот звук был тяжёлым от усталости.

— Я был по уши в расследовании, сын. Джоэл пока берёт всё на себя.

— Каком расследовании?

— Шэдоухартов.

Я резко выдохнул.

— Шэдоухартов? Ты серьёзно? Совет должен был заниматься этим.

— Теперь занимается, — заверил он меня. — Но хватит об этом. Что у тебя на уме?

Я замялся, но решил сказать, зачем позвонил.

— Я поцеловал Пандору. Смерть застал нас. И она делит свою привязанность с Ридом.

На мгновение повисла тишина, прежде чем отец издал писк.

— Ну, ситуация занятная. Как Смерть это воспринимает?

— Удивительно хорошо, — признался я, и на моём лице появилась улыбка. — Но есть ещё кое-что. Пандора — моя предначертанная Пара.

Тон отца сменился на искренне счастливый.

— Хант, это чудесная новость. Я так рад за тебя. Полагаю, это значит, что Смерть позволит тебе сохранить душу?

— Спасибо, пап, — усмехнулся я, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Да, думаю, так и есть. Но есть ещё кое-что. Мне нужна твоя помощь с новым делом.

— Рассказывай, — подтолкнул он.

Я опустил взгляд на открытое дело, лежавшее на столе.

— Клиентку зовут Дженни Инферно. Она хочет найти убийцу своего отца. Он был инкубом. Его нашли с зачарованным тёмной магией мечом в сердце. Дженни считает, что его смерть связана с исследованиями чумы тёмной магии. Она подозревает одного из коллег или конкурентов, но…

— Ты думаешь, что за этим стоит Тёмная Завеса, — серьёзно произнёс отец. — И это как-то связано с Шэдоухартами.

— Из её дома украли реликвию, ту, что используется для разрушения защитных барьеров. — Я застонал, проводя рукой по лицу.

— Дерьмо. Тогда мы берём это дело.

— Я буду работать над ним с тобой удалённо. Демонический совет захочет узнать о реликвии, и если Джоэл берёт на себя прошлое дело, нам нужно работать с ним по этому.

— Я приеду на следующей неделе, чтобы обсудить детали. Деликатные темы, сам понимаешь. — Он помолчал. — И я хотел бы познакомиться с Пандорой.

— Конечно.

После того как я повесил трубку, я попытался позвонить Риду, чтобы проверить, как дела, но он не ответил.

Вместо этого он прислал мне фото Пандоры, спящей в его объятиях.

Ревность вспыхнула внутри меня, и я тихо застонал. Больше всего на свете мне хотелось обнимать её самому. Но главное — они оба были в безопасности.

Я поднялся и налил себе ещё один полный бокал карамельного фейского вина. Пока я пил, мысли вновь вернулись к Пандоре и к тому, насколько сильно она изменилась с тех пор, как мы спасли её в июне.

Я любил её так сильно, что это пугало.

Моё настроение помрачнело, когда мысли переключились на трёх других её Пар. Хемлок, Гримшоу и Шэдоухарт. Их грызло чувство вины — и поделом. То, что они сделали, оставило на моей предначертанной Паре слишком глубокие раны, чтобы я мог легко их простить.

Рид, напротив, искренне заботился о ней. Я уважал его и был благодарен Судьбам за то, что у Пандоры есть мы оба.

Я вытащил из ящика стола блокнот и принялся составлять список дел:

Месть за Пандору (я не могу причинить её Парам физический вред, не ранив её, поэтому добьюсь мести, заставив их признать то, что они сделали, на их сессиях.)

— Хемлок

— Гримшоу

— Шэдоухарт

— Её обидчики (им я могу причинить физический вред. И причиню.)

Месть за клиентку: отец Дженни Инферно.

Я отложил ручку, мысли метались в голове, наполненные возмездием, а магия гудела в моей душе. Каждое имя в списке означало зло, которое нужно было исправить, и равновесие, которое нужно было восстановить. Я сделал ещё один глоток карамельного вина, и тепло разлилось по груди, пока я обдумывал следующий шаг.