34

ПАНДОРА

Я не была уверена, что когда-нибудь привыкну к ощущению песка, смещающегося под ногами, или к тому, как ветерок касается моей кожи. Я мечтала о мире за пределами четырех стен, внутри которых провела большую часть своей жизни, но ничто не могло подготовить меня к красоте природы. Читать об этом и испытывать все на себе — две совершенно разные вещи.

Угасающее солнце отбрасывало теплое сияние на мои волосы, и они скользили по талии, пока я шла. Мне нравилось, как прохладный воздух успокаивал кожу, пахнущий слабым дождем и карамельным ароматом, который, казалось, всегда цеплялся за меня.

Я все еще ни разу не видела дождя, но знала, как он пахнет. Я помнила, как шел дождь, и подвал протекал прямо над моей головой самыми тонкими струйками воды.

Я надеялась, что скоро пойдет дождь.

Обняв себя руками, я позволила волосам скользнуть вокруг меня, словно одеяло. Каждый шаг казался тяжелее предыдущего, а разум снова и снова прокручивал прошлое.

Сеансы Хантера не пробили стены вокруг моей травмы, и вопросы, которые преследовали меня, оставались без ответа. Уничтожила ли я темную магию внутри Матери? Воспоминание о том, как меня после этого жестоко выворачивало, всплыло в памяти, оставляя горький привкус во рту.

Ее душа была гнилой на вкус, и я думала, что это потому, что я поглотила не только ее душу. Я поглотила и что-то темное внутри нее.

Я начала гулять по вечерам, чтобы избегать язвительных замечаний Дредфул каждый раз, когда находилась в комнате. Будто она хотела сломать меня в любой возможный момент.

Я пересекала Оккультную арку, и вид еще одного круга темной магии вокруг нее заставил меня резко остановиться. Тошнотворное чувство дежавю сжало меня.

Прежде чем я успела подумать, мои силы рванули наружу, темный дым закружился спиралью из моих губ, чтобы пожрать остатки темной магии внутри круга. Он расползся вперед, поглотил ее целиком и обрушился обратно в меня.

Последствия поглощения ударили быстро и жестоко. Я рухнула на колени, извергая вязкую черную смолу, которая просачивалась в песок подо мной. Она выглядела точно так же, как то, чем меня вырвало после того, как я съела душу Матери.

Дрожа, я схватилась за живот, узлы в нем затягивались все туже с каждым тяжелым вдохом. Мне удалось подняться на ноги и добраться до Реформ-холла, пока тошнота пульсировала перед глазами.

Хемлок вошел в вестибюль как раз в тот момент, когда я ввалилась внутрь, и его присутствие почти никак не помогло унять хаос внутри меня.

— Выглядишь хреново. — Его затуманенные глаза расширились, когда он ухватился за стену рядом со мной.

— Круг темной магии у арки. — Я зажмурилась и попыталась сосредоточиться на том, чтобы меня не вывернуло прямо перед ним. — Моя магия его поглотила.

Его взгляд рассек меня, словно лезвие.

— Ты пытаешься впечатлить меня своей ложью?

Я отшатнулась от него и ударилась плечом о стену.

— Ложь? Судьбы, Хемлок, ты такой придурок.

— Никогда и не утверждал, что я кто-то другой, мелкая, — пробормотал он, пока я оттолкнулась от стены и пошла искать кого-то, кто мне поверит.

Я заставила себя идти по коридору к кабинету Хантера, раздражение расцветало во мне от того, как легко Хемлок отмахнулся от меня. Но мы ведь не были друзьями. Если уж на то пошло, мы были врагами. Он меня ненавидел.

Дверь Хантера была приоткрыта, а он сидел внутри за столом и сосредоточенно читал что-то на планшете.

Мои пальцы сомкнулись на дверном косяке, чтобы удержать меня на ногах, когда очередная волна тошноты ударила по мне. Пот выступил у основания шеи и покатился вниз по позвоночнику.

— Можно войти?

Он поднял взгляд и застыл, шок окутал его идеальное лицо.

— Что случилось?

Он не дал мне шанса ответить, оттолкнувшись от стола. В одно мгновение он оказался передо мной и подхватил меня на руки. Его сладкий шоколадный аромат успокоил мое бешено колотящееся сердце.

Я обвила руками его шею, чтобы не начать беспомощно барахтаться.

— Хантер!

Его челюсть сжалась, но он отнес меня и мягко уложил на свой диван, прежде чем отпустить.

— Ты ранена?

От этого вопроса мой желудок снова скрутило, и я убрала руки с его шеи, положив их себе на колени.

— Меня тошнит, но я не ранена. Вокруг Оккультной арки снова был круг темной магии.

— Что? — Его взгляд расширился и скользнул по мне с головы до ног, словно он проверял, нет ли на мне ран. — Ты в порядке? Что случилось?

— Я в порядке, — пообещала я, крутя кольцо на пальце. Оно было белым, конечно. С Хантером оно всегда было белым. — На самом деле я, эм… активировала силы без своего контроля и съела темную магию внутри него.

— Что? — снова спросил он, и голос прозвучал скорее писком, чем шепотом. Мягкое сияние свечей в его кабинете заставляло тени мерцать на его лице. — Темной магии в круге больше нет?

Я покачала головой, доставая бутылку воды из сумки и делая несколько глотков, чтобы охладить горло и успокоить желудок.

— Не думаю, но, Хантер, я не могу контролировать свою магию.

— Почему ты так думаешь? — Его рука нашла мою и сжала.

От его прикосновения сквозь меня прошептало чувство тоски, и я сжала его руку в ответ.

— Если честно, я… ну, для начала, недавно у меня была проблема с Дредфул.

— Проблема? — Его рога вытянулись из головы, когда он наклонил ее, а белые глаза жутко засветились. — Какая проблема?

— Ну, она пригласила меня на Одиссейский утес. Она и ее друзья окружили меня, украли мою сумку, забрали Небулу и бросили его в озеро. — Я замялась, когда его магия возмездия осела в комнате, закипая. — Один из аристократов рассек мне руку теневым щупальцем, когда я пыталась найти Небулу в воде… — Я замолчала.

— И?

— Моя магия сорвалась, — прохрипела я, делая вдох. — Я почти убила кого-то, но они сбежали, когда моя магия уже собиралась войти в их тело. Найтвинд помог мне вернуть Небулу. Я… я не умею плавать.

Он покачал головой, злость практически исходила из него волнами, но я знала, что эта злость была направлена не на меня.

— Найтвинд… держись от него подальше. У него плохая репутация даже среди других аристократов. А что касается всех остальных? Я с ними разберусь.

Я кивнула, но слезы, которые я сдерживала, вырвались наружу рыданиями. Я сделала прерывистый вдох, когда всхлипы сотрясли мое тело.

— Судьбы, — икнула я. — Прости. Просто это… все так неправильно. Жизнь не должна была быть такой тяжелой после того, как я сбежала от Матери. Она не должна была стать легкой, я это знала, но темная магия и война между социальными классами — для меня это безумие.

— Тш-ш, все хорошо, звездочка. — Его голос был спокойным и завораживающим, резкий контраст с его демонической формой и магией возмездия, которая хлестала по комнате волнами. — Я держу тебя. Я обо всем позабочусь. Со мной ты в безопасности.

— Мне так плохо! — заплакала я, голос хрипел с каждым словом. — Каждый раз, когда темная магия втягивается в меня, у меня появляется чувство, будто мой желудок съел кислоту.

— Он съел кое-что похуже, — пробормотал он. — Не думаю, что ты можешь наполнять резервы, питаясь темной магией. Тебе нужны души.

— Я знаю, — прошептала я сквозь слезы, утыкаясь лицом в его грудь и сосредотачиваясь на тепле и запахе сладкого шоколада.

В его руках, окруженная мягким мерцанием свечей, я позволила себе почувствовать все — боль, страх, надежду на большее. Я плакала, и рыдала, и выставляла себя дурой перед Хантером. Я сломалась, потому что мне нужно было прочувствовать плохое, чтобы позволить ему улечься. Я не позволю темной магии победить, и я разберусь со своими силами.

Я прошла через гораздо большее, чем это, и с Хантером и Ридом рядом я чувствовала, что смогу справиться с чем угодно.